Мутанты. Дети-волки. Книга вторая

Она потянула руку к сыну. Рандит, склонившись, обнял её.

– Мы вместе, мама, – ласково произнёс Рандит. – Где же наш отец?

– Уверена, он ищет нас…

Кантпанелла, вспомнив о нём, взгрустнула, но едва пошевелилась Аниэль, воспоминания улетучились.

– Аниэль, девочка моя, открой глаза, смотри, кто к нам пришёл.

Девочка открыла глаза и обиженно воскликнула:

– Рандит, где ты был? Я так долго тебя ждала. Я думала, ты меня бросил.

– Я был занят. Теперь мы всегда будем вместе.

– Мамочка, мы ведь больше не будем волками?

Рандита тоже интересовал её ответ.

– Нет, я уверена, вы больше не будете этими страшными животными. Никогда не будете.

– Но почему мы становились ими? – спросил Рандит.

– Об этом знает лишь ваш отец. Может, когда мы найдём его, то он всё нам расскажет. Дочка, ты сможешь идти?

Аниэль осторожно поднялась на ноги и сделала первый шаг, затем другой.

– Могу. Это волчица не могла ходить, а я могу!

Втроём, держась за руки, они пошли разыскивать отца. Аниэль была между братом и матерью. Она даже подпрыгивала от радости, приставая с вопросами по очереди то к одному, то к другому.

– Мамочка, а почему у тебя белые волосы?

– Они не белые, просто снегом запорошило.

Рандит потрогал её волосы и сказал:

– Это не снег. Ты седая…

– Не может этого быть, – засомневалась Кантпанелла. – Это всего лишь снег…

Сын не стал спорить. Разве сейчас это имеет значение?

– Это какой-то странный лес, – успела заметить Аниэль. – Нет ни птиц, ни зверей… Рандит, ты бывал за лесом? Что там?

– Это бесконечный лес. И, кажется, нигде нет ничего, кроме этих колючих деревьев.

Неожиданно по снегу пробежала крылатая тень. Мать и дети остановились, провожая летящее существо взглядом.

– Я никогда не видел таких больших птиц, – произнёс Рандит.

– Идёмте, – заторопила Кантпанелла, – кажется, она нас не заметила.

***

Фогер искал волков и, не увидев их, начал беспокоиться. Волнение передалось Россу.

– Что случилось?

– Я не могу их найти. Они всегда крутились на этом пяточке.

Фогер для большей уверенности сделал ещё один круг над лесом и вернулся к туманной полосе, находящейся в сотне метров от его края.

– Я всегда боялся, что они выйдут из леса и, оказавшись в тумане, навсегда останутся в Прошлом.

– Думаешь, так и случилось?

Росс не хотел об этом думать. Он с мольбой смотрел вниз и несколько раз, увидев что-то похожее на фигуру Кантпанеллы, просил Фогера снизиться. Каждый раз увиденное было ни чем иным, как стволом дерева или причудливо изогнутым холмиком снега.

И вдруг он их увидел.

– Гефор, я их вижу! Снижайся!

– Я тоже их заметил.

Крылатая тень достигла мирно разговаривающую троицу, вынудив их замолчать и остановиться.

– Рандит, ты помнишь, как страшная птица однажды гналась за нами, когда мы были длиннохвостыми зверями, – испуганно пробормотала Аниэль.

– Помню, мы успели укрыться в колодце.

– Она хочет нас поймать! Бежим, мама!

– Постойте, дети, – спокойно сказала Кантпанелла. – Я не дам вас в обиду. А птица тогда была другая.

Кантпанелле, в отличие от детей, не было страшно.

– Мам, побежали, – пытался вразумить её Рандит, – здесь опасно!

– Постойте, смотрите, птицей кто-то управляет…

Рандит и Аниэль вскоре тоже заметили человека, сидящего верхом на крылатом монстре. И он что-то кричал им… Что значили его слова: «Глора, Винессия, Уланд…»?

Крылатое существо остановилось в нескольких шагах от матери и её детей. Человек стремительно слез со спины чудовища и бросился к ним. Рандит с трудом подавил желание броситься бежать подальше в лес.

