Самое лучшее фэнтези, или Битва шаров

– Конечно, деточка, я слушаю, – Спок не перестаёт умиляться на свою собеседницу.

Спустя решительную паузу, девушка глубоко вдыхает и зачитывает:

– Император Александр III когда-то сказал: «Я рад, что был на войне и видел сам все ужасы, неизбежно связанные с войной, и после этого я думаю, что всякий человек с сердцем не может желать войны, а всякий правитель, которому Богом вверен народ, должен принимать все меры, для того чтобы избегать ужасов войны», – закончив, девушка боязливо поднимает глаза на Спока и с трудом дышит.

Тот уже не умиляется. Лицо задумчивое, слегка сердитое. Доктор Засто пристально наблюдает за ним, ждёт его реакции. Суворов кипит от журналистской наглости.

– Можно я ещё добавлю? – спешно вставляет смелая девушка и переворачивает страницу. – Вольтер сказал: «Война превращает в диких зверей людей, рождённых, чтобы жить братьями!» – Девушка не даёт остальным опомниться и в секунду зачитывает следующее: – «В войне не бывает выигравших – только проигравшие!». – Невилл Чемберлен!.. «Война – преступление, которое не искупается победой!» – Анатоль Франс! «Лучшие войны в истории человечества! – девушка поднимает мокрые глаза на Спока, – те… что человечеству… удалось избежать»… – Бауржан Тойшибеков.

И девушка мягко опускает свой планшет, не отрывая поблёскивающего взгляда от народного лидера борцов за свободу. Все ждут, что тот скажет. Доктор Засто молится, чтобы слова, произнесённые девушкой, оказали на него влияние.

– Это ты её подговорил? – злобно проговаривает Спок, искоса глядя на доктора.

Доктор Засто в недоумении даже не успевает мотнуть головой.

– Уведите их, – велит Спок и устало разваливается на стуле, даже не глядя на проводы корреспондентов.

Двери конференц-зала закрываются. Боб и Бирюк занимают свои места.

– Ишь какая, – усмехается Суворов, кивая головой в сторону дверей, – Бауржана какого-то приплетает… Где был твой Бауржан, когда я в войнах свою кровь проливал! – кричит он туда же. Даже привстаёт от гнева, но потом, чутка передохнув, опускается обратно.

Все смотрят на своего лидера, ожидают, когда тот заговорит. Но он сидит, задумчиво уставясь в никуда. Минуту спустя переводит глаза на доктора и шепчет:

– Не я её начал, – после замечает недоумевающие взгляды собратьев в свою сторону и будто, опомнившись ото сна, присаживается поудобнее. – Так, ладно… с чего начнём, коллеги? – Те молчат, пожимают плечами. – Давайте поговорим о том, для чего, собственно, и затевалось это собрание… Следующее сражение предстоит нелёгкое, и по некоторым слухам армия Випа, обороняющая Випадор, насчитывает более миллиона солдат. Поэтому мне хотелось бы точно знать, какое количество солдат находятся в нашем обеспечении. Генерал?

– Понятия не имею.

– Боб?

– По моим подсчётам нас около полумиллиона. – Эта весть не очень радует слушающих. – И это, если собрать нас со всех мест воедино.

– Осьтавить тыли́? – слегка возмущается Дюклён.

– Если мы хотим собрать боеспособное войско, то придётся… – Ещё одна неутешительная новость. – Каждый день к нам присоединяются в среднем десять тысяч добровольцев.

– И не каждый из них приспособлен к войне, большинство приходится с нуля обучать магии, – замечает Бирюк.

– Но у них есть то, чего нет у солдат Випа, то что даёт им невероятную силу и отвагу.

– Что же? – интересуется Бирюк у Спока.

– Цель… вот что. Армия Випа воюет за деньги. Но мы нет. Свобода – вот что движет нами, вот что подталкивает нас на ратные подвиги, вот что убивает в нас страх перед смертью! Свобода – это священное слово, которое после нашей победы станет явью, станет столпом нашего нового мира, где каждое существо будет жить в безопасности, не боясь высказать своё мнение и последующего за ним преследования, зная, что тот редкий преступник, который затаится в массах народа, обязательно получит справедливое наказание, у нас не будет депутатов, губернаторов, набивающих свои карманы и лгущих нам на каждом шагу, в нашем мире не будет их лицемерия и двуличности, в нашем мире не будет бедности, не будет пороков, не будет корысти, жадности, тщеславия, все будут равны между собой, и править этим сплочённым добродетельным смелым народом будет ничто иное как… Свобода!

