Тени Льена. Книга 1
Когда-то он служил писарем в Ловчем департаменте, потом постарел и сослепу как-то попался на мелочи, за что и был выгнан с позором и без содержания. Но ушел не с пустыми руками: успел многое с собой утащить, и оттиски всех печатей, и гербовую бумагу. Безымянный и нелюбопытный, но крайне полезный тип. Его услугами пользовались все старшие Тени Льена.
Я давно его знала, поэтому он не задал лишних вопросов, а написал мне подорожную на имя девицы Мишель Вольг. Скрипнув привычно зубами, отдала за документ два империала и со спокойным сердцем отправилась домой. Завтра утром куплю билет… и уеду подальше от Оберлингов.
Шагнув в свежую тьму городской ночи столицы, я тихо вздохнула и широко улыбнулась. Бояться ночных улиц Льена? Помилуйте, я их всем сердцем любила. Они были моей сутью, моим отчим домом. Навеки я останусь ночной Тенью и не забуду те дни, когда попрошайничала у храма и воровала в толпе кошельки.
Шла медленно, наслаждаясь холодным ветром и тишиной. Новые электрические фонари исправно освещали мокрую мостовую, можно было не опасаться сломать ногу или поскользнуться на вылитых из окошка отбросах. На три темных силуэта, что выползли из Морозного переулка, я обратила внимание лишь тогда, когда они преградили мне дорогу.
– Темной ночи, господа, – вежливо поздоровалась я, кивая и складывая пальцы в определенный знак. – Я своя.
Тихое рычание было мне ответом. Что ж, парни неместные. Галлийского не разумеют. Их проблемы. Я опустила ладонь на бедро, нащупывая пистолет. Тени шагнули вперед, и меня вдруг обдало ледяным ужасом.
Смрад разлагающейся плоти.
Тусклый свет фонаря осветил их кошмарные лица. Кожа, покрытая трупными пятнами. Чудовищные оскалы безгубых ртов. Зияющие провалы пустых, черных глазниц. Вместо глаз тускло светились две золотые монеты. Двигалось ЭТО быстрыми и хаотичными рывками, словно уродливые марионетки в руках пьяного кукольника.
Прижавшись спиной к стене, я оцепенела.
Сзади раздался стук и скрип. Я в панике оглянулась, обнаружив за спиной еще парочку мертвяков. Справа из-за забора выполз еще один монстр.
Я заорала так, что у самой заложило уши. Было очень-очень страшно. Мертвецы окружили меня, они тянули ко мне свои обглоданные червями пальцы. Дрожащими руками я пыталась взвести курок пистолета и снять предохранитель, но никак не могла. Ладони разом взмокли и заледенели.
– Да заткнись уже! – раздался грубый голос сверху, и из одного окна выплеснулось содержимое ночного горшка. – Умирай молча!
От неожиданности я клацнула зубами и отшатнулась, замолчав.
Не так я представляла себе свою смерть.
Кто-то поймал меня за локоть и дернул в сторону. Раздался выстрел. Пуля выбила искры из мостовой, но мертвяки не обратили на это ни малейшего внимания. Я споткнулась, опустила глаза и снова заорала: в неровном свете фонарей на рукаве у меня сверкала металлическая рука. Боги, еще и големы?
– Спокойно, леди, – раздался вдруг мягкий мужской голос. – Осторожно отступаем. Не нужно размахивать револьвером, он вам не поможет. Там не серебряные пули?
– Н-нет. – я прохрипела, все еще будучи не в силах пошевелиться.
– Тогда опустите оружие. Им оно не страшно, а меня можете ненароком и подстрелить.
Я послушалась. Осознание того, что я не одна, что меня кто-то поддерживает, здорово успокаивало. Мужчина щелкнул курком. У него был какой-то особенный пистолет, большой, тяжелый, необычной формы. Практически не целясь, он выстрелил, и первый мертвец буквально взорвался у нас на глазах. Я шарахнулась в сторону.
