Укрощение дракона 2. Дракон нашего времени
Иррандо открыл глаза и увидел обычное голубое небо, облачка, солнце. Холодновато разве что… Око обмануло? Что-то мягкое и влажное коснулось виска. Принц отпрянул. Над ним возвышалась бурая корова и, похоже, собиралась вместо молодой травки пожевать его ухо.
– Кыш! – рявкнул Иррандо и вскочил на ноги.
Корова удивлённо и немного обиженно посмотрела на пришельца. Он брезгливо отёр ухо. А животина фыркнула и отошла на пару метров, недружелюбно скосив рога. Иррандо оглянулся: за бескрайним полем, покрытым молодыми всходами, пролегала идеально ровная, если не считать нескольких небольших рытвин, серая дорога, убегающая куда-то за холм.
«Любопытно, что за материал позволяет так ладно склеивать камни? – изумился Иррандо. – Ведь явно же не плита цельная!»
На большом синем прямоугольном знаке белыми и непривычно округлыми буквами был написано: «Рязань 30 км». Чуть подальше дорогу окаймляла негустая полоса деревьев…
Чужемирная скотина не позволила лорду Лонтриэру долго осматривать окрестности. При виде алой ленты на серебристой кольчуге бурёнка, в генах которой, видимо, прописалась коррида, учуяла голос крови или просто обиделась, что внезапно материализованный чужак подмял сочный клевер.
Корова угрожающе промычала и бросилась, наклонив голову, на Иррандо. Он успел отскочить, заметив краем глаза странные разноцветные повозки без впряжённых козлов. Повозки очень быстро передвигались по дороге с холма. В следующую секунду Иррандо пришлось изогнуться, как тореадору, чтобы рог бурёнки проскользнул в миллиметре от его бока. Поджарая корова пробежала дальше, развернулась и, злобно фыркая, принялась рыть копытом чёрную землю.
– Ах ты ж посланница ада! – выругался Иррандо и обернулся в дракона.
Подлетел на метр, распахнул крылья и дыхнул дымком немного, чтобы припугнуть животное. Корова резко затормозила, врывшись копытами в землю. Чуть не упала и попятилась. С дороги послышался скрежет чего-то тяжелого, визг, удар и крики.
Дьявол! Око же предупреждало про драконов! Иррандо на всей скорости полетел к лесу по-над зелёной травой, и скрывшись за посадкой неизвестных, едва покрытых листиками деревьев с белыми стволами и темными пятнами, обратился снова в человека. Из кармана штанов выпал Анин Айфон.
О, как он мог забыть?! Аня ведь попросила его спрятать перед приёмом у короля. Вот здорово! Если она так обрадовалась оживлённому Айфону в его мире, значит, в этом и подавно обрадуется. Пусть и его самого не помнит…
Расчувствовавшись от мыслей о жене, Иррандо зажмурился и поцеловал пластик. Тот в ответ пискнул и сообщил, что связь есть. Принц кивнул и задумался: что делать дальше? Одно хорошо: он не в глухой чаще застрял, а у дороги. Значит, найдется, у кого спросить. Подумаешь, повозки необычные – Око предупреждало о техномагии. Аня, вон, даже говорила, что тут искусственные драконы летают. А куда в этом мире настоящих дели? Истребили?
Одёрнув кольчугу, Иррандо решительным шагом направился через лесополосу к дороге. На холме три повозки так и стояли, слегка смятые, а несколько человек, выскочившие из них, показывали пальцами в небо, и возбуждённо кричали – не расслышать, что.
Интуиция подсказала Иррандо пойти в другую сторону. Мимо проезжающие повозки отчего-то не останавливались, даже когда он махал руками над головой. «Недружелюбный тут народ, – подумал Иррандо. – Разбойники…»
Ему ничего не оставалось, как пойти вдоль дороги, ведь она обязательно приведет к поселению или городу. Но она привела к побеленному домику у шлагбаума, где пересекалась серая полоса нормальной дороги со второй странной – из двух тонких железяк, положенных на бесчисленное количество деревянных брусков. Чахлые кустики, жёлтые и голубые цветочки росли у крыльца. Принц набрался духу и постучал в ярко-красную дверь.