Спок стоит навытяжку, предплечья прижаты к груди, кулаки стиснуты, голова запрокинута к потолку, кричит. Единомышленники заражаются его речью: Бирюк с Мурдиклиффом воют, Суворов швыряет стаканы в стены, остальные члены делегации также выпускают «свободу» на волю. Лишь доктор Засто сидит и испуганно наблюдает эту картину. Спустя время члены делегации успокаиваются и, как положено, занимают свои места за столом.

– Если наши ряды пополняются добровольцами, то стоит предположить, что и войско Випа растёт ежедневно, – замечает доктор Засто, и все недовольно вперяются в него взглядами.

– Кто на их стороне? – интересуется Спок у собравшихся.

– Наша разведка обнаружила множество видов, – отвечает Боб, – подавляющее большинство составляют драконы и гоблины.

– Есть ли какие-нибудь опасные субъекты?

– Не знаю, если вы под опасными имеете ввиду фей, то да, у него их целые батальоны. Главенствует над ними сама Фея-крёстная.

Спок весьма встревожен этой новостью:

– Да, это уже не шутки. Их магия очень сильна.

– Нё без палоськи они не ня сьтё не спосёбни, – замечает Дюклён

– Для начала попробуй отбери её у них, – говорит Бирюк.

– Ладно, не будем строить догадки, – говорит Спок. – Что с составом наших войск. Кто входит туда?

– Многие, – отвечает огр Боб.

– И кто же?

– Целый словарь наберётся. Серьёзно, я замучаюсь их зачитывать.

– Ладно, тогда сам спрошу. На чьей стороне эльфы?

– 90% воюют за нас.

– Отлично. Что с гномами?

– Наоборот. Мы не можем предложить им столько золота, сколько заплатил им Вип.

– Ну и в пизду их тогда. Ладно, теперь давайте обсудим мировую политику, э-э… Что творится в мире? Какие страны занимают чью сторону?

– Можно поконкретней? А то я и тут замучаюсь зачитывать.

– За кого будет воевать Швейцария?

– Она сохраняет нейтралитет.

– Не удивительно. Хорошо, а Россия?

– Путин решил пока не ввязываться в эту войну…

– У него своя ещё никак не закончится, да?

– Всё по плану! – пытается спародировать Суворов великого стратега и начинает ржать.

– Да, но он пригрозил, что если от нас или от Випа в сторону России поступит агрессия, то они это воспримут как пересечение красной линии…

Спок не сдерживает смех.

– Продолжай.

– И он также заявил, что ответ России будет незамедлительным и приведёт его врагов к таким последствиям, с которыми они в своей истории ещё никогда не сталкивались.

– Он демонстративно пригрозил новой ракетой «Орешник», – вставляет Делфтий.

– И по кому же, интересно, он в случае агрессии запустит этим «Орешником»? – любопытствует Спок. – По Украине?

– Да, – невозмутимо отвечает Боб.

– Хорошо ещё, что не по себе. Да, кстати, а как там поживают уважаемые доблестные патриоты России: Миланов, Дегтярян? Воюют?

– Миланов свободно, то тут, то там…

– А другим солдатам так можно?

– Нет.

– Понятно, а Дегтярян?

– Он бы с большущим удовольствием, но, к сожаленью, у него депутатская бронь.

– Бедняжка, – наигранно покачивая головой. – Прям как у Оруэлла: «Все животные равны, но некоторые СУКИ более равны, чем другие». – Единомышленники кивают в знак согласия. – Ладно, а что там наши янки? Come on, Bob!

– США пока не спешат поддерживать чью-либо сторону. Байден заявил: «Если мы увидим, что войну выигрывает Вип, нам следует помогать Споку, если будет Спок, нам следует помогать Випу, и пусть они как можно больше убивают друг друга».

Спок разводит руки в стороны.

– Мир не меняется, – говорит он.

– Мир меняется, – неожиданно вставляет своё слово доктор Засто, – не меняется власть.

Недоброжелательные взгляды направляются в сторону доктора.

– Ладно, достаточно о правительствах, – вновь начинает Спок, – давайте, вернёмся к составу нашей армии. Раз президенты не хотят воевать на нашей стороне, то, надеюсь, люди этого хотят. Кто с нами? Белые есть?

– Конечно, – гордо подтверждает Боб, – подавляющее большинство.

– Индейцы, мулаты, чукчи?

– Каждой твари по паре.

– Узкоглазые есть?