– Глора! Неужели это ты?

Женщина сделал шаг вперёд, освобождаясь от руки дочери, и произнесла:

– Эдиссед! Ты нас нашёл!

Росс замер. Она всё ещё пребывала в Прошлом! Значит, их всех сейчас зовут по-другому.

– Кантпанелла! Любовь моя! – он заключил её в объятия. – Дети мои: Аниэль, Рандит, идите сюда.

– Отец, это наш отец, – объяснил Рандит своей сестре.

Аниэль нерешительно потопталась на месте, потом прошептала:

– А у него тоже снег на волосах…

– Пойдём. Это наш отец, он хочет нас обнять.

Росс плакал, обнимая всех, и смеялся одновременно.

– Пап, мы были волками и так хотели есть, – с грустью произнесла Аниэль, прижимаясь к его груди.

– Всё кончено, – заверил Росс. – Всё уже далеко позади. Забудьте об этом. Мы выйдем отсюда и будем жить счастливо.

Между тем Фогер, не ожидавший ничего подобного, скромно стоял в стороне, наблюдая за счастливым воссоединением семьи, и радовался.

«Надо же, – думал он, – а я не хотел сюда лететь».

Внезапно он заметил, что всё вокруг стало затуманиваться, и понял, время Прошлого уходит прочь. Туман становился гуще, а слова детей стали похожи на далёкое эхо.

«Всё должно измениться, – решил Фогер, – только не я».

Внезапно туман рассеялся, под ногами захрустел красный песок.

Только сейчас Росс заметил, что что-то изменилось. У его жены вновь стали прежними волосы.

– Ты как? – спросил он её.

– Росс, что с нами произошло?

Его супруга выглядела такой, будто только что проснулась.

– Глора! – он крепко обнял её. Обратив внимание на детей, растерянных только что произошедшей переменой, обратился к ним: – Вы помните, как вас зовут?

Дети переглянулись.

– Конечно, – уверенно заявил сын. – А с чего нам забывать?

Дочка вдруг расплакалась. Росс и Глора бросились к ней.

– Ты чего плачешь? – спрашивал отец.

– Мама, прости меня.

– За что?

Девочка, всхлипывая и вытирая ручонками глаза, пролепетала:

– Я потеряла твоё ожерелье…

– Винессия, успокойся, – ласково проговорила мама. – Я не сержусь на тебя.

Она стала искать в карманах истрёпанной и местами рваной белой шубы, хоть что-то похожее на носовой платок, чтобы утереть зарёванное личико дочурки и вдруг извлекла… ожерелье.

– Откуда это у меня?

Все удивлённо переглянулись. Винессия тут же перестала плакать.

Уланд проследил за взглядом отца, обращённым к Фогеру, и закричал:

– Это он принёс меня сюда! Он хотел убить меня! Только я сбежал, а с Дорито он уж точно расправился!

Глора тоже только сейчас заметила это существо и, вдруг побледнев, простонала:

– О, нет… Не может быть… Росс, это же…

– Глора, что с тобой? – встревожился Росс. – Уланд, успокойся, я всё объясню.

Только Глора вдруг потеряла сознание, так что объяснения пришлось отложить.

Фогер недовольно проворчал:

– Тебе придётся долго ей всё объяснять. Скоро стемнеет. Может, лучше вернуться к лагерю?

– Ты прав, – согласился Росс, – Уланд помоги сестре, забраться на спину Гефора.

Сам он поднял жену и направился к нему.

– Ты хочешь, чтобы мы летели на этом чудовище? – догнал его вопрос Уланда. Он держал сестру за руку, не зная: делать то, что велел отец или нет.

– Уланд, поторопись!

– Пойдём, Уланд, – поддержала отца Винессия и тут же воскликнула: – Подожди! Мамино ожерелье… – она освободилась от руки брата и побежала поднять обронённое матерью ожерелье, затем бережно обтёрла его от песка, и, радуясь, прошептала: – Вот оно…

Уланд догнал сестрёнку, взял за руку и повёл к чудовищу. Отец опустил Глору на землю, просчитывая, как сделать полёт более комфортным.

