Бургундская монахиня

Предупреждение

В мае в Сольё начали съезжаться гости. Как и его покойный отец, граф славился своим гостеприимством, и по случаю обручения племянника решил устроить праздник. Монбары приехали одними из первых всем семейством, включая Изабель. Гостей встречал сын графа Эд де Сольё. По мнению Жанны, её кузен ничего особо собой не представлял, хотя и был человеком добросердечным. А вот его супруга Аннет д’Эворт покоряла какой-то особенной мягкой прелестью. При виде неё становилось ясно, почему единственный наследник графа де Сольё женился на дочери управляющего замка Саше. Но сейчас Аннет не было рядом с мужем из-за того, что она снова была в положении.

Барон де Монбар сразу отправился поприветствовать графа, а Жанну с матерью проводили в покои вдовствующей графини де Сольё. Та сидела в кресле возле мраморного камина в обществе своей невестки. Скромное траурное одеяние донны Марии контрастировало с роскошной обстановкой спальни: парчовой обивкой стен и резной мебелью из ценных пород дерева.

– Вот и ещё одна моя внучка выходит замуж, – с лёгкой грустью произнесла графиня.

После чего добавила:

– Подойди-ка ближе, Жанна, я на тебя посмотрю.

В свой черёд, бросив на бабушку взгляд, девушка отметила появление новых морщинок на её лице. Несмотря на это, благодаря прямой осанке графиня выглядела моложе своих шестидесяти с лишком лет.

– Да, нос у тебя немного подкачал! – наконец, вынесла свой вердикт донна Мария. – Вероятно, ты унаследовала его от моего зятя!

– Мне кажется, матушка, красота в девице – не главное, – заметила Изабель де Лорьян. – Её главным украшением являются целомудрие и скромность.

– Сомневаюсь, что мой сын женился бы на Вас, если бы Вы были дурнушкой!

От слов бабушки Жанну слегка покоробило: донна Мария всегда отличалась прямолинейностью.

Тем временем старая графиня снова обратилась к ней:

– Что за платье на тебе? Надеюсь, ты не собираешься в нём присутствовать на завтрашнем торжестве?

– Нет, сударыня. Но моё праздничное платье особо не отличается от этого.

– Я так и знала! Поэтому приготовила для тебя новый наряд. Иди в гардеробную и переоденься. Моя горничная тебе поможет.

Поблагодарив донну Марию, девушка подумала, что в щедрости её бабушке тоже не откажешь. Во время переодевания Жанна не забывала прислушиваться к беседе в соседней комнате. К счастью, графиня говорила громко, и девушке было слышно каждое слово.

– А моя старшая внучка с мужем приедет? – осведомилась донна Мария у дочери.

– Да, матушка. Луиза написала, что она с Артуром обязательно будет на обручении Жанны.

– Надеюсь, они привезут с собой Луи, – добавила Лоренца.

– Слава Богу, наконец-то я увижу своего правнука! – обрадовалась графиня. – Ведь ему уже лет пять?

– Он на четыре года младше Изабель, матушка. По словам Луизы, её сын – спокойный ребёнок, не то, что моя младшая дочь. Поэтому мне нужен Ваш совет.

– По поводу чего, дочь моя?

– Изабель уже пора получить серьёзное образование. Если она останется в Монбаре, то станет совсем дикой.

– Ладно, я сама займусь её воспитанием. Что же касается наук, то приглашу учителей из Дижона.

– Благодарю Вас, матушка. У меня прямо гора с плеч!

– Скоро все твои дети разлетятся кто куда. Не одиноко ли вам будет с мужем в Монбаре?

– Лишь бы мои дети были счастливы! Кроме того, я надеюсь, что Джейн скоро вернётся в Монбар, и у меня ещё будут внуки.

– А от графа Олтона нет известий? Благополучно ли он добрался с сестрой до Англии?

– Пока ещё ничего нет.

– Завтра, наконец-то, в Сольё соберётся почти вся наша семья, – задумчиво произнесла бабушка Жанны.

– Кроме Мари с мужем, матушка. Я послала им приглашение через графа Олтона, но, сами понимаете, вряд ли они смогут приехать.

Когда Жанна вышла из гардеробной, дона Мария одобрительно произнесла:

– Ну, вот, теперь я могу с гордостью представить завтра гостям свою третью внучку.

Из-за большого числа гостей баронессе де Монбар с дочерями отвели одну общую комнату, где стояла большая кровать. На ней сидела Изабель с кормилицей. При виде Жанны девочка воскликнула:

– Какое на Вас красивое платье, сестрица!

– Это подарок бабушки.

– Матушка, а можно я попрошу бабушку подарить мне такое же платье? – заныла Изабель.

– Имей совесть, дочь моя!

– К тому же, у твоей сестры завтра обручение, – добавила с улыбкой Лоренца. – А у тебя ещё нет жениха.

– Тогда пусть сестрица уступит мне Жиля! Она его всё равно не любит!

Баронесса де Монбар сделалась серьёзной:

– С чего это ты решила?

– Потому что при виде него у моей сестрицы делается такое лицо, будто она уксуса напилась!

Лоренца вздохнула:

– Послушай-ка, дочь моя. Завтра на обручение Жанны соберётся множество гостей. Поэтому ты мне должна обещать, что будешь вести себя прилично, иначе будешь сидеть здесь с кормилицей. Ты поняла меня?

Изабель сразу присмирела:

– Да, матушка.

Пока горничная Лоренцы раздевала её (Гильеметту в Сольё не взяли), Жанна невольно задумалась над словами младшей сестры. По-видимому, ей нужно внимательнее следить за своим лицом, если даже Изабель обо всём догадалась. Переодевшись, девушка отправилась с младшей сестрой и Денизой в сад. Чтобы попасть туда, они сначала спустились во двор с фонтаном, который окружала с трёх сторон открытая лоджия, а затем прошли под сквозной аркой. Сад в Сольё был устроен в итальянском стиле: в центре виднелась врытая в землю прямоугольная каменная цистерна с водой, а вокруг – аллеи с геометрическими клумбами.

Изабель сразу же бросилась к цистерне и, распугав птиц, окунула в воду пальцы. Что же касается Жанны, то она неспешно стала прогуливаться по аллеям. Через некоторое время появились Антуан и жених Жанны.

Тогда, преградив Лорьяну путь, Изабель воскликнула:

– Вы обещали поиграть нам с сестрицей на флейте!

Обернувшись, молодой человек приказал следующему за ним по пятам слуге принести инструмент. Однако Изабель не отпускала Жиля, забросав его кучей вопросов. Воспользовавшись этим, Антуан направился к Жанне.

– Рада видеть тебя, братец!

– Лорьян узнал, что ты с Изабель отправилась в сад, и уговорил меня тоже прогуляться, – сообщил юноша. – По-видимому, ему нужно объясниться с тобой.

– А вот мне совсем не хочется с ним разговаривать!

– И всё-таки, тебе придётся это сделать, – Антуан покосился на приближающегося Жиля.

– Тогда, хотя бы, не уходи далеко.

– Я пока займусь Изабель.

Сдержанно поприветствовав Жанну, её жених сказал:

– У нас мало времени, поэтому спрошу прямо: почему Вы согласились выйти за меня замуж?

– Потому что так угодно моему отцу.

– Но Вы ведь не любите меня!

– Я думаю, мы с Вами будем не первой парой, которая обручилась по расчёту.

Между бровями Жиля появилась морщинка:

– Прошу Вас, скажите барону де Монбару, что хотите вернуть мне слово!

– Лучше Вы признайтесь дяде, что не хотите жениться на мне.

– Вам известно, почему мне нельзя этого делать!

– В таком случае, ничем не могу Вам помочь.

Неожиданно в глазах Жиля мелькнуло отчаяние и девушке стало жаль его. Всегда такой живой и энергичный, он был просто сам на себя не похож.

– Смиритесь, кузен. Ведь я же смирилась.

– Нет, не могу!

– Неужели Вы хотите устроить скандал?

Голова молодого человека поникла. Затем, словно приняв какое-то решение, он тихо произнёс:

– Боюсь, Вы пожалеете, что решили связать со мной свою судьбу.

После этих слов Жиль направился к выходу из сада. Изабель попыталась было увязаться за ним, но молодой человек, мягко отстранив девочку, удалился.

Опасные письма

В последней фразе Жиля не было угрозы. Скорее, предупреждение. Однако для такого воспитанного молодого человека, как он, и этого было слишком. Поэтому Жанна некоторое время удивлённо смотрела ему вслед. Потом её вдруг осенила догадка: а что, если Лорьян тоже влюблён? Но в кого? Однако додумать эту мысль до конца ей помешал Антуан:

– Что ты сказала Лорьяну, сестрица? На нём просто лица не было!

– Он просил меня вернуть ему слово, а я отказалась.

Брат Жанны удивлённо поднял брови:

– Вот это да! И это накануне вашего обручения!

– Теперь я уже не уверена, братец, что оно состоится.

В этот момент к ним подбежала Изабель:

– Сестрица, а Жиль вернётся?

– Сегодня вряд ли.

– Кто же тогда мне сыграет на флейте?

– Давай я сыграю, – предложил Антуан.

– Нет, братец. Вы играете хуже Жиля.

После этих слов девочка поднесла к губам флейту и попыталась извлечь из неё какие-то звуки, однако у неё ничего не получилось. Её отчаянные попытки прервало появление в саду Лоренцы и баронессы де Оре, которая, в свой черёд, вела за руку своего единственного сына Луи. В глубине души Жанна умирала от зависти к старшей сестре. Причём, завидовала не её красоте, а тому, что той удалось стать женой барона де Оре. Взглянув затем на Луи, девушка поняла, что хотела бы иметь такого сына. Ведь мальчик был так похож на отца!

Когда Луиза поздравила её с предстоящим обручением, Жанне почудился в голосе сестры холодок. Вероятно, баронесса де Оре не простила ей того, что в конфликте между покойной госпожой Клер и их матерью Жанна приняла сторону бабушки. Впрочем, это нисколько не волновало девушку. Гораздо больше её интересовало, приехал ли барон де Оре. Тем временем Луиза спросила у матери:

– А где будет жить моя сестра после того, как выйдет замуж?

– Наверно, уедет с Жилем в Бретань, в родовое гнездо Лорьянов.

– Мы как-то заезжали с мужем туда, и замок показался мне довольно мрачным.

– Ничего, там можно всё перестроить. Ведь Вы не откажетесь помочь сестре советом, дочь моя?

– Да, но мы редко бываем в Бретани. Вы ведь знаете, матушка, что всем нашим поместьям я предпочитаю Саше. Только там вместе с мужем и сыном я бываю по-настоящему счастлива.

– Надеюсь, Вы всё же найдёте время.

– Постараюсь, матушка, если только меня не призовут ко двору.

– Я рада, что королева ценит Вас.

– К сожалению, мадам Клод окружает не так уж много людей, на которых она может положиться. Когда король уезжает на войну, то обычно назначает регентшей свою мать. А когда возвращается – при дворе царит госпожа де Шатобриан. Так что бедная королева находит отраду только в своих детях.

– Это немало, дочь моя. Ведь их, кажется, уже шестеро?

– Да, три принца и три принцессы.

– Как бы я хотела, чтобы у меня тоже было много детей, – с грустью добавила Луиза.

– Просите Бога. Ведь я родила Изабель в тридцать пять, а Вы гораздо моложе.

– Увы, Бертиль предсказала, что у меня будет только один ребёнок.

После этих слов Луизы обе женщины и Жанна невольно обратили свои взоры на Луи, который выглядел просто ангелочком на фоне Изабель, носившейся по саду, словно ведьма на помеле.

– Матушка права, теперь в Монбаре будет недоставать детского смеха, – неожиданно со вздохом произнесла Лоренца.

Под первым предлогом Жанна покинула сад и решила подняться в библиотеку, находившуюся в башне. Граф де Сольё постоянно приобретал новые издания и девушка надеялась найти что-нибудь интересное для себя.