– Немало.

– Негры?

– Прошлой ночью я их не видел, но днём объявились.

– Отлично-с. Смотри, чтоб ночью опять не пропали.

– Сделаю.

– Да, кстати, а равно ли распределены эти человеческие расы в составе нашего войска?

– Нет.

– То есть квота не соблюдена?

– Нет.

– Превосходно-с. Нахуй квоты!

– Нахуй квоты! – громогласно повторяется за столом, и руки со стаканами взмывают вверх.

Потом наступает тишина. Сидящие сидят (а что они ещё могут делать?), отрешённо уставившись в никуда, мысли витают где-то там, далеко-далеко, где есть земля… В какой-то момент до Спока доносится тихий гул с улицы, и он краем глаза замечает в окне, как на вертолётную площадку, расположенную рядом со здешним зданием, приземляется чёрный летательный аппарат в форме летучей мыши. Глаза и рот Спока раскрываются от изумления.

– Не хотел вам говорить раньше времени, – скромно произносит Боб, видя ошеломлённого Спока. – Думал, сделать сюрприз.

Все поворачивают головы к окну.

Хвостовой отсек летательного корабля открывается, и по порожкам геройской поступью спускается Бэтмен, да не один, а в обнимку с Суперменом. Красный и чёрный плащи укутывают друг друга на ветру. Но это ещё не всё: вдалеке обозначается также существо, облачённое в красное трико: лицо спрятано под маской с изображёнными на ней большими белыми глазами, из рук прямо в облака выстреливает паутина. А рядом с ним летит Роберт Дауни-младший в костюме Железного человека…

Так, всё, хватит. Довольно! Я, ссылаясь на ч. 12 ст. 2 Фэнтезийного кодекса, категорически запрещаю вам использовать вышеназванных персонажей в данной книге. Не скатывайтесь в пародию!

А я разве ещё не скатился?

Ты ходишь по тонкому льду, дружочек, и к тому же твои вышеизложенные слова с издёвкой, боюсь, очень не понравятся некоторым сукам.

Ну ведь должен хоть кто-то сказать про них то, чего они действительно заслуживают.

Чтобы тебе не говорили, ты никого не слушаешь… потому что ты всё делаешь… не так… Продолжай. Но про пародию забудь!

В одну секунду Человек-паук поворачивает на паутине к Железному человеку и седлает его. Два красных силуэта быстро исчезают вдали. Бэтмен с Суперменом, как дедушка Абрахам Симпсон, посвистывая, разворачиваются и конфузливо поднимаются обратно в корабль. Вжух – корабль в воздухе, а потом вжих – и он улетает за горизонт.

Спок жалобно стонет.

– Бли-и-и-ин.

– Простите меня, – извиняется Боб.

– Нам очень не помешала бы помощь какого-нибудь супергероя… – досадует Спок. – Да, а как насчёт Адама Каирова? Судя по его наградам, он самый что ни на есть настоящий супергерой.

– Простите, но он, к сожаленью, занят: балуется со своим золотым пистолетиком и раскладывает пасьянс из своих наград.

– Ничего себе! – восклицает Спок. – Он умеет раскладывать пасьянс!

Продолжай.

Тихий смешок танцует по столу. Батюшка Делфтий ни с того ни с сего достаёт из кармана золотые монеты и, стуча ими по столу, наигрывает какую-то звонкую мелодию. Суворов по наитию начинает хлопать в ладоши, да так удачно, что даже спичка не может сдержать свой порыв и ритмично то вспыхивает, то потухает. Русалочка Ариэль вдруг изъявляет желание запеть, и тут же валится на пол, глотая воздух. Спок встаёт и начинает зажигательный танец в стиле Трампа. Его ближайшая четвёрка соратников тоже не остаётся в стороне. Дюклён исполняет свой уже ставший знаменитым танец с кошками. Мурдиклифф, как огненная пушка на концертах, выпускает вверх пламя. Остальные поют.

– Что происходит? – недоумённо шепчет доктор Засто, наблюдая за дискотекой в стилистике сериала «Друзья». Делегация уже танцует, собравшись в паровозик, Ариэль, ухватившись за хвост Бирюка, волочится позади, а как поёт! Это Спок надел ей на голову водный шар. – Прекратите! – не выдерживает доктор Засто, возмущённо оглядывая танцоров.

