Точка невозврата. Легенды о торульви. 2 книга

– Послушай, ситуация с экспериментом была патовая. Ты же в курсе самоубийств?.. – Ассура тщательно подбирала слова. – Эксперимент полностью закрыт, информация засекречена. То, что я сделала — преступление… Но я не могла смириться с тем, что моя мать от злости крушит дом.

Я не могла успокоиться, пока не соберу тебя обратно. Это как найти древний чертеж идеального здания и оставить его пылиться в архиве. Я просто обязана была достроить.

– Значит, я вне закона?

– Да, – Ассура доверительно протянула ладонь и взяла Влада за руку. Теплая, мягкая ладонь… Влад не хотел никуда улетать. Он утонул. Ему хотелось остаться рядом, стать частью ее жизни, но, запутавшись в словах и предлогах, он покраснел и промолчал.

— Гейгу говорит, что меня некуда возвращать, — она швырнула шар на стол. — Дом смыла волна.

– Хмм… – протянула Ассура.

– А что на Земле?

– Где?..

– На Лаутенте… – поправился Влад. – Я, когда улетал, помню, там были беспорядки.

— Не знаю, – Ассура развела руки в разные стороны. Тень от её ладони упала на грудь, перечеркнув плечо тёмной чертой. Шрам. Старый, бледный, уходящий под ткань. – Знаю только то, что все торульвийские программы свернуты. В космосе никого не ждут. ТГ там прикрыли. Кто успел, тот улетел…

Влад внезапно осознал, насколько она хрупкая. Обычная женщина из плоти и крови. А он? После Нимеи и бегства он сам казался себе выжженным изнутри, но всё ещё живым. И от этой разницы захотел защитить её любой ценой. Но вслух он сказал другое:

– Что такое ТГ?

– Транспортный гравитатор… Ты как летал по космосу?! – удивилась Ассура. Брови взлетели вверх. Легкая усмешка плясала в уголках губ.

– Автопилот… – пожал плечами Влад и снова покраснел.

– Замечательно! Ты так вслепую и собирался летать до скончания века? – Ассура откровенно веселилась.

– Нуу… Больше идей не было.

– Сейчас без вариантов. Тебе надо вернуться.

– А если я не хочу? Неужели нельзя сделать поддельные документы? Затеряться?

Ассура закатила глаза:

– Неужели ты не скучаешь по семье?

Эти простые слова пробили брешь в его решимости остаться. Действительно, как там его мама, брат, племянники?..

6 глава. Дарли. Новый виток конфликта

Президент Дарлийской Республики, Карэль Хартек, смотрел сквозь панорамное окно своего кабинета прямо на орбитальную верфь. Там, медленно обрастая броней, вращался каркас дредноута класса «Удар». Добыча ресурсов шла ударными темпами... Президент хмыкнул и налил немного вина. Он ценил стерильность и пустоту космоса, поэтому предпочитал работать на корабле.

Дарли любили войну только тогда, когда она приносила прибыль без риска. Открытый конфликт с торульви сулил огромные расходы. Поэтому старый Карэль Хартек выбрал относительно мирный путь переговоров.

Лаутент… Президент снова вызвал на столе голограмму далёкой планеты. Их вечные друзья-соперники торульви когда-то стартовали в космос именно с этой окраины. Там остались их младшие братья по разуму. Дарли хмыкал. Ему казалось нелогичным тратить ресурсы на контроль примитивной расы. Триумвират видимо совсем впал в старческий маразм.

Карэль Хартек собрал советников. Многие из них поддерживали идею захватить Лаутент. Ударить торульви в самое уязвимое место? Легко. Люди уже поняли, что не одни в космосе. Их поманили космическими кораблями и бросили на окраине. Они чувствовали себя обманутыми. Почему бы не воспользоваться?..

Дарли готовили корабль с посланниками, отбирались специально обученные военные, ученые, врачи. Делегация должна показать цвет нации, расположить к себе. Давно поседевший Президент лично следил за отбором. Сам он не полетит, годы не те, но отправит единственного сына.

Чуть позже, под надёжной охраной, специальным маршрутом. Говорят, люди ценят такие жесты, когда прилетает наследник. Карэль хмыкнул и налил немного вина с дальних плантаций. Сын бредил идеей мира... Наивный идиот. Его талант переговорщика был единственным, что оправдывало право этого мягкотелого существа носить фамилию Хартек. Пусть летит, раз уж ему так хочется поиграть в спасителя галактики

В отличие от торульви, его посланники войдут в контакт без лишнего шума, им нужны главы государств. Молодой Стэм Хартек воодушевился возможностью встать на передовую налаживания дипломатических отношений.