Мой спаситель был невысокого роста, в дорогом пальто и модной шляпе-котелке. Правая кисть, что так напугала меня, у него была металлической. Вглядевшись в лицо своего неожиданного спасителя, я убедилась в истинности своей догадки. Глаза узкие, черные. Это не галлиец.
Воистину, Фатум ко мне сегодня немилостив. Слишком много ненужных встреч!
Я узнала его. Личность в Льене известная, по таким приметам не узнать его сложно. А еще я понимала, что нужно валить. Он, конечно, меня спас, но, скорее всего, отведет прямиком в участок Ловчей службы. Ну уж нет!
Резво подобрав свою юбку, еще раз оглянулась, убедившись, что все внимание мертвецов переключилось на человека в шляпе, и рванула с такой скоростью, на которую только была способна.
Лучше он, чем я. Хотя, учитывая, как ловко отстреливал тварей мужчина, Льен не должен потерять одного из самых знаменитых своих инженеров.
Тут моя совесть чиста.
✥✥✥
Глава 5. Побег не удался
Испугать уроженку столичных трущоб очень сложно. Особенно так: до дрожи, до слез, до трясущихся рук. В голову лезло всякое: может быть, это иллюзия? Просто мне все показалось. И мне, и Кимаку. Галлюцинация, морок. Рассказывали же мне в детстве страшилки про мага-иллюзиониста во Франкии! Там, говорят, он сумел проникнуть даже в королевский дворец. Хорошая мысль.
К моему величайшему сожалению, пятна крови на блузке были совершенно реальны. Я сдернула ее с себя и без жалости швырнула в окно. Подберут, отстирают. Все равно она старая и с чьего-то плеча! Нужна была только для того, чтобы гулять по Старому кварталу и не выделяться особо.
А я уезжаю, саквояж собран, деньги уложены как в его потайное отделение, так и в швы нижней юбки, и даже зашиты в корсаж. Документы готовы, мой дорожный костюм висит на плечиках. Осталось только выспаться, купить билет и отправиться подальше от Льена.
В Славию.
Во Франкии жуткие иллюзионисты и король-некромант, а в Славии тишь да гладь. А еще поля и реки. Как-то маловероятно, что по лугам солнечной добродушной Славии могут разгуливать мертвецы. Это в холодном и пасмурном Льене им есть где укрыться.
Поспать мне не удалось. Едва я ложилась, как перед глазами вставали кошмарные пальцы с ошметками кожи и мяса. Но времени я зря не теряла и посвятила остаток ночи наведению тщательного порядка в берлоге. За мной не должно оставаться следов. Ненужные вещи отнесла вниз, на помойку, чем порадовала местных нищих. В хлопотах страх отступает. И ночь больше не кажется страшной, и голова занята.
На рассвете я наскоро умылась, тщательно причесалась и облачилась в свой любимый костюм молодой вдовы: черная юбка, блузка с кружевным черным воротничком, теплый черный жилет, элегантный дамский цилиндр и практичное шерстяное коричневое пальто. Подхватила тяжелый свой саквояж и зонтик, выскользнула на улицу.
Было еще очень рано. Улицы Льена пусты, вокруг тихо, свинцово-серое небо грозилось снова разразиться дождем. Я не сразу нашла пролетку: все порядочные извозчики еще спали. Тот же, которого я обнаружила на углу Рабочей и Холодной, возвращался с ночной смены.
– На вокзал? – спросил он и в ответ на мое удивление улыбнулся: – Ну, а куда еще в такой час может собраться порядочная леди с саквояжем? К любовнику уже поздно, на работу еще рано. Да и вид у вас далеко не как у фабричных.