В миг все чары спадают. Члены делегации ошарашенно осматриваются вокруг, пытаются осознать, с чего это они вдруг? Отрывают друг от друга руки. Неловко поправляют на себе одежду. Конфузливо плетутся к столу. Присаживаются. Делфтий берёт хвостатую Ариэль на руки и усаживает на свои колени, заигрывает. Спок щелчком пальцев утилизирует водный шар на голове Ариэль, и та затыкается. После русалочка спешно вскакивает со священных колен, обходит стол и занимает своё прежнее место.

– Так, уважаемые коллеги, – говорит Спок, словно ничего не произошло, – что нам ещё остаётся обсудить?

Единомышленники пожимают плечами.

– А, да, совсем забыл, – восклицает Боб. – Ведь мы пленили одного языка во вчерашней битве.

– О как! И где же он? Что говорит?

– Мы его ещё не допрашивали, наш верховный лидер, но лычки его говорят нам о том, что он генерал. – Суворов с интересом вскидывает вверх брови после этих слов. – Я решил его оставить лично вам, так сказать, сделать сюрприз.

Спок потирает ладони от предвкушения. Доктор Засто с ужасом смотрит на него.

– Ну так ведите его ко мне.

Боб тихо поднимается, подходит к дверям конференц-зала, открывает их – рядом продолжает лежать тело принцессы Леи – и покидает делегацию. Спустя минуту он возвращается, ведя впереди себя дракона, руки и ноги которого закованы в наручники, а шея обмотана верёвкой, конец которой удерживает Боб. Боб останавливается невдалеке от стола и заставляет дракона пасть на колени. Спок с удовольствием встаёт и идёт им навстречу. Тормозит перед драконом. Боб стоит позади него, слегка натянув верёвку.

– Как тебя зовут?

Дракон молчит, и тогда Боб с силой затягивает петлю на шее дракона. Глаза того норовят вырваться из орбит, из горла раздаётся хрипящий скрежет.

– Тише, тише, не надо, – милостиво просит Спок Боба. – Он и так заговорит.

Боб ослабевает петлю, и дракон совершает резкий и глубокий вдох, чуть ли не падая на пол. Он сидит, слегка опустив голову, пытается восстановить дыхание. Вскоре его усеянное побоями лицо чутка приподнимается, глаза исподлобья оглядывает делегацию. Из ноздрей выходит пар.

– Даже не думай, – предостерегающе говорит Спок и улыбается дракону, – не надо. Боль, она ведь такая штука – не из приятных. – Дракон с ненавистью глядит на лидера мятежников. – И давай не будем доводить дело до пыток, хорошо? Сделаем всё полюбовно: ты говоришь нам правду, всё, что знаешь, а я после нашей победы, отпускаю тебя на все четыре стороны, договорились?

Под носом Спока поживает милый оскал.

– После какой победы? – хрипит дракон и усмехается. – Ты хоть представляешь на что идёшь?

Суровость главенствует на лице Спока.

– Да, представляю.

– Нихуя ты не представляешь, – дракон сплёвывает на пол кровью. – Ты и твоя жалкая кучка борцов подохнут, только коснувшись стен Випадора.

– Догадываюсь, что ты точно так же думал вчера насчёт этой крепости.

– Не-е, – дракон ехидно мотает головой, – Випадор – это вам не крепость, это сам мир, сотканный из магии!.. Вип укрепил с помощью неё каждый камешек, каждую пылинку. Весь воздух пропитан ею! Ни одна магия извне не способна проникнуть внутрь, а соприкоснувшись подохнет! Ха-ха! Ты подохнешь! Ха-ха! Подохнешь! – Дракон харкает Споку в лицо, и того обдаёт словно из половника. Спок с гневом оттирает эту массу из слюней и крови. – А армия его приближается к двум миллионам! Драконы, дементоры, гоблины, джедаи! И это только сотая доля процента его солдат! А генералом, который поведёт всех солдат в бой и уничтожит вас, жалких вонючих отбросов, является сама… Фея-крёстная! – Лица членов делегации застывают от ужаса. – Ха-ха-ха! Ты будешь подыхать как слизень в горе соли и молить о…

Доктор вынужден спешно отвернуться от допроса и закрыть руками глаза, поскольку последнее, что можно было видеть в их отражении – это электрический ток, исходящий из пальцев Спока и заживо испепеляющий дракона.

244678812557723445133557366147135737135834453536611481148124578225577248

Сейчас мы обсудим с вами один из наиболее необходимых нам магических шаров, без которого уже невозможно представить нашу повседневную жизнь. Да, вы правильно догадываетесь, это электрический шар. Вы, наверное, возразите сейчас, что здесь не было никакого шара и Спок действовал в духе Палпатина. И вы окажетесь правы, поэтому мы обсудим с вами, как рождать шар Воды.

