Самое лучшее фэнтези, или Битва шаров

– Ладно, – выдыхая, произносит Спок и, обдумав каждое последующее слово, продолжает: – Где я окажусь, когда выйду через задний проход Шаи-Хулуда?

– Глубоко-глубоко, – говорит Пол, скрывая за бородой насмешливую улыбку.

– Ты достал уже, можно поконкретнее выражаться?

– Чтобы не загрязнять поверхность окружающей среды своими биоотходами, Шаи-Хулуды, будучи добропорядочными существами и относясь к природе с уважением, срут в самых недрах Земли. Нынешние километры песков над нашими головами покажутся тебе лёгкой прогулкой по набережной по сравнению с тем, что ты встретишь там, где срёт Шаи-Хулуд.

– И что же тогда нам делать? – отчаянно проговаривает Спок.

– Ничего, – безутешно отвечает Пол. – Просто сиди и… не знаю. Живи.

– Я не собираюсь так жить! – гневно выкрикивает Спок.

Пол ничего не отвечает и снова берётся за свою палочку, чтобы изображать на песке непонятные каракули. Спок с мольбой глядит на Рокера. Может, у него есть какая-нибудь идея? Но Рокер в ответ лишь обречённо выдыхает. Спок не сдаётся и продолжает яростно шевелить мозгами в поисках выхода из сложившейся ситуации. Стоит, задумчиво оглядываясь вокруг, пока и его, наконец, не настигает отчаяние. Спок сокрушённо мотает головой, не желая принимать эту действительность. Но у него ничего не выходит. В итоге он подходит к Полу и Рокеру, лепит из песка удобную кочку и присаживается между двумя приятелями. Мы все теперь в одной лодке.

Долго они так сидят в глухой тишине, не проронив ни звука. На песке перед ними горит шар Света, распространяя вдаль сияние, очень похожее на дневное. Подними голову и ты не поверишь, что там нет ясного неба, ни одного солнышка. Пустые глаза устремлены прямо перед собой. И проносится всё это мимо них, как фотоснимки из ежедневной хроники: всё одно и то же, за исключением слегка изменившихся положений тел, увеличивающейся растительности на голове, ну и, может-быть, кое-где рельеф местности не тот, что прежде.

Продолжалось это очень и очень долго, не происходило ничего из ряда вон выходящего, пока на одной из фотокарточек не обозначились удивлённые лица Спока и Рокера.

– Это что такое? – спрашивает Спок у Пола Атрейдеса.

– Ты про эту колотящуюся тряску?

– Да.

– Шаи-Хулуд спаривается со своей самкой, вот что это, – безразлично отвечает Пол.

– А, понятно, – говорит Спок и смотрит на Рокера. Тот в ответ пожимает плечами: что поделать, они тоже живые существа и хотят построить свою семью.

Вот только спаривания эти продолжаются уже который день подряд, прерываясь лишь на короткое время. Мозги всецело покрылись синяками от постоянного сотрясания о черепную коробку.

– И сколько у них длится брачный сезон? – спрашивает когда-то Спок у всезнающего Пола.

– Бесконечно, – говорит тот, устало уперев голову на руку.

И, кажется, он не ошибся. Несколько фотокарточек демонстрируют нам широко раскрытые глаза Спока и Рокера, пока и те не свыкаются со здешней сексуальной повседневностью: эти колотушки, сотрясания, постанывания. После чего фотохроника снова возвращается на старые вялые рельсы.

Такое чувство, будто кто-то включил песню «Bad Guy» Билли Айлиш, и пластинку заело, отчего она беспрестанно переигрывает первые десять секунд. Не, ну вы представьте себе хорошенько, словно перед вами музыкальный клип: вот они сидят рядком, лица измученные, недовольные бородатые подбородки уткнуты в ладони, вокруг происходит нескончаемая тряска, и тут-то вы нажимаете на Play… Головы троицы качаются в такт музыки, усталые глаза из-под бровей смотрят прямо на вас. И так изо дня в день, изо дня в день… Ну разве не забавно?

– Стоп! – выкрикивает в какой-то момент Рокер.

Это настолько выходит из жизненной колеи, что его товарищи направляют к нему изумлённые лица.

– Что такое? – интересуется Спок.

– У меня идея.

Спок даже сразу и не понимает, о чём может идти речь. Настолько глубоко неверие вросло в его разум и сердце, сокрыв под своими листьями надежду и мечту о спасении.

