Истинная огненного волка

Глава 4

Находиться рядом с девчонкой и не касаться её становилось невероятно сложно, поэтому я был вынужден слегка изменить план.

До загородного дома оставалось полчаса, а член взорвётся максимум минут через десять. Поэтому я резко изменил направление и уже спустя пару минут припарковался во дворе старой пятиэтажки.

Я редко бываю здесь и уж тем более не привожу сюда любовниц. Но сейчас не до выпендрёжа. В этой квартире я обитал первое время, когда ушёл из дома. Прошло уйма времени, но я так и не решился её сбагрить.

Взял спящую красавицу на руки, прихватил сумку с кардиганом и зашёл в подъезд, морщась от резкого запаха человеческих испражнений. Если придётся прятаться, никому не придёт в голову искать оборотня в подобном месте.

Старая металлическая дверь ничем не отличалась от остальных и не была защищена системой безопасности. Поэтому я с лёгкостью свернул замок, не боясь разбудить соседей: ключей с собой, конечно, не оказалось.

Пройдя внутрь, я осмотрелся. Воздух спёртый, но без примеси чужого запаха. Значит, в мою берлогу никто не вламывался. Уже хорошо.

Сдёрнув покрытое пылью покрывало, уложил девушку на постель и быстро открыл окна, запуская ночную свежесть.

Когда я был здесь в последний раз? Наверное, месяц назад. Тогда снова повздорил с отцом, натворил дел и свалил сюда, чтобы перевести дух. Тогда же оплатил генеральную уборку. Хорошо, что так. Иначе сейчас пришлось бы несладко.

Зашёл на кухню проверить холодильник: кажется, оставлял тут пару бутылочек тоника.

С довольной улыбкой взял одну и вернулся в комнату.

Тоник — разработка лаборатории департамента, чтобы быстро привести оборотня в чувство в случае опасности. На людей это снадобье тоже действует как сильнодействующий энергетик, но с побочкой: память отшибает наглухо. Не полностью, конечно, но стирает из мозгов события за последние двенадцать часов.

Это и к лучшему, если лисичка не вспомнит меня. Человеческие особи женского пола очень навязчивы: после секса с мне подобными всюду таскаются следом, ищут встречи, плачут и иногда даже угрожают.

Что поделать? Природный звериный магнетизм, мать его. Поэтому департамент так категорично относится к связям с людьми.

— Эй, мандаринка, ты как? — ласково позвал я и приподнял девушку, облокачивая её на свою грудь.

— М-м-м… — промычала она, потянулась, как кошечка, и нагло устроилась поудобнее, не желая просыпаться.

И вот спрашивается, зачем мне такие неудобства?

Внутренний голос шептал, что рыжуля того стоила. И я не совсем понимал, кто говорит во мне — волк или демон.

Похоже, красотка устраивала их обоих, потому что впервые за много лет они были едины и довольно урчали внутри.

Опираться спиной о изголовье было неудобно, да и хотелось перейти в более привычное для общения с женским полом положение. Но я тормозил себя: до конца жизни потом не прощу подобного унижения.

Всё тело напряглось, когда до слуха донёсся всхлип, а грудь стала влажной от слёз незнакомки. Я впервые растерялся, потому что понятия не имел, чем обидел спящую красавицу.

Да, в мыслях я многое с ней уже успел проделать, но…

— Эй, Лисичка, ты чего? Плохо? Тошнит? — заботливо спросил, приподнимая её лицо за подбородок.

Одно мгновение — и я утонул в омуте зелёных глаз. В них отобразилось столько печали, что взвыть захотелось уже мне.

— Я страшная… ик… ужасная… ик… никому не нужная… — заикаясь, прорыдала девчонка.

Бабские слёзы меня раздражали, особенно необоснованные. Но сейчас появилось ощущение, что её боль и обида передались мне. От этого на душе стало паршиво.

— Ну какая же ты страшная? Ты… — я замолчал, потому что девушка потянулась ко мне за поцелуем.

Я оказался не в силах её оттолкнуть.

Дыхание лисички отдавало алкоголем, но сейчас меня это мало волновало. Её губы такие мягкие и сладкие, что из груди вырвалось утробное рычание. Захотелось подмять это прекрасное тело, войти и брать часами напролёт. Но я почему-то сдерживался.

Все мышцы напряглись так, что, казалось, скоро полопаются. А член… про него вообще говорить не стоило.

— Может, выпьешь? — предложил я хрипло, когда девушка отстранилась с явным намерением снова провалиться в сон. — Хоть глоточек, Лисичка! Давай, не обламывай меня.

