Тут он наступил на плащ и растянулся на земле. Трум схватил его клешнёй за ногу и чуть приподнял над поверхностью, заставив беспомощно болтаться в воздухе. Шляпа с Горного Старичка свалилась. Сам он истошно завопил.
– Ты обещал меня и мальчика доставить в Трясинию, – ляграк начал раздражаться. – Будешь орать, останешься без ноги. Не вздумай бежать, настигну заклинанием!
Горный Старичок и сам понял, что не надо испытывать терпение колдуна. Он добавил примирительно:
– Ладно, Трум, не сердись. Поставь меня обратно. Я и не думал убегать… Просто решил посмотреть, что там за камнем…
Ляграк бережно опустил деда на землю. Тот подобрал шляпу, водрузил её на макушку и, постанывая, коснулся рукой скального выступа.
Некоторое время ничего не происходило. Неожиданно по серому ноздреватому камню пошли трещины, и с грохотом обвала в каменной стене появилось чёрное отверстие пещеры.
Горный Старичок, путаясь в двух плащах, поминутно наступая то на один, то на другой, первым ступил под каменные своды.
– Смелее, мой юный друг, – подбодрил Трум Лёшку, последовав за Горным Старичком.
Мальчику ничего не оставалось делать, как идти вслед за ляграком.
Стена за их спинами задвинулось. Стало темно. В кромешной тьме, словно фары автомобиля, засветились глаза Горного Старичка.
– Идите за мной, – с плохо скрытой неприязнью в голосе произнёс он, наматывая плащи себе на руки, чтобы не наступать на них.
Трум и Лёшка поспешили за своим проводником. Тот уверенно шёл вперед. Каменные стены пещеры перед ним раздвигались, образуя высокие коридоры.
Свет глаз деда прекрасно освещал всё вокруг.
Иногда можно было видеть, как по каменным стенам пещеры струится вода. Порой в камнях вспыхивали разноцветными гранями самоцветные камни. Тогда старикашка останавливался и легко вынимал их из горной породы. Он воровато клал самоцветы за пазуху, отворачиваясь от мальчика и ляграка, чтобы те ничего не заметили. Довольно скоро у него появился внушительный «живот» из драгоценностей. Когда он стал мешать Горном Старичку двигаться, тот внезапно остановился.
– Э-э, хе-хе, – он снял шляпу и почесал в затылке. – Вы подождите меня здесь… Я сейчас приду.
Не дожидаясь ответа, дед махнул рукой в сторону, и там образовалась новая штольня. Горный Старичок направился туда.
– Куда? – грозно спросил ляграк, хватая деда клешнёй за полу.
– Я на минуту! – стал оправдываться Горный Старичок, пытаясь оторваться от Трума.
Руками он придерживал «живот», а поэтому высвободить камзол ему никак не удавалось. Материя угрожающе затрещала, и дед захныкал:
– Я ненадолго! Клянусь! Надо отлучиться… хе-хе… сокровища прибрать.
– Отдай в залог шляпу, – потребовал ляграк.
– Что?! – Горный Старичок возмущенно подпрыгнул. – Мою замечательную шляпу с хрустальными колокольчиками?
– Чего ты так переживаешь? – усмехнулся ехидно ляграк. – Ты же только что поклялся, что отлучишься всего лишь на минуту! – с этими словами Трум второй клешнёй подхватил с головы старикашки шляпу.
– А-а-а! – заверещал дед. – Вы её потеряете! Вы разобьёте хрустальные колокольчики!
– Ничего с твоей замечательной шляпой не случится, – примирительно сказал ляграк. – Беги по своим делам, да смотри, не задерживайся… А то я хлопну хвостом, и от головного убора останется только воспоминание.
Глаза Горного Старичка засветились нехорошим ядовито-жёлтым светом. Он немного подумал и произнёс с плохо скрытой досадой:
– Ладно-ладно, хе-хе… Я скоро к вам вернусь.
После этого ляграк выпустил из клешни полу камзола Горного Старичка. Не удержавшись, тот полетел на землю. Несколько драгоценных камней выкатилось наружу. Дед поспешно собрал их и исчез в боковом проходе, придерживая свой «живот», чтобы оттуда больше ничего не выпало.
Плотная, без единого лучика света темнота обступила мальчика и ляграка со всех сторон. Лёшке стало жутко. Он понимал, что им не выбраться из горы без помощи неприятного деда.
В ватной тишине жалобно звякнули колокольчики. Ляграк бодро произнёс:
– Пренеприятнейшая личность!
– Кто? – спросил Лёшка, хотя прекрасно понял, что речь шла об их провожатом.
– Как кто? – усмехнулся Трум в темноте. – Этот бородатый тип! Но вы, мой юный друг, не переживайте. Он обязательно вернётся. Одна из его характерных черт – необыкновенная жадность. Одна только мысль, что я могу уничтожить его любимую шляпу, приведёт его обратно!
Ляграк говорил бодро, но мальчику показалось, что его знакомый храбрится. Ему тоже было не по себе от тишины и темноты.
– Вы уверены, что он вернётся? – после минуты томительного молчания спросил Лёшка.
– Куда он денется? Бьюсь об заклад, что он пошёл присоединить камни, собранные в дороге, к своим сокровищам… Ни у кого во всём Нереальном Мире нет таких богатых кладовых, как у Горного Старичка.
– Почему он одет, как бомж?
– Равных по жадности ему тоже нет… Ой! – Трум неожиданно вскрикнул, и в тишине зазвенели колокольчики. – Стой, не уйдёшь!
Лёшка ничего не понимал.
– Ай! Ой-ой! Хе-хе, я не при чём! – раздался знакомый хныкающий, скрипучий голос.
Вспыхнул свет. Он яркости мальчик зажмурился. Когда он открыл глаза, увидел, что Трум держит клешнёй руку Горного Старичка.
– Ой! Пусти, Трум! – вопил старикашка. – Я же ничего плохого не делаю!
– Та-ак, – зловеще произнёс ляграк. – Ты в темноте хотел выкрасть свою шляпу у меня из клешней? Да?!
– Нет… Нет! – верещал дед, силясь высвободить запястье из лап Трума.
– Ты хотел оставить нас тут, в недрах горы? – жёстко давил ляграк.
– Нет, хе-хе, клянусь! – Горный Старичок почти рыдал.
– Не вздумай меня обманывать! – с этими словами Трум разжал клешню, и дед со стонами стал дуть на то место, что сжимала рачья клешня.
Лёшка заметил, что теперь на проводнике были еще более ветхие лохмотья, чем до того момента, когда ляграк наколдовал ему новую одежду.
– Придётся, видимо, отобрать у тебя шляпу, – безжалостно произнёс Трум.
– О-о! – взвыл дед отчаянно. – Только не это! Только не это, Трум! Я нечаянно! Я не хотел! Меня заставили!