Обитающие в ночи. Все истории. Сборник

Глава 5

Ника вернулась в половину пятого утра. Закатила чемодан внутрь, скинула косуху, зевнула. Я слегка приподнял бровь:

– Вы же были в белой футболке?

Мрачно покосившись на помощника, мадам Петрова проворчала:

– Была. Но кое-кто случайно вылил на неё полстакана крови. Сомневаюсь, что пятно отстирается. Чтобы не смущать таксиста, пришлось нацепить первое попавшееся под руку, – повернувшись, она подтянула повыше коричневый пуловер. – Н-да, такой глубокий треугольный вырез явно не для меня. В чемодане, конечно, есть смена одежды, но за испорченную лимитку с сердитым котиком чёртов ирландец ещё поплатится. Скажи, зачем устраивать эти танцы с бубном? Неужто Рори думал, что, напросившись к нему в гости, а перед этим напомнив о прошлом, я откажусь раздеться и продолжить вечер в спальне?

– Возможно, он решил таким оригинальным способом указать мне моё место? Своеобразное сообщение вроде «эта женщина забронирована, не вздумай на неё претендовать».

Ника фыркнула:

– Мой старый приятель не идиот, он умеет наблюдать и делать выводы, иначе не работал бы в полиции. Ты перестал интересовать детектива в этом смысле ещё в аэропорту. Скорее всего, в какой-то момент Рори действительно засомневался и накрутил себя. Король драмы, блин, – высокие отношения, однако.

– Кстати, а как вы познакомились? Поделитесь или это мне тоже знать не полагается?

Она сделала рукой неопределённый жест:

– Позже. Сначала расскажи, что выяснил. Я, конечно, зашла к директору, однако разговаривали мы совсем недолго.

Достав телефон, я включил запись и отчитался, не забыв упомянуть встречу с подростком в коридоре.

– Говоришь, Артур Эйби? Что-то смутно знакомое, однако пока не могу понять, где слышала это имя. Кстати, ты повёл себя точно так же безрассудно, как он, когда решил в одиночку поймать вампира. Да, жрать тебя он не станет, но вполне способен расчленить, засунуть в рот твой же кулак и закинуть голову на крышу. Кричать не выйдет, на рассвете башка сгорит, и баста. Практически идеальное преступление, – об этом я как-то не подумал. Вот что значит опыт.

– В следующий раз учту. Какие у нас планы на день?

Усевшись на кровать, начальница помотала ногами и начала прикидывать вслух:

– В коридоре есть окно, света оно даёт немного, однако просто так не вылезешь, то есть до заката кукуем здесь – спим, болтаем, тренируемся. Ценные указания я раздала, инвентарём с директором поделилась, надеюсь, они всё сделают как надо. Вечером вы с Рори заступаете на дежурство у двери читального зала, я же пойду обследовать здание. Карту мне дали, но первый раз лучше идти без неё: свежий взгляд на вещи ещё никому не мешал. Потом пробегусь до спортивного комплекса и вспомогательных помещений. Следующей ночью отправлюсь исследовать лес. Дальше по ситуации. В любом случае, рано или поздно он придёт за питанием, и тогда…

– Вы наградите его пулей в лоб? – закончил я. Начальница помотала головой:

– Сначала побеседуем. Как раз тот случай, когда нужно знать мотив. Я всё ещё не отказалась от мысли о провокации с целью насолить текущему правительству. Правда, теперь точно знаю, что О’Брайен здесь ни при чём.

– Вы подозревали своего старого знакомого? – по-моему, это уже слишком.

– Да, и не вижу в том ничего удивительного. Разыграть хитроумную комбинацию только ради встречи с любимой женщиной, не считаясь с возможными жертвами, вполне в его стиле. Чтобы подтвердить или опровергнуть предположение, я и поехала к нему. А ты думал, мне просто потрахаться захотелось?

– Я вообще о таком не размышлял – это ваше личное дело. Однако где гарантия, что он не обманул? «Совы» те ещё лгуны.

– Резонно. Но, во-первых, я тоже вампир и очень хорошо распознаю враньё. Во-вторых, обыскала его вещи и залезла в телефон. В-третьих, если бы он стоял за нападениями, сегодня никто не писал бы на стенах: Рори в этот момент был занят, а гипотетическому помощнику он бы велел пока сидеть тихо, ибо изначально мы собирались ехать в школу вместе. Ну, и в-четвёртых, двадцать пять лет назад я досконально изучила данного кровососа и знаю о нём буквально всё: устойчивые свойства личности, умственный и эмоциональный интеллект, анатомию с физиологией, в конце концов. В моих руках у него нет шансов не расколоться. Что ты кашляешь? Я не про секс, хотя это тоже один из инструментов.