За столом спиной к дверям там сидел какой-то мужчина. Не успел он обернуться и встать, как сердце Жанны бешено заколотилось: это был Артур де Оре. В её памяти сразу же всплыло воспоминание о своей первой встрече с мужем Луизы. После смерти госпожи Клер барон де Монбар решил забрать дочь из монастыря и попросил сделать это зятя, который, направляясь с поручением короля в Дижон, заехал по дороге к родственникам жены. На обратном пути Артур вместе с Шарлем отправился в монастырь. Чтобы быстрее добраться до Монбара, брат Жанны посадил сестру не на мула, как предлагали монахини, а сзади себя на лошадь. Неопытная в верховой езде девочка не удержалась в седле. К счастью, она ничего себе не повредила, но очень испугалась. Тогда барон де Оре собственноручно поднял её с земли, успокоил и усадил впереди себя. Жанна до сих пор не забыла это ощущение счастья, которое она испытала, всю дорогу прижимаясь к широкой мужской груди. Тогда она решила, что именно этот мужчина сможет защитить её от всяческих бед. И до сих пор сохранила это чувство.

– Позвольте поздравить Вас с предстоящим обручением, сестра, – слегка улыбнувшись, сказал Артур.

Утонув в глубине его голубых глаз, Жанна пролепетала:

– Благодарю Вас, сеньор.

А когда муж сестры обнял её, порывисто прижалась к его груди, как тогда, пять лет назад. Тем временем ничего не подозревающий барон де Оре спросил:

– Вероятно, Вы зашли сюда за книгой?

– Да.

– И что же Вас интересует?

– «Послания» апостола Павла.

В свой черёд, Жанна бросила взгляд на стол и увидела там «Диалоги» Платона.

Перехватив её взгляд, Артур пояснил:

– Эту книгу мне подарила жена. Хотя здесь, в библиотеке графа де Сольё, тоже немало трудов античных авторов. Что же касается работ отцов церкви, то Вы найдёте их в Лорьяне. Мой покойный дядя собрал там неплохую библиотеку, которая перешла теперь по наследству к Вашему будущему мужу.

Так как девушка промолчала, её зять добавил:

– Уверен, что Вам не придётся скучать в Бретани, сестра. Мой кузен – весёлый малый и созовёт к себе на сельские праздники всех соседей.

Затем Артур вновь вернулся к теме церковной литературы. И тут Жанна смогла показать себя во всей красе. Пусть она не пела, плохо танцевала, почти не знала древних, зато своими цитатами из Екклесиаста и других подобных книг из монастырской библиотеки сумела вызвать неподдельное восхищение у своего собеседника. Хотя, возможно, Артур не меньше восхищался раскрасневшимися щеками девушки и блеском её глаз.

В разгар этой весьма интересной для Жанны беседы появился камердинер графа де Сольё и сообщил, что его господин желает поговорить с пасынком и для этого сейчас поднимется в библиотеку. Барон де Оре снова сел за стол, однако девушке никак не хотелось уходить. Поэтому, дождавшись, пока за слугой захлопнется дверь, она спряталась за боковой стеллаж с книгами. Следует заметить, что Жанна вовсе не собиралась подслушивать. Просто ею двигало желание продолжить общение с человеком, которого, как она думала, полюбила раз и навсегда.

К удивлению Жанны, её дядя пришёл не один. Графа сопровождал барон де Монбар, а также Эд де Сольё, Шарль де Монбар и Жиль де Лорьян. Не было только Антуана. По-видимому, его посчитали слишком молодым для участия в мужском совете.

Когда все разместились вокруг стола, граф де Сольё предложил Артуру:

– Поведайте нам, сын мой, о последних военных событиях, в которых Вы принимали участие.

И его пасынок начал рассказывать о том, как в октябре прошлого 1523 года восемнадцатитысячная французская армия под командованием адмирала Бонниве двинулась через Пьемонт к Новаре, где соединилась с таким же примерно войском швейцарских наёмников. Просперо Колонна, полководец императора, у которого было всего девять тысяч, отступил в Милан. Однако Бонниве переоценил размеры имперской армии и вместо атаки города расположился на зимние квартиры. К концу декабря, когда умершего Колонну заменил Шарль де Ланнуа, имперцы успели собрать ещё пятнадцать тысяч ландскнехтов и большое войско под командованием коннетабля Бурбона, в то время как многие швейцарцы покинули французскую армию. Тогда Бонниве начал отступление. В сражении на берегу реки Сезия немецкие аркебузеры продемонстрировали своё превосходство, заставив французов в панике отступить за Альпы.

– В этом бою погиб и наш славный Баярд, командовавший арьергардом, – закончил Артур.

– Упокой Господь его душу, – граф де Сольё перекрестился, – славный был воин!

