Единственная на всю планету. Книга первая

– Ты продолжишь, а мне с них до вечера обдирать плёнку, – вздохнула Оля. – Если сегодня не засолю, завтра половину выбросим, да и оставшиеся уже нормально не почистишь. Вкусные они, но уж больно много мороки. Ладно, раз обещали, нужно идти. Доешь, обувай сапоги и иди в сарай за вёдрами, а я всё уберу, переоденусь и возьму ножи. И не вздумай брать с собой Машку, папаша! Толку от тебя тогда будет ноль! Мне непонятно, почему ты почти не используешь магию? Я со всем своим зверинцем столько не возилась, сколько ты со своим бельчонком.

– Белка очень чувствительно относится к магии, – объяснил Нор. – Если бы я это знал, вообще не стал бы связываться. Мы с ней нормально обмениваемся образами, но любое принуждение магией вызывает у неё дикий страх. Если начну ломать, сбежит.

– Может, отпустить?

– Я предлагал, но она не хочет. Моё предложение рождает в ней боль и страх.

– Ладно, привыкнет. «Ребята» не тронут, а других опасностей нет.

Идти к ельнику с пустыми вёдрами было удовольствием, лазанье под ёлками и срезание густо росших маслят оказалось скучным делом, а вот почти час добираться до дома с двумя полными вёдрами, стало для Ольги мучением. Несмотря на укреплённые мышцы, к концу пути руки сильно устали. Пришлось Нору вместо учёбы помогать подруге чистить грибы. Это продолжалось до прихода отца, который после ужина прогнал обоих отдыхать.

– Вы сделали своё дело, – сказал он дочери. – Я дочищу и засолю. У тебя и так из-за таскания вёдер будут болеть руки, а Нору нужно учиться. Завтра приедет Сергей, и весь день уйдёт на беготню, так что пусть занимается сегодня.

На следующий день Сергей не приехал.

– Мэр по какой-то надобности уехал в Барнаул, и неизвестно, когда вернётся, – сказал он Егору по мобильному телефону. – Ездить из-за одной твоей справки не буду: слишком много работы. Давайте перенесём на завтра.

– Скорее бы ты закончил занятия, – вздохнула Ольга, когда Нор после обеда опять сел за учебники. – Не хочется тебя отвлекать, но я скоро сойду с ума от безделья. Я уже освоила в магии всё, что могла, а чтобы двигаться дальше, нужно на ком-нибудь пробовать. Даже в лечении без практики ничего не добьёшься, а это в магии самое простое. А передача мыслей почему-то не получается. Видимо, я что-то делаю не так. Не буду я ждать, пока ты освободишься, и займусь боем сама. Начну с базовых упражнений, а потом подключишься ты. Заодно ещё раз укреплю тело магией – и хватит, а то ты станешь от меня шарахаться.

– На восьмой класс нужно два дня, – сказал Нор, – быстрее не получается. Но я смогу отвлечься на тренировки. И вечером можем посидеть на крыльце.

– Не хочу, – отказалась Оля. – Точнее, хочу, но не буду. Магией я себя успокаиваю, а потом, после твоих поцелуев, снится такое... Нор, я два года точно не выдержу, я и одного не продержусь. И что тогда?

– Ты меня любишь?

– А то ты сам этого не знаешь!

– И чего ты тогда боишься? Продержимся столько, сколько сможем. Надеюсь, что я к тому времени стану для твоего отца родным человеком. Попросим его достать то, что нужно, а я дополнительно предохранюсь магией.

– Я тебе предохранюсь! – вскинулась Ольга. – Забыл, чем это кончается для мужчин? Это я сейчас не хочу детей, потом они у нас обязательно будут. Поэтому никаких «предохранюсь»! Мне не нужен муж, от которого нельзя родить! Всё понял? Тогда иди заниматься.

Вечером опять позвонил Сергей.

– Придётся вам завтра встать пораньше, – сказал он Егору. – У меня на работе запарка, поэтому к вам наведаюсь до восьми, а отвезу обратно только после четырёх. Исходя из этого, планируйте, чем будете заниматься.

– Ты за лето отвыкла рано вставать, – сказал отец Ольге, – а завтра нужно подняться часов в шесть, поэтому ложитесь сегодня раньше, чтобы потом не тереть глаза. Обойдётесь без своих посиделок.