Тут уж я не мог не высказаться:

– Вы говорите о Рори так, будто он ваш подопытный, а не…

Выразив лицом отвращение, она закончила:

– Возлюбленный, что ли? Когда я признавалась, что испытываю к нему какие-либо чувства? Боги, ты узнал о нём девять часов назад и уже успел напридумывать всякого!

– Потому что не вижу всей картины. Вы же так и не поведали мне историю вашего знакомства.

Издав приглушённый стон, начальница соскочила на пол. Я сел и на всякий случай выставил вперёд руки.

– Отставить панику. Бить тебя не собираюсь. Мне нужно переодеться, потом я лягу и буду услаждать твой слух очередной повестью, – намёк понял, отворачиваюсь. Через пару минут, сменив джинсы и пуловер на просторную футболку, она забралась под тонкое одеяло, легла на бок, подперев голову рукой, и начала вещать:

– Первым делом хочу отметить следующее: господин О’Брайен в настоящий момент – самый старый из клыкастых тварей, обитающих на Земле. По году рождения он старше меня почти на сорок лет, по дате обращения – на двадцать два года. Можешь не прикидывать в уме, это произошло в тысяча девятьсот восемьдесят восьмом. Она была темпераментной итальянской вампиршей, молодой во всех отношениях, и по уши влюбилась в обаятельного, одетого с иголочки рыжеволосого аристократа, встреченного на каком-то светском мероприятии – пир во время чумы, все дела. Почему Рори не воевал? Отмазали. Он – младший сын в очень богатой и знатной семье. Предки владели одним из самых известных в Британии банков, так что мальчик буквально с рождения утопал в роскоши. Сделало ли его это заносчивой дрянью? Ни на унцию. Симпатичный, контактный, сообразительный – все любили этого милашку, и он отвечал взаимностью. Где работал? Начальник службы по подбору персонала в центральном филиале семейного предприятия. Управленец из него был прекрасный. Увы, жизнь внесла свои коррективы, и беззаботный менеджер стал изгоем, обитающим в ночи. С создательницей он быстро расплевался и вскоре попал под влияние властного, злого, харизматичного вампира из тех, кто хотел править человечеством. Планам «тёмного властелина» не суждено было осуществиться: люди объединились с адекватными кровопийцами, перебили наиболее сильных и опасных, заключили мир. На наставника Рори объявили охоту, и он сбежал, бросив ученика. Тот по инерции продолжил вспарывать шеи в тёмных переулках, однако довольно быстро отказался от убийств из-за нерациональности этого мероприятия, затем осознал, что творил, и с большим опозданием, но пришёл в ужас, а потом захотел понести наказание. Но как? Кончать с собой не пожелал, сдаваться властям не было смысла: вампиров не сажают в тюрьму, это невыгодно экономически и бесполезно в моральном плане. Поразмыслив, Рори нашёл способ хоть как-то искупить совершённые злодеяния: впал в спячку на сто лет.

– В смысле? Типа, я целый век ни на кого не нападал, значит, я молодец? Это же не вернёт убитых им людей!

Кивком выразив солидарность со мною, Ника объяснила:

– Конечно, ему следовало умереть, но меня в то время сюда не приглашали, а специалист уровнем ниже не справился бы. Что ж, фарш обратно не прокрутишь, так что вернёмся к нашему ирландцу. Как видишь, столетнее заточение не отразилось на его умственных и физических способностях. Между тем, пролежать в склепе так долго довольно сложно. Без железной воли и умения медитировать ты сойдёшь с ума в первое же десятилетие, к тому же полтора века назад нас не учили контролю над разумом.

– Как же вы тогда справлялись? – я вздрогнул, попытавшись представить, что чувствовали новообращённые.

– Хреново. Я, допустим, первые пять лет почти не спала: не могла расслабиться, и мучилась с волосами, отраставшими с чудовищной скоростью. А тут чудак без каких-либо особых умений, не прошедший подготовку в Министерстве или другой подобной организации, провёл целый век без питания, не двигаясь, в темноте и тишине, и сохранил рассудок! Когда об этом узнала мировая общественность, все крупные научные центры дико возбудились. Каждая страна хотела заполучить ценный экземпляр для исследований, но наши подсуетились первыми. Собственно, так мы и познакомились – я прилетела в Англию, чтобы всесторонне исследовать уникального вампира. При первой встрече очень удивилась: он довольно хорошо разбирался в происходящем вокруг, будто пробудился довольно давно. Оказалось, между окончанием спячки и явлением себя миру прошло около пяти лет, за которые предприимчивый О’Брайен успел влиться в современное общество. Оснований для выдворения из страны не нашлось: дом остался в собственности (и неплохо сохранился, потому что за ним следили заблаговременно назначенные поверенные), нетронутые за сто лет вклады обеспечивали постоянный доход, свидетельство о рождении имелось, а для обеспечения себя кровью аристократ закупил приличное количество кроликов и планировал заниматься их разведением в качестве хобби.