Поднёс бутылочку к её губам, предварительно откупорив. Совесть не мучила: это ведь ей не навредит. К тому же после данного напитка у девчонки не будет похмельного синдрома.

Спустя пару минут незнакомка заметно оживилась и уже бодро захлопала глазками, прогоняя остатки сна.

— Ой! — подскочила она на ноги и ошарашенно уставилась на меня.

— Ну привет, Лисичка, — усмехнулся я, отмечая, как алкоголь меняет людей.

Девушка задышала быстро и тяжело, мечась взглядом по моему телу. Щёки стали одного цвета с платьем. А ведь я даже футболку ещё не снял.

— Кто… кто вы? — облизывая губы, сипло спросила она, пытаясь прикрыть грудь, которая от резких движений уже почти не скрывалась платьем. — Где мы? Где Василиса?

— Василиса? Кто это? Твоя подружка? — прищурился я, решив немного отомстить красотке за свои мучения.

Нагло растянулся на кровати, подложив руки под голову. С такого ракурса вид даже лучше.

— Да, она моя подруга. Где она? — вертя головой, пробормотала девушка.

Помещение до отказа заполнилось запахом паники и смущения.

— Знаешь, Лисичка, я не планировал тройничок сегодня. Но раз ты хочешь…

— Что-о-о?! — захлебнулась она возмущением, и в глазах вспыхнул гневный огонёк. — Не говорите ерунды! Она моя подруга, но не в том смысле! Я не сплю с девушками!

— А с мужчинами спишь? — спросил я прямо и резко поднялся, отследив её взгляд в сторону двери.

Поймать её не проблема: дальше выхода не убежит. Но я не хотел ещё сильнее раззадоривать себя играми в догонялки. И так находился на грани бешенства.

— Сплю, конечно, — дерзко заявила она, вздёрнув подбородок.

А сама затряслась, как загнанный в угол зайчонок.

— Отлично, — выдохнул я, схватил её за волосы на затылке и притянул к себе, чтобы смять пухлые губы в поцелуе.

Моя выдержка трещала по швам, и даже конец света уже не остановил бы меня от вторжения в этот мандариновый рай.

Одним резким движением я разорвал жалкое подобие платья. Девушка взвизгнула и отпрыгнула, но я окончательно потерял контроль: бросился следом, схватил Лисичку и швырнул на постель, тут же накрывая её тело своим.

— Отпустите! Не надо! — завизжала она, забарабанив кулачками по моим плечам. — Я не хочу!

— Перестань врать! — рыкнул я, ощущая аромат её возбуждения. — Не переживай, Лисёнок, я заплачу.

Девушка замерла и, кажется, перестала дышать. А я не мог контролировать действия, продолжая тыкаться носом ей в шею, словно озабоченный пёс.

Сука…

Как же она пахнет…

— Я… я не шлюха, — прошептала она и шмыгнула носом, снова устраивая водопад из слёз.

— А какого хрена ты тогда тёрлась обо всех мужиков, как последняя потаскуха? — злобно рявкнул я.

И, несмотря на брыкания и сопротивление, стянул с неё трусики, которые больше напоминали скреплённые между собой нитки.

Перед глазами всё поплыло от накатившего желания. Я даже не мог сконцентрироваться, чтобы хорошенько рассмотреть её прелести.

— Я ни об кого не тёрлась! И вообще, какое вам дело? — взвизгнула она, пытаясь свести ноги.

Но это было невозможно: я уже устроился между них.

И правда, какое мне дело до её поведения?

Должно быть никакого. Но по венам электрическими разрядами бегала ревность, кипятя кровь.

— Прекрати выкать. Или хотела, чтобы на моём месте оказался тот белобрысый? — оскалился я.

Лисичка снова заикала, только теперь уже от страха.

— Найдёшь его завтра, а сегодня обслужишь меня по полной.

— Не надо, пожалуйста… — прошептала она дрожащими губами.

Но тело обмякло, словно она приняла неизбежное.

Мне самому хотелось разрыдаться от того, как меня рвало на части от противоречий. Я хотел её так, как никогда никого не хотел. Но на мозги давила грёбаная совесть, которая вопила: так нельзя. С ней нельзя.

— Извини… — выдавил я сквозь стиснутые зубы и отпрыгнул от кровати.

Член пульсировал так, что боль отдавалась в висках. Зверь рвался наружу, потому что хотел быть в данную минуту главным. Но этого позволять было нельзя.

Не сдержав эмоций, я громко рыкнул и несколько раз ударил кулаками по старому шкафу. Тот, естественно, не выдержал и разлетелся в щепки.

— Боже… — услышал я за спиной.