– Посиделок больше не будет, папа, – ответила Оля, – а нам нетрудно один раз встать в шесть часов. Не будем мы тереть глаза.

– А что так? – спросил Егор. – Неужели поссорились?

– Никто ни с кем не ссорился. Мне трудно сидеть с Нором просто так, а не просто так – ещё трудней. Ты прав в том, что надо чем-нибудь себя занять. Сегодня побаливают руки, завтра у нас будет много дел, а потом займусь боем. Сначала сама, а потом будет помогать Нор. Когда пойдём в школу, должно стать полегче.

– Понятно, – вздохнул он. – Терпи, дочь. В вашем возрасте влюбляются все, вот до финала доходят немногие. Это в основном потому, что любят на расстоянии, а вы постоянно трётесь друг о друга. Такое нелегко терпеть, а у тебя, помимо готовки, почти нет других дел. Сил и свободного времени много, и гормоны играют, а тут под боком парень. Только это такое дело, что стоит начать и потом не остановишься. Была бы ты в выпускном классе, куда ни шло, а сейчас слишком рано. Старайтесь обходиться без поцелуев и больше нагружать себя работой. Со всех сторон будет одна польза. Да, кто-то обещал добавить родному отцу сил и ума. Что-то у меня не прибавляется ни того, ни другого. Долго ты будешь всё проверять на себе?

– Садись, запущу тебе всё сразу. Вот и всё, скоро станешь Шварценеггером, нужно только повторить то же самое раза четыре. И учти, что может начаться жор. Завтра надо купить в городе больше мяса.

Поужинали раньше, а после ужина Нор попросил Олю заняться белкой.

– Машка немного освоилась и подружилась с твоим котом. Они мотаются по комнате друг за другом и мешают заниматься. Поговори с ней сама, у тебя это лучше получается. Пусть играют в догонялки в других комнатах, а лучше – во дворе. Объясни, что твои «ребята» их не тронут.

– Сам с ней сюсюкаешь, а я должна воспитывать? Ты хоть попробовал использовать её зрение? Брал ведь не только для того, чтобы она грызла наши орехи, а для дела.

– Закончу с учёбой и попробую, – пообещал Нор. – И зрение, и кое-что ещё. Пока некогда.

– А что ещё? – заинтересовалась Оля. – Если не скажешь, не буду помогать!

– У зверей помимо зрения есть слух. Есть и обоняние, но людям оно мало что даёт. А вот возможность подслушать чужие разговоры...

– А почему я об этом не знаю?

– А ты подумай сама. Ты помнишь в магии только то, что было в наших книгах или я применял сам. Но что это были за книги? В «Началах магии» только основы, а два десятка трактатов описывали какие-то отдельные способы применения силы. Но я беседовал с учителем и кое с кем из магов, которые бывали у отца или посещали замок проездом. Эти разговоры «размазаны» среди множества других воспоминаний. Чтобы вспомнить нужное, тебе надо знать, что искать, а лучше – получить подсказку, как в случае с многократным воздействием на человека. У меня то же самое с памятью твоей жизни. Знаю всё, а вспоминается только то, с чем сталкиваешься сам или целенаправленно ищешь. Вспомни разговор с магом Разусом.

– Вспомнила! – радостно воскликнула девушка. – Надо будет попробовать.

– Вот иди и пробуй, только вначале забери Машку.

Сидевшая на учебниках белка что-то протестующе заверещала, потом попыталась прыгнуть на Нора, но он отскочил от стола.

– Не вздумай к чему-то принуждать магией! – предупредил он Ольгу.

– Очень надо! – фыркнула она. – Всякая пузатая мелочь не будет меня слушать! А вообще-то, я благодарна твоей белке. Она показала, что воспитанием наших детей придётся заниматься мне. Тебе их доверять нельзя, разбалуешь так, что потом, как ни лупи, ничего нельзя будет исправить.

– А тебя в детстве часто лупили?

– После шести лет, по-моему, не было. А почему?

– Была послушным ребёнком? – предположил Нор. – Я почти ничего не помню из времён твоего сопливого детства.

– Я тоже мало что помню, но отец рассказывал. Я в детстве немало чудила, за что и получала по заднице. Наказывал всегда отец, мама была добренькой, вроде тебя. Зато я твёрдо усвоила, что родителей нужно слушаться, и нарушала это правило, только когда была уверена, что они об этом не узнают! Малышей наказывать нужно. Главное, чтобы провинившийся знал, за что его наказывают, и наказание было соразмерно вине и не причинило вреда. А теперь смотри на свою белку.