– Уланд, садишься вперёд. Винессия за тобой, а я с вашей мамой позади вас.

Уланд пожал плечами, решив, что отец знает, что делает. Винессия была в восторге от предстоящей прогулки, чего не скажешь о брате.

– Только, чур, пятками меня не бить, – посоветовал Фогер.

– Не будем, – заверила девочка и недовольно воскликнула: – Пап, ты скоро?

– Вы устроились? Уланд, лови клубок и обмотайтесь верёвкой. Не хочу, чтобы вы случайно выпали.

Пока Уланд выполнял его поручение, Фогер помогал Россу взобраться на спину. Глора всё ещё была без чувств.

– Ну, что готовы? – спросил Фогер.

– Да, только прошу, как-нибудь потише.

В полёте Глора очнулась и первую минуту не могла понять, что происходит.

– Росс, где мы?

– Ты очнулась, дорогая. Не нервничай, мы просто летим.

– А дети? – она приподнялась.

– Мы здесь, мама, – откликнулась Винессия. – Это так здорово!

– Помоги мне сесть, – попросила она мужа, – и объясни, что происходит. Куда мы летим и на… ком?

Росс помог ей.

– Это мой друг, Гефор.

Глоре трудно было смотреть назад, кружилась голова, и к тому же она беспокоилась за детей и держала дочку за талию, боясь, что из-за излишней вертлявости и любопытства она запросто может упасть. Чтобы расслышать мужа, она лишь слегка наклоняла голову на бок, но и от этого её начинало подташнивать.

– Повтори, я не расслышала.

– Может, поговорим, когда приземлимся?

– Ладно, давай отложим.

Для Винессии время полёта прошло слишком быстро, а всем остальным оно показалось вечностью.

Росс был занят мыслями о том, как полегче поведать своей семье о произошедших событиях. Реакция Глоры на Фогера сильно беспокоила его. И Уланд вряд ли сможет скоро избавиться от недоверия к крылатому монстру, даже если встретит друга живым и невредимым.

Уланд пытался вспомнить, что было после того, как он, убегая от чудовища, на котором сейчас летел, превратился в волка. Кажется, только это он и помнил. И откуда в этом мире появилась его сестра, мать и отец? Кто-то должен ему всё объяснить!

Фогер чувствовал себя невероятно счастливым. Счастье это не омрачало даже сознание того, что Камень Равновесия раскололся, и желание сына нисколько не повлияло на его цвет. Если бы не просьба Росса лететь помедленнее, он уже давно был бы на месте.

– Смотри, Фогер летит, – первым заметил его приближение Дорито.

– Надеюсь, Росс с ним. А то исчезли оба, не предупредив.

– А кто это ещё на нём?

Дерки тоже заметил сидящих на его спине наездников и побежал встречать. Дорито не мог оставаться в стороне, и поэтому к месту приземления они прибежали одновременно.

– Уланд! Винессия! – вне себя от радости прокричал Дорито. – Дядя Росс спас их!

Дерки не был готов к встреч и смотрел ошалело.

– Росс, неужели… не верю глазам… – потом вдруг подхватил Дорито, поднял и стал крутить его вокруг себя. – Всё получилось! Камень сработал!

Дорито весело засмеялся в ответ.

Затем Дерки поставил паренька на землю и обратился к растерянно переглядывающимся нежданным гостям:

– Ну, чего вы там сидите? Я хочу убедиться, что это точно вы. Росс, скидывай своё семейство оттуда. Да, не бойтесь, я поймаю.

– Дерки… – недоумевая, проговорила Глора и, легонько толкнув Росса в бок, произнесла: – Росс, смотри, это же Дерки!

– Это я, я… – Дерки светился от счастья. – Спускайся же скорее, я так по тебе соскучился!

Первой скатилась по кожаному крылу Фогера Винессия и тут же попала в объятия Дерки, а потом перешла в руки Дорито и уж тут начала отводить душу душещипательными рассказами о жизни в волчьей шкуре. Но вскоре ей пришлось замолчать, так как наступила очередь брата завладеть вниманием Дорито.

