Древо I. Пожиратель
За дверью стояли близняшки-блондинки Тре в коричневых, как у северянина-Яхо Гора тоху. Совсем забыл, Тайре же обещала прислать ко мне эту команду стилистов. Косичка – это, видимо, важно.
– Ну, заходите что ли, – придал я голосу максимум равнодушия, с трудом отводя взгляд от двух пар весьма выпуклых выпуклостей.
– Рангара уже отослал, босс, – промурлыкала одна из сестричек, оглядывая комнату.
– Это хорошо, – подхватила вторая.
Понимая, что сейчас начинается вполне привычная для Рейсана процедура, я молча стоял, дабы не сморозить какой-нибудь глупости. Пусть сами командуют – парикмахерши бля. Голову я с утра мыл с шампунчиком, благо тут такой есть.
– Прошу на кроватку, мэл Рэ, – игриво указала одна из сестричек на койку.
Чувствуя, как по всему телу начинают бегать мурашки, я сел на край свободной кровати. Ни лечь же она предлагает. Хотя, взгляд такой, что сразу и не поймешь. Смотрит, словно кошка на мышку.
– Соль, давай сзади, а я передком займусь.
Я едва не подпрыгнул. Специально слова подбирает, чтобы меня подразнить? И так сижу, сжав колени, чтобы срамоту спрятать. Только надолго меня так не хватит. Ещё немного, и Санёк вырвется на свободу.
Поименованная девчонка легко скинула чешки и, грациозно заскочив на кровать, встала на колени позади меня. К спине тут же прижалось горячее тело, что-то мягкое на мгновение упёрлось в затылок, ловкие пальчики забегали в волосах.
Вторая сестричка вынула из кармана расчёску и бутылёк с чем-то жёлтым. Отвинтив крышку, капнула несколько капель на руку и тоже сократила дистанцию до взрывоопасной. Под передком она все же имела ввиду чёлку и прочую пышность моей шевелюры, а не то о чём я подумал. Приятно пахнущий гель отправился усмирять мои волосы, другой же рукой блондинка принялась медленно расчёсывать спутавшиеся пряди.
Приятная процедура, даже без сексопильного антуража, а уж с ним… Я не знал, куда отвести глаза – прямо по курсу натянувшая ткань тоху грудь, выше стройная шейка, ещё выше пухленькие приоткрытые губки. Вниз! Я уставился вниз, себе на ноги. Но и тут мне отдышаться не дали. Чтобы достать до макушки, девушка придвинулась ближе и раз – её левое колено уже стоит на моих. От толчка я на миг разжал ноги, и в конец одеревеневший Санёк пружиной подскочил вверх.
Красотка же, словно ничего не заметила. Умелые ручки продолжали играться с моей шевелюрой, вот только колено так и осталось стоять на моём бедре и более того начало чересчур лихо ёрзать, то и дело цепляя выпуклость на штанах. Я естественно сразу въехал, что делает она это специально, но ничего не предпринимал в оборонительном плане. Во-первых, тело окаменело и не уверен, что по-прежнему меня слушалось. Во-вторых, я тупо не знал, как, не обостряя внимание на ситуации, выйти из положения – не отпихивать же её в самом деле? И, в-третьих… В-третьих, я не хотел останавливать этот процесс. Это было чертовски приятно!
– Всё сделано, босс, – со спины прошептали мне в ухо.
А я уже и забыл, что позади стоит точная копия белокурого чуда, ёрзающего у меня на коленях.
– Я тоже сейчас закончу, – выдохнула вторая в лицо и неожиданно навалилась всем телом.
– Ой!
Подано это было, как случайное соскальзывание её ноги с моего бедра, но в глазах красотки я прочёл совершенно иное. В мгновение ока она оказалась сидящей у меня на коленях ко мне лицом. Чтобы не завалиться назад, схватилась за мои плечи, прижалась грудью к груди и, что хуже всего – упёрлась ягодицами точно в Санька. Это стало последней каплей. Вернее струёй, которая рывками забила из доведённой до крайности пятой конечности.