Я невольно усмехнулась. Угадал. Наблюдательные ребята – эти извозчики…
Здание Льенского вокзала из желтого кирпича с белыми колоннами светлой махиной возвышалось над большой привокзальной площадью. Просторное, светлое, теплое, совсем еще новое. Его построили уже с водяным отоплением и даже канализацией. На первом этаже расположены билетные кассы и два зала ожидания – первого класса и второго-третьего. Небольшой ресторан, из-за двери которого доносились запахи свежесваренного кофе, и туалетные комнаты. Тоже с запахами, мне привычными и знакомыми.
В такой ранний час народу было совсем немного: пара мужчин самой простецкой наружности и без багажа дремали в зале второго класса, усатый ловчий в новенькой форме, прислонившись к стене, лениво листал утреннюю газету. Из четырех касс в это время работала только одна. Ее узенькое окошко манило и обещало мне новые приключения. Запах железной дороги, стук вагонных колес, гул мощного паровоза… А ведь я еще толком нигде не была. Самое время начать путешествовать.
– Когда ближайший паровоз в Славию? – степенно и неторопливо, как и положено путешествующей леди, я подплыла к окну кассы и спросила явно скучающего кассира.
– Через три дня, миледи. В четверг в полдень.
Неприятная неожиданность. Что же, на все воля рока. Значит, так Фатум решил. Кто я такая, чтобы противиться его воле?
– А во Франкию?
– Завтра поутру.
Я занервничала. Должно быть, со стороны это выглядело неприлично и странно: молодая красивая леди, которой вообще все равно, куда ехать. Но мне уже было не до приличий.
– А сегодня куда-нибудь есть паровоз?
– Разумеется. Через два часа будет прямой в Белую Чашу. А в полдень еще один: в Брюст.
В моем саквояже лежала подробная карта всего континента, украденная когда-то из сейфа ученого мужа. Я хорошо ее помнила: Брюст стоял совсем близко к франкийской границе. Можно там будет нанять таксомотор. Или снять номер в гостинице и дождаться паровоза до Франкии. А Белая Чаша в горах, там вокруг одни шахты. И рядом тоннель в Катай. Потом как-нибудь загляну и туда.
– Билет до Брюста, пожалуйста.
– Простите, миледи, но билеты туда все распроданы.
Катай так Катай. Вот все и решилось. Стараясь унять дрожь в голосе, я произнесла совершенно спокойно:
– Вот как? Тогда мне один билет в Белую Чашу.
– Есть места в первом классе, – лысый кассир бросил на меня нечитаемый взгляд и поморщился, тихо добавив: – Во втором тоже есть.
– Мне билет в первый класс.
– С вас пять империалов, пожалуйста.
Отчетливо скрипнув зубами, я достала свой кошелек.
– Леди Оливия? – раздался за моей спиной мужской голос. Я вздрогнула всем телом, но не обернулась.
Меня тут же настойчиво тронули за рукав.
– Вы ошиблись, – я медленно оглянулась назад, выразительно приподняв бровь.
Но, глядя на троих мужчин, что стояли позади меня, я ясно поняла, что ошиблись, увы, не они. И ошибка моя будет стоить мне дорого. Двое мужчин в черной форме ловчих были мне незнакомы, а вот третьим был он. Огюст Шардан, крысы Льена его раздери.
Я сглотнула и покрепче ухватилась за ручку саквояжа. Бежать больше некуда. У входа наверняка дежурит магмобиль департамента ловчих, все окна вокзала закрыты. Разве что лестница наверх пуста, но далеко ли я убегу? Особенно в юбке… Придется импровизировать.
– Господа ловчие, повторяю вам, вы ошиблись. Меня зовут Мишель Вольг, – тут я сдержанно улыбнулась и даже позволила голосу дрогнуть. – Вот мои документы.
– Вольг? – усмехнулся один из мужчин. – Мне жаль вас расстраивать, леди, но для покойницы, похороненной больше чем сто лет назад, выглядите вы очень молодо. В Галлии нет и не может быть ни одного Вольга. Этот род был уничтожен. Давно, уже очень давно. Шардан, это она?