Чтобы родить данный шар, нужно, чтобы ваши пальцы были слегка увлажнены. Новички для этого просто слюнявят пальцы, но это выглядит несолидно, согласитесь. Поэтому будем действовать как профессионалы: заставим капельку пота выступить на нашей узорчатой подушечке. Лучше всего для этого подходит страх, поскольку высвобождающийся при этом чувстве гормон адреналина активизирует потоотделение. После чего вам останется только слегка растереть капельку – та начнёт испаряться – и в вашей руке вырастет пустая оболочка из испарений. Но не стоит расстраиваться, потому что уже через минуту начнёт образовываться конденсат, и шар наполнится голубоватой водичкой.

Давайте, попробуем родить этот шар прямо сейчас. Закройте глаза, лучше зажмурьте, и представьте самую жуткую картину какую сможете. В моём случае – это воображаемое дитя, которое может появиться на свет, если теннисистка Серена Уильямс и футболист Винисиус Жуниор вступят в брачный союз. И дело даже не во внешности, представьте себе, какой ужас будет напичкан в голову этого бедного дитяти. Брррр… Представили? И что же вы представили, интересно? Ладно, если это действительно страшно, то вы уже должны почувствовать влагу на подушечке пальца. Ага, я уже почувствовал, а вы? Если вы тоже, то теперь возьмите и слегка разотрите капельку между пальцами, вот так, будто сыпете соль в кастрюльку с супом. О-па! Вы чувствуете? Слышите? Это капелька пота испаряется. Я уже начинаю чувствовать вес в своей ладони, а теперь лёгкое покрапывание – это конденсат падает и наполняют собою шар. Я открываю глаза: да! У меня получилось! Вот он этот ебучий голубой шар в моей руке, а ты говоришь!..

Теперь можно взять, да и бросить этот шар в какую-нибудь паскуду, и не важно, что Иван Купала не сегодня.

Похуй.

«The Boxer»

Simon &Garfunkel

– О, доктор, вы что-то рано сегодня, – говорит Спок входящему в помещение доктору Засто. – Дюклён, Бирюк, оставьте нас.

Сизелоид и оборотень кивают и выходят через дверь. Доктор Засто ставит свой чемоданчик на столик и раскладывает его содержимое.

– Неплохое местечко для начала похода на Випадор, согласитесь, – одухотворённо говорит Спок, обводя глазами помещение. – Вип, ни за что не найдёт нас в этом подземелье. Он ни за что не догадается, где ожидать от нас удар.

– Вы находитесь на земле фрименов, боюсь, им не понравится, что вы используете их земли в своих интересах, – доктор Засто избегает смотреть на лидера. Один из стеклянных пузырьков выпадает из его копошащихся рук.

– Ничего страшного, фримены – наши союзники.

– Они ничьи союзники.

– И это нам на руку.

Спок уже по привычке усаживается в кресло и заворачивает рукав.

– Я к вам сегодня не один, – говорит доктор.

– А кого вы привели?

Доктор Засто оборачивается к двери и выкрикивает:

– Рокер, входи!

Дверь открывается, и, согнувшись в три погибели, в помещение заявляется брат доктора.

– О! какие драконы к нам пожаловали! – радостно восклицает Спок и поднимается с кресла, чтобы пожать руку гостю.

– Рад вас снова видеть, – смущённо проговаривает Рокер.

– А я тебя как рад! – Спок добродушно разглядывает своего старого знакомого. – А ты постарел за эти два года.

– Вы тоже не молодеете, – говорит Рокер и опускает глаза. Складывалось впечатление, будто, говоря со Споком, Рокер теперь не знает, как к нему обращаться: то ли просто, как с другом, то ли раболепно, как с начальником. А ведь всего пару лет назад он его и за живое существо не считал. – У вас борода.

– Угу, – с ухмылкой поглаживая бороду. – Идёт?

Рокер растерянно пожимает плечами.

– Ладно, зачем пришёл? Разве ты не против нас воюешь?

– Я в запасе. Состояние здоровья не позволяет.

– А иначе ты бы меня уже, да? – и Спок шуточно как бы бьёт под дых Рокера. – Ладно, я шучу. На самом деле я рад, Рокер, что тебя не заподозрили в нашем саботаже тогда. Ты нам сильно помог.

Рокер смущённо улыбается.