– А кем он собирался работать? Хотя, кажется, ответ очевиден. Детективом.

– Именно! Размер состояния позволял развлекаться и существовать в своё удовольствие много лет подряд, однако Рори захотел помогать людям. Мы с местным психологом долго пытались выяснить истинные мотивы, но в конце концов пришлось поверить в альтруизм вампира, как бы парадоксально это ни звучало. Мои исследования тем временем завершились. Ничего сверхобычного обнаружить не удалось, психологический портрет составили, оставалось самое важное: решить, можно ли дать душегубу шанс, или ликвидировать его от греха подальше. Моё мнение, как ни странно, было отнюдь не однозначным. Да, О’Брайен убийца и особого раскаяния в содеянном не испытывает. Он тщеславен, импульсивен, а ещё довольно умён и хитёр, чтобы вести свою игру за людскими спинами. Однако при должной мотивации вампир действительно способен принести пользу обществу. Нужно лишь подобрать кнут и пряник, которые его устроят.

– И вы стали тем пряником, коим можно и по лицу заехать при случае, – шутка получилась на грани допустимого, впрочем, начальница на неё не обиделась.

– Вроде того. В общем, убивать Рори не стали. Мне поручили оценить боевые качества ирландца и при необходимости обучить его нормально драться. Для тренировок выделили большой ангар на территории заброшенного военного аэропорта: возвели внутри несколько перегородок – получился большой зал, две маленьких комнатки и душевая, заново провели электричество и воду, поставили охрану. Кровь подвозили регулярно, так что пара лишних пакетов у меня в холодильнике была всегда. Приблизительно через неделю, поняв, на что способен мой подопечный, я попыталась его спровоцировать – начала нападать всерьёз. Он отреагировал именно так, как я ожидала. После тренировки пришлось идти мириться. Мы мило побеседовали, распили принесённую мной в качестве извинения порцию и, недолго думая, отправились проверять его кровать на прочность. Следующие десять дней и ночей оказались довольно-таки приятными. К концу моей командировки рыбка плотно сидела на крючке. Как видишь, за четверть века она с него не слезла.

– Понятно. Вы совсем ничего к нему не чувствуете? Он же наверняка вас любит, – рыжего аристократа было откровенно жаль.

– Он любит не меня, а себя в роли страдальца, волею судеб разлучённого с якобы лучшей женщиной на свете. Для дела этого хватает. Если тебя интересует моё отношение… как «друг с привилегиями» Рори меня устраивает, но любовью это назвать нельзя.

– А что, по-вашему, можно?

Она не ответила. Повернулась на спину, закрыла глаза и менее чем за минуту вырубилась. Я полежал немного, стараясь получше запомнить услышанное, и вскоре последовал её примеру.

Глава 6

– Как же всё-таки раздражает, – Ника покрутила головой. Ошейник, защищающий крупные кровеносные сосуды и позвоночник, был широким, массивным и отделанным снаружи серебряными заклёпками. Я сочувственно покривился:

– Очень больно?

– Чешется. Когда сниму, будет некрасиво – розовая полоса вокруг шеи. Одно хорошо – пройдёт за минуту. Ты готов? Тогда пошли, – распахнув дверь, начальница понеслась по коридору. Высунувшись из проёма, я огляделся. Похоже, ученики уже собрались в укрытии: ни голосов, ни топота, ни резкого запаха мальчишеского пота. Спустившись в холл, мы встретили Неймана. Судя по красным опухшим векам и цвету кожи, с ночи он не сомкнул глаз, однако голос звучал довольно бодро:

– Добрый вечер. Мы сделали всё, о чём вы просили. Спасибо за совет, стало гораздо спокойнее.

Госпожа Петрова еле заметно улыбнулась:

– Вы наверняка подобрали правильные слова, и теперь юные англичане чувствуют азарт вместо страха. Мальчишки…

Директор немного смутился:

– Лучше уж так, чем трястись и молиться. Кстати говоря, у одного из учеников, оказывается, есть маленький квