
Остратис была девушкой c короткими волосами и греческим профилем, да такой прекрасной, что я потерял дар речи. В темноте белели ее раскинутые над водой руки, и капли лунного света блестели на вздернутых девичьих плечах. Она словно не замечала моего смущения и продолжала стоять, поворачиваясь влево и вправо, глядя на звезды в небе и в воде. Лунный свет, лившийся на ее спину, словно поглаживал ее, прорисовывая в темноте стройные линии ее тела. Поистине, ни одна из античных статуй не могла сравниться по красоте с моей юной спутницей. Я, с трудом оторвав взгляд от этой волнительной игры света, посмотрел на черное южное небо, усыпанное крупными звездами