– Спок, прошу, прилягте в кресло, я измерю вам давление, – говорит доктор Засто.

– Что поделаешь, перед завтрашним наступлением нужно быть во всеоружии и в здравии, – весело говорит Спок Рокеру и направляется к креслу, разваливается в нём и кладёт руку на подлокотник.

Доктор Засто закатывает рукав на левой руке Спока, так ни разу за всё это время и не взглянув ему в глаза.

– Ну так что пришёл, Рокер? Неужели твой брат попросил тебя отговорить меня от похода на Випадор, а? – Спок в предвкушении завтрашней битвы очень раскован и не совсем походит на прежнего себя. Рокер не спешит с ответом. – Выкладывай, – глаза Спока серьёзно смотрят на дракона, а потом: – Ай! доктор, чем вам моя рука не угодила?

– Ой, простите, – извиняется доктор и ослабляет манжету.

– Вы её удушить хотите? – посмеиваясь глазами.

– Я пришёл к вам сюда из самого Випадора, – робко начинает Рокер.

– И что же?

Рокер шумно сопит и поглядывает на брата.

– Вам не удастся его захватить.

Спок вяло опускает веки, устало выдыхает.

– Вы даже проникнуть в него не сможете.

– И почему же?

– Вип, буквально говоря, поместил весь Випадор в один гигантский магический шар… – Глаза Спока устремлены перед собой, пристально слушает. – И если кто-нибудь коснётся его атмосферы, тут же погибнет.

– Я разрушу этот шар, – хладнокровно слетает из уст Спока.

– Даже если и представить это, то на это у вас уйдут все силы, если не вся жизнь, и ваша армия останется без лидера.

– Если это действительно произойдёт, в чём я сильно сомневаюсь, то моя армия справится и без меня. Они опытные бойцы.

– Вы недооцениваете военные и тактические навыки Феи-крёстной.

– Да что вы все заладили: Фея-крёстная, Фея-крёстная… – Спок наконец-то устремляет глаза на Рокера: – А что же Вип? Он что, прячется за её спиной?

– Нет, он просто поступает мудро…

– Вип? Мудро?!

Доктор Засто помещает под мышкой Спока термометр.

– Да, он знает, что ваше наступление провалится. – Лицо Спока наливается гневом. – Да, провалится, погибнут миллионы…

– Замолчи!

Доктор Засто испуганно вытаскивает термометр из подмышки и смотрит на него:

– У вас немного повышенная температура, Спок. Давайте, я сделаю вам небольшой укол.

– Не надо мне никаких ваших уколов.

– Это во благо нас всех, вас и борцов, которых вы поведёте за собой завтра.

Спок неохотно вытягивает свою левую руку.

– Коли, давай.

Доктор Засто суматошно пытается отыскать свой чемоданчик.

– Вон там, на столе, – подсказывает Спок, наблюдая за нервозностью доктора.

– Да, спасибо, – говорит доктор, идёт к столику и начинает приготовления к уколу.

– И что же ты, Рокер, ждёшь от меня в таком случае? Как я, по-твоему, должен поступить?

Доктор Засто возвращается к Випу, держа в пальцах шприц.

– Единственный шанс уничтожить режим – это убить Випа, – говорит Рокер, – а чтобы убить его – нужно попасть в Випадор.

– Угу, – произносит Спок, наблюдая, как доктор кропотливо пытается нащупать вену.

– А единственная возможность проникнуть внутрь – это дождаться приглашения от Випа.

Спок поворачивает лицо на Рокера.

– Приглашение?

– Да, только Вип может открыть границы шара и впустить вас внутрь.

– И как же он пустит меня туда, интересно? С чего бы это? Если он только и делает, что трусливо бежит от меня.

– Вы должны… – произносит Рокер и не договаривает.

В отдалении начинают слышаться хлопки, с потолка сыпется песок.

– Что это? – настораживается Спок и тут же вскрикивает, когда доктор глубоко всаживает в его руку иглу. – А-а, что вы делаете?

Спок сразу же начинает покачиваться от лёгкого головокружения, доктор Засто на всякий случай отходит от него подальше.

– Это фримены, Спок, – отвечает доктор Засто, с испугом наблюдая за пациентом.

– Фримены? – недоумевает Спок, морщась от недомогания.

Доктор Засто опускается рядом с ним и вытаскивает из своих штанов ремень.

– Да, фримены. Вип заключил с ними договор: если они убьют вас, то взамен получат себе все свои земли, и Вип к ним никогда не притронется.