– Дор, я думал, что навсегда потерял тебя, – сказал Уланд, обнимая его.

– А я… – Дор даже прослезился. – Я был уверен, что ты погиб. Я уже не верил, что когда-нибудь увижу тебя.

Винессия оставила друзей одних, а сама принялась крутиться вокруг спустившейся на землю матери, что впрочем, нисколько не мешало Дерки обнимать их обоих.

– Дерки, это точно ты? – не верила она. – Ты живой! О, это чудо! Невероятное чудо!

Дерки тут же возразил:

– Чудо – это то, что вы живы! Всё ещё не верится…

Последним спустился глава семейства.

– Росс, дружище! – Дерки протянул к нему руку. – Я так беспокоился за тебя.

Росс обнял его и, уняв волнение, произнёс:

– Я чуть было такого не натворил…

– От тебя можно всего ждать, – Дерки улыбнулся. – Кстати, где твоя седина?

– А что с ней? – не понял Росс.

Глора стояла рядом и с интересом прислушивалась к их разговору.

Дерки прошептал ему в ухо:

– Её нет…

– Да? – на лице Росса на мгновение застыло удивление. Но неожиданно он подмигнул ему: – А может, её и не было?

– Росс, о чём это он говорит? Какая седина? – спросила Глора.

Росс взял её за руку, посмотрел в глаза и ответил:

– Это длинная история. Я непременно всё расскажу только не сейчас, хорошо?

– Я не настаиваю, но у вас обоих такой загадочный вид, что мне как-то не по себе. Ты мне ещё обещал рассказать о своём друге, – женщина покосилась на Фогера, чувствуя, как в тревоге затрепетало сердце.

Росс посмотрел на Дерки и попросил его мысленно: «Дерки, прошу, не перебивай. Её надо подготовить к правде».

Дерки незаметно для Глоры кивнул.

– Знакомься, дорогая, это Гефор. Если бы не он мы сейчас не были бы вместе.

Гефор заметив, что речь зашла о нём, решил участие в разговоре не принимать. Он качнул головой, когда Росс его представил и направился к реке. Глора проводила его взглядом.

– Он так похож на того …

Но слов её крылатый монстр уже не слышал.

– Пойдёмте к кострищу. Вы наверно есть хотите, так у нас там всё собрано, – предложил Дерки и, поймав «вертихвостку» Винессию посадил себе на шею. – Сверху тебе всех будет хорошо видно.

Затем, окликнув Дорито и Уланда, зашагал к лагерю. Росс и Глора тоже последовали за ним.

– Это всего лишь совпадение, – Росс поспешил успокоить жену.

– Странное совпадение. А как мы здесь оказались? Я имею в виду в этом мире?

– Тебе не терпится всё узнать.

– Разумеется, любимый! Я не успокоюсь, пока не узнаю ответы на свои вопросы. Ты ведь не станешь меня обманывать? – она сурово посмотрела на мужа.

– Разве я от тебя что-нибудь скрывал? – Росс остановился.

Вместо ответа она приблизилась к нему и, опустив голову на его грудь, произнесла:

– Отчего-то у меня такое чувство, будто мы не виделись тысячу лет.

Росс промолчал. Прикасаясь к её волосам, чувствуя тепло близкого сердцу человека, он боялся, что это сон. Всего лишь счастливый сон и, внезапно проснувшись, он обнаружит, что ничего этого нет. Он боялся закрыть глаза.

«Ведь ты не исчезнешь из моей жизни? – мысленно спрашивал он её, – не бросишь меня, превратившись в черноволосую красавицу Кантпанеллу. Не заставишь меня поседеть и ослепнуть от горя, оставив одного. Умоляю, не делай этого. Я не переживу разлуки».

– Скажи что-нибудь, не молчи, – попросила Глора.

– Я люблю тебя. Ты станешь моей женой?

Глора с удивление подняла на него глаза.

– Так я и так твоя жена…

– Я уж думал, за тысячу лет ты об этом забыла, – засмеялся Росс. – Видишь, как шуба состарилась!

Только сейчас обратив внимание на свою одежду, Глора рассмеялась.