Посмотрим, чем дело закончится. Иногда достаточно одного неверного сигнала стыковочного узла, чтобы две империи снова сцепились в космической войне. Или бойца Красных Когтей, который решит в очередной раз угнать экспериментальный крейсер прямо из-под носа его охраны во время подписания Хартекского мира.

Карэль поставил пустой бокал на панель управления. Звук хрусталя показался слишком резким в тишине рубки. Он опять вспомнил свою первую дипломатическую миссию на Критере, где поднял восстание. Да, троица торульви Сил, Наперро и Камай изрядно попортила им кровь. Официально они числятся погибшими. Что же, официальному статусу иногда полезно верить...

7 глава. Верните меня обратно

Влад вернулся на Лаутент.

Сестра вытащила его на берег моря... Влад послушно сел на песок. Холодная осенняя вода лизала ботинки, но он даже не шевельнул ногой, чтобы отодвинуться. Ему было всё равно.

Когда-то давно он любил суровые осенние просторы. Волна туристов уже схлынула. Вездесущие продавцы исчезли вместе с летом, унеся свои палатки и короба до следующего сезона.

Прошел уже год с момента атаки. На Лаутенте… На Земле, мысленно поправил себя Влад. На родной планете до сих пор не утихали волнения из-за так и не случившейся ядерной войны. Информационный шум то нарастал, то снова гас.

Все ждали торульви… Загадочные инопланетяне, так быстро убравшиеся с горизонта, оставили на губах тонкий след разочарования. Людей поманили и бросили. Им на миг показали, что все самые смелые мечты фантастов осуществимы и находятся на расстоянии вытянутой руки.

Но руку оттолкнули. Второй попытки никто не дал. Торульви не шли на торг. Они свернули программы наблюдения и охраны, улетев в неведомые дали.

Возник вопрос к ученым. Как они не смогли увидеть в телескопе множество иных миров, годных к проживанию? Те пожимали плечами. Кто теперь скажет, как передвигаются инопланетяне на своих кораблях? Из этого ли они времени и пространства?

Больше всех возмущался Кэзуки Ватанабэ. Японский инженер громил правительство и невежество богачей. Он клеймил позором узколобость, закрывшую человечеству вертикальный прогресс. Вокруг его имени собиралось протестное движение, скандирующее призывы пересмотреть приоритеты.

«Пока мы тратим миллиарды долларов на рекламу, мы спонсируем мусор на Земле и в головах! Нам дали шанс, мы его бездарно упустили. Что мы скажем детям и внукам? Полет к дальним планетам променян на порноиндустрию, забавы с войнами и новые развлечения!» – его флагманская речь разошлась на цитаты. Беспечные «хомячки» в интернете восхищались смелостью японца, но сами ничего не делали для пользы дела.

Зато слова проронили зерна сомнения в души активной части населения. Так получилось, что люди с разных точек планеты начали объединяться под импровизированным флагом Ватанабэ – зеленый шар, перечеркнутый красной линией.

«На нашу планету поставили клеймо! Разумные существа, так долго лелеявшие мысль вернуться на родную Землю, в свою «колыбель», с ужасом отвернулись. Что они увидели?! Тупость, меркантильность, жадность и злобу. С таким диагнозом человечеству не место в космосе!»

Влад прокручивал в голове его речь на берегу моря, механически запуская «блинчики». Он подобрал очередной плоский камень. Идеальная геометрия. Плоскость, вес, угол броска в сорок пять градусов к воде. Математика чужой жизни работала безупречно даже здесь. Камень четырежды чиркнул по серой ряби и утонул.

Кэзуки Ватанабэ порой переходил на личности, не стесняясь обвинять все страны в потворстве лжи и лицемерию: «Пока вы делаете вид, что у вас все под контролем, страны разваливаются! Народ тупеет, но ведь стадом баранов проще управлять. Когда нам предложили свободу, именно правительство испугалось за свою власть! Именно они устроили торг. Им не нужна свобода и равенство для всех!»

Влад заслушивался выступлениями японца, сопровождавшиеся подстрочным переводом. Удивительно, как самая спокойная нация так умело и точно кидается острыми словами. Японец не щадил никого. А ведь он прав! До последней буквы прав. Может быть, он тоже успешно пережил «донорство» и смог посмотреть на мир глазами торульви?..