– Что ты ей сказала? – удивился Нор, когда Машка соскочила со стола и выбежала из комнаты. – Принуждение ты не применяла, я почувствовал бы.

– Я дала ей понять, что ты принадлежишь мне, а она идёт довеском, – объяснила довольная Ольга. – И что, если она не будет меня слушать, выгоню на фиг из дома, и ты мне в этом не помешаешь. Занимайся, только не бросай дверь открытой. Я не собираюсь следить за нашим зверинцем, а у малышей в голове ничего долго не держится.

Остаток вечера Оля дрессировала Уголька с Машкой, попутно пытаясь настроиться на их слух, но ничего не получилось. Отец провозился в конюшне с ремонтом сбруи и пришёл в спальню, когда Ольга уже спала. Стараясь не шуметь, разделся, покачал головой при виде спавших на дочериной подушке кота с белкой и выключил свет.

Побудка началась со звонка будильника, который Оля поставила на шесть утра. Будильником не пользовались давно, поэтому его звон оказался для котёнка полной неожиданностью. Белку страшные звуки напугали ещё больше. Оба зверька в панике кинулись к Оле под одеяло, напугав не отошедшую от сна девушку.

– Будешь знать, как разрешать им спать на своей кровати, – сказал Егор сердитой дочери. – Я вчера не стал наводить порядок, потому что не хотел тебя будить.

– Можно подумать, что я что-нибудь разрешала этим паразитам! – сказала она. – Воспользовались тем, что я заснула, и забрались сами. Ногу расцарапали до крови. А ну, выходите на суд и расправу!

– Что ты кричала как резаная? – спросил вошедший Нор. – Я спросонья перепугался, пока не понял, что ты жива и здорова.

– Это всё они! – Ольга отбросила одеяло, открыв прижавшихся друг к другу зверьков. – Забирай свою рыжую, она плохо влияет на Уголька.

– Заканчивайте со своим зверинцем, – сказал обоим Егор. – Оля, за тобой завтрак. Я пойду кормить Ухаря, а вы быстро делайте свои дела. Я не знаю, во сколько приедет Сергей, но к его приезду все должны быть готовы. Человек на работе и не имеет права опаздывать. На его отлучки и так уже косятся.

Сергей приехал в двадцать минут восьмого.

– Готовы? – спросил он, после того как поздоровались. – Очень хорошо, забирайтесь в машину. Отвезу вас в поликлинику. Егор, не забыл медицинскую карту? Давайте быстрее!

Отец сел вперёд, а Нор с Ольгой устроились на задних сидениях.

– Пока со мной не разговаривайте, – попросила девушка. – Я настроилась на Ваську и смотрю его глазами. Хочу узнать, на каком расстоянии оборвётся связь.

– Кто этот Васька? – спросил Сергей, трогая машину. – Не кот?

– Один из её воронов, – объяснил отец. – В котором часу начинает работать опека?

– С девяти, как и вся мэрия, – ответил Сергей, – так что вам не придётся долго ждать. Пока получите справку, пока дойдёте... Они должны будут подъехать к вам с проверкой жилищных условий. И заскочи в свою контору за справкой о зарплате, она тоже нужна.

– Сколько проехали? – спросила Оля.

– Треть, – ответил Сергей. – Это километров десять.

– Прервалась связь? – спросил Нор.

– Да. Хватило на десять километров. Пап, я пойду с тобой в поликлинику для ускорения. Обострю слух магией и буду помогать быстро обойти врачей. Ты провозишься два-три часа, а вдвоём мы пробежимся за десять минут. Флюорографию давно проходил?

– Сделали полгода назад, результаты есть в карте.

– Тогда тем более быстро сделаем. А если в опеке начнут кочевряжиться, тоже помогу. Дядя Серёжа, наверное, вам не придётся везти нас назад. Им нужно ехать в заказник для проверки условия проживания, заодно и нас отвезут.

В поликлинике всё сделали очень быстро и без вмешательства Ольги. По пути в мэрию зашли в контору лесхоза за справкой о зарплате. Здесь пришлось подождать минут двадцать, пока её оформят и подпишут.