– Тута я, – послышалось из-за спины. – Чего надо?
Иррандо обернулся и увидел приземистую, квадратную почти тётку в оранжевом жилете поверх синей куртки и толстых штанов, пузырящихся над резиновыми чувяками. В руке она держала полосатую палку. Несмотря на явно не молодой возраст, женщина была совсем не седой, ее фиолетово-красные волосы, остриженные коротко, мелко вились, как у эррадейских овец. Иррандо вспомнил о странных канонах красоты Аниного мира и вежливо поклонился:
– Доброго дня, донна. Я оказался в чужой местности, и мне нужно найти одного человека. Прошу вас о помощи.
– Заблудился, значит, – оценивающе взглянула на него тётка. – Ролевик, что ли? Чего вам тут в наших местах, мёдом намазано? Хотя костюмчик у тебя что надо. Прямо натуральный такой рыцарь, молодец! Чего ж без меча? Потерял?
Иррандо не ожидал подобного и ответил:
– Я не ролевик. Я попал сюда из другого мира. И, простите, мало знаком с реалиями вашего.
Тётка ничуть не удивилась и махнула рукой:
– Да бывает! Ты из какого? У меня тут кого уже не было: и из Альфа Центавра, и из Созвездия Лебедя, с Сириуса. Эти из Ориона вообще, как родные, каждый год приезжают на семинар с палатками. Во-он в том лесочке медитируют.
– С Аллес, с первой планеты Вселенского Ока, – пробормотал опешивший Иррандо.
– Да хоть с десятой. Тебе портал открывать не надо? А то у меня поясницу сегодня прихватило.
Принц замотал головой.
– Портал не нужен. Мне бы найти Кузьминки или «Латтэ и Маффин», – сказал он.
– Ой, так Кузьминки это тебе в Москву надо, милок.
– Москву? А как мне туда добраться, любезная донна?
Тётка скептически посмотрела на Иррандо.
– Ты иностранец, что ли? Акцент у тебя какой-то ненашенский.
Принц кивнул, удивляясь: ведь сказал же, что он из иного мира.
– Да и лицо… Француз или итальянец? Угораздило ж тебя, милок, – покачала головой тётка. – Вот какие-то дебилы в интернете напишут, что у нас тут место силы, а другие… хм… ну, как ты… едут чёрт знает откуда, а потом теряются. Деньги хоть есть? Или посеял вместе с мечом?
Поспешно сняв с уха крупную бриллиантовую серьгу, Иррандо протянул её женщине:
– Денег ваших нет, но я отплачу за помощь.
Огромный диамант сверкнул на солнце. Тётка посмотрела с интересом на причудливую серьгу, но отвела ладонь Иррандо.
– Если камушек настоящий, столько оно не стоит. Ты парень молодой и здоровый, а мне помочь некому. Вон ту ветку спилишь над крышей? А то вот-вот обвалится. А я потом с дальнобойщиками за тебя сама договорюсь, чтоб до Москвы подбросили.
– Буду рад помочь вам, любезная донна.
– Да какая я тебе донна? – добродушно рассмеялась женщина. – Обходчица я, тётя Маша.
Иррандо поклонился:
– Очень приятно узнать ваше имя, любезная тётя Маша. Лорд Иррандо Бельмонте Лонтриэр к вашим услугам.
– Ах, ты прям правда рыцарь?! – всплеснула руками тётя Маша и кокетливо посмотрела на него: – И где мои семнадцать лет? Ну пойдем, пилу дам и лестницу. Только кольчугу свою сними, замараешь, жалко будет такую красоту… Нет, погоди, сначала сфотаемся, мне племяш смартфон подарил. А то потом девчата не поверят, что мне рыцарь дерево пилил.
