Чертова деревня

9.

– Венечка, вставай, – теребили его тёплые ручонки Лизы. – Вставай, Катюша блинов напекла.

Венька медленно разлепил глаза. Перед ним в свете тёплого солнышка, пробивавшегося через тонкие шторки в цветочек, желтела мордашка Лизы. Красивые золотистые тени от оранжевых занавесок делали свет в комнате каким-то апельсиновым, горячим и до невозможности приятным. Откуда-то из глубины всплыли картинки прошлой довольно странной ночи. Он зябко передёрнул плечами.

– Вставай, – звала Лиза. – Пойдём есть, а то Мишка всё один похомячит.

– Вы с Мишкой-то помирились? А то ты на него вчера зыркала так.

Лизка поджала губы и немного отстранилась.

– Лизун, – ласково позвал брат. – Не табуни на него. Он нормальный парень. С вами, девчонками, нашему брату всегда тяжело, хоть в 11 лет, хоть в 23. А он ещё и маленький.

– Вот именно.

– Тоже мне взрослая, – Венька подхватился и сгрёб в охапку сестрёнку. Она засмеялась и стала его щекотать.

– Вот и славно, – резюмировал Венька. – Так ты мне больше нравишься, когда смеёшься. Пойдём есть твои блины.

– Катюшины, она знаешь какая молодец, с первого раза получились блины. Не то что у тебя. Она в печи пекла, – затараторила Лиза.

– А где моя рубашка? – никак не мог припомнить Венька.

– Её дед постирал и повесил сушить на дворе.

– В смысле, дед? – удивился Венька.

Лиза только пожала плечами:

– Дед сказал, что она плохо пахла и такому в доме не место.

Венька густо покраснел. Рубашка и правда пахла болотной тиной, это он помнил отчётливо. Вспомнил и то, что бросил её просто так на лавке и то вспомнил, что они вообще-то в гостях.

– Да, неловко вышло.

– Надо дедушке тоже чем-то помочь, дров там нарубить, что тут в деревне надо делать? – резонно заметила Лиза.

– Какая ты у меня умная, Лизун, сокровище, – он поймал её и поцеловал в маленькую щёчку. – Так, а что же надеть, я не могу к столу выйти голым?

– Это не прилично, – покачала головой Лиза. – Вот тебе дед передал рубаху.

Венька развернул льняной свёрток и перед ним предстала тонкого домашнего полотна косоворотка с традиционными узорами на рукавах, вороте и по низу.

– Дед спрашивал, крещёный ты или нет и пояс тебе тоже передал, – девочка протянула плетёный ручной же работы пояс.

– Бывает, – протянул Венька. – И как я в этом буду?

Лиза тяжело вздохнула и покачала головой:

– Да прекрасно будешь. Катюшка уже всё утро в сарафане бегает. Дед ей тоже презентовал. Ей, кстати, очень идёт. Можешь поснимать потом, – с умным видом сказала Лиза и чуть-чуть отодвинула занавеску на двери.

Катюша как раз отходила от стола с каким-то кувшином, толстая коса небрежно заплетённая, вилась по спине, длинный в пол льняной сарафан был так же отделан вышивкой, как и его рубаха. Венька наскоро натянул её на себя. Телу было приятно. Он как-то заметно приосанился.

– Хорош, – сестра смотрела на него скрестив руки, – правда, хорош. Катюшке понравится.

– А она тебе нравится? – тихо спросил Венька.

Девочка согласно покивала.

– А Мишка? – Венька широко улыбнулся и подмигнул.

– Да ну тебя, – тут же вспылила Лиза и выскочила в общую комнату.

Дед и Катюшка суетились у печи. Дед что-то растолковывал, а девушка активно кивала. За столом сидела Юлечка в привычном городском: чёрный топ, скорее всего чёрные брюки, за длинной скатертью было не видно, тёмный макияж, причёска волосок к волоску на ровный пробор, серебряная звезда на чёрной бархатной ленте. Аристократичная бледность и лёгкое презрение во взгляде.