– Дурачок, разве ты не видишь это свадебный наряд – последний хрип современной моды!

– И точно, как я не разглядел! Это же фирма «Снегурочка с переулочка»!

– Шутник! – коротко бросила Глора и огляделась. – Мы так и будем здесь стоять? Все ушли.

– Ну, пойдём, а то Винессия наверно Дерки до белого коленья довела. Как бы не сбежал, а то кто подтвердит рассказ о наших приключениях?

По пути Глора избавилась от неподходящей к сезону шубы. Под ней была настоящая одежда: свободная рубашка, ветровка, связанная узлом на талии, брюки и резиновые сапоги. В одном из карманов ветровки она нашла коробок спичек.

Заметив её находку, Росс радостно воскликнул:

– Спички! Нам не грозит провести ночь в темноте.

Дорито рассказывал Винессии и Уланду о своих приключениях. Слушатели внимали ему, открыв рот. Даже Дерки, который итак знал всё, что с ним случилось, вдруг с удивлением заметил, что слушает его с большим интересом.

– … Он походил на снежного человека и был жутко страшный. Мы так испугались, когда он стал подниматься к нам, что мой брат решил из окна выпрыгнуть, а высота там была метров десять. Но всё обошлось. Это существо не собиралось нас есть. Оно хотело поговорить с кем-нибудь. У него даже имя есть: Мохнатая Жуть…

– Кажется, мы что-то пропустили, – огорчилась Глора, присаживаясь рядом с рассказчиком. – Может, ты начнёшь сначала?

Росс показал Дерки коробок спичек, и тот, поняв намёк, отправился вместе с ним собирать хворост для костра.

– Дорито, начни сначала, пожалуйста, – вежливо попросила Винессия. – Для мамы…

Дорито был рад начать всё сначала. К тому же, как ему показалось, кое-что из предыдущего рассказа он пропустил. Придав лицу серьёзное выражение, он немного помедлил, потом вздохнул и сказал:

– Я начну с того, как страшное чудовище, именуемое ныне Гефором, похитив Уланда, скрылось за лесом. Оставшись один, я отправился на твои – Уланд, поиски, считая, что ты уже мёртв. Я поклялся, если встречу его, то убью…

Во время сбора хвороста Дерки предупредил Росса, что велел Дорито не говорить о том, что Гефор и Фогер одно лицо.

– Я так тебе благодарен, Дерки.

– Я рассудил так: это ваше дело. Расскажешь ей всё сам, если посчитаешь нужным.

Ночь всё смелее вступала в свои права.

Люди расположились вокруг костра, рассказывая друг другу о своих приключениях и переживаниях. В воздухе чувствовалась таинственность, будоражившая воображение. Глора всё больше проникалась любовью к мужу. Порой ей казалось, что она чувствует его чувствами, живёт его жизнью. Ей хотелось оказаться Гефором в тот злополучный день, когда она стала Кантпанеллой, чтобы утешать его и дарить надежду.

По мере рассказа прошлая жизнь Росса в роли Эдисседа пугала её, и чем ближе он подходил к развязке, тем больше в ней росло возмущение. Нет, не на Росса она сердилась, а на то, что какой-то камень – холодный, бесчувственный предмет разрушил их семью и вторгся в последующие жизни. И ещё неизвестно закончилось ли его влияние на их теперешнюю жизнь. Она не сомневалась, что всё, что узнала – правда, но она ничего конкретного так и не узнала о крылатом друге Росса, решив, что рано или поздно сможет вывести его на чистую воду. Несмотря на то, что Гефор опекал её мужа и помогал ему по мере сил и возможностей, мысли о нём тревожили Глору. Где, к примеру, он сейчас, и чем занят? А вдруг история с Уландом повторится?

Спать долго не хотелось. И только, когда говорить стало не о чём, и всё съедобное было съедено, а костёр почти догорел, всё стали готовиться ко сну.

***

Росс проснулся раньше всех. Первым делом он решил поговорить с Гефором, но того нигде не было видно. Осторожно, стараясь не разбудить спящих, он поднялся и отправился его разыскивать.

