Древо I. Пожиратель

Ну ничего себе! Кто как, а я впечатлился. Это же геометрическая прогрессия в чистом виде. Получается, я со своей десяткой обгоняю прямых конкурентов вроде Гора и Краса, даже не на несколько корпусов, а в разы. Серьёзный, однако, рояльчик. Ох и серьёзный.

– Как же считается рейтинг? – пошёл дальше Черхан. – Здесь всё немного сложнее. Важный показатель – опять же ваши ступени. Сегодня к вечеру мы будем знать уровень возвышения каждого силара в академии. Клановцев прошу явиться к окончанию ритуала утверждения дара в зал общих собраний – вас тоже прорангуют. Так вот, только нулевая ступень ничего не даст к сумме баллов. Первая добавляет десятку, вторая – двадцать, третья – сорок, и так далее, по аналогии с силой, необходимой для их получения. Казалось бы счёт простейший, но тут на сцену выходит наш мастер-наказатель Дзон Гон, и дальше всё зависит уже от вашей дисциплины. И самое главное: конкретные задачи на конкретных занятиях – наставники будут озвучивать доступные к получению баллы. Что на теории, что на практике можно вполне неплохо подняться. Кто из вас имел возможность посещать начальную школу, может сравнить всё это с оценками в дневнике. Учитесь хорошо, и у вас будут все шансы.

Бросив ещё несколько маловажных фраз, Черхан Гра закруглился, и мы получили свободу. Казалось бы самое время вернуться к себе и чуток поваляться в безделье, но, несмотря на то, что присутствие на самом ритуале утверждения дара обязательным не было, посетить его желание имелось у всех поголовно.

– Спорим, нам и здесь ничего путного не обломится? – посетовал Рангар, когда мы вышли на улицу. – На сотню простаков, как мне рассказывали, тридцать-сорок нулёвок приходится. А нам и вообще сплошь корневище досталось.

– А вот тут ты братец не прав, – ухмыльнулась Тайре. – Из корневых как раз больше шансов кого-нибудь путного выцепить. Не забывай, что у них там внизу прорывы почаще нашего происходят. Кому-то из замухрышек наверняка приходилось отбиваться от роя. Не удивлюсь, если нам и несколько троек достанется.

– Прямо-таки и троек? – влез Линкин, который, как я уже знал, сам только-только перескочил на упомянутую ступень.

– И даже одна четвёрка, – парировала сестра. – Чувствую, нам повезёт. Кто-то хочет забиться? Три сивера ставлю.

Но отчего-то пари никто поддержать не решился. Негромко перебалтываясь ни о чём – всё-таки топали но одни, а в плотной толпе других студеозов – мы миновали площадь и вышли к зданию ГУКа, которое сегодня мне уже довелось посетить. На этот раз привратник в фуражке ни к кому с расспросами не приставал, да и сами двери оказались распахнутыми на обе створки. Центральная галерея первого этажа упиралась в другой, не менее широкий арочный вход, ведущий в огромнейший зал, превосходящий размерами даже просторы столовки.

Идущие полукругом стены, спускающиеся к далёкой сцене ряды мягких кожаных кресел, высокий сводчатый потолок. Самый настоящий крытый амфитеатр, разделённый на четыре сужающихся к низу сектора и полоску партера – видимо места преподов. Монументально, однако. Наш актовый зал в универе рыдает горькими слезами. Но я к здешним масштабам уже привык – челюсть с пола подбирать не пришлось.

– Рассаживаемся по ветвям, – безостановочно напутствовал ползущих мимо него учеников дядька на входе.

Ах, вон оно что? Напротив каждого сектора надпись здоровенным буквами: восток, север, запад и юг. Соответственно нам направо. Забавно, но знать, выделить которую в толпе по разноцветным тоху сейчас не составляло проблем, устремилась к самому низу. В моём мире бы все крутыши, наоборот, сразу бы застолбили галёрку. Та же хрень, что в столовке – самые почётные места ближе к преподам, то есть в данном случае к сцене. Но я и не возражал – лучше всё будет видно.