– Я не рыцарь, я принц, – поправил он с истинно королевским достоинством.
– О, так это ещё лучше! – обрадовалась тётя Маша.
Глава 4
Оказывается, папу просто надо было покормить. Он расправился с двумя полнющими тарелками жареной картошки с мясом и просветлел лицом. Я налила до краев кипятка в его пол литровую кружку, кинула пакетик чёрного чаю и размешала неизменные три ложки сахара. Папа взял было кружку и отставил. Взволнованная, я сидела напротив, и на языке вертелся вопрос. Очень важный для меня вопрос. Но я не решалась его задать. Со вздохом папа взглянул на меня.
– Доча, я тут посоветовался немного. Со знающими людьми поговорил. И сам подумал. Ты только не реви больше, договорились?
Сразу в глазах зачесалось, но, закусив губу, я кивнула. Папа набрал воздуха в грудь и выпалил:
– Так вот. Я решил. Не всё ли нам равно, кто отец? Главное, кто мать! И кто дед. Да?
– Папа! Папочка! – завизжала я вне себя от счастья и кинулась ему на шею. – Да! Давай оставим! Надо оставить, правда! Я ещё ничего не должна чувствовать, наверное, и, может, просто кажется, но я прям всё время ощущаю, что он там – живой, масенький, малипусечка… Папочка, он ведь наш! Или она…
– Нютка, – улыбался папа, затисканный и зацелованный. – Ой, Нютка… Надеюсь, внук будет. А то вы меня задушите вдвоём, если девочка…
– От любви! Папочка!
– Ну, вот и хорошо, – выдохнул он удовлетворенно. – Теперь можно и чай пить спокойно. Там у нас пряников нету?
Я глянула в хлебницу.
– Есть, – попробовала на мягкость.
По-моему, это ещё те, что я перед пропажей покупала…
– Ими только гвозди забивать, но лучше выкинуть ради мер предосторожности.
– Насчет предосторожности, – посуровел мгновенно папа. – Тебе, Нютка, понятно, нужны положительные эмоции. Но ты моя дочь и должна понимать, что пока я не засажу гада, который тебя похитил, надо быть начеку. С работы уволишься. Никаких поздних гулянок. Бабушку из Мезмая вызовем, чтоб ты не одна была, пока мне отпуск не дали.
– Бабушку-то зачем? У нас тут и так развернуться негде, – удивилась я. – И потом из неё охранник никакой. Только паникёр. И в отпуск ты же летом собирался…
– А тебя кто охранять будет? У меня нет денег на надёжного телохранителя. С ребятами из патруля я договорюсь, чтобы с университета тебя домой отвозили, когда занят буду.
– Пап, это уже конвоем попахивает, – кисло улыбнулась я. – Ты успокойся: я дома, со мной всё хорошо, и больше ничего не случится.
– Я должен в этом удостовериться.
– Но ведь всё не предусмотришь. Вообще мне и кирпич на голову может упасть. Ты ж не будешь передо мной с сачком бегать?
– Зачем с сачком? – опешил папа.
– Кирпич ловить. Или шлем на меня надевать…
– С сачком нет. А насчет шлема надо подумать.
– Ну, па-а-ап! – Я закатила глаза.
– И на курсы самообороны тебя запишу, – папа явно не шутил, и это пугало. – И экстремального выживания. Чтобы не терялась в любой ситуации. Завтра с утра я забегу на работу на пару часов. Потом пойдем к психологу.
– Зачем?
– Насчет памяти. И прочего. Не перечь.
– Да я молчу.
– После к Федор Иванычу в больницу. Пройдёшь обследование. Анализы сдашь. Всё, как положено. Запишу тебя на права учиться, чтобы сама водила. Машину купим, я кредит возьму.
Я оторопела от размаха папиных мыслей по защите меня.
– Потом в полицию и в оружейный.
– А это ещё зачем?