Повернул голову: девчонка сидела, вжавшись в кровать, и пыталась спрятаться за подушкой. Лицо стало таким бледным, что смотреть страшно.

Я — идиот. Что тут ещё скажешь…

— Не убивайте меня… — пропищала она, как маленький мышонок.

И мне, несмотря на всю сложность ситуации, стало смешно.

Девушки просили меня о многом, но до такого дело ещё не доходило. Видимо, отец прав, и мне нужно пройти курс лечения в психиатрическом отделе.

Вообще в этом нет ничего зазорного. Многие существа, внутри которых по воле случая находятся две разные магические силы, проходят через это, чтобы не сойти с ума. Но я очень не люблю змей.

Как представлю себя наедине со здоровенной коброй Фиссани, так мороз по коже. Бр-р-р!

— Я не собираюсь тебя убивать, Лисичка. Извини. У меня был сложный день, и я рассчитывал просто отдохнуть… с девушкой… без проблем и игр в святую невинность, — ответил, наконец немного успокаиваясь.

— Меня Малика зовут, — обиженно произнесла она.

Что я опять не так сказал?!

Считал, что в общении с девушкой, расположение которой хочешь добиться, лучше всего быть искренним. Если, конечно, не собираешься её убить после…

— Очень приятно. Скажи адрес — вызову такси.

— Но… — растерянно пробормотала она, выглядывая из своего сомнительного убежища.

— Да, твоё платье… Извини. Можешь взять мою футболку. Или немного подождать, пока новую одежду доставят.

Возбуждение переросло в нервозность. Меня злила вся эта ситуация. Её запах злил! Внешность!

Вся она целиком, как огромный электрический заряд, который нещадно бил по всем нервным окончаниям. Я дышал через раз, но, казалось, мандариновая свежесть впиталась в кожу. И скоро меня снова накроет.

Что это?!

Что это означает?!

Я многое слышал за свою жизнь. И то, что у любой твари есть пара. И то, что такой, как я, её никогда не встретит, потому что я гибрид. Волк, даже если учует пару, может не совладать с демоном, которому нравится свобода. А я… вообще не верил в любовь и во всё, что с ней связано.

— Я не могу ехать на такси в футболке. Это… это неприлично.

— Ну, она намного приличнее того, что было надето на тебе до этого, — усмехнулся я и стянул с себя футболку, бросив её на кровать.

Щёки Малики снова залились краской, и она поспешно отвела взгляд.

— Не совсем прилично обсуждать внешний вид, который вам пришёлся не по вкусу, — дерзко бросила она и дрожащими пальцами потянулась к вещи.

— Твой внешний вид, Лисичка, мне как раз-таки пришёлся по вкусу. А вот внутреннее содержание подкачало, — усмехнулся я.

Её носик недовольно сморщился.

— У вас с содержанием тоже не всё в порядке, раз вы бросаетесь на людей! — огрызнулась она, но тут же прикусила губу, испуганно округлив глаза. — Я… я не то имела в виду.

— Может, хватит выкать?

— Вы не соизволили представиться, — заупрямилась она.

— А зачем? Я собирался просто хорошенько потрахаться, а не знакомства заводить. Я не хочу отношений. А ты для поисков спутника жизни выбрала крайне неподходящее место.

Я достал телефон и открыл приложение, чтобы оформить доставку. Не хочет ехать в футболке — что ж. Я не привык оставаться в долгу. Порвал платье — куплю другое.

— Я не искала никакого спутника! Пришла в клуб отдохнуть и оторваться! — выпалила она, подскочив на ноги.

Я перевёл взгляд на осмелевшую девчонку, и снова тело затрясло от возбуждения. Когда Лисичка злилась, то выглядела ещё сексуальнее. На смену страху пришла дерзость, и эта эмоция пахла куда приятнее.

— Ну да… ты ещё та оторва, — убрал телефон и сложил руки на груди. — Пьяная готова была раздвинуть ноги перед любым прямо на танцполе, а теперь, протрезвев, строишь из себя непорочного ангела.

Мой взгляд сам задержался на её приоткрытых губах, затем спустился ниже и застыл на сосках, топорщащихся сквозь белую ткань футболки. Неимоверно захотелось снова их увидеть…

— Никого я из себя не строю! Я просто… растеряна, потому что не помню, как оказалась в вашей компании и в этой квартире! — ответила она, прикрываясь руками.

— Ну, это неудивительно: ты на ногах едва стояла, — не сдержал я очередную подколку. — Мы танцевали. Потом я предложил поехать ко мне — и вуаля! — развёл руками, давая понять, что никакого похищения не было, и я не злостный маньяк.

