Серпийцы. Перпендикулярный мир

Шпалов вздрогнул от неожиданности и обернулся, на секунду утратив контроль над серпийцами.

– Уходим скорее, Инкентий Сергеич! – воскликнул Олег, подбегая к начальнику. – В вас же могут попасть!

– Идиот, – буркнул мэр и вновь мысленно воззвал к энергии в космоборте… Однако та не откликнулась.

Шпалов вскинул голову, ища глазами улетающий корабль, но увидел лишь крошечную блестящую точку далеко в небе. Серпийцы вырвались из-под его контроля и теперь стремительно удалялись от планеты Земля.

– Инкентий… Сергеич… – Его помощник уже задыхался от быстрого бега.

– Вот же… ублюдок! – рыкнул мэр, сжав кулаки. – Что ты наделал?!

– Чего? – эхом повторил помощник, попятившись от неожиданности.

– Ты же только что дал серпийцам уйти!

– Я… Но это ведь хорошо! Раз они улетели, то нам больше ничего не угрожает.

– Тварь, – прошипел мэр, медленно поворачиваясь к Олегу. – Какая же ты… тварь!

– Инкентий Се…

Мощный удар по лицу свалил помощника с ног. Олег распластался по крыше, а Шпалов придавил его сверху и принялся избивать. Внутри мэра всë клокотало от ненависти, и он не жалел сил, чтобы показать это.

– Тридцать лет! – выплюнул из себя Шпалов, превращая лицо Олега в кровавое месиво. – Тридцать грëбаных лет на этой планете, чтобы что? Чтобы ты похерил всё это за одну минуту?! Они же теперь узнают, что я здесь!

– Вы… из них? – прошептал ошеломлённый Олег.

– Я сам по себе, – ответил мэр, вбивая в помощника каждое слово. – Был, пока ты всё не испортил!

Сверху донёсся шум винтов, и на крышу мэрии приземлился военный вертолёт. Спрыгнув с подножки, к Шпалову подбежал одетый в камуфляжную форму мужчина.

– Иннокентий Сергеевич, мы их упустили, – хмуро доложил он.

– Как упустили? – рывком обернулся к военному мэр. – Я же говорил – в случае нападения открывать огонь на поражение!

– Я это хорошо помню, но на борту две тысячи гражданских…

– Там прежде всего пришельцы, которые только что убили ещё столько же землян!

Военный поджал губы, очевидно, не согласившись с мнением мэра, и только теперь заметил, что на крыше находился ещё один человек.

– Иннокентий Сергеевич, – медленно произнёс военный, поглядев на избитого Олега и окровавленные руки Шпалова, нависшего над своим помощником. – А что здесь, собственно, происходит?

– Что происходит? – выдохнул мэр. – Я поймал преступника! Этот человек помог пришельцам организовать нападение на землян. Вы видели все эти трупы на площади? Его рук дело!

Военный с сомнением покосился на еле живого Олега.

– Вы уверены?

Иннокентий Сергеевич закатил глаза и, заведя одну руку за спину, быстро призвал свою энергию.

– Конечно, я уверен. Этой сволочи ещё мало досталось! Посмотрите, он же нагло скалится нам в лицо и ни о чём не жалеет!

Военный послушно склонился к Олегу, и в этот момент Шпалов метнул в мужчину сгусток своей энергии. Военный замер на пару секунд, а потом его брови резко сдвинулись к переносице.

– В самом деле, он как будто смеётся над нами! – воскликнул мужчина. – Рябов, Васин, пулей ко мне! Грузите-ка этого урода в вертолёт! Мы ему на базе подробно разъясним, что значит помогать врагу!

Из вертолёта выскочили двое молодых солдат и под руководством старшего по званию забрали Олега с крыши. Идти самостоятельно помощник мэра не мог, и парни, недолго думая, потащили его к вертолёту волоком. Военный проводил их презрительным взглядом, а затем повернулся к Шпалову.

– Иннокентий Сергеевич, не хотите вместе с нами допросить этого выродка?

– Нет времени. – Мэр брезгливо встряхнул руками, испачканными в чужой крови. – Надо оповестить губернатора о случившемся. Помощника у меня теперь нет, так что всё придётся делать самому!

***

Местная одежда была красивой и яркой. Стриж уже и забыл, когда в последний раз мог посмотреть на мир вот так просто, без очков, и увидеть не цветные пятна, а живых людей, поэтому с удовольствием разглядывал их, сидя на скамейке в углу зала.

Многие иномирцы были одеты довольно легко, в тонкие рубашки или футболки и короткие шорты. Некоторые девушки были в платьях. Краска для ткани на этой планете, видимо, стоила дёшево, потому что белых вещей практически не было, только цветные. И едва у Стрижа промелькнула эта мысль, как он невольно улыбнулся: надо же, это его первый день службы в разведке, он летит в космоборте над чужой планетой, которая скоро погибнет, и думает о нарядах!

Впрочем, это было лучше, чем думать о том, сколько ещё людей предстояло спасти. В зале для эвакуированных сейчас находилось всего пару сотен человек, от восьми миллиардов это даже не тысячная процента, это вообще ничто. И кораблей у разведчиков было не так много… В лучшем случае, забивая космоборты целиком, до отказа, они едва успеют эвакуировать иномирцев за сутки до столкновения, если не меньше. А в худшем кто-то останется на этой планете и неизбежно умрёт.

Иномирцы, кажется, пока этого не понимали, если до них вообще дошёл весь масштаб происходящего. Местные дети, позабыв свой первоначальный страх перед серпийцами, с интересом смотрели в окна, разглядывая верхушки деревьев и луга внизу. Одна девочка, играя со своим медвежонком, пошла вдоль скамейки и сама не заметила, как врезалась в ногу Стрижа. Ойкнув, маленькая иномирянка попятилась, и визор ободряюще ей улыбнулся. Девочка явно смутилась.

– Аня, идти здесь! – озвучил переводчик сердитый окрик матери.

Иномирянка, смешно махнув своими косичками, убежала. Ей, подумал вдруг Стриж, адаптироваться к жизни на другой планете будет проще всего: девочка ещё слишком маленькая, чтобы запомнить свой родной мир, который ей пришлось покинуть так рано.

– Агрх, ну сколько ещё мы будем мотаться по этим посёлкам с иномирцами?! – простонал Кари, плюхаясь на скамейку рядом со Стрижом. – Я уже очень устал и хочу только спать!

– Честно говоря, я бы тоже немного отдохнул, – кивнул Стриж. – Из-за того, что сутки на этой планете сдвинуты относительно серпийских, так сразу и не поймёшь, что уже дело к ночи.

– Не, ну ты-то понятно почему устал! – пренебрежительно фыркнул Кари. – Всё-таки визоры слабее энергусов, а тут ещё постоянное общение с иномирцами…

– Да? А не ты ли последние несколько посадок только и ищешь повод, чтобы свалить всё общение на меня? – парировал Стриж. – И не у тебя ли уже кончилась энергия, хотя мы в этом мире меньше суток?

– Если б моя энергия кончилась, я бы впал в энергопаралич. А она просто перестала отзываться, и я уверен, что проблема в этой планете! Тут всё какое-то неправильное, у вещей нет энергии, а у людей сверхспособностей… Как вообще можно жить без сверхспособностей?!

«Нормально можно жить», – ответил про себя Стриж. Никаких тебе волнений, что будет перерасход энергии, от которого ты потом уже не восстановишься, и никаких споров по поводу того, какие сверхспособности лучше. Только свобода и возможность самому выбирать, как жить и кем работать, без установленных извне рамок. Да, определённо, если бы на Серпи существовали «пустышки», в которых никогда не раскроются способности энергуса, антиса или визора, и если бы у Стрижа был выбор, он выбрал бы родиться одним из таких людей.

Перед внутренним взором парня на мгновенье сверкнула вспышка, обратившаяся языками пламени из давнего ночного кошмара. Стриж тут же мотнул головой, прогоняя видение.

– …иномирцы эти ещё какие-то странные, – продолжал ворчать Кари у него над ухом. – Их спасать прилетели, а они упираются. Неужели им так ценна эта планета?

– А тебе разве не ценна Серпи? Ты бы согласился в один миг оставить её и улететь неизвестно куда?

– Я уже улетел, – вздёрнул подбородок Кари. – И, между прочим, лишился сил из-за своего благородства!

Стриж хмыкнул.

– Ясно всё с тобой.

– Что тебе ясно, визор? – обозлился напарник.

– Ясно, что ты…

В этот момент Стрижа прервал голос Лио, донёсшийся из динамиков под потолком:

– Внимание всем! Приготовиться к посадке!

Среди иномирцев послышались вздохи: те из них, кто был в числе первых спасённых, переживали посадку уже раз в шестой и порядком от этого устали.

Спустя несколько минут космоборт плавно приземлился на окраине очередного поселения. Стриж надел энергозащитные очки, поднялся со своего места и вытянул руки вверх, разминая тело после долгого нахождения в одной позе. Лио сказал, что им осталось забрать иномирцев ещё из пары-тройки поселений, а затем они полетят к пустотным крейсерам, чтобы высадить всех спасённых там. На крейсерах условия были гораздо лучше: эвакуированным на время ожидания спасения своих сородичей предоставлялись койки для сна и трёхразовое питание, которое разведчики на космобортах, само собой, обеспечить не могли.

– Пошли, чего сидишь, – повернулся к напарнику Стриж, заметив, что входной люк начал открываться. – Лио же сказал, что встречать иномирцев мы будем самостоятельно.

Кари скривился.

– По-моему, местные и так прекрасно понимают, что происходит. Зачем ещё раз повторять им всё то же самое?

– Пойдём, – буркнул Стриж. – Хватит уже отлынивать!

Тяжело вздохнув, напарник поднялся на ноги – и в этот момент на улице раздались выстрелы. Ахнув, Кари рухнул на пол, и вслед за ним с криками попадали все иномирцы. Стриж, пригнувшись, добежал до ближайшего окна и осторожно выглянул наружу.

На первый взгляд, поселение казалось почти заброшенным, одни лишь покосившиеся дома и пустая улица. Но тут за ближайшим забором мелькнула чья-то тень, и стекло возле Стрижа звякнуло от угодившей в него пули. Визор похолодел.

– Эй, вы там, на корабле! – прокричал кто-то снаружи, но переводчик на шее парня не уловил этих слов. – Убирайтесь отсюда, пока мы вас всех не переубивали!

И неизвестный тут же подкрепил свои слова ещё несколькими выстрелами. За ним повторили его сородичи, и на полу в центре зала вскрикнул от боли какой-то иномирец: судя по всему, пуля, угодив в почти открывшийся входной проём, срикошетила и попала в беднягу. Стриж вздрогнул. Если уж жители этого посëлка не чурались стрелять по своим же, то что они сделают с серпийцами, если решат зайти внутрь? И почему вообще местные начали стрельбу по кораблю?.. Стриж вдруг подумал, что из-за потерянной антенны-приëмника экипаж «Сильги» не знал ровным счëтом ничего о том, что происходило во внешнем мире, пока они спасали иномирцев от верной смерти, а ведь произойти могло всё что угодно!

Снаружи грянуло ещё несколько выстрелов. Входной люк космоборта открылся до конца, и проëм сразу загородила чья-то мощная фигура с ружьëм в руках. Стриж сглотнул – он слышал, что в некоторых мирах используют подобное оружие, но вживую видел его впервые, – и шëпотом обратился к Кари:

– Ты можешь отсюда закрыть люк своей энергией, пока он не вошёл?

Кари, поморщившись, протянул руку по направлению к выходу:

– Ну же, давай…

Но у напарника, само собой, ничего не вышло. Иномирец тем временем по-хозяйски оглядел зал и осклабился.

– Так-так, и сколько у нас тут подстилок для инопланетян?

Кто-то из эвакуированных протестующе дëрнулся, услышав его слова, и Стриж догадался, что сказано было что-то совсем гадкое. К счастью, другие жители сдержали порыв сородича: силы всё-таки были далеко не равны.

«Лио, неужели ты не слышишь и не видишь, что происходит снаружи?! – в отчаянии закусил губу Стриж. – Почему ты не закрываешь люк? Почему мы до сих пор не взлетели?»

Стоило об этом подумать, как космоборт тут же дëрнулся вверх, отрываясь от земли. Уже сделавший шаг внутрь иномирец охнул и повалился лицом вперёд, в последний момент уцепившись свободной рукой за край проёма.

– Врëшь, не уйдëшь! – прорычал он, и даже без портативного переводчика смысл этой фразы был предельно ясен.

Корабль слегка накренился на один бок, поворачивая, и эвакуированные жители в зале, начав кучей сползать по полу к стене, закричали от ужаса. Иномирец тем временем, закинув внутрь космоборта своё оружие, уцепился за край открытого проëма второй рукой и начал карабкаться внутрь. С земли ему что-то одобрительно кричали сородичи.

Люк тем временем даже не думал закрываться, и тогда Стриж решил взять всё в свои руки. Резко рванувшись к иномирцу, он уже приготовился как следует ударить его ногой в здоровенный лоб, но тут мужчина, дрогнув, обмяк и уже через мгновение исчез под космобортом. Стриж от неожиданности замер на полпути.

– Ну, чего встал? – сердито окрикнула его Амея, появляясь со стороны кают для экипажа. – Надо закрыть люк, пока туда не вывалился кто-нибудь из нас!

– Это, что, ты его так? – обомлел визор.

– Конечно, я! Кто ж ещё может спасти троих разведчиков от гибели? Только лекарщица! Кстати, на будущее, – вы неправильно поняли суть моей работы!

И Амея, быстро подойдя к панели управления входным люком, принялась жать на кнопки, ругаясь себе под нос всякий раз, когда система издавала протестующий писк. Космоборт взлетал всё выше и выше в небо, и сквозь открытый проëм уже можно было увидеть не только покинутое поселение целиком, но и кусочек леса, раскинувшегося рядом. Пожалуй, для простого перелëта между населëнными пунктами корабль взял слишком большой разгон, и Стриж обеспокоенно спросил об этом у Амеи.

– Мы ле… Ах ты ж! Пустота тебя забери, если ты сейчас не заработаешь!.. Мы летим к пустотным крейсерам.

Видя, что лекарщица никак не может вспомнить правильную последовательность кнопок, Стриж подбежал к ней и принялся нажимать всё, что запомнил сам. Спустя полминуты они вдвоëм наконец осилили управление, и входной люк стал закрываться. Ветер, гулявший по залу, стих, ошеломлëнные иномирцы один за другим начали подниматься на ноги. Заметив неподалёку брошенное ружьë, Стриж подобрал его и вздрогнул: оно всё ещё было слегка тëплым после выстрелов по космоборту.

– Амея, почему вы не закрыли входной люк из кабины управления? Раньше же получалось.

– Да там заглючило что-то, наверное, последствия самой первой посадки на эту планету. Лио долго пытался сначала закрыть люк: очень не хотел взлетать с кучей местных жителей в зале, чтобы никто случайно не вывалился. Ну, в итоге вышло то, что вышло.

– А как же тот иномирец?

– Какой иномирец?

– Которого ты выкинула из космоборта с помощью своих сил. Ты ведь, возможно, убила его.

– У нас был выбор? – поджала губы Амея.

– Нет, но…

– Я понимаю, что ты хочешь сказать. Я лекарщица, и для меня человеческая жизнь должна быть превыше всего. Но я и не отступала от своего принципа, а лишь проявила гибкость. Полезное качество, тебе тоже пригодится в жизни.

– Гибкость?

– Да. И, если уж совсем углубляться, ты ведь первый побежал к иномирцу, чтобы сбить его с корабля. Получается, ты тоже мог его убить. Потому что я очень сомневаюсь, что от твоего удара он воспарил бы в небо как птица!

Стриж в смятении опустил голову. Слова, которые говорила Амея, были верными… Но почему их так больно слышать?

– Я не убийца, – тихо произнёс он.

Лекарщица лишь молча пожала плечами.

– Простить, а ты мочь помогать? – подошёл к ним один из спасëнных иномирцев.

– Что случилось?

– Мой друг пораниться. Казаться, попасть пуля.

Быстро переглянувшись со Стрижом, Амея заспешила вслед за иномирцем в центр зала. Там на полу, окружëнный толпой сородичей, лежал молодой мужчина и корчился от боли, держась за ногу. Из ноги текла кровь.

– Отойдите все! – крикнула Амея, врываясь в круг и опускаясь на колени рядом с раненым. – Покажите мне ногу.

Иномирец кое-как разжал руки. Достав из кармана лезвие, Амея быстро разрезала окровавленную штанину и придирчиво осмотрела рану, стараясь при этом не трогать её руками.

– Пуля прошла по касательной, хотя и довольно глубоко, – наконец заключила девушка, и портативный переводчик озвучил её слова иномирцу. – Вам крупно повезло. Не представляю, как мы лечили бы ранение навылет или, ещё хуже, с застрявшей внутри пулей в подобных условиях. Сейчас надо будет немного потерпеть, я залечу вам рану.

Амея потëрла ладони друг об друга, призывая энергию. Стриж нахмурился и, наклонившись к девушке, прошептал:

– Думаешь, получится? Я ведь не вижу их энергию.

– То, что ты её не видишь, ещë не означает, что её нет, – пожала плечами Амея. – Я всё равно обязана попробовать. Вы готовы? – Последний вопрос относился уже к раненому. – Тогда приступаем…

***

…За полчаса до того, как корабль Лио обстреляли местные жители, бестеп Варсо Массл очнулся в очень шумной комнате. Вернее, так ему показалось в первое мгновение после того, как он пришёл в себя. Потом шум в ушах пропал, глаза разведчика наконец начали видеть лучше, и он осознал, что до сих пор находится в кабине управления. Рядом с ним сидел Глион и, придерживая одной рукой штурвал, другой медленно ощупывал свою голову, очевидно, тоже приходя в себя. Небо за лобовым стеклом постепенно синело: космоборт на огромной скорости нëсся вверх, прочь от чужой планеты, жителей которой они только что…

– Зачем ты это сделал? – спросил Варсо, вспомнив свои последние секунды перед помутнением рассудка. – Зачем убил всех этих людей?

– Прости меня, – сказал Глион, глядя прямо перед собой стеклянными глазами. – Кажется, я сделал ужасную вещь.

– «Кажется»?!

Вместо ответа Глион потянулся к кнопке на панели управления, включающей микрофон.

– Внимание всем разведчикам, говорит борт «Карсас». Номер борта… – Тут он прервался, чтобы посмотреть на цифры, которые были написаны на штурвале. – Семь-один-ноль. Борт «Карсас». Мне кажется, мы…

В динамике что-то громко зашуршало, затем послышался сердитый голос Юнция:

– Вас плохо слышно, повторите, борт «Карсас»!

Глион как следует прочистил горло.

– Мне кажется, я только что… убил две тысячи иномирцев и весь экипаж борта «Магрир».