– Да, это Оливия. Я же говорил, что мы найдем ее на вокзале. Прости, дорогая.
На красивом лице этой сволочи не было даже тени сочувствия.
– Леди, прошу последовать с нами.
Молодой рослый ловчий рассматривал меня с долей явного интереса.
– А зачем? – я сделала невинный вид и даже похлопала быстро ресницами, прикидывая, смогу ли сбежать по дороге в участок. А что мог рассказать про меня Шардан? Вряд ли он знает что-то о моем промысле в те годы, что мы с ним не виделись. Только наше последнее столкновение в кабинете Бонвинга. Но он и сам там не пыль протирал. Если в чем-то меня обвинят, то молчать я не буду, сдам его со всеми продажными потрохами.
– Мы должны будем задать вам пару вопросов, – снисходительно ухмыльнувшись, ловчий взял меня под локоток. – Не вынуждайте нас применять силу, Оливия.
– По какому поводу? – я было трепыхнулась, но тут же ощутила железную хватку крепких пальцев и присмирела. Задрав голову, прошептала уже доверительно, глядя на ловчего снизу вверх: – Вы же знаете, господин ловчий: господин Шардан – известный мошенник и плут. А вдруг вы с ним заодно? Хотите ограбить бедную вдову?
Повышать голос и привлекать к себе внимание редких еще посетителей городского вокзала было бессмысленно. Никто не придет мне на помощь. Один только вид черной формы блюстителей закона и порядка действовал на жителей нашего города как звук пистолетного выстрела на воробьев.
– Прекрати паясничать, Лив, – хмуро сказал Огюст, мрачно смотря на нас с ловчим. – Тебя сдал ростовщик. Сколько раз я тебе говорил: добычу толкай самое ранее через неделю. Когда ты уже станешь думать мозгами… И не смотри так. Меня просто попросили… о безотлагательной консультации.
Я вдруг заметила, что он небрит и лохмат, под глазами желтые тени, а на щеке следы синяка. Его били? Пытали? А потом, конечно, оказали лечебную помощь. Очень гуманно.
– И ты, разумеется, не мог отказать своим старым друзьям? – я холодно улыбнулась ему.
– Дорогая моя, тут мы квиты. Если бы ты не подняла шум, я бы успел уйти, – хмыкнул Огюст без малейшего раскаяния в голосе. – Но увы… я доверился женщине и ночевал в жуткой камере. Когда этим мне предложили сделку и кофе, я не смог отказаться.
– Ты поступил совершенно не по-мужски! – моему возмущению не было предела.
– Ну конечно. Я же известный мошенник и плут. Ты ждала от меня благородства? Напрасно, малышка.
Я скрипнула зубами. С ним все понятно. Впрочем, с ним было все понятно еще тогда, когда много лет назад он исчез со всеми нашими деньгами, оставив меня совершенно одну.
– Миледи, вы приняли решение? – державший меня рослый ловчий спросил с некоторым даже сочувствием в голосе. – Не то чтобы это имело значение, просто… не хотелось бы нам применить силу в отношении женщины. Тем более – молодой и красивой.
Какой интересный мужчина. И вежливый, и благородный. Жаль только, что ловчий, с ними мне не по пути.
– Я пойду с вами, мэтр ловчий, – притворно вздохнув, я закатила глаза. – Но уверяю, что бы ни наговорил вам этот… Шардан, все может быть неправдой.
– Поверьте, мы обязательно разберемся, – мой провожающий мне опять снисходительно улыбнулся. Что ему дохлая кошка приснилась?
Конечно же, я не поверила ловчим, но выбора у меня не было. Проверять, кто из них какой магией владеет, у меня не было никакого желания. Как и быть скрученной и силой усаженной в их магмобиль.