– Я знаю, как выбраться отсюда, – заявляет Рокер, и Спок видит, как чья-то рука срывает неверие нахрен вместе с корнями, быстренько взрыхляет почву под мечтой и надеждой и поливает её водичкой.

– КАК?

Пол как-то не особо проявляет интерес к словам Рокера, он, наверное, и здесь себя весьма вольготно чувствует.

– Мы доберёмся до яиц Шаи-Хулуда и вылетим с его спермой на свободу! – громогласно озвучивает Рокер свой гениальный план.

Спок переводит воодушевлённое лицо на Пола, ожидая, что тот скажет насчёт этого плана побега.

– Ну вылетишь ты из его хуя, дальше что?

– А-а-а! – кричит Спок, ухватив Пола за бороду. – Я убью тебя!

– Тихо, тихо, – разнимает Рокер товарищей, а после заговаривает с Полом: – Дальше что?.. Дальше будет свобода.

– Жить в пизде Шаи-Хулуды – это, по-твоему, свобода?

– А с чего ты взял, что мы окажемся в пизде?

– А где ж ещё?

– Я уверен, что это не так. За всё время, что мы здесь находимся, у меня сложилось глубокое убеждение, что наш Шаи-Хулуд использует тактику прерванного полового акта.

Спок восхищается догадливостью друга.

– С чего ты это взял? – усмехается Пол.

– А вы разве не замечали, что перед последней тряской возникает небольшой перерыв и всё стихает?

Спок чуть ли не плачет, согласно кивая головой.

– Ладно, – усмехается Пол, – давай представим, что это так. Но тогда ответь мне, с чего ты взял, что в таком случае мы окажемся на свободе?

– А где ж ещё?

– Как где? Ты в курсе, что Шаи-Хулуды спариваются глубоко под землёй?

Спок ускоренно переводит своё лицо то на одного, то на другого товарища, в ожидании того, что вот-вот в один из этих самых моментов решится его судьба: обласкает ли солнышко его пожухлые ростки или небо заполонят облака, ударят морозы.

– Я готов дать свою голову на отсечение, что наш Шаи-Хулуд перед тем, как кончить, выходит наружу и передёргивает, любуясь на пустыню.

– С чего ты взял?

– ЗАТКНИСЬ! – орёт Спок на Пола. – Почему ты так решил? – умоляюще спрашивает он у друга.

– А вы не замечали, что во время последней тряски воздух вокруг становится свежее?

Лицо Спока озаряет восторг.

– Да-а… замеча-а-ал… – тихо шепчет он, пребывая в блаженстве.

– Ну не знаю, – неодобрительно произносит Пол.

– Клянусь, чучело ты обосранное, что если ты ещё раз усомнишься в этом гениальном плане, то я придушу тебя вот этой вот рукой, – рычит Спок на Пола с оскалом на лице.

– Ну так что, – спрашивает Рокер у товарищей, – как вам мой план?

– Ге-ни-аль-ный! – восклицает Спок от безудержной эйфории.

– А ты что думаешь, Пол?

Спок смотрит на того, покачивая головой, улыбается: уж очень ему хочется его придушить.

– Если всё действительно так, как ты думаешь, то… не знаю, можно попробовать, – отвечает Пол, не особо веря в успех.

Восторг заставляет рот и глаза Спока увеличиться в максимально допустимых размерах. Неужели это свершилось? Они скоро окажутся на свободе!

– Как нам попасть к его яйцам? – спрашивает Рокер у Пола.

– Всё не так просто, как вы этого хотите. Для начала нам придётся преодолеть желудок Шаи-Хулуда с морем кипящей кислоты…

– Перелетим! – без удержу выкрикивает уже свободный в мыслях Спок.

– Потом нас ожидает кишечник, кишащий зловониями…

– Даже не заметим!

– После кишечника настанут яйца.

– Так быстро? – удивляется Спок.

– Да, мы сойдём в середине кишечника, спустимся вниз по придатку яичка, а затем засядем в нём самом в ожидании эякуляции.

Спок восхищённо глазеет на Рокера.

– Ты – гений, друг мой. Ге-ний, – томно шепчет он и целует друга в лоб.

– Гением он будет, если Шаи-Хулуд, действительно, прерывает свой половой акт.

– А он его прерывает, – уверенно заявляет Спок Полу, – даже не сомневайся.

– И если он это делает на свежем воздухе.