– Во-первых, документы восстановить. Во-вторых, баллончиком теперь не обойтись, – буркнул папа. – Купим электрошокер, самый мощный. И травматику, пистолет. Потом в тир, пристреливаться.
Мои глаза чуть из орбит не выпали. Потому как я думала о кафе-кондитерской, чтоб отпраздновать моё возвращение, о том, что мне нечего надеть – одни штаны в шкафу и футболки, а хотелось чего-то красивого – платьичка. И в детский заглянуть: мне так и мерещились пинеточки – то розовые, то голубые. Хотя рано ещё. Ну, хоть мишку плюшевого!
– Может, не надо, пап?
– Надо!
Походу с пироженками и платьичком я пролетаю…
– Тогда ладно, чего уж мелочиться, – махнула я рукой, – пошли сразу танк покупать. И пару гаубиц. Можно БУ. И гранату в сумочку.
– Аня, это не шутки.
– Пап, я понимаю. Но давай не будем устраивать из нашей жизни войну и осадное положение. Знаешь ли, спать в обнимку с огнемётами – оно как-то не очень… – проговорила я и вдруг запнулась: сочетание слов «спать в обнимку» и «огнемёт» отчего-то вызвали во мне невероятно тёплые чувства и волнение внизу живота.
– Нютка, ты чего?
– А?
– Вспомнила что-то? – В папе сразу проснулся следователь.
ОМГ!
– Давай-ка, рассказывай, по горячим следам.
И отчего-то я смутилась.
– Да нет, пап. Всё окей.
– Не темни. Я каждую твою гримаску с детства изучил. Выкладывай.
Я растерянно пожала плечами, помолчала две секунды и призналась:
– Кажется, я видела настоящий огнемёт… И даже рядом со своей постелью. Почему-то это что-то очень знакомое. И, наверное, в руках держала.
Папа побелел.
– Так я и знал, что дело простой шушерой не обойдется! Волки позорные, – наконец, бросил он хмуро. – Сволочи! Ладно, уже зацепка. Будем проверять всех, кто занимается незаконными поставками оружия. Огнемёты, говоришь?
– Может, показалось? – робко вставила я.
– Выясним. Бриллианты, перстни, огнемёты – похоже, пора начинать охоту на крупную рыбу. И серьги твои я по базе пробью и сдам экспертам в лабораторию.
Мрачный, как туча, папа достал своё табельное оружие и положил передо мной на кухонный стол. Пистолет выглядел нелепо между грязной тарелкой из-под картошки, кружкой с недопитым чаем и окаменелыми пряниками.
– Я уеду ненадолго, – охрипшим голосом произнес папа. – Ты, дочь, никому не открывай. Никуда не выходи. Пользоваться этим надо так…
Я слушала его, хлопая ресницами, и брать пистолет в руки не хотелось.
– Ты хоть пироженок купи, – сказала я перед дверью папе.
– Хм… Хорошо.
– И пряников. И мороженого. И фрукточки…
– Всё?
– Нет, – улыбнулась я. – Можно ещё требуше и спрингалту – копья метать.
* * *Обходчица тётя Маша была находкой для шпиона. И кладезем информации для пришельца из другого мира. Любого иностранца она априори считала неразумным, «как дитё», и не удивлялась вопросам.
Потому, спиливая ветку, Иррандо удостоился подробных объяснений о реалиях Аниной страны под названием Россия. Он узнал, что ей правит президент в Кремле, но есть ещё Дума, и там сидят «одни бандиты», что вполне подходило под его представление о разбойничьем мире.
Выяснил, что бриллианты можно обменять на местные рубли в ломбарде или скупке. Вот только почему российские деньги были деревянными, лорд Лонтриэр так и не понял. Возможно, на изготовление локальной валюты шёл какой-то особый сорт древесины? Впрочем, по словам тёти Маши, «деревянные» были не в чести по сравнению с «зелёными», но и те были тоже в последнее время не очень, а лучше всего брать Евро. Впрочем, логики в этом совсем не наблюдалось, так как расплачиваться в России всё равно можно было только деревянными.