Поэтому я отдала саквояж в руки усатого ловчего и проследовала за ними. Не приняв вполне вежливо мне протянутую руку, села на край заднего сидения магмобиля и оправила плотную юбку, строго глядя прямо перед собой и нахмурившись. Как подобает молодой вдове, невинно оговоренной и оскорбленной до глубины ее чистой души. По обе стороны сели ловчие, зажав меня между собой. Огюст сел вперед, к шоферу.
Верх у мобиля был поднят. На меня не глазели прохожие, и за это я была даже благодарна. А прохожих было уже немало, столица стремительно просыпалась, люди спешили на работу.
Глядя в окошко мобиля, я снова невольно прощалась с родным городом. С его серыми улицами, грязью, толпами вечно снующих прохожих. С мальчишками-газетчиками, дерущими глотки на всех перекрестках. С гулом речного Льенского порта, с высокими мрачными трубами новых заводов и мануфактур. С роскошным центром и трущобами старых кварталов. С заводской слободой и разбитыми парками. Даже шум новомодных мобилей не изменил лика вечной столицы.
Я так люблю этот город… Сердце вдруг сжалось от странного предчувствия. Уже очень скоро мы все же расстанемся, Льен. Навсегда, как порядком уже надоевшие друг другу любовники, без жалости и безо всякого сожаления…
Дорога в центральный участок Ловчей службы не заняла много времени. Огюста вытолкнули из мобиля довольно грубо, а мне даже подали руку. И я даже ее приняла. Саквояж, правда, уже не вернули. Его вытряхнули прямо на стол, стоявший у входа. Ворох женского дорогого белья, несессер с туалетными принадлежностями, одежда в дорогу… Конечно же, тут же нашли пистолет, зато кинжал под юбкой не заметили.
– Вещь дорогая, штучная, – с любопытством сказал рослый ловчий, оглядывая мою любимую игрушку. – Клеймо мастерской Кимака. Надо проверить, не ворованная ли.
– Не ворованная, – ответила я очень резко. – Патент на оружие там, в панталонах. – И усмехнулась, ему глядя прямо в глаза, очень живо представив себе группу ловчих, ковыряющихся в панталонах.
– Разберемся, – он громко фыркнул, явно шутку мою не оценив. – Пройдите сюда, леди. – Кивнул приглашающе в сторону странной конструкции с лампами. – Погодите, положите ладонь вот сюда и зажгите столько светильников, сколько сможете.
Ага, стандартная проверка резерва. Уклоняться от нее – себе дороже. Я хоть и слабенький, но все же маг. Воздух, шестой уровень. Чуть больше, чем ничего.
Тоненькая спираль на подставке едва загорелась. Что и требовалось доказать.
– Хорошо, вас ожидают.
Я молча скривилась в ответ. Могли бы и не ждать, закрыть на замок свой кабинет и уйти. А меня молча выпустить.
Серые коридоры, решетки на окнах, безмолвный сопровождающий рядом. За долгую жизнь среди Льенских Теней я ни разу еще не попадала сюда. Просто везло? Мне хотелось бы думать, что нет. Это ловкая Лив ускользала из цепких рук ловчих…
Тяжелая, темная дверь, небольшой кабинет. Снова прочные кованые решетки на окнах. В полусумраке медленно проступала почти аскетичная, но отнюдь не тюремная обстановка. Несколько высоких массивных шкафов, стол и три стула. Кушетка в углу – а это зачем? Неужели хозяин кабинета тут еще и спит?
И большой черный стол, за которым возвышалась массивная мужская фигура, хранящая зловещее молчание. Мужчина. Крупный, породистый. Нос с горбинкой, умный, высокий лоб, решительный подбородок. Мужчина смотрел на меня пугающе пристально, буквально сверля голубыми глазами. Я подняла взгляд на него и вдруг вспомнила:
– Зонт на вокзале оставила! Крысий хвост, ну какая же я растяпа! И второй уже раз!