– На ахуенно свежем воздухе.

Следующую минуту Спок блаженно глядит на Пола, Пол нерешительно на Рокера, а тот на обоих разом.

– Ну тогда что, за дело? – со всей готовностью произносит Рокер и, хлопнув себя по коленкам, поднимается на ноги.

– За дело! – всецело поддерживает его Спок.

– Была не была, – бубнит Пол через паузу и неспешно присоединяется к своим товарищам, чтобы вместе двинуться на встречу к неизведанному.

Гигантская дыра зияет впереди – это желудок Шаи-Хулуда разевает свою пасть. Святая Троица стройным рядом движется туда, распространяя вокруг себя божественный свет, прям как Никулин, Вицин и Моргунов. Песок под ногами становится более вязким, атмосфера приобретает зеленовато-неоновый отблеск, а кислотный запах со вкусом проникает в самые лёгкие, такое чувство, будто в рот разом запихнули десяток конфет-шипучек – помните такие? – отчего даже глаза слезятся. Но всё это ни по чём для Спока. Стоя во главе отряда, он ведёт своих товарищей вперёд, гордо вскинув подбородок и встречая надвигающиеся напасти непобедимой улыбкой. Шар Света – его держава.

Вскоре дорога направляет отряд вверх, ступень за ступенью – это переход в желудочный отсек Шаи-Хулуда. Отряд останавливается на высоком утёсе, обозревая под собой жёлто-зелёное шипящее море кислоты, с поверхности которого поднимаются тяжёлые пузыри. Тьма впереди с ужасом демонстрирует бесконечность этого моря. Рокер благосклонно нагибается, чтобы Спок и Пол влезли ему на спину.

– Веди нас, о Спаситель, – молвит Спок, занимая место спереди.

И Рокер от усталости начинает медленно разгоняться, тяжело размахивая крыльями. Пол трусливо хватается за все выступы на его спине. Спок с прикрытыми глазами изрекает святотатственный молебен. Переходный выступ под бегущими ногами Рокера заканчивается, и троица оказывается в воздухе. Они не поднимаются, а падают вниз.

Пассажирский дракон Рокер терпит крушение над желудочным соком Шаи-Хулуда в течении 325 страниц. Экипаж лайнера отважно борется за спасение своих жизней. Действующие лица: неунывающий и мужественный Спок, изобретательный и находчивый Рокер, а также несравненный Пол Атрейдес в роли Пола Атрейдеса – в главе «Something Beautiful»!

Страница 325. Пол кричит от страха, Рокер не понимает, что происходит, и тогда Спок, лукаво взглянув на зубчатую гриву дракона, хватает её и тянет на себя. Троица резко поднимается вверх. Пол и Рокер облегчённо вздыхают, когда смотрят вниз и видят, что море бурлящей кислоты вон там – далеко-далеко. Стенка желудка Шаи-Хулуда, как спасительный купол, возвышается над головами троицы, изредка окрапливая их желудочным соком, который оседает на ней в виде конденсата. Бороды троицы элегантно развеваются на ветру. Спок протягивает руку и зачарованно поглаживает танцующие в воздухе кислотные пузыри, отчего те с брызгами взрываются, становясь помехой на пути сидящего позади Пола. Блаженство окутывает троицу в этом спокойном безмятежном полёте. В какой-то момент глаза путников замечают вдалеке, справа от себя, на высоком выступе какую-то женщину с мальчонкой. Те печально смотрят вниз, на кислотное море, над поверхностью которого обозначается рука, демонстрирующая большой палец. Через несколько секунд рука скрывается в глубине кислот, и мальчонка страдальчески прижимается к женщине.

– Может, возьмём их с собой? – спрашивает Рокер, замедляя скорость полёта.

– Нет, – молвит Спок, – у них своя история – свой путь.

Спустя время впереди обозначается какая-то стена, сквозь которую не может проникнуть свет, исходящий от шара. Троица приземляется перед ней и обнаруживает, что та иссиня-чёрного цвета, принюхиваются. Да, вот он – кишечник Шаи-Хулуда, истощающий зловония.

– В путь, друзья, – изрекает Спок, подбадривая товарищей, – окунёмся в это дерьмо с головой!

И они окунаются. Сантиметр за сантиметром выгребая перед собой зловонные залежи. Спок впереди, с неустанной улыбкой на лице, позади измученные Пол и Рокер, которые изредка останавливаются, чтобы передохнуть, не отрывая восхищённого взгляда в спину неугомонного Спока. Дерьмо становится уже посуше, как вдруг троица резко заваливается набок. Это Шаи-Хулуд занимается страстной любовью со своей возлюбленной! Таких толчков они ещё не испытывали прежде.

– Скорее! – кричит Спок и мчится вперёд, буквально выгрызая себе путь зубами. – Как скоро должны появится яй… – хотел было спросить Спок у Пола, как тут же проваливается под здешний грунт.

Он стремительно несётся вниз по жёлобу. Его испуганный крик смешивается с криками следующих за ним товарищей. Спок открывает глаза, стараясь углядеть на такой скорости хоть что-нибудь, принюхивается к воздуху… И тут-то лицо Спока озаряется счастливой улыбкой. Он нежно касается жёлоба ладонью – шар Света неустанно зажат под левой подмышкой – и понимает, что сейчас они скатываются вниз по святая святых Шаи-Хулуда – его придатку яичка.

– И-и-и ха!

Спок врезается во что-то упругое и его отбрасывает назад, после чего снова вперёд – это ему в спину влетают Пол и Рокер. Шар Света падает на пол, если так можно назвать внутреннюю стенку мошонки. Троица встаёт и, поражённо раскрыв рты, оглядывается вокруг себя. Неужели это правда? Они действительно смогли добраться до своей цели? Товарищи зачарованно смотрят на центральный объект этой залы – яичко. Оно, как монолит из «2001: Космической одиссеи», всецело завлекает умы собравшихся. Тряска в данном узле Шаи-Хулуда ощущается очень явственно. Яичко, словно под наркотой, бешено колбасится под оглушительные биты, а помещение, где находится троица, порой сжимается так, что товарищи вплотную налегают друг на друга.

– Да! Так её! – в экстазе кричит Спок. – По самые яйца!

Троица пытается занять наиболее устойчивое положение на этом танцполе, подбадривая себя и товарища в ожидании момента, способного изменить всю их жизнь. Они с мольбой смотрят вверх, на сияющий закрытый жёлоб, который скоро должен открыться, обеспечив им свободу. Тряска становится настолько учащённой, что троица, кажется, и не чувствует её. Они словно поднимаются в невесомость. Путники смотрят вниз, на нарастающую белую массу под ногами.

– Ну что, Рокер, – обращается к тому Спок в предвосхищении, – ты готов снова стать сперматозоидом, а?

– О да! – изрекает Рокер и с наслаждением втягивает ноздрями воздух.

Пол испуганно поглядывает на пылающих азартом товарищей, на растущую и пенящуюся вонючую лужу под ногами. Не о таком джакузи он мечтал.

– Рука у тебя? – спрашивает Спок у Рокера, и тот в ответ демонстрирует под своим крылом целлофановый пакет. – Отлично, теперь нам остаётся только ждать.

Напряжённое дыхание исходит от путников. Когда сперма доходит им по пояс, тряска неожиданно пропадает. Глаза путников испуганно смотрят друг на друга. Что происходит? А потом Спока озаряет:

– Он несётся вверх!

И правда, за мошонкой Шаи-Хулуда слышится гул, схожий со звуками несущегося поезда.

– Всё выше, и выше, и выше! – восторженно поёт Спок, а потом всеми лёгкими вдыхает в себя воздух. – Как свежо!

Поезд останавливается. Пол и Рокер, как заворожённые, также торопятся вдохнуть в себя этот бодрящий аромат. Если поглядеть на лица путников, даже и не подумаешь, что те стоят сейчас по пояс в сперме, а не в центре райской оранжереи. Вскоре опять начинается тряска, но её поступь уже не такая как прежде: пропала романтика. Приток семенной жидкости увеличивается с каждым толчком.

Когда сперма Шаи-Хулуда достигает шеи Спока, тот не выдерживает и рычит сквозь зубы:

– Ну же… кончай.

Пространство вокруг сжимается, ощущаются какие-то спазматические толчки, путники спасительно хватаются друг за друга и, окунувшись с головой в белую массу, стремительно уносятся в открывшийся жёлоб. Птю. Вот это выстрел!

– А-А-А!!! – глухо раздаётся в потоке спермы. Только бы не захлебнуться раньше времени.

И вскоре троицу озаряет свет. Сначала вылетает Рокер, потом Пол, а следом и Спок, лицо которого перекашивается от ужаса, когда он