– Закон вышел, – поведала тётя Маша. – А ещё у нас тут санкции и кризис… Вам, в Европе, не понять! Но где наша не пропадала! Я вона тут картошечку сажаю, курей держу, зеленушечку.
Рассказ обходчицы о положении дел в стране, дорогах, коррупции и взятках пестрил междометиями с яркой, эмоционально негативной окраской, которых Аня не употребляла. Из чего Иррандо сделал два вывода: Аня говорила на умеренно разбойничьем языке, что не могло не радовать; второе – дела в государстве были так себе. И во всем были виноваты какие-то американцы, по уровню коварства не уступающие Маркатаррам.
«Что ж, везде свои сложности. И не так уж наши миры отличаются», – подумал Иррандо и тут же чуть не упал с дерева, потому что нарастающий издалека шум превратился в грохот, и длинная вереница железных сараев на колесах с надписью РЖД промчалась мимо избушки на огромной скорости.
Повиснув на руках на ветке, Иррандо с беспокойством глянул на тётю Машу – не надо ли спасать?
Но та, радостно выпятив безразмерную грудь, стояла как ни в чём не бывало с круглым флажком и совсем не боялась чудовища. Сердце Иррандо билось учащённо, принцу стало стыдно за свой демарш. Он спрыгнул на землю, подобрал пилу и выглянул из-за домика. На обычной дороге специальная палка перегородила путь множеству самоходных повозок.
Иррандо с любопытством разглядывал блестящие, разноцветные и разнообразные металлические коробки на колесах, пытаясь представить, что заставляет их ехать, и с изумлением замечая управляющих ими не только мужчин, но и женщин.
«Феминизм», – вздохнул Иррандо, чуть больше понимая Аню.
В мире, где женщин не только отпускают самих в путешествие между городами, да ещё и позволяют управлять магическими аппаратами, а таким, как тётя Маша – указывать дорогу железным чудищам, просто не могли дела обстоять лучше. Даже без американцев…
* * *Наконец, Иррандо Бельмонте Лонтриэр справился с громадной веткой яблони, распилил её на дрова для растопки, сложил в конурку, и одновременно узнал, что самоходные повозки называются машинами, и что «ни у кого денег нету, но все кредитов понабрали и ездят, оттого и пробки». В воображении принца-дракона всё это выглядело донельзя странно – казалось, что множество машин съезжаются в огромную бутыль без донышка, пока не утыкаются в плотно забитую пробку…
Но, чтобы не выглядеть совсем глупо, Иррандо решил больше не спрашивать, как это на самом деле, а увидеть всё своими глазами. Тем более, что там, куда он направлялся, то есть в Москве – «день и ночь везде сплошная пробка».
К счастью, когда проносилось очередное железное чудище с сараями, благодарная тётя Маша тормознула огромную машину с открытым позади кузовом. На красной кабине было написано КАМАЗ.
– Эй, браток, есть дело магарычовое. Подбрось иностранца до Москвы. А то потерялся, бедняга. Да и грабанули, без денег остался. Но сам парень хороший, душевный, хоть и в кольчуге. – И обходчица сунула водителю какой-то пакет. Кажется, с бутылкой.
Затем тётя Маша обернулась к Иррандо и достала из кармана оранжевого жилета свёрток из промасленной, с мелкими буковками бумагой.
– Вот, возьми на дорожку. Сама пекла, с капустой. Заезжай ещё, принц! – улыбнулась она и поправила рукой короткие фиолетово-красные завитки. – Я тебе и не такого расскажу!
Иррандо поклонился вежливо и поблагодарил, как мог. Тут же был прижат к горячим грудям, обтянутым шерстяной кофтой, но, к счастью, скоро отпущен.
Иррандо искренне был благодарен и так же сильно радовался отъезду, потому что в голове уже шумело от избытка информации и красочных междометий.