И совершенно неважно, что на самом деле всё было немного иначе.

— Я вообще-то не пью, — смущённо отвела она взгляд. — Извините… извини, если вела себя неприлично.

— Всё было прекрасно, пока у тебя в голове не переклинило, и ты не начала считать меня преступником. Но ладно. Проехали, — отмахнулся я и протянул Малике тоник, чтобы её окончательно отпустило.

— Что это? — подозрительно спросила она.

— Обычный энергетик. Убирает похмельный синдром. Боишься? Можешь не пить, — пожал плечами и демонстративно сделал пару глотков.

В моём состоянии лучше не пить это, но выбора не осталось.

— Спасибо. Я бы смочила горло.

— Держи. Если нужно, ванная там, — кивнул я на дверь.

Ей нужно побыть одной. Да и мне не помешает охладиться и перевести дух.

В таком напряжении мои яйца не были ни разу за всю сознательную жизнь. И моей выдержке точно можно поставить памятник.

Глава 5

Я захлопнула дверь ванной и только тогда, кажется, смогла нормально дышать.

Что же ты творишь, Малика?! Хотя… я ведь этого и хотела, по сути.

Включила воду и плеснула в лицо, стараясь восстановить дыхание и сбавить жар.

Этот парень…

Хотя нет, этот мужчина невероятно красив. Просто картинка, о которой такой, как я, и мечтать нельзя. Но по какой-то причине я здесь, с ним, в одной квартире.

Блин… долбаный алкоголь! Я ничегошеньки не помнила с того момента, как увидела Стаса с другой. И где Василиса?! Как она могла отпустить меня одну в таком состоянии, да ещё и с таким мужчиной?

Я коснулась губ, которые до сих пор хранили вкус его поцелуев. Внизу живота снова неприятно затянуло.

Посмотрев в зеркало, едва сдержала крик ужаса. Некогда яркий макияж расползся по лицу разноцветной кляксой. Оставался один выход — смыть его полностью.

Ладно. Я и так уже, наверное, упала в глазах незнакомца ниже некуда. Моя ненакрашенная мордашка вряд ли разочарует его ещё сильнее.

В шкафчике над раковиной нашлось жидкое мыло. Я тщательно умылась, стирая с лица въевшуюся косметику. И пока занималась этим, думала, что делать дальше.

Красавчик явно настроен как можно скорее отделаться от меня. И я вроде бы должна желать того же. Но на душе кошки скребли.

Я ведь хотела начать новую жизнь. Хотела измениться. И мне выпал прекрасный шанс подарить свою девственность на самом деле невероятному мужчине.

Когда мне ещё посчастливится коснуться такого?

Кожа смуглая, будто он только вернулся с курорта. Казалось, на ощупь она до сих пор хранит тепло солнца и пахнет морским бризом. Стрижка «бокс» на смолянисто-чёрных волосах выглядела очень сексуально, а выбритый на виске символ придавал образу загадочность и дерзость.

А глаза? Я никогда не встречала человека с таким цветом. Тёмные, пугающие, как сама ночь. Только вопреки страху хотелось окунуться в эту черноту, раствориться в ней и потеряться.

— Давай, Малика, не дрейфь! — прошептала я себе, глядя в зеркало. — Лучше варианта просто быть не может.

И я не просто уговаривала себя. Я действительно так считала.

Мужчина явно имел огромный опыт в подобных делах и точно знал, что делать с такой неумехой, как я. К тому же болтать ему точно не к чему.

И так видно: все женщины готовы падать перед ним в обморок от желания. А я — что-то вроде интересного приключения, чтобы разнообразить быт. Обидно, конечно, но нужно смотреть на вещи трезво.

Радовало одно: мысли о Стасе и его измене благополучно выветрились из головы. Оказавшись в компании накачанного красавца, я поняла, что свет клином на бывшем не сошёлся.

— О чём же ты думаешь, глупая? — усмехнулась сама над собой.

Этот брюнет чуть не изнасиловал меня, разнёс шкаф в щепки. Самое лучшее, что я могла бы сейчас сделать, — убежать, сверкая пятками. Но меня необъяснимо тянуло к нему.

Даже мой ангел-хранитель не спешил шептать о неправильном решении. А значит…

Я сделаю это. Совершу самый рискованный и опрометчивый поступок в своей жизни — пересплю с незнакомцем!

Глава 6

Как только девушка скрылась в ванной, я подлетел к окну, чтобы вдохнуть воздух, не пропитанный мандарином.

И откуда она только взялась на мою голову?!

Зачем, спрашивается, связался с ней? Волчиц и демониц вокруг мало, что ли?