– Да, это был рыцарь без страха и упрёка, – согласился с ним де Оре.

– Только на этом, боюсь, кампания не закончилась, – продолжил он секунду спустя. – По донесениям наших лазутчиков Фернандо д’Авалос и Бурбон собираются вторгнуться в Прованс. Поэтому сразу после обручения кузена я вернусь в Лион, где король снова собирает войска.

– Не понимаю, как случилось, что Франциск поссорился с Бурбоном? – задумчиво произнёс граф. – Ну, что мешало ладить между собой этим молодым людям?

– Если верить слухам, то в разрыве между ними виновата мать короля, любовь которой коннетабль, якобы, отверг. В качестве родственницы покойной жены Бурбона Луиза Савойская выступила с претензиями на его наследство. Сначала герцога отстранили от поста вице-короля Милана и лишили звания коннетабля. В начале же прошлого года мать короля добилась передачи ей Ла Марша и некоторых других его владений. А потом начала против него судебный процесс, в результате которого Бурбон лишился всех своих земель, завещанных ему покойной женой, и вскоре бежал в имперские владения.

– Всё равно, я считаю, что он, будучи вассалом Франциска, не должен был поступать на службу к Карлу.

– Вероятно, герцогу не хотелось возвращаться к прежнему скромному положению графа де Монпасье, каковым он являлся до брака с Сюзанной Бурбон.

– Я и сам едва не оказался замешанным в заговоре коннетабля, – признался Артур. – После ссоры с королём Бурбон начал рассылать письма своим друзьям и вассалам, призывая их выступить под его знамёнами. А так как после сражения при Мариньяно коннетабль проникся ко мне дружеским расположением, то я тоже получил подобное послание.

– И что Вы ответили герцогу?

– Естественно, я отказался примкнуть к нему и постарался отговорить Бурбона от окончательного разрыва с королём. Перед своим бегством герцог прислал мне ещё одно письмо, в котором сообщал, что не обиделся на меня и оценил моё благородство.

– Надеюсь, Вы уничтожили письма коннетабля?

– Нет, я привёз их с собой. Они спрятаны в этой книге в специальном тайнике.

– Может быть, Вы и правильно сделали, что сохранили их. Ведь в этих письмах Ваша жизнь и смерть.

– Возможно, отец. Потому что, узнав о том, что Бурбон сбежал, Франциск пришёл в такое бешенство, что приказал казнить всех его сторонников.

– А как королю удалось узнать о заговоре?

– От Великого сенешаля Нормандии, которому, в свой черёд, открылся его тесть, господин де Сен-Валье, близкий приятель коннетабля. Только благодаря заступничеству зятя ему удалось сохранить свою жизнь.

– Давайте поговорим о семейных делах, – после паузы сказал дядя Жанны. – Теперь, когда Франции угрожает новое вторжение, а самый блестящий военачальник предал её, я не могу равнодушно смотреть на это. Посему послезавтра еду с Вами, сын мой.

– Вы, кажется, удивлены? – спросил он затем.

– Да, сеньор. Ведь со дня Вашей отставки прошло больше десяти лет.

– Ну, и что же? Зато моя рука по-прежнему тверда, а глаз – зорок. Следовательно, ничто не мешает мне снова взять в руки меч.

– Как Вам будет угодно.

– А Вы что думаете об этом, друг мой? – обратился граф к отцу Жанны.

– Если бы не рана, полученная в битве при Форну, я отправился бы вместе с вами.

– Зато Ваш сын будет защищать Бургундию, так как император может в любую минуту двинуть свои войска с севера на помощь Бурбону. А вот моему наследнику придётся остаться вместо меня в Сольё.

– Прошу Вас, отец, возьмите меня с собой! – вдруг услышала Жанна голос кузена.

– Нет, сын мой. Ваша жена скоро должна родить. Ей нужна опора, как и Вашей матери. На войне всякое может случиться….

– Что же касается тебя, Жиль, то ты после обручения отправишься с шевалье де Монбаром в Дижон, – добавил граф.

– Простите, сеньор, но мне уже семнадцать, а я до сих пор не нюхал пороху, потому что в прошлом году неприятель так и не добрался до Бургундии, – неожиданно возразил Жиль. – В то время как мой кузен де Оре сопровождал Вас в походах с пятнадцати лет.