Примечание авторов: род Вольгов был один из 12. В настоящее время он уничтожен подчистую. Фактически опустевшую нишу заняли Оберлинги. Большинство из Вольгов после неудавшегося Зимнего переворота сбежали в Славию, где первое время назывались князьями Волчеками, а потом получили титул кнессов.
✥✥✥
Глава 6. Интересное знакомство
– А, леди из кофейни, – радостно улыбнулся мне лорд Оберлинг. – Какое прелюбопытнейшее совпадение!
Такими улыбками впору распугивать голубей.
– Да, весьма удручающее стечение обстоятельств, – согласилась я, растерянно оглянувшись и не зная, стоять мне или присесть.
Мужчина заметил мои колебания – ну конечно, на то он и лорд, и Оберлинг – и милостиво кивнул на придвинутый к столу крепкий стул. Я с облегчением на него опустилась.
– Итак, ваше имя…
– Мишель Вольг.
Он ухмыльнулся. Снисходительно так, как нашкодившему ребенку.
– Последний раз спрашиваю, миледи. Потрудитесь назвать мне свое настоящее имя.
– Мишель…
– А в школе вы не учились, верно? – Оберлинг насмешливо приподнял черную бровь. – И домашний учитель вас обошел стороной. Иначе бы леди доподлинно знала, что рода Вольгов не существует. Они бежали из Галлии после Зимнего восстания, те же, кто остался, сменили имя. Исторический факт…
– Может, я не чистокровная галлийка? – я нервно облизнула губы, понимая, что Стряпчий меня надул. Ну и да, я росла на улице, какая уж там школа? Домашний учитель? Ха, ха! Был один такой у меня. Но его познавательные уроки к истории Галлии не имели никакого отношения.
– Потомки рода Вольгов осели в Славии, основав кнесский род Волчеков, – любезно просветил меня Оберлинг.
– Будь по-вашему, – сдалась я. – Меня зовут Оливия.
– Какое красивое имя. Как там дальше?
– Просто Оливия. Я безродная. Сирота и подкидыш.
– Хорошо, просто Оливия. Так откуда вы взяли те хитрые кольца?
– Какие кольца? – я снова захлопала ресницами. И вцепилась руками в подол. Так, что побелели костяшки. Вид испуганной девушки, остро нуждающейся в защите.
Обмануть его не выйдет, но можно попробовать соблазнить. Это был более худой и загорелый брат, а значит – Себастьян. Сплетники Льена предписывали ему целую бездну грехов и пороков. Но слабость к женскому полу была тем главным, в чем единодушно сходились все слухи вокруг Себастьяна. А повесы бывшими не бывают, уж я точно это знала!
– Кольца, которые вы предлагали господину Граммону, – Оберлинг был терпелив и разговаривал со мной, как с несмышленым ребенком.
Отлично. Закусила губу, мое дыхание сбилось. Грудь медленно приподнималась в такт вдохам. Вот так.
– Не было никаких колец. Он лжет. Люди вообще любят лгать, милорд, вам ли не знать?
Внимательный взгляд в мою сторону не обещал ничего хорошего. Мужчина смотрел на меня, словно паук на запутавшуюся в паутине муху. Где же жалость к несчастной девице? Нужно поглубже дышать…
– Оливия, вы любите речные прогулки? – неожиданно спросил Оберлинг.
Я почувствовала, как кровь отливает у меня от лица. Плавучая тюрьма? Спасибо, не люблю. Но у него на меня ничего нет. Я даже не могу считаться воровкой. Все украденные драгоценности вернулись владельцам. Эту схему я придумала лично и очень ей гордилась.
– Я вас не понимаю, лорд Оберлинг.
– Оу! Вы меня узнали? Прекрасно. Предположим, я и сам знаю, где вы взяли кольца, – он опять широко улыбнулся. – Из большого сейфа лорда Бонвинга. У нас есть свидетель.