Нужно было послушать друга, плюнуть на всё и поехать в нормальное место. Сейчас уже лежал бы удовлетворённый и обласканный.

— Эй, ты там в порядке? — обречённо выдохнул я, начиная испытывать необъяснимую жгучую тоску по девушке, хотя нас разделяли лишь пара метров и хлипкая дверь.

— Да-да, я сейчас!

Так…

С этим надо что-то делать. Мне совершенно не нравилось то, что я испытывал. Всё это попахивало грандиозным скандалом, а у меня проблем и так по горло.

Нужно решить разногласия с вампирами и избавиться от преследования департамента. А внезапное появление… истинной путало все карты.

Все вокруг твердят, что найти свою пару — великое благо, подарок, милость предков. Но я считал иначе.

Истинность — это слабость! Она делает любого волка уязвимым. Да и не только волка, как показывает практика. Дарткан мог добиться нереальных высот на Красной земле, но встретил свою истинную — Дарью — и чуть не лишился жизни из-за этого чувства.

Мне же, как я понимал, повезло похлеще остальных. Моя Лисичка — обычная человечка, да ещё и…

Продолжать мысль оказалось сложно, потому что внутри снова вскипела ревность.

Захотелось вернуться в клуб, найти каждого, кто посмел только посмотреть на Малику, и прикончить самым кровожадным способом. И это явный признак: пора драть когти подальше, пока меня окончательно не затянуло в омут зависимости.

Людям не понять, что такое истинное притяжение. Верность для них — нечто запредельное и почти невозможное. А зверя ревность может свести с ума, толкнуть на поступки, после которых не отмыть ни лапы, ни душу…

Хлопок двери заставил меня отвлечься. Я поднял глаза на вышедшую из ванной девушку.

— Что… что ты делаешь? — голос вмиг осип, перед глазами поплыло от вспыхнувшего желания.

Внутри за секунду разгорелся такой пожар, что я легко мог спалить всё в радиусе километра.

Эта девчонка точно сумасшедшая. И она, к её огромному сожалению, не в курсе, кто именно стоит перед ней. Злобный хищник, который уже не в силах отступить.

Я сделал пару шагов к Малике, отшвыривая телефон. Красивое, обнажённое тело дрожало, как осиновый лист на ветру. От бешеного стука её сердечка закладывало уши.

Мандариновый запах окутал сознание и притягивал зверя, будто цепями. Внутри происходило невообразимое. Волк царапался и просил выпустить его. Демоническая сущность выжигала душу, требуя отдать лидерство ей.

— Я даю тебе последний шанс уйти. Прямо сейчас, — прошептал сквозь зубы, стискивая кулаки.

И с ужасом понимал: даже если она одумается и сорвётся с места, убежать уже не удастся.

— Вы… ты пугаешь меня. Но я не отступлюсь. Обещаю, — пробормотала она, интуитивно пытаясь прикрыться.

Из моей груди снова вырвалось рычание.

Светлая кожа… изящные изгибы тела… затвердевшие розовые соски и треугольник, покрытый рыжеватыми волосками… Всё это словно видение, прекрасный сон, из которого я не хотел просыпаться.

Пока не хотел…

Глава 7

Незнакомец пугал меня чуть ли не до обморока. Его рваное сиплое дыхание оглушало, а звериный оскал заставлял конечности холодеть.

Он дал мне шанс уйти. И я на самом деле хотела им воспользоваться, но ноги будто вросли в пол, а тело окаменело.

Говорят, у страха глаза велики. Сейчас я не могла понять, вижу ли это на самом деле, но готова была поклясться: в чёрных зрачках человека напротив полыхало пламя, а кожа приобрела красноватый оттенок.

Стало невыносимо жарко. Воздух с трудом попадал в лёгкие и обжигал их. Запах морского бриза стал насыщеннее, приобретая тяжёлые штормовые нотки.

— МОЯ! — громом раздался то ли крик, то ли звериный рёв.

Я опомниться не успела, как оказалась опрокинутой на кровать.

Незнакомец точно обезумел. Он не причинял боли, но происходящее походило на сюжет кошмарного фильма. Тяжестью своего тела мужчина придавливал меня к постели, не давая даже вздохнуть.

По щекам покатились слёзы. Я не могла понять, кто он. Но он точно не человек: его тело то покрывалось шерстью, то кожа становилась ярко-красной, излучая языки пламени, которые, казалось, сейчас превратят меня в горстку пепла.

— Прекрати… — прошептала я.

Но чудовище не слышало. Он боролся с самим собой, продолжая обнюхивать мою шею, как дикий хищник.