«Он говорил, что сегодня должен уйти, – вспомнился ему вчерашний разговор, – неужели он ушёл и даже не попрощался? Нет, он не мог просто так уйти!»

Уже достаточно рассвело, так что не заметить крылатую «кошку», если она поблизости было невозможно. Росс даже взобрался на один из чёрных валунов и долго всматривался вокруг, но Гефора не находил. Чем дольше он его искал, тем больше в нём росла уверенность, что вчера они виделись в последний раз. Росс почувствовал себя виноватым, ему казалось, что-то главное между ними не было сказано.

«Если его нет у реки, значит, он действительно оставил меня».

У реки Гефора тоже не оказалось.

– Ты искал Гефора? – вопрос Глоры застиг его неподвижно стоящим на берегу реки, спокойное течение которой действовало успокаивающе.

Росс оглянулся.

– У тебя губы и нос в золе.

А в золе они были, потому что вчера она с удовольствием ела испечённые в золе клубни, которые Гелиорий научил мужчин собирать и готовить.

– Да, я знаю, – она подошла к воде, но поняла, что умыться ей не удастся: слишком крутой берег. – Ты не ответил на мой вопрос.

– Он ушёл… Как он мог уйти не попрощавшись?

– Он так решил.

– Да, конечно, моё мнение никогда не ставилось им в счёт!

Глора, внимательно глядя мужу в глаза, приблизилась к нему.

– Кажется мне, ты вчера избегал говорить о нём. Почему?

– Мне трудно это признать, но ты должна знать…

– Я слушаю тебя.

– Он… мой отец.

Глора вздрогнула и побледнела.

– Этого не может быть! – дрожащим голосом проговорила она. – Я поверила, что его сходство со сброшенным в пропасть существом поразительное, но это лишь сходство. Как он мог выжить? Нет, – она замотала головой. – Это неправда!

– Я тоже не хотел этому верить.

– Как он заставил тебя поверить в эту чертовщину?

– Он не заставлял. Ведь ты сама сразу его узнала…

– Да, но сейчас я сомневаюсь. Тогда почему ты зовёшь его Гефором?

– Гефор был моим другом. Но когда я прозрел и увидел его, услышал его голос, сердце подсказало, что предо мной не просто друг. Я не смог называть его по-другому и от его помощи не мог отказаться.

Повисла напряжённая тишина.

Вдруг Росс насторожился. Он услышал то, чего многие дни, проведённые в этом мире, не слышал. Глора заметила перемену в его взгляде.

– Что случилось?

Он приложил палец к губам и прошептал:

– Тише, ты слышишь?

– Что я должна услышать?

– Птицы поют…

– И что в этом такого? – недоумевала Глора. Далёкое пение птиц ничего ей не говорило.

– Они поют! – радостно воскликнул Росс. Он вдруг подхватил Глору за талию, оторвал от земли и, ещё раз крикнув: – Они запели! – стал кружить её.

Глора сначала опешила, а потом возмущённо прикрикнула:

– Росс! Поставь меня! Чему ты радуешься?

Он поставил её, но оба не удержали равновесия и повалились в траву.

– Они поют…

– Вот заладил, – сердито буркнула Глора. – Разумеется, поют, на то они и птицы!

– Но их здесь не было! И ветер… ты чувствуешь ветер? Его тоже не было.

Глора смотрела на мужа во все глаза, но он уже ответил на её внезапно возникший вопрос.

– Мир ожил! Прошлое окончательно отступило!

– Ну, так это же замечательно! Осталось только найти друзей и вернуться в наш мир.

Росс широко заулыбался, глядя на неловкие попытки жены избавить одежду от мокрой травы и грязи, прилипших во время падения.

– У тебя нос и губы в золе.

– Ты уже говорил… – она в упор посмотрела на него, раздумывая, ожидается ли в ближайшее время с его стороны всплеск неожиданных эмоций, – … кстати, у тебя тоже.

– Может, искупаемся?

– Вода холодная.

– Откуда ты знаешь, если ты в неё не вошла? Пойдём.

Он потянул её за собой.

– Росс, прекрати, – требовательным тоном произнесла Глора. – Там холодно и я плохо плаваю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.