Угрюмый, небритый водитель КАМАЗа оказался молчуном. Иррандо захлопнул дверцу, и затаив дыхание, принялся следить за дорогой, за колесом, которое уверенно крутил водитель, за рычагами, педалями, стрелочками и цифрами на панели под окном. Слушал, как что-то мерно гудит в нутре машины, и удивлялся.
«Всё-таки машина – это восхитительное чудо техномагии», – признал Иррандо.
Конечно, расправив крылья, он бы полетел гораздо быстрее, но принц не забывал об угрозе попасть в неизвестный зоопарк к крокодилам. Око ведь не зря предупреждало! И то, с каким пренебрежением Аня отзывалась о крокодилах, заставляло лорда Лонтриэра проявлять разумную осторожность. Сначала нужно было понять, как обстоит всё в этом мире, чтобы не наломать дров. Но главное – он и так уже мчался в Москву – туда, где живёт Аня, его любимая, нежная Анрита, в беспокойстве о которой заходилась душа. И о малыше под её сердцем…
Глава 5
Златокосая красавица сидела в кресле, похожем на трон, и гневно сверкала глазами:
– Где Иррандо?! Я же просила, господин Куррвимаэтр, избавиться от выскочки из другого мира, а не от моего любовника!
– Бывшего, – вставил маг, кривясь от недовольства.
– Любовники бывшими не бывают! По крайней мере, мои! – вопила леди Марриора. – Но вы видите тут лорда Лонтриэра? Где он: под кроватью? За пологом? Может, на балконе? Нет! Его здесь просто нет! Ни в печали, ни в радости, к вселенскому дьяволу! И вообще нигде нет – вся дриэррская стража с ног сбилась! Куда вы его дели, скажите на милость?!
– Сия загадка велика есть, – ответил, поджав губы, маг. – Вы правы, все служители храма теряются в догадках. Принц вошёл в алтарь Великого Ока за двенадцатью дверями и больше не вышел. Помещение было пустым, когда двери раскрылись снова.
– И что это может значить? Око растворило его? Забрало к себе? – тяжело дышала от гнева леди Марриора. – Зачем Оку молодой, красивый принц? Он мне нужен, мне! Моё тело остынет скоро без его прикосновений! И что же мне скажете делать? Смириться?!
– Вряд ли у вас получится… – сказал маг. – А насчет исчезновения… По самым смелым предположениям, Око могло помочь седьмому принцу отправиться за избранницей в её мир.
– Разве это возможно?!
– Великое Око может всё. Оно ведь управляет остальными шестью мирами равно, как и нашим. – Маг нервно дёрнул застрявшую в других звёздочках чётку. – Миледи, вы обещали вспомоществование в наш прошлый разговор. Работа выполнена. Избранница переброшена в иной мир. Извольте оплатить.
Леди Мариорра встала и прошлась вглубь будуара. Её роскошный халат из мягчайшего белого бархата с алым подбоем распахнулся, обнажив точёные ножки в расшитых золотом туфлях, но миледи это не смутило. А вот мага – наоборот.
– Работа выполнена не до конца, – жёстко сказала она. – Я не плачу за недопечённые пироги, только за готовые.
– Но миледи, согласно нашему уговору, я сделал всё. Отвечать за действия принца Иррандо я не должен. И уж тем более… – Маг изобразил благообразие на бородатом лице. – Не могу знать, что предпримет Око.
– А знать – тоже ваша работа! Или вы зря жрецом зовётесь? – фыркнула леди Марриора.
Всё-таки подошла к перламутровому сундучку в стенной нише. Достала из него небольшой, туго набитый кошель и резко бросила им в Куррвимаэтра. Попала в плечо, тот скривился, но наклонился подбирать деньги.
– Больше не заслужили… Милостыню я не раздаю.
– Чего вы ещё хотите, миледи? – Маг, кажется, терял терпение.