При мысли об этом кожа на затылке натянулась до скрипа, а в ушах возник едва слышный высокочастотный свист — звук перезагрузки сенсоров, которого здесь, на Земле, просто некому было услышать.

С момента возвращения Влад никому не рассказывал, где его носила судьба. Он боялся стать подопытным кроликом. Торульви и люди с радостью препарируют мозг и тело, как только история выжившего донора станет известна тем, кто имеет власть.

Несгибаемая Силкасстенса Рэхар смогла его отпустить под честное слово. Кто же здесь способен на столь великодушные поступки?

Конечно, не последнюю роль сыграла ее дочь, Ассура… Влад закрыл глаза, вспоминая линию её скул, которая так чётко и ясно разделяла свет и тень. Казалось, если провести пальцем по воздуху там, где стояла она, можно почувствовать остаточное тепло, как над остывающим металлом.

***

Последнее их свидание прошло под сенью двух лун Думовора на берегу прекрасного моря Селия.

Бирюзовые волны подсвечивали небольшие рыбки, приплывшие к берегу на ночной перекус. В это время среди песков оживала жизнь, чем-то похожая на земную. Небольшие троглодиты сновали между камнями. Моллюски всех цветов радуги деловито перетаскивали раковины с места на место. Хищные рыбы, помогая себе мускулистыми лапами, выпрыгивали из моря за добычей. Хищники светились в темноте, привлекая жертву обманчивым обещанием солнца. Извечная хитрость, единая во всех мирах…

Под всплески моря, шорох песка и негромкую романтичную музыку из пузатого прогулочного корабля Владу совершенно не хотелось размышлять о прихотях природы. Ассура увела семейный «ПС», не посвящая многочисленных родственников в детали поездки. Влад тоже не желал светиться перед Сил и Напом…

Лежа на теплом песке, Ассура тихо спросила:

– Почему ты не хочешь остаться?

– Там моя семья… Я беспокоюсь за них! Ни одной весточки! Живы ли они вообще?..

– Только скажи, и моя мать с отцом все узнают!

– Твоя мать? – усмехнулся Влад. – Я лично слышал, как она сказал, что готова стереть всех людей с лица планеты… Ей все равно.

– Ты до сих пор веришь в эту маску?! Ты был в шкуре моего отца. Не верю, что все это время она только кидалась проклятьями и стульями!

Влад покраснел. На секунду ему показалось, что он покраснел даже слишком быстро.

– Я в основном спал… Сама понимаешь…

– А ну да… – Ассура искренне рассмеялась, рассыпав смех по песчаному берегу. – Ладно, ладно! Но я серьезно предлагаю воспользоваться служебным положением моих родителей.

– Нет, тогда всю сеть свернули, – задумчиво протянул Влад. Ассура легла на бок, загадочно сверкнув глазом:

– А ты уверен, что до конца?

– Ты имеешь в виду, что на Лаутенте кто-то остался?

– Уверена. Нелогично уводить всех. Смотри! – Ассура оживилась и села в позу лотоса. – Человечество спасено от глобальной катастрофы. Было озвучено предложение мира. Правительство по каким-то причинам не идет на встречу с инопланетной расой. Тут же запускается смонтированный фильм, что захватчики убивают мирных граждан. Как думаешь, сколько найдется людей, которые не поверят пропаганде?

– Немного, но найдется…

– Противники режима есть всегда. Это раз. Вы всегда искали иной разум в космосе. Это два. Вам предложили звезды. Это три! Сейчас на твоей планете идет глобальный процесс переосмысления. Я немного изучала социальные эффекты, они схожи у всех разумных существ! Даже харшииды с их коллективным мозгом часто проецируют точно такой же поведенческий комплекс…

– Харшииды?..

– Да, это малочисленная группка аборигенов замкнутого типа. Если останешься, то я тебя туда свожу на экскурсию. Останешься? – еще одна попытка. Раз за разом этот вопрос возникал в их разговоре. Влад снова отрицательно покачал головой. – Итак, мы имеем очаг сопротивления. Найдется лидер, который будет консолидировать вокруг себя единомышленников. Они сами начнут посылать сигналы в космос, желая снова выйти на связь.

– А как же пропаганда правительства? Они могут сказать, что прогнали тех, кто сам хотел напасть?

– Хорошо, всегда будут люди, которые и в это поверят. В правительстве тоже сидят обычные люди! Кто-то из них может стать тем лидером, кто сплотит людей. Победят те, на чьей стороне численное, военное, интеллектуальное преимущество. Мы – козырь в рукаве у того, кто догадается нас позвать. А вот хватит ли им ума и таланта – это уже другой разговор.

– То есть торульви – это такие наблюдатели? Пассивные и без права голоса?

– Мы придем, если нас попросить. А нас попросят… Умолять будут! – Ассура говорила уверенно и непреклонно. – Не возвращался бы ты, Влад! Там скоро будет очередная война.

— Там мама... — Влад смотрел на светящихся рыб, лишь бы не встречаться с ней взглядом. — Я бросил их дважды. Сначала как сын, потом как самозванец в теле соседа. Если я не вернусь сейчас, они просто сотрутся из моей памяти окончательно.

– А ради меня? Может, останешься ради меня? – голос торульви внезапно дрогнул. Она смахнула слезу и отвернулась, не в силах больше смотреть на того, кто желал уйти.

Влад сглотнул ком в горле. Ему вдруг стало физически больно от того, что он делает. Но отступать было поздно.

— Ты же сама говоришь, что скоро люди позовут торульви. Значит, мы увидимся!

Фраза прозвучала жалко даже для его собственных ушей. Он поморщился.

— Увидимся. — Она кивнула, но глаза оставались холодными. — Вопрос лишь в том, кто придёт первым: я или дарли с разрядником? Или твои "сопротивленцы", которые решат выпотрошить твой мозг ради частот связи?

– Вот именно! Но скорее всего в следующий раз тебя встретят дарли или моя мать с разрядником. Или твои же узнают, где ты был, и промоют тебе мозги… Какого маржала тебе нужно доказывать?!

Ассура вспылила, став сильно похожей на мать.

Романтичная ночь безнадежно испорчена.

Влад не знал, что Ассура выполняла одно из заданий. Человек улетел на Лаутент в сопровождении передатчика, спрятанного в закоулках многострадального мозга.

По протоколу она должна была активировать маяк сразу после взлёта корабля. Но рука замерла над браслетом. Сердце билось в колючем ритме. Приказ есть приказ. Данные важнее чувств. Ассура зажмурилась до цветных пятен под веками, чувствуя себя предательницей ровно наполовину.

8 глава. Нет возврата

Вика вернулась в его жизнь неожиданным бумерангом. Влад спал в гостиной под мерное перешептывание телевизора. В огромной трехкомнатной квартире, бывшей коммуналке, остались жить брат с женой и двойней, сестра с сыном, родители, еще и Влад свалился им на голову. Его комната давно и прочно переделана в детскую и отдана на растерзание племянникам. Через стенку регулярно доносились крики и плач. Двойня оказалась на редкость строптивой и не терпела ни малейшего промедления в удовлетворении их капризов.

Влад опять проснулся от воплей, повернулся на горячей подушке. Только-только задремал… Пора подумать о месте работы и съемной квартире. В изменившемся мире по-прежнему требовались дизайнеры, но у Влада не осталось денег на покупку компьютера. Надежды на старое железо, имевшееся в этом доме, не было…

Старенький сотовый телефон деликатно пиликнул сообщением. Влад нехотя открыл глаза и прочитал. Неизвестный номер, фотография знакомой девушки, слова прогнали остатки сна: «Привет! Это Вика! Мне рассказали, что ты вернулся, я очень рада. Я сейчас у нас во дворе. Выйдешь?»

Южная ночь дышала остатками тепла. Под тополями, упрямо стремившимися в небо, во дворе сиротливо ютились покосившиеся скамейки. Их каждый год подкрашивали, сохраняя яркие цвета. На одной из трех лавочек сидела Вика в наглухо застегнутом черном плаще. Распущенные волосы, легкий запах алкоголя, лукавый взгляд, Вика всегда напоминала лисичку. Бывшая невеста издала приветственный клич и предложила распить бутылку красного вина.

Влад сел на скамейку боком, настороженно приглядываясь к внезапной гостье. Она разлила винишко по пластиковым одноразовым стаканчикам. Пойло отдавало спиртом и железом, безбожно диссонируя с дорогой этикеткой на бутылке. Чокнулись, выпили, помолчали. Первой молчание нарушила Вика, покосившись пьяным глазом:

– Говорят, в Питере жесть была… Ты как выбрался?

Имя города ударило по нервам. На долю секунды перед глазами встала не горящая Земля, а стерильный металл медицинского отсека «Змея». Влад моргнул, сгоняя наваждение.

Легенда продумана лучшими из торульви. Силкасстенса, Наперро и Камай предусмотрели все до мелочей. Невольная свидетельница по имени Валя вместе с тем обгорелым рыжим котом прочно обосновалась на Думоворе, увлеченно изучая космобиологию. Она и не думала выходить на контакт с человечеством. Некому выдать его приключения…

– Я не помню, сколько пролежал в руинах. Меня спас дом, который криво завалился и прикрыл от огня, – заученный текст легко ложился в вереницы слов. – Некоторое время я отлеживался там, не понимая, что происходит. Пил дождевую воду, ел консервы, которые нашел поблизости. Очень долго никто не приходил. Я боялся подать знак о помощи, так как совершенно не понимал, кто победил, и кто придет ко мне на зов. Но в итоге, я там от одиночества чуть с ума не сошел! Да и зима давала о себе знать… Я вышел на окраину города и попал на кордон. Солдаты меня скрутили, увели на допросы, а потом отпустили.

Влад механически чеканил фразы, глядя куда-то сквозь тополиную листву.

Вика прищурилась. Перед ней сидел человек, рассказывающий о конце света с интонацией кассира, диктующего сумму сдачи. Где тот парень, который мог часами описывать игру теней на старой штукатурке?

– А правда эти корабли из серебра были? – Вика завороженно смотрела на небо, ловя взглядом еле виднеющиеся за городским смогом звезды.

– Не знаю… Не проверял, – Влад равнодушно пожал плечами. Не говорить же, что на самом деле это сплав железа, добываемого на газовом гиганте ПС-12336? Огромное горнило полезных ископаемых превышало Юпитер в 10 раз и за него постоянно вспыхивали стычки между торульви и дарли. Две расы постарались поделить ресурсы пополам, но постоянно находился кто-то уверенный в том, что сосед прихватил чуть больше положенного.

– Ну да. Ну да…

– Как твои дела?

– Вот, развелась в прошлом месяце. Не сошлись характерами.

– Бывает, – в груди привычно кольнуло, но тоска тут же отступила, задавленная многолетним рефлексом.

– У тебя кто-то есть? – алкоголь развязывал языки и выдавал скрытые намерения. Вика непросто так заявилась в час ночи!

– Не важно, – отмахнулся Влад. Он одним глотком допил вино и отдал стакан Вике. – Рад был тебя видеть. Я пошел, спать хочу, завтра рано вставать.

– Ммм, на работу? – невинно спросила девица, покачивая ногой. – А мне твоя сестра сказал, что ты нигде не работаешь, ни с кем не встречаешься, только сидишь как мешком стукнутый и все о чем-то думаешь, – она встала, покачиваясь на длинных каблуках, грациозно подошла, обдав запахом сладковатых духов. – Не меня ли вспоминаешь?

— Нет, — голос прозвучал безжизненно, как треск пластика. Влад развернулся и быстрым шагом скрылся в подъезде родного дома.

Вика осела на скамейку, закрыв лицо руками. Плечи её затряслись от беззвучных рыданий.

Сестра Влада Дашка неправа! Ничего не изменилось! В его глазах всё то же пугающее безумие. Зрачки-пустыни, каменное лицо, застывшая гримаса безразличия. Хорошо хоть не накрыла паника… Вика хорошо помнила.

Взгляд Влада превращался в стекло, словно смотришь на выключенный монитор. Глаза ничего не видели, а лицо выражало крайнюю степень страха. Он закрывался в ванной или уходил на диван, где с головой закутывался в одеяло. Вика плакала и лезла с вопросами. Ей было страшно отпускать парня. Но его холод замораживал её саму, даже когда они занимались любовью.

Жгло постоянное ощущение пустоты и того, что он морально уходит далеко отсюда. Словно его разум теряется на просторах кошмарной долины, где каждый поворот сулит лишь ужас абсолютной пустоты.

9 глава. Депрессия нарастает

Влад метался по гостиной. Все вокруг сводило с ума. Жизнь казалась пресной и навязчивой. Зачем он сюда так рвался? Тут и без него хорошо! Мать только жалко, она совсем старенькая стала, но с внуками возилась как молодая, задорно улюлюкая в запале игры.

К чертям такую жизнь! Что он с ней сделал? Почему ему не сиделось на Думоворе?! Нет, надо же было так встрять! Осенняя муха жалобно жужжала на окне, этот звук буквально ввинчивался в воспаленный мозг. Разум требовал действий. Влад остановился и покосился на стены. В квартире царила тишина. Парень на цыпочках и затаив дыхание вошел в соседнюю комнату, где похрапывала сестра.

На тумбочке возле выхода лежал старенький ноутбук. У Влада созрела мысль. Что там Ассура говорила про лидеров движения? Умница японец наверняка что-то задумал, осталось только выйти с ним на контакт.

Интересно, можно ли ему рассказать правду? Правда грызла мощной челюстью, не давая покоя. Компьютер загружался очень медленно, заставляя нервно колотить пальцами по подлокотнику дивана. Сегодня Владу точно не до сна.

Внезапно раздался грохот, словно кто-то уронил шкаф. Двойняшки грозно завопили, жалуясь на произвол. Из прихожей раздался мужской голос:

– Полиция! Всем оставаться на своих местах! Нам нужен Владислав Петров!

В коридор вышла заспанная мать. Седые волосы рассыпались неаккуратными прядями по застиранному вороту розового ситцевого халата. Она сонно щурилась и беспомощно смотрела на вломившихся в квартиру трех полицейских.

– На каком основании…

– У нас ордер на арест и обыск! – вперед вышел молодой блондин с короткой стрижкой. Квадратная челюсть делала его похожим на бульдога. Он бегло осмотрел женщину, заглянул в комнату, где в растерянности сидел Влад, держа ноутбук на коленях. – Петров Владислав?

– Я…

– На выход!

Влад открыл рот, чтобы возмутиться, потребовать законника, но горло перехватило спазмом. Вместо баса вышло жалкое сипение. Тело снова дало сбой, транслируя панику хозяина прямо в голосовые связки.

— Я... я требую...

– Дело государственной важности, – голос полицейского внезапно смягчился. – Я сотрудник ФСБ, – мелькнули корочки. – Меня зовут Антоненко Сергей, и ты, Влад, нам очень нужен!

– Зачем тогда эти маски-шоу? – Влад отставил ноутбук и встал под прицелом автомата. Антоненко Сергей запасся двумя суровыми омоновцами, спрятавшими лица под балаклавами.

– Сначала вопросы задаю я, – резко ответил Сергей и указал на входную дверь. – На выход. А вам, гражданка, выражаю благодарность за сотрудничество, – он демонстративно кивнул растерянной матери.

– Мама, что ты сделала?.. – голос предательски садился. – Что ты им сказала?

Влад терял контроль над собой, не понимая, какой ветер поднимает бурю.

Мать стояла в дверях, её выцветшие глаза были полны слез. Она беспомощно всхлипнула и прижала ладонь ко рту. Дверь в комнату открыла злая сестра. Даша злобно прошипела:

— Это я вызвала их, Влад! И не смей возвращаться! Никогда! Мама, иди сюда, он опасен! У него глаза стеклянные, ты же видела! Он сектант или сумасшедший… Или вообще террорист!

Красивая блондиночка бросила на брата испепеляющий взгляд и обняла мать за худые плечи. Та тряслась от плача, теряя опору.

– Мама, с ним давно что-то не так… – Дашка посмотрела на Сергея и кивнула. – Я понимаю, возможно, по нему плачет дурка, но проверьте… Пожалуйста!

– Мы все сделаем. Не переживайте!

Под конвоем арестованный Влад уехал. Мимо окна «Газели» пролетали серые бетонные дома с яркими вывесками магазинов. Он смотрел на них и понимал: среди звезд у него было больше свободы, чем сейчас на заднем сиденье этой машины. Наручники больно впились в запястья, возвращая чувство давно забытое — собственной беззащитности.

10 глава. Допрос

Потом его долго вели по каким-то унылым коридорам с бесконечными дверьми без табличек. Пару раз поднимались по лестнице. Странно. Везде пахло пылью. Людей не было. Кое-где конвойным приходилось включать свет.

Наконец Влада привели в кабинет. Там уже сидел Сергей и улыбался во весь широкий рот. Он гостеприимно указал на стул рядом с огромным письменным столом. Влад сел и огляделся. Все те же унылые стены. Два металлических сейфа. Из украшений – портрет президента на стене.

В другой момент Сергей не внушал бы опасений. Молодой человек с располагающей внешностью, невысокий, коренастый, очень подвижный. Его колкие глаза внимательно следили за собеседниками. Он был внимателен и умен, а еще любопытен. Сегодня его любопытство перешло разумные пределы, но не среагировать на заявление от участкового он не мог.