– А почему зарплата всего пятнадцать тысяч, а в месяц получается в два раза больше? – спросил Нор, попросивший у Егора посмотреть справку.

– Коэффициенты, надбавки, премиальные и материальная помощь, – объяснил тот. – Мы с Ольгой немного подрабатываем. При нашей жизни не нужно много денег. В основном откладываем на квартиру, да прошлым летом съездили в Европу.

– А этим летом потратились на меня, – сказал Нор. – Я заработаю и верну.

– Если будешь говорить глупости, точно заработаешь, – усмехнулся Егор, – только по шее. Всё, пришли, только рановато. Минут двадцать будем ждать. Давайте отойдём в сторону, чтобы никому не мешать.

Минут за десять до начала рабочего дня к мэрии по одному и группами начали сходиться служащие.

– Оля, это вы? – обратился к Ольге мэр, который шёл от автостоянки и увидел «вторую маму» своего внука. – Вы, случайно, не в мэрию?

– Здравствуйте, Олег Николаевич! – обрадовалась девушка. – Да, мы в ваше заведение, причём не случайно. Нужно усыновить этого сироту. Познакомьтесь, это мой отец, а это сирота.

– Очень приятно! – мэр за руку поздоровался с мужчинами. – Она шутит?

– Она редко говорит серьёзно, – улыбнулся отец, – но сейчас сказала почти правду. Только мы не усыновляем этого молодого человека, а с согласия его родителей берём над ним опеку. Родители на три года уехали по контракту в Африку, а ему нужно учиться. Документы собрали, теперь ждём, когда вы откроетесь. Я Егор Николаевич, а это Нор.

– Необычное имя, – сказал мэр. – По-моему, я раньше его не встречал. Сколько вам лет?

– Семнадцать, – ответил Нор. – Буду учиться в одном классе с Ольгой.

– Учиться в одном классе, жить в одном доме, а потом? – проницательно сказал мэр.

– Да, они любят друг друга, – ответил за Нора Егор. – Рановато, но это настоящее чувство. Когда закончат школу, поженятся.

– Ну что же, – сказал мэр, – пара получится прекрасная! Только вы, ребята, не торопитесь. Два года – это немало. Я скажу, чтобы вам быстро оформили. Если документы в порядке, то сейчас подпишем бумаги и вам не придётся ждать. Только нужно смотреть жилищные условия.

– Можно всё оформить, а потом кто-нибудь из ваших работников съездит в заказник, – предложила Оля. – Составит задним числом акт, и довезёт нас до дома. В доме три комнаты, и они разные у нас с Нором.

– Так и сделаем, – согласился мэр. – Только с вас, Оленька, магарыч. Догадываетесь какой?

– Навестить вас? Неужели Алёша помнит?

– Представьте себе! – улыбнулся мэр. – После встречи с вами его как прорвало. То слова не мог выговорить, а теперь у него этих слов... Не всё можно понять, но мы стараемся. А вас он называет мама-тётя и спрашивает несколько раз за день. Валентина даже немного ревнует, но это только к лучшему. То оставляла Алёшу на Анну и на меня, а теперь возиться с ним сама. Так что нам от встречи с вами сплошная польза. Пойдёмте, я отведу в отдел, где займутся вашим вопросом.

Разбиралась с ними уже немолодая женщина, которая представилась Ириной Валентиновной. Она внимательно прочитала заявление «родителей» Нора и просмотрела остальные документы. На паспорте Нора задержала внимание, но лёгкий посыл Ольги сделал своё дело. Ирина Валентиновна вернула паспорта Нора и отца, подшила остальные документы в папку, заполнила бланк свидетельства об опеке и ушла подписывать у мэра.

– Возьмите ваше свидетельство, – с улыбкой передала она бумагу Егору. – Сейчас вас отвезут домой и заодно посмотрят условия проживания этого молодого человека. Учиться будете здесь? Тогда попрошу, когда оформитесь в школу, принести для нас выписку. Вы можете подождать в вестибюле. Минут через пять туда спустится наш специалист, с ним и поедете.

– Ну что, половину дел переделали? – сказала Оля, когда спустились на первый этаж. – Осталась вторая половина. Вот устроим тебя в школу, и с моих плеч свалится скала! Жаль, что не смогли пробежаться по магазинам. Ладно, займёмся этим в следующий раз.