– Мои цели предельно ясны. Иррандо должен быть тут, а не с ней. А он… Вдруг он вообще решит там остаться?! Это недопустимо! Непозволительно! – Леди Марриора снова повысила тон. – Вы говорили, в нашем мире её защищает магия, но в другом-то магия эту нахалку не защищает. Ежели есть портал в тот мир или его можно настроить, значит, надо довершить дело, порученное вам. Иррандо вернуть на Аллес, а леди Анну… – Златовласая красавица сделала зловещую паузу и тихо произнесла: – Убить.
– Но как?.. – возмутился Куррвимаэтр. – Портал между мирами может открыть или само Око, или двенадцать магов…
– Или маркатаррский колдун. Где он, кстати?
– Вернулся в Парфению.
– Он всё еще страдает от чар избранницы?
– Не знаю, но могу предположить, что да. Если Верховный маг Альказадр не смог понять, что же за ведьмовство властвует над Арргарром, вряд ли с ним справятся Маркатаррские ритуалы.
– Прекрасно! Месть – чудесная движущая сила! – заявила леди Мариорра, скрестив на груди руки. – Полагаю, над господином Арргарром, поющим странные песни, будут смеяться и при дворе Маркатаррского короля. Какой первый советник и великий колдун стерпит это? И не будь я леди Марриора, вдова великого дракона и огнеборца, главнокомандующего Северным войском, лорда Бордриэрра, если король чёрных драконов не сместил с должности колдуна, который не справился с заданием государственной важности!
– Возможно, ему даже будет велено исправить оплошность, – согласно закивал маг, – и всё-таки доставить деву для снесения яйца.
– Нет! Сюда эта дрянь вернуться не должна! Итак, – сухо констатировала леди Мариорра, – вы разыщите Арргарра и будете давить на месть. Обманите, если надо.
– Как скажете, миледи, – сказал Куррвимаэтр, – только мне нужны средства на расходы и конспирацию.
В белобородого старца полетел ещё один туго набитый кошель.
– И за риск, – добавил он. – Отправляться магу Дриэрры во вражескую Парфению очень опасно.
– Переместитесь вашими магическими лабиринтами, – бросила коварная красавица. – Да-да, не делайте такие большие глаза. Я хорошо подслушивала дядюшкины беседы в своё время. Знала, что когда-нибудь мне они пригодятся.
– Не слишком ли вы много себе позволяете, леди Марриора? – Куррвимаэтр гордо выпятил грудь. – Вы разговариваете с одним из двенадцати избранных магов.
– За столько, сколько я заплачу вам, когда всё будет готово, я могу вас даже попросить сплясать паримасочку. С присвистом.
– А сколько вы мне заплатите?.. – мгновенно охрип маг.
– Двенадцать миллионов золотых дрроэнов, – заявила леди Марриора, вульгарно развалившись в собственном троне.
Маг побледнел и закашлялся.
– И полную поддержку вашей реформе или чего вы там хотите: короля свергнуть, престолонаследие изменить, мне без разницы. Главное – Иррандо должен быть моим. И только моим. Здесь. В моей спальне. Столько, сколько я захочу!
* * *Водитель высадил Иррандо в Москве, когда уже темнело небо, но вокруг зажигались огни – не естественные, как цветы в садах, а тоже плоды техномагии.
Ошалевший от впечатлений и размахов, лорд Лонтриэр шёл по необычному городу, заставляя себя держать осанку и не показывать удивление происходящим вокруг, ведь дракону королевской крови робеть не пристало.
И всё же он робел, ошарашенный и немного придавленный тем, как шумела, гудела, мчалась куда-то жизнь города, подпирающего домами небеса. Причем совсем не башнями королевских замков и дворцов. С виду дома были простыми и прямоугольными, без изысков. Да и королей столько не бывает!
Голова кружилась. Ожившие картинки светились на зданиях. Повозок, тьфу, машин было по пять полос с каждой стороны широченной дороги. Деревьев мало, дышать нечем. Возможно, потому что луны и звезды замещали фонари, к которым тянулись по улицам канаты.