– Вы ему верите? Это же Шардан, ну! По нему виселица плачет!
– Душенька, милая, вы так мало знаете и так смело рассуждаете! А что, если я вам скажу, что Огюст – уже очень давно агент Ловчей службы? Верой и правдой он служит короне уже более десяти лет.
– Канцлер Браенг умел.. быть убедительным, это правда… – почти не удивилась я.
– Как приятно иметь дело с понятливой женщиной. И словам Шардана я верю. На вас собрано предостаточно, дорогая Оливия, чтобы судьи решительно захотели исправить такую красивую девушку. Тюрьма? Это так старомодно! У меня для вас есть куда более неприятное наказание. Что вы больше любите, милая Лив – шить, вышивать? Может, готовить на заводской кухне или стирать нижнее белье фабричных работяг?
Наверное, на моем лице отразилось такое отвращение, что Оберлинг тихо засмеялся.
– Так что, поговорим, наконец, о деле?
– Что мне за это будет? – я медленно облизнула губы, готовясь торговаться.
Люблю лордов. Они трепетно и осторожно относятся к женщинам, детям и старикам. А несчастным красивым женщинам и вовсе благоволят.
Лорд Оберлинг не обманул моих ожиданий. Остановившись долгим взглядом на моих уже влажных губах, он произнес совершенно серьезно:
– Абсолютно ничего, Лив. Мы поговорим, и вас отпустят. Никаких последствий не будет, если вы мне расскажете правду. В конце концов, заявления о краже не было. Да и не в краже дело.
– Дело в кольцах? – поймав его взгляд, я испуганно улыбнулась.
– Да. Я даже не буду спрашивать, что вы делали в кабинете Бонвинга. Просто расскажите про кольца.
Я вздохнула. Придется поверить ему на слово. Вряд ли мне имеет смысл потребовать с него клятву или даже расписку. Это же лорд, причем один из самых знатных. Еще рассердится! Или разочаруется, что даже хуже. Придется продолжать играть перепуганную насмерть дурочку, мне это ничего не стоит, а милорду приятно.
Я описала кольца как можно подробнее. На память пока не жалуюсь и рассмотреть их успела внимательно. Особенно Себастьяна заинтересовало второе кольцо, не то, которое ядовитое. Но и ядовитое тоже ему было нужно. Он все дотошно записывал в толстую тетрадь в кожаном переплете и даже попросил ему кольца нарисовать. Я изобразила их, как смогла. Получилось вполне узнаваемо.
– Где сейчас эти кольца? – рассматривая мою «живопись», Оберлинг закусил нижнюю губу и нахмурился.
– Я их продала, – тут мне скрывать было нечего. – Эти деньги планировала потратить на билет. Ваши люди не дали.
И снова похлопала глазками. Даже немножечко всхлипнула – вполне искренне. Мне свой саквояж было жалко до слез…
– Кому? – его невозможно сбить с толку.
– Хромому Хью, старьевщику из Старого Квартала. С улицы Рабочей.
Морща лоб, я приложила к вискам кончики указательных пальцев, изображая мигрень. Я очень старалась его впечатлить своим видом. Но трудов моих Себастьян не заметил.
– Найдем, всех найдем, дорогая Оливия. Благодарю вас. Все, что хотел, я узнал. Можете быть совершенно свободны.
– Так просто? – растерялась я. – А как же лекция о порядочности? А предложение поработать на благо Галлии? А…
Оберлинг рассмеялся. Искренне, громко и совершенно меня не стесняясь. Именно в эти мгновения я очень ясно почувствовала: я ему несомненно понравилась. Отсмеявшись, милорд посмотрел на меня таким взглядом… у меня даже мурашки по спине побежали. Интересно, какой он любовник? Пожалуй, мне стоит попробовать. Мужчина богатый и видный. Уверена, своих женщин он не бьет и не ограничивает в расходах.