Когда все расселись, в том числе и зашедшие в зал с другого входа наставники, на сцену поднялся Гайда Мох и важно опустил свой тощий зад в тронообразное кресло, что уже стояло там аккурат в самом центре. Из-за кулис – а такие тут тоже имелись – обслуга принялась выкатывать бортовые тележки, выстраивая их в длинный ряд по левую руку от мастера-счетовода. Затем пришёл черёд учеников, которых по одному погнали туда же на сцену с противоположной стороны от дедка.

Первой, в силу расположения сектора, оказалась восточная ветвь. Наши же, судя по всему, пойдут последними, что к лучшему – понятнее будут расклады. Я с удивлением поймал себя на мысли, что реально переживаю за эти сраные показатели. По идее мне до местного соц.соревнования не должно быть никакого дела – так и так сдёрнуть же собираюсь – ан нет, щекочет нервишки азарт.

Подходя к Гайде, подросток, будь то девушка, или парень, протягивал мастеру-счетоводу руку. Тот брал её в свои костлявые ладони, на пару секунд задумывался, словно прислушиваясь к ощущениям, и, шевеля своими смешными усами, на удивление громко озвучивал вердикт.

– Манник, нулевая ступень. Водник, первая. Менталист, первая. Огневик, нулевая…

"Опознанные" ребята, шли дальше, где их подзывали каждого к своей определённой тележке помощники мастера-счетовода. Беглая оценка габаритов новоиспечённого силара заканчивалась выдачей свёртка соответствующей расцветки и размера. После чего ученик спускался со сцены с другой стороны и шёл обратно к своему сектору.

– Четвёртый ранг, – завистливо протянул Линкин, смотря за манипуляциями дедка. – Силён наш усач.

– Это да, – согласился Рангар. – Четвёрок на весь ярус по пальцам. Оттого-то небось и держат, чтобы было кому ступени определять. Так-то цвет дара распознать и любой трёшка справится.

– Черхан тоже четвёрка, – не поворачиваясь к парням, сидевшим позади неё, бросила Тайре.

– Ну, это все и так знают. Гляди-ка, первая тройка нашлась.

Брат некультурно тыкал пальцем на сцену, где Гайда Мох только что нашёл в череде простаков самородок, получивший тоху салатного цвета.

– Лечила, – презрительно фыркнул Линкин. – Толку с него. Был бы громобой.

– Ага, а бронебоя сразу не хочешь? – подначила сестра.

– Хочу, – осклабился хорёк. – Только не востоку, а нам. Скоростников много не бывает. Рэ не дадут соврать.

– Это точно, – поддакнул Рангар. – Нас на ветвь всего трое. Меньше, чем на любой из других.

В этот момент я врубил, что речь идёт о нас-чёрных и решил внести в болтовню свою лепту. А то снова сижу-молчу.

– Важно не количество, – холодно заявил я.

– Хорошо сказал, брат, – хлопнула меня по плечу Тайре. – Один харц стоит пяти грызлов. Но ты у нас и за полноценного глома сойдёшь со своей десяткой. Жуть как хочется посмотреть на рожи некоторых, когда до нас дойдёт очередь ранговаться.

Между тем простаки от восточной ветви закончились, и пришла пора севера выяснять, что им бог послал. Вернее кого. И ступеней им, как вскорости выяснилось, на толпу прилетело поболе, нежели Лиси Сай со товарищи. Две пятёрки, три четвёрки и несколько троек. Всего шестьсот сорок баллов, если в общий рейтинг переводить. Махавай, оказывается, всё записывал и подсчитывал в режиме реального времени. Что признаться оказалось очень удобно и весело, ибо, когда Фалко Крас показательно радовался на весь зал обнаруженной среди западников жёлтой шестёрке, мы ржали, уже зная, что на всю ветвь им насыпалось всё равно меньше рейтинга, чем северянам Яхо.

К моменту же, когда пришёл наш черёд, я окончательно забыл о своей непричастности к данному действу и, скрестив на удачу пальцы, с азартом следил за спускающимися мимо нас к сцене ребятами. Как показали мои предыдущие наблюдения, по фигуре, одежде, или лицу заранее определить крутость силара без вариантов. И толстячок в приличном прикиде, и фигуристая блондинка в заштопаном сарафане, и сутулый худыш в откровенном тряпье в равной степени могли оказаться, как бесполезной нулёвкой, так и кем-то повыше.