Под повторное "Ой!" блондинка резко вскочила с меня, удивлённо переводя взгляд с мокрого пятна на своём коричневом тоху на продолжающее разрастаться пятнище на моём чёрном.
Понимание того, насколько капитально я попал медленно вытеснило из головы все прочие мысли. Так облажаться… Александр Иванович… Если эти козы начнут чесать языки с подружайками – а они по-любому начнут – моему авторитету хана. А для Рейсана Рэ это – потеря потерь. Нужно срочно выкручиваться, иначе моя легенда падёт в одночасье. Хорошо хоть, что вместе со спермой из меня мигом вышли и чары блондинистых обольстительниц. Мозг опять заработал, как прежде.
Терять нечего! Была не была!
Я медленно поднялся с кровати. Окинул обеих "стилисток" – вторая уже стояла рядом с сестрой – уничижительным взглядом и принялся максимально уверенными движениями стягивать с себя тоху. Раз, два – и моя кимоноха комком тряпок улеглась возле ног. Следом за ней на пол упали запачканные трусы. Не пытаясь чем либо прикрыть по-прежнему торчащее колом достоинством, я распрямился и застыл перед близняшками в чём мать родила, если не считать обуви и носков.
– Чего смотрим? – кивнул я на скомканную одежду. – Чтобы завтра постиранное и высушенное лежало вот здесь, – ткнул пальцем на край кровати. – В следующий раз, когда захочется доставить мне удовольствие, скажите о том прямо. Я предпочитаю кончать в более подходящие для этого места. Всё понятно?
– Да, босс, – проблеяла главная виновница произошедшего.
Победные ухмылки на лицах девушек исчезли ещё до того, как я открыл рот. Под конец же моей обвинительной речи в округлившихся глазках читались только страх и полное охреневание. Не ожидали такого поворота? Даже от Рейсана не ожидали, что уже говорить про меня? Я – сцуко – сам с себя офигел, не то слово. Будете знать, на что способен загнанный в угол хомяк. Нате-выкусите!
– Мы пойдём? – робко спросила Соль, с надеждой косясь на дверь.
– Идите, – милостиво разрешил я, благо загаженная шмотка успела переместиться с пола в руки второй близняшки.
– Айла, Айла, пошли, – потянула Соль за руку к выходу продолжающую пребывать в состоянии шока сестру.
Когда за девчонками захлопнулась дверь, я шумно выдохнул, задвинул засов и, сделав три шага назад на трясущихся ногах, рухнул на кровать. Пипец! Кажись выкрутился. Теперь вряд ли пойдут чесать языками. По телу волнами катилась нервная дрожь, сердце стучало обезумевшим дятлом. Может, для кого-то другого это была бы маленькая ничего не значащая победа, но я только-что пережил личное девятое мая. Примем же продолжающие волнами топать по телу мурашки за триумфальный парад и расслабимся. Вот бы, хотя бы десяток минут полежать спокойно…
Глава десятая – Дикий
В этот раз – о чудо чудесное – меня не беспокоили добрых полчаса. Земных полчаса. Я даже успел достать новое тоху с трусами и одеться. Полежал, пришёл в чувства, кое-как перевёл мысли от инцидента с близняшками к завтрашним занятиям. Техника боя, значит…
Ну-ка, проверим растяжку. Вскочил с койки и, встав в позу киношного каратиста, лихо махнул ногой под негромкое "Кия!". Обалдеть, я ниндзя какой! Ступня поднялась выше головы сантиметров на двадцать. Небось и на шпагат могу сесть. Проверил – могу. Хоть на поперечный, хоть на продольный. Побоксируем? Руки летают со скоростью ветра, кулаки чуть ли ни свист издают. Только вот насколько оно технично? Боюсь, ни насколько.