– Выспался? Как тебя теперь величать? Иван-крестьянский сын, Емеля, может быть, Добрыня, какие там сказочные персонажи ещё есть? – оглядела парня Юлечка.

– А мне нравится, – Венька выгнул грудь колесом и прошёлся по тёплым половицам туда-сюда.

– С джинсами – отстой, – не унималась Юлечка.

– Юлечка, хватит, вот позавтракайте. Дедушка мёда принёс настоящего. Пахнет-то как.

Катюшка поставила на стол тарелку с блинами. Стопка была такой внушительной высоты, как будто они с дедом пекли блины несколько часов подряд.

– Ого, это ты всё сама? – удивился он.

– Нет, дедушка наш большую часть напёк, пока мы спали, это я тут училась. Так что…

– Красавица, всё ладно да складно. Она это всё, она, – дед подмигнул и вышел в сени.

Катюша поставила перед Веней тарелку деревянную и деревянную же вилку положила.

– Атмосферно, – сказал он, – как будто в отеле стилизованном.

– Ага, вот только тут всё настоящее, – вздохнула Юлечка.

– Женька где? – спросил Веня, прежде чем запихнуть в рот целый блин, с которого густо капал янтарного цвета мёд. – Ммм, вкусно-то как…

– А он разве не спит ещё? – удивилась Юлечка.

Венька вернулся в спальню сдёрнул одеяло. Никого. Странно, ночью он был уверен, что этот ком на кровати и есть его друг.

– Никто его не видел сегодня? – спросил он, вернувшись в комнату.

– Неа, – Катюша с удовольствием откусила блинчик.

– Так и где этот обормот? – стараясь быть непринуждённым, спросил Венька.

Юлечка пристально на него смотрела, казалось, точно зная, что-то не то.

– А известно дело, где, – вошёл в комнату хозяин, – в сарае отсыпается. – Только дитям туда не надо бы ходить.

– В смысле? – удивлённо вскинула брови Катюша.

Венька похолодел и почему снова взглянул на Юлечку. Она не спускал с него глаз. Оба одновременно встали и пошли во двор.

– Дети, посидите со мной, – встревоженно сказала Катюша.

10.

Юлечка и Венька молча обошли дом. Посреди двора парню бросилась в глаза огромная куча дров, сплошь увитая цветущей повиликой. Что-то знакомое было в её очертаниях.

– А ты? – вдруг спросил он Юлечку. – Ты ночью никуда не ходила?

– А ты ходил?

– Да мы с Женькой чуть-чуть прошлись по деревне, а потом я вернулся, думал, он тоже.

Юлечка остановилась:

– Ты его бросил одного и ушёл?

– Вообще-то наоборот. Я его позвал идти, а потом обнаружил, что я один шёл, – замялся он.

Дверь сарая скрипнула и навстречу им вышел дедок и его чёрный злой кот:

– Идите сюда, идите, – поманил дед рукой.

Венька вошёл в сарай первым, осторожно обойдя чёрного кота.

На сене, сложенном посреди сарая огромной пышной кучей, калачиком лежал Женька. Он был без одежды. От того, видимо, казался каким-то маленьким и жалким.

– Мда, – многозначительно сказала Юлечка. – Что бы это значило?

Венька осторожно подошёл к другу и потрогал его за руку. Она была тёплая. Женька что-то замурчал во сне.

– Жень, – осторожно позвал Венька. – Алё, проснись, Рыжий.

Женька блаженно потянулся во сне, повернулся на спину и потянулся, открыл глаза.

– Пойду-ка я найду, что одеть этому Адаму, – нервно сказала Юлечка, – а то детей выпугает до смерти.

Дед потрусил за Юлечкой, потом что кроме русской рубахи и полосатых штанов тут вряд ли можно было на что-то рассчитывать.

– У меня есть, у меня есть, – приговаривал дедок.

– Жека, – ещё раз позвал Венька. – Ты где одежду посеял?

– Чью? – хрипло спросил тот.

– Свою, олень ты рыжий. Ты почему голый? – ещё раз спросил парень.

Женька сел и придирчиво себя осмотрел. Одежды на нём не было и нитки. Он косо глянул на друга, сгрёб охапку сена и насыпал на себя.