Единственный, в ком я видел безоговорочный плюс к сумме рейтинга нашей ветви был парень, на голову превосходящий ростом всех остальных, как и шириной плеч Рангара. Поросшая чёрной щетиной тяжёлая челюсть, крупный горбатый нос, прищуренные карие глаза, лохматая шевелюра, как у Логана-Росомахи, здоровенные кулаки и пружинистая походка спортсмена. Этот просто не может быть слабаком, потому что не может и всё тут. И не важно, что обряжен в какой-то потёртый комбез. Для корневика и такая одёжа роскошь. Зато на вид все лет двадцать – второгодник махровый. Специально последним идёт, чтобы нас удивить?

Гайда Мох привычно озвучивал дар и ступень подходящих к нему ребят, а мы, либо расстраивались очередной нулёвке, либо радовались кому-то покруче. Двоек-троек хватало, а вот четвёрка нашлась пока только одна и та голубая – манников у нас было с запасом и без неё. Когда мимо мастера-счетовода протопало три четверти наших, я не вытерпел и попросил Махавая озвучить текущий результат.

– Пока всего триста двадцать, – равнодушно сообщил тот. – Но всё это кусова возня, босс. Сами понимаете, единственный силар высокой ступени перекрывает всё это стадо новиков влёгкую. Один вы со своей десяткой даёте к рейтингу ветви пять тысяч сто двадцать баллов. Интереснее дело пойдёт, когда начнут знать ранговать.

– Подожди, ещё до того громилы очередь не дошла, – кивнул я в сторону заинтересовавшего меня парня. – Там точно не нулёвка и даже не двойка.

Хотя, прав Махавай, всё это мышиная возня. Удваивание баллов на каждой новой ступени – это вам не хухры-мухры. У меня и действительно сумасшедший отрыв.

– Ага, я на этого корневика тоже внимание обратил, – согласился Рангар. – Вон, смотрите, как раз он подходит.

Здоровяк в комбезе нехотя протянул мастеру-счетоводу руку. Тот обыденно сжал её в своих лапках, но вдруг вздрогнул и, переменившись в лице, удивлённо озвучил:

– Скоростник… Девятая ступень.

– Насрать в тапки! – подпрыгнул в кресле Рангар. – Девятка! Причём, бронебой! Вы это слышали?

– Две тысячи пятьсот шестьдесят баллов рейтинга! – немедленно перевёл крутость парня в цифры наш счетовод. В голосе Махавая былого равнодушия, как не бывало.

Пять секунд, десять – а зал всё продолжал и продолжал шуметь. Такого точно не ожидал никто. У меня же в голове крутилась пугливая мысль: "Хорошо, что хоть на одну ступень, но ниже меня". Не хватало ещё получить в свою ветвь чувака, превосходящего меня в силе. Признаться, я уже привык к мысли о своём тотальном превосходстве, и такое положение дел мне нравилось, что уж греха таить. Почёт, уважение, страх… Да, чужой страх, как выяснилось, тоже приятен. Я не святая великомученица – мне не чужды пороки и слабости. И главное, что никто не полезет с расспросами, а в моём случае это перевешивает все остальные плюсы.

– Эй, корневой, – окликнул Рангар девятку, проходящего мимо нас. – Давай к нам.

Брат недвусмысленно похлопал по сиденью пустующего кресла.

– Сам ты корневой, – буркнул амбал, не поворачивая головы и пошёл дальше. – Дети… – услышали мы его вздох, прежде чем крики брата не вытеснили все лишние звуки.

– Ты кому это сказал, падаль! Ты знаешь, кто я! Я Рэ, кусок ты дерьма! У тебя проблемы! Большие проблемы!

Пришлось силой усаживать Рангара на место, пока нам не отсыпали штрафов.

– С характером мальчик, – хохотнула Тайре, не принявшая отказ здоровяка близко к сердцу.

– Мальчик? – округлил глаза брат. – Ты его бороду видела? Перезрелок сраный! Я к его возрасту по-любому на второй ранг перейду.

Полемику в наших рядах прекратил Черхан Гра, затянувший пафосную речь про честь и гордость Великого древа – силаров, в чьи ряды сейчас официально вступили узнавшие свой истинный цвет простаки. Когда же генерал-комендант снова сел, на сцену к мастеру-счетоводу призвали подняться знать из восточной ветви. Махавай не ошибся – тут уже пошло веселее и совсем с другим уровнем цифр.

Несмотря на то, что лидер ветви – сексопильная Лиси Сай оказалась всего лишь пятёркой, в целом рейтинг востока возрос на семь с лишним тысяч. Среди знати мало кто имел ступень ниже третьей, и пятёрки с шестёрками никого не удивляли. Север с западом и подавно хорошенько рванули вперёд. И тем более, что общедоступная информация, как и у нас на Земле, не имела ничего общего с фактами. Что Фалко, что Яхо вместо ожидаемых седьмых ступеней продемонстрировали соответственно девятую и восьмую, что позволило их ветвям не так сильно отстать от нас, даже с учётом моего увесистого вклада.

– Камни, – пожал плечами в ответ на мой вопросительный взгляд Махавай. – Богатые кланы подогнали своим отпрыскам на дорожку. Подкиньте мне жёлтеньких на две-три сотни таларов, и я тоже взлечу. Эка невидаль.

– Ну, прямо глаза раскрыл, – ухмыльнулась Тайре. – Думаешь, наш отец Рею не подкинул гостинцев? Наш клан точно не беднее других. Только вот девочкам от родительских щедрот не перепадает. Все вложения в наследника – как же иначе?

Сестрёнка заговорщически мне подмигнула. Значит, думает, что я на каких-то камнях свою десятку "наел", как выразился Рангар, ругаясь тогда с Красом на площади. Хорошая теория, удобная для меня. Теперь даже знаю, что за жёлтая галька у меня в сундуке валяется. Допинг. Пусть – будет мне дополнительным козырем на всякий пожарный. Лично я же списал стремительный рост Рейсана в силёнке на наше слияние – его тело, мой дух. Может, я сам того не зная, был мощным магом? На Земле-то такое едва ли проверишь?

Подходя к мастеру-счетоводу последним – специально так выстроились ради усиления эффекта – я мысленно прокручивал перед глазами картинку "опознания" Фалко, что пятнадцать минут назад вызвало бурю эмоций у зала, выразившихся даже непродолжительным скандированием его прихлебателей: "Крас! Крас! Крас!". Ох и светилась его блондинистая рожа. Ну ничего, сейчас мы смоем с неё самодовольство.

– Скоростник, – начал Гайда Мох, ещё не коснувшись моей руки, – Ого! Да тут у нас аж десятая ступень! Второй ранг. Поздравляю, мэл Рэ! Выдающийся для вашего возраста уровень возвышения.

И только через пару секунд повисшую над залом тишину снесло возгласами: частью гневными, частью радостными – мои хлопцы распевали своё любимое: "Рэ! Рэ! Рэ!" во всё горло – но в большинстве своём удивлёнными. Похоже, я и правда первый силар, заявившийся в академию с таким уровнем. Знай наших, древляне! Теперь можно, купаясь в лучах чужой зависти, гордо топать на своё место.

Отвернувшись от старого усача, я невольно бросил быстрый взгляд в зал и, словно по волшебству, выхватил из толпы сидящую значительно выше нас сестру Ферца. Та, обнаружив установление контакта, тут же мне подмигнула и медленно провела по приоткрытым губам высунутым язычком. Кажется, я был прощён, и Санёк-младший в штанах поспешил тут же отпраздновать это дело, в связи с чем мне пришлось срочно спускаться со сцены, дабы не выглядеть долбоклювом, у которого встаёт от осознания собственной крутости. И хотя тело радовалось переменившемуся отношению Толы ко мне, разум упрямо твердил: " – Ты попал, чувак! Ты попал!".