И снова стук в дверь. В этот раз одиночный и сильный. Я же совсем забыл про разборки с девяткой! Наверное посланец Рангар за мной прибежал. Открыл. Оба на! Корневик-переросток собственной персоной.
– Будь здрав, знатный.
Не дожидаясь приглашения, парень быстро шагнул в комнату и захлопнул за собой дверь.
– Поговорить надо. Послушаешь?
– Ну, говори.
Я непроизвольно отступил на два шага назад. Внушительные размеры нежданного гостя к тому вынуждали.
– У меня к тебе нет претензий, – поднял руки открытыми ладонями в мою сторону девятка. – И к брату твоему нет. Нагибаете тут всех, и на здоровье – нагибайте дальше. Меня только не трогайте, и всем будет счастье. Моё дело – сторона. Понятно объясняю?
– Более чем, – смерил я изучающим взглядом местного гопника. – Рангар приходил?
– До сих пор гостит, – ухмыльнулся амбал. – Я с ним по первому разу нежно, но в другой щадить больше не стану. Вам вроде как эти баллы важны, что тот дед рассказывал. Замнём это дело по-тихому, и никто не попадёт. Пока ущерба твоему авторитету нет никакого. Я не шумел – ушей, глаз лишних нет. Правильно себя поведёшь, и не будет. От меня вам прибыли – пшик, а проблемы могу доставить серьёзные. Договорились, как?
Я быстренько прикинул возможные варианты развития дальнейших событий. Идти со здоровяком на конфликт? Этого я не хотел изначально. Но Дубина-Рангар орал на весь зал про клан Рэ, с которым лучше не связываться, и теперь спускать всё на тормозах тоже нельзя. Но что я могу? Забить стрелку и, полагаясь на численное превосходство, попытаться проучить наглеца? Мерзость же. Да и не уверен, что он согласится играть по нашим правилам. У братца вон с вызовом на дуэль уже как-то не так пошло.
– А тебе, я смотрю, на баллы насрать? – вместо ответа сам спросил я.
– Глубоко, – хмыкнул парень.
– Но при этом ценность авторитета ты понимаешь.
– Уважение, либо страх, – пожал тот плечами. – Иначе никак. Только здесь мне это без надобности. Просто не лезьте, тогда все будут целы и при своём. Так что, договор? Долго трепаться времени нет. У меня там соседушки в коридоре торчат.
– Хорошо, – кивнул я. – Раздувать это дело не будем. Но раз ценность авторитета ты признаёшь, должен понимать, что лицо я потерять не могу. Рангар правду кричал про наш клан – Рэ обид не прощают. С твоей стороны нужен жест.
– Чего?
Кажется я перегнул со словесными кружевами.
– Народ должен увидеть, что ты понёс наказание.
– Подставной поединок? Не, знатный, под твоего брата-слабака я не лягу. Это уже перебор.
– Пускай будут деньги.
– Деньги? – заржал здоровяк. – Тебе что, знатный, карманы вывернуть? Мои деньги внизу. Я всегда знал, что богачи самые жадные.
Парень немного расслабился – это хорошо. Я уже не сомневался, что задуманное получится.
– Мне не нужны твои деньги. Мне нужна видимость. Пустим слух, что ты от нас откупился. Часть сразу, часть долгом. И мой авторитет на месте, и к тебе нет претензий. Рангара я образумлю – мстить не полезет. По рукам?
– По рукам, – сграбастал мою ладонь в свою каменную клешню верзила. В глазах парня сквозь напускное равнодушие проглядывало облегчение. Чего-то он недоговаривает. Ну и ладно, у меня своих тайн не меньше. Хотя любопытство я полностью побороть всё же не смог.
– Ответь только на один вопрос. Там в зале ты сказал, что не корневой – тогда кто ты?