– Так лучше, – сказал Венька и сел рядом. – Кстати, от тебя невыносимо несёт псиной и шерсть на плечах собачья – длинная и рыжая.

Венька снял пучок шерсти и подал Женьке.

– Гадость какая. Мы где были вчера? – Женька недоумевающе смотрел на друга.

– В этой самой чёртовой деревне. Вышли за забор, прошлись, Ты увидел лошадей и коров и полез на забор.

В сарай стремительно вошла Юлечка, бросила косой взгляд на одетого в сено Рыжего и презрительно кинула в него одеждой.

– Это что? – с удивлением спросил тот.

Венька показал руками на себя:

– Местный колорит. Одевай. Я тоже без рубашки остался.

– Ты куда свою дел?

– А мне бы тоже хотелось знать, желательно подробно, где вас обоих носило и почему от тебя пахнет собакой, а от его рубашки тухлой водой, – строго спросила Юлька, усаживаясь на сене напротив парней.

– А ты откуда знаешь? – спросил Венька.

– Дед, когда забирал стирать твою рубашку, сказал, что болотом пахнет. Да она и так воняла на всю комнату, что не дай боже.

В углу зашипела кошка.

– Да что ты будешь делать? Подглядывает этот гад за нами что ли? – передёрнул плечами Венька. – Ох, не нравится мне этот чёрный кот.

– Так, по порядку сейчас оба изложили, где вас носило и что вы видели.

Где-то посреди Венькиного рассказа о ночных купальщицах, Юлечка начала тихонько ругаться, сокрушённо качая головой. Когда же дело дошло до чёрных лошадей и коров, девушка напряглась.

– Ты есть хочешь? – спросила она почему-то у Женьки.

Он отрицательно покачал головой.

– Вспомни хоть ещё что-то? Пожалуйста, – она умоляюще смотрела на Женьку.

– Да, Юль, что происходит? Ты походу догадалась? – сообразил Венька.

– Не то, чтобы догадалась, просто вспомнила кое-что, ещё и сон видела не хороший. А ночью слышала вой волка. Полнолуние скоро. Страшный какой-то вой.

– Я тоже слышал, как раз домой возвращался, – подтвердил Венька, – бегом закрылся в доме и лёг.

– В окна смотрел? – строго спросила Юлечка.

– Нет. Мишка смотрел, сказал, видел мужика в бороде страшного прямо за окном.

– Ясно, – коротко ответила она и снова повернулась к Женьке. – А ты?

Тот покивал, мол, не знаю ничего такого. На сено посыпалась длинная рыжая собачья шерсть. Юлечка побледнела.

– Юль, – позвал Венька. – Ты чего?

– Сейчас кота принесу, – она быстро поднялась и пошла в угол сарая, где на какой-то ветоши лежал зеленоглазый злодей.

Она ласково его позвала, кот нехотя поднялся и подошёл. Ещё пару минут спустя она вернулась к парням с котом и хотела его посадить на руки Женьке, но кот истошно завопил, невероятным образом изогнулся и с шипением кинулся вон из сарая.

– Что и требовалось доказать, – Юлечка снова села на сено напротив.

11.

Некоторое время она сидела молча, как будто собираясь с духом и переводя взгляд то на одного, то на другого. Казалось, ей было холодно, потому что вернулась она в косухе, а теперь вообще куталась в неё, стараясь завернуться ещё сильнее.

– Нет, не могу. Может, это просто бред, мне надо подумать, – она резко встала и ушла.

– Ты что-нибудь понимаешь? – спросил Венька.

– Ни черта, – ответил Женька, рассматривая новый гардероб. – А трусы где?

– О, господи, – Венька покивал головой, – одевайся и пойдём есть.

– Слушай, брат, а что девчонок много в озере? Красивые были хоть? – он подмигнул Веньке.

– Я только одну разглядел. Но да, есть в ней что-то такое завораживающее. Глаза большие, лицо скорее худощавое, а фигура как раз нет, такая, я тебе скажу… Вот бы найти её, поснимать сегодня. Идеально бы подошла для антуража всего этого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.