– И когда думаешь заняться школой? – спросил отец.

– Не раньше, чем Нор закончит с девятым классом, – ответила она. – У любой наглости должны быть пределы. Я сильно сомневаюсь, что его начнут экзаменовать, но лучше этого не проверять. И надо поговорить с Катериной. До следующих выходных Нор должен разделаться с учёбой, а в субботу можно съездить к Замятиным. На неделю у нас продуктов хватит. Масла бы только купить. Пап, дай мне деньги, а я уговорю этого специалиста на короткую остановку.

– Ковалёвы? – спросил подошедший к ним мужчина лет сорока. – Я Николай Сергеевич. Идём на площадку, машина там. Я никогда не ездил в Уржумский заказник, поэтому скажете, как ехать.

Все загрузились в «девятку» и минут десять довольно медленно ехали по городу. Один раз Оля попросила на несколько минут остановить у продовольственного магазина, сопроводив свою просьбу внушением. Людей в магазине было мало, поэтому она уже через пять минут выбежала к машине с двумя полными сумками. Когда выехали из города, Николай Сергеевич ехал так же медленно, из-за чего путь до дома занял минут сорок. Воронов убрали заранее, белка при виде чужого человека спряталась сама, а на кота проверяющий не обратил внимания. Он бегло осмотрел дом, задал несколько вопросов и, быстро составив акт, уехал.

– К нам кто-то приезжал, – сказала Ольга отцу. – «Ребята» передали смазанный образ легковой машины и нескольких человек. Они подходили к калитке и стучали, но во двор никто не вошёл. Может, это приехал наш новый сосед? По времени вроде пора. Если так, то может явиться позже. Нор, чем думаешь заняться?

– Воспользуюсь тем, что быстро управились, и навалюсь на учебники. Если хорошо продвинусь, то завтра разделаюсь с восьмым классом. А ты что-то хочешь предложить?

– Хочу, но не на сегодня. Давай завтра перед обедом смотаемся на реку? Это на пару часов, а ты всё равно будешь отрываться от занятий.

– Можно, – согласился Нор. – А чем сегодня займёшься ты? Спрашиваю, потому что у меня почти наверняка будут вопросы по математике.

– Займусь магией. Меня заинтересовало подслушивание с помощью зверей и птиц. И почему только звери? Чем люди хуже? Когда я смотрю глазами воронов, они этого не замечают, наверное, и со слухом будет так же самое. Представляешь, какие откроются перспективы, если можно будет подслушивать и подсматривать, используя разных людей?

– Магов за подобное лишали головы, – сказал Нор. – Такие законы есть не только в королевствах, но и в империи. Конечно, если маг нарушит закон где-нибудь в глуши, да ещё с простонародьем, ему ничего не будет, но в городах и дворянских замках за этим строго следили. Есть способы определить, что используют твои органы чувств, но я их не знаю. А здесь никто не сможет закрыться или обнаружить магию.

– Только как добиться, чтобы возникала связь? – задумалась Ольга.

– Плёвое дело, – сказал Нор. – На пару мгновений берёшь человека под полный контроль, а потом отпускаешь. Он ничего не заметит, но возникшая связь долго сохраняется. Поэтому можешь смотреть и слушать. Ладно, дерзай, а я пойду заниматься.

– Пап, – подошла к Егору Ольга. – Я хочу кое-что проверить, а для этого нужен доброволец.

– И что я должен делать?

– Только дать разрешение. Я тебя подчиню и сразу же отпущу. Ты этого не заметишь. Нор говорит, что при этом образуется связь, которая позволит мне видеть всё, что будешь видеть ты. Мне интересно проверить, получится или нет, и что ты при этом почувствуешь. Он говорит, что совсем ничего.

– Хочешь научиться подглядывать? А тебе не кажется, что это подло?

– Врать тоже неэтично, а скольким людям мы соврали, когда устраивали Нора? Я не собираюсь подглядывать за порядочными людьми, но если нам будет угрожать опасность, разве такая уж большая цена спасения – заглянуть куда-нибудь чужими глазами? Я ни к кому не лезу в голову, только смотрю.

– Ладно, убедила, – согласился отец. – Вы не сможете жить так, как живут другие. Смотри, что тебе нужно. Долго будешь со мной экспериментировать?

– Уже закончила, – довольно сказала Ольга. – Всё работает. И смотреть удобнее, чем через воронов. Фактически это ничем не отличается от нормального зрения.

– Теперь нужно научиться читать по губам. Вот раздолье для шпионов! А нельзя слушать чужими ушами? Это может оказаться полезней зрения. Да, твоего вмешательства я не почувствовал.

– Можно, но пока не научилась. Я ничем не занята, повожусь, но своего добьюсь. Нор мало знает о магии и многое не использовал из-за недостатка сил.

– А можно как-то увеличить силы?

– Нор говорит, что в их мире бились над этим сотни лет и всё без толку. Если сил мало, не поможет ничего. Сильные маги редко встречаются у мужчин, а среди женщин их нет совсем.

– Их женщины действительно так некрасивы?

– Фигуры у многих красивые, – подумав, ответила Ольга. – Волосы очень пышные, а у дворянок ещё и ухоженные. А вот лица... Красивых я не помню. Кожа нежная, но черты лица грубые. На их фоне и я сойду за красавицу.

– А ты знаешь, что стала меняться? И я не назвал бы это нормальным.

– И что во мне ненормального? – удивилась Ольга. – Я не замечаю никаких изменений.

– Волосы стали заметно толще, поэтому причёска выглядит пышней, а кожа на лице избавляется от веснушек. Если так пойдёт и дальше, их скоро не останется. Жаль, они добавляли тебе прелести. И меняется форма носа. Эти изменения начали проявляться в последнее время и ненормально быстро. А ты не замечаешь, потому что смотришься в зеркало по двадцать раз за день. К тому же изменения пока не очень видны. Я заметил, а семья Замятиных – нет.

– Ты меня озадачил. Пойду трясти Нора. Если я меняюсь, он не мог этого не заметить.

Нор сидел за столом и что-то писал. Рядом с тетрадкой лежали Уголёк с Машкой и не сводили любопытных глазёнок с бегающей по бумаге ручки.

– Они не мешают? – спросила девушка.

– Мешаешь ты, – прекратив писать, улыбнулся он. – А их я пустил с условием, что будут вести себя тихо. Да они и так умотались и уже не рвутся хулиганить.

– Я не буду долго мешать, сейчас уйду. Хотела сказать, что отец разрешил испытать на нём подглядывание и всё получилось. И он сказал, что у меня меняется внешность.

– Ты уже несколько раз укрепляла тело, – сказал Нор. – Мышцы увеличиваются в размерах и приобретают рельеф. Можно ещё разок...

– Он говорил не об этом! – перебила Оля. – Меняются толщина волос и форма носа и исчезают веснушки.

– Так и есть, – кивнул он. – Егор не сказал о глазах. Но это и понятно...

– Это тебе понятно! – вскинулась она. – А я в панике!

– Ну и глупо. Ты становишься красивее и меняешь себя сама. Не вижу поводов для паники. Не понимаешь? Всё очень просто. Ты знаешь, что веснушки и вздёрнутый нос многие не связывают с красивым лицом. У тебя шикарные волосы, но какая девушка не хочет, чтобы причёска была пышнее? Большие глаза придают прелести любой женщине. Ты обладаешь силой и не всегда используешь её осознанно. Эти изменения вызваны твоим желанием стать красивее. Для меня ты и раньше была лучше всех, а сейчас станешь ещё желанней. А остальные пусть гадают, вызвано это возрастными изменениями или пластической операцией. Тебе трудно увидеть, потому что много времени проводишь перед зеркалом. Возьми фотоаппарат и делай каждый день по снимку. Я думаю, что ты будешь меняться с месяц.

– И на кого я буду похожа? Меня же никто не узнает!

– Не настолько ты изменишься, чтобы не узнали, – возразил Нор. – Успокоишь класс магией. За неделю привыкнут к твоему новому виду. Иди лучше займись подслушиванием, а на изменения внешности не обращай внимания: всё равно ничего не сможешь сделать.

Глава 7

– Папа, выйди, – крикнула Оля отцу. – Кто-то приехал. Наверное, это сосед.

Егор вышел из дома и увидел похожий на броневик автомобиль и стоявшего у калитки мужчину.

– Можно войти? – спросил тот.

– Входите, – пригласил Егор. – Если хотите, можете заехать, хотя с машиной и за забором ничего не случится.