Девятке вопрос не понравился. Пару мгновений он мялся, но потом всё же выдавил:
– Ненавижу, когда нас в корневые записывают. Стадо безвольных кусов. Я свободный человек. Был свободный. Таких, как я, вы здесь наверху зовёте дикими, или ещё земляными. Выбирай, что нравится.
– Я уж лучше по имени.
– По имени? – ухмыльнулся амбал. – Уважаешь, значит, чужую силу. Ну, хорошо, знатный, можешь Граем кликать.
– Я Рейсан Рэ. Несмотря на обстоятельства, я рад нашему знакомству.
– А я нет, знатный. Лучше бы нам никогда не встречаться. Пошли уже дело доделывать.
В коридоре четвёртого этажа, где поселился Грай, было гораздо темнее, чем у нас на втором. Тупо вдвое меньше светильников. Да и в целом обшарпанность бросалась в глаза. Даже двери не из цельного куска дерева, а из плотно сколоченных досок. У одной из таких подпирали стену трое ребят. Подойдя к ним, здоровяк тихо, но при этом весьма грозным голосом поинтересовался:
– Моего гостя никто не беспокоил?
Парни дружно затрясли головёшками. Чувствовалась проведённая Граем воспитательная работа. Быстро, однако, построил. Конкретно боятся.
– Прошу, мэл Рэ, – кивнул девятка на приоткрытую дверь, отогнав соседей дальше по коридору.
Я шагнул внутрь. Равнодушие на лице удержать получилось – чего-то такого и ожидал. Похожий на здоровенное веретено, на дальней от входа кровати лежал обмотанный несколькими простынями Рангар с тряпкой-кляпом во рту. Более того, к койке он был тоже привязан, что полностью отсекало возможные попытки побега. А таковые мой брат-упрямец предпринимал до сих пор, бестолково дёргаясь из стороны в сторону умирающей гусеницей.
Причём, заметив нас он, вместо того, чтобы успокоиться, наоборот, затрясся ещё сильнее. Я даже мысленно зааплодировал Граю – качественная работа, шума практически нет.
– Замри, – приказал я Рангару, одарив его уничижительным взглядом. – Слушай внимательно. Сейчас он развяжет тебя, и ты не произнесёшь ни единого слова. И не сделаешь ни единого лишнего движения без моего приказа. Ты понял меня?
Брат перестал дрыгаться, но спокойствия в его глазах я пока не видел.
– Полежи ещё немного. Остынь. Это важно.
Ловля дзена заняла секунд двадцать. Кое-как справившись с эмоциями, брат глазами подал знак, что готов. Я тут же дал отмашку девятке, и тот приступил к ресчехлению пленника. Простыни постепенно снимались, а я всё ждал, когда Рангар одновременно с исчезновением последней преграды бросится на своего обидчика.
Не случилось. Брат оказался уравновешеннее, чем я о нём думал. Или всему виной дисциплина, привитая младшему Рэ с ранних лет? В любом случае, Рангар пережил унизительную процедуру с достоинством, и, когда Грай закончил размотку, вполне спокойно поднялся с кровати и принялся молча разминать затёкшие руки. Его же обидчик резво принялся разбрасывать мятые простыни по полу, видимо, имитируя последствия гнева гостей.
– Молодец, брат. Я потом тебе всё объясню, а сейчас довольные улыбки на лица – и идём к себе. Грай, проводи нас.
Выйдя в коридор, я, громко, чтобы слышали не только соседи девятки, но и возможные любопытные, приникшие ушами к ближним дверям изнутри, бросил Граю:
– Остальное отдашь по частям. Теперь ты должник клана Рэ, простота. С такими вещами не шутят.
И мы неторопливо зашагали к выходу на лестницу.
В нашей комнате, сразу заговорил, не давая Рангару обрушиться на меня с вопросами.
– Он не тот, за кого ты его принял. Нам с ним драться нельзя.
– Человек господина! – перебив меня, ахнул брат. – Я так и понял, что он подсадной. Твой отец…
– А ну тихо! – шикнул я на него. – Никаких разговоров на эту тему! Даже у стен бывают уши.
На мгновение появился соблазн подтвердить теорию брата и на этом закончить. Но рассудив, что примазываться к тайне, о которой я ничего не знаю – весьма сомнительный вариант. Тем более, что звучит оно в устах дурня довольно зловеще. Зуб даю – это из той же серии, что и слова Тайре на выходе из ГУКа, когда она сестру Ферца жгла взглядом.
– Он дикий.
– Дикий? – удивился Рангар. – Какого он тогда хера здесь делает? Они же даже не граждане империи.
– Важно другое. Он мог бы убить тебя. Или Тайре. Или ещё кого-то из наших. Возможно даже меня.
– Этот может, – согласно закивал брат.
– Ему наплевать на штрафы и наказания. Такого, или самим решать, или… не связываться с ним вовсе. Ты не представляешь себе, как мне было непросто замять это дело с пользой для нас. Он заплатил и немало, но ты в его сторону больше не смотришь. Это понятно?
– Понятно, старший брат. Не дурак.
– И нашим всем передай, чтобы не трогали дикого, ни словом, ни делом. И вообще, о том, что произошло, лучше не распространяться.
– Само собой.
– Тогда спать. Завтра тяжёлый день.
Хотя тяжёлым он предстоял стать, если честно, исключительно для меня. Радовало только одно – Рангар точно не станет болтать о случившемся. Ему ещё долго вспоминать эти простыни.
Глава одиннадцатая – Беличье царство
Утро встретило меня ярким солнышком и, как следствие, ясным небом над головой. Вернее, над головой неба как раз-таки не было. Часть пространства заслоняла та самая ветвь, которую я в первый день принял за корабль пришельцев. Пока шли в столовку, я беспалевно поглядывал вверх. Дерево. Однозначно огромное дерево, не влезающее в логику моего прежнего мира своими масштабами. Я даже не видел конца этой ветки, уходящей куда-то за горизонт и уж тем более не мог правильно оценить её размеры. Здоровенная – вот и всё, что я мог сказать.
На равных интервалах от неё в стороны отходили отростки потоньше, сами имеющие тонкие веточки, на которых держались огромные, напоминающие формой листья берёзы, зеленоватые блямбы. Единственное отличие от земного растения, кроме размеров – все элементы местного великого древа располагались в горизонтальной плоскости. Только ствол, как и полагается стволу рос строго вверх, убегая куда-то к недоступным моему взгляду высотам. Если же смотреть в стороны, и справа, и слева угадываются очертания аналогичных гигантских ветвей. Видимо, те самые восток и запад, откуда прибыли ребята Фалко Краса и Лиси Сай.
Вот, значит, что означает понятие "ярус" – четвёрка ветвей, отходящих от ствола на одном уровне. Мы на первом, над головой висит второй, где-то ещё выше есть третий, и загадочное соцветие, которое уже несколько раз упоминали при мне. Вроде как там живёт император, и стоит, то ли его дворец, то ли целый столичный город. Бред сумасшедшего, сказка. Но глаза врать не могут – придётся принять и поверить.
Войдя в столовку, я понял, чем ещё отличается сегодняшний день от вчерашнего. Корневые, веточники, листовые и знать – все теперь одинаково пестрили разноцветными тоху. Барчуков, вроде нас, слегка выделяли только пышные причесоны и косы. Ну и клановые пояса с эмблемами на бляхах, но это, если уж совсем всматриваться.
На завтраке объедаться не стал. Первым уроком значилось – укрепление тела. По моему разумению аналог физры, от которой я в своём родном мире был освобождён последний десяток лет. Подтверждением догадке служил тот факт, что, согласно приписке на расписании, проходило сие занятие на южной малой арене. Где она расположена я не знал, но виденный мной вчера колизей, как я выяснил, был ареной большой. Не зря всё же Рангар тогда посылал двоих наших пошастать с экскурсией. Коренастый блондинчик в синем тоху по имени Влар быстро отвёл всю банду к искомому месту, что пряталось всего в двух шагах от нас за столовкой.
На арену оно походило не сильно. Обычный школьный стадиончик с овалом беговой дорожки, набором турников, лесенок, шагоходов и прочих брусьев. Даже яма с песком для прыжков имелась. Интересно, где они берут тут песок, если мы на ветке огромного дерева?
С дальней от нас стороны арены располагалась небольшая трибуна на три ряда мест, за которой торчал вытянутый одноэтажный барак. Возле него как раз собирались обогнавшие нас студеозы. Это занятие в расписании значилось общим только для нашей ветви, так что толпа получилась не слишком большой. Тем не менее встречало учеников сразу четверо взрослых в коричневых тоху.
– Так, все собрались? – окинул взглядом пришедших широкоплечий дядька с квадратной небритой челюстью, густыми бровями кавказца и усами Боярского. – Тогда быстро переодевайтесь, и начнём. Парни направо, девушки налево. Чистая форма в стопках на входе, обувь оставить у шкафчиков.
Через десять минут мы уже стояли возле трибуны на беговой дорожке, оказавшейся, как ни странно, грунтовой, переодетые в одинаково серые укороченные варианты тоху – тот же цельный комбез-балахон, но с рукавами футболки и штанинами шорт. Ноги босые.
– Меня зовут Бернан Тре, я старший мастер-физик, – представился бровястый мужик. – Сегодня у нас вступительное занятие, на котором мы оценим ваши возможности и разобьём всех на четыре группы. Начнём с отжиманий. Прошу всех на поле.
Мы дружно двинулись внутрь очерченного беговой дорожкой овала. Коротко стриженная трава щекотала босые пятки. Поставь ворота, нарисуй нужные линии, и готово футбольное поле. Интересно, гоняют они здесь в какой-нибудь местный квиддич, или всё свободное время уходит на отращивание магических писюнов?
– Растягиваемся пошире. Левый край, давай дальше. Ещё, ещё… Хватит.
Наконец построения завершились, и мы начали дружно отжиматься под громкий счёт мастера-физика. Мальчики, девочки, высокие, низкие, тощие, пухлые – все поднимали свои тела вверх и снова роняли вниз. Кто-то пока легко, кто-то, напрягшись, кто-то, пыхтя. Я же просто балдел.
Ясен-красен в прошлой жизни мне отжиматься не приходилось от слова совсем. Я и не помню даже, когда в последний раз вообще пытался свершить сей подвиг. Поджарое же тело Рейсана проделывало это упражнение без всяких усилий. Захоти, мог бы хлопать в ладоши на каждом подъёме. Раз, два… десять… пятнадцать. Ни капли усталости. А некоторые уже стали отваливаться.
То один, то другой студиоз, к моему удивлению чаще мужского пола, сдавался и, поднявшись, выходил с поля. Пока не тянули в основном толстячки, но чем дальше, тем больше ребят не выдерживало заданного мастером темпа. Когда к сорок второму отжиманию выбывших набралось около четверти, один из мужчин попросил всех стоящих, отойти в сторонку – похоже, сформировалась первая группа. Продолжая отжиматься я видел, как им что-то рисуют на правом предплечье.
К шестидесяти семи добралась уже половина ребят. На девяносто двух счёт закончился. Неслабый у них тут уровень подготовки. Физрук из моей школы продал бы дьяволу душу и выколол себе глаз за таких учеников. Ни скажу, что совсем не устал, но по ощущениям ещё на столько же отжиманий меня бы хватило точно.
Самым выносливым, в состав которых вошла практически вся знать ветви, за исключением слабаков вроде Махавая и части девчонок, поставили на руку красным масляным маркером по четыре крестика. Тем, кто слился чуть раньше, по три. Выбывшим перед ними по два, и по одному остальным.
После небольшой передышки пришёл черёд бега. Не длительного на выносливость, а спринта на стометровке. Выходили по четверо. На взмах мастера стартовали. На финише получали заслуженные отметки. Причём, учитывались не занятые места, а время, которое засекали тренера. К примеру, в моём забеге, который я к своему удивлению выиграл, только Линкин удостоился трёх красных крестиков. Мы же с Рангаром и Тайре добавили к своим четырём ещё столько же.
И как же – сцуко – это было приятно. Не максимальные баллы, сам бег. Летя по утоптанной ровной грунтовке, я чувствовал себя юным Форестом Гампом, который, отбросив протезы, впервые поскакал во всю прыть. Прыжок, прыжок, прыжок, свист ветра в ушах! Господи, спасибо за эти сильные ноги, за это стройное тело, за смазливую мордашку, за здоровенный член, наконец! И особенно за то, что вся эта импортная роскошь только моя, даже без малых остатков личности прежнего владельца.
Дальше шли подтягивания, где группа лидеров определилась на тридцать седьмом счёте мастера. И завершали всё испытание прыжки с разбега в длину – единственное упражнение, на котором можно было на глаз определить абсолютного победителя. И им с приличным отрывом стал мой знакомый дикий, чему Грай неожиданно не обрадовался, а скорее, наоборот, огорчился. Судя по всему, он не хотел выпячивать своё превосходство, но тупо не рассчитал силушку.
Песок в яме, кстати, оказался опилками. Что, впрочем, особо ничего не меняло, так как камням и железу вроде бы тоже неоткуда было взяться на дереве. Но ничего, следующим, причём сразу спаренным уроком, у нас идёт мироведение – там глядишь всё и расскажут.
Затем крестики просуммировали, и разбили нас на четыре части по общему количеству отметок. Подведение итогов принесло ожидаемый результат – в первую, самую сильную группу, из незнатных попали лишь Грай и ещё трое крепких парней. На следующем занятии мастер-физик пообещал начать выжимать из нас все соки, так как лично будет нашим наставником на протяжении всего года. Тоже мне напугал – сюда я уж точно стану приходить с удовольствием.
***
Мироведение тоже оказалось предметом, требующим одновременного присутствия всех студиозов ветви, так что с арены мы дружной толпой потащились в ГУК. Аудитория так же, как и большой зал собраний имела форму античного амфитеатра, но вместо кресел по ярусам тянулись ряды парт со стульями, а сцену заменял огромный учительский стол со стоящий позади него ещё более здоровенной доской.
Сам же препод на фоне этих гигантских объектов казался ещё меньше, чем был на самом деле. Кучерявый худыш средних лет с острым носом и тонкими вьющимися усами. Судя по голубому тоху, манник – этот цвет я уже зафиксировал в голове. Знать бы ещё, что оно означает.
Рассаживались по прежнему принципу – знать впереди, простаки сзади. Хоть Черхан Гра во вступительной речи и говорил о братстве и равенстве, пока таковой не наблюдалось от слова совсем. Спустившись на нижний ряд одним из первых, я уселся на свободную парту, рассчитанную, как и все остальные, на двоих человек. Вопреки моим ожиданиям, Рангар выбрал соседнюю, где к нему тут же присоединился Глэй. Так как близняшки Тре разлучаться не собирались и на занятиях, Тайре в напарницы выбрала худенькую девчушку с чёлкой на пол-лица, по прозвищу Тихоня. Ко мне же неожиданно плюхнулся никто иной, как наш штатный ботан-Махавай. Причём, проделал он это столь смело и уверенно, что я сразу допёр до причины такой расстановки сил. Мой личный отличник – и подскажет, и списать даст, и учебник на нужной страничке откроет. Толстые книги в коричневых кожаных переплётах, кстати, уже присутствовали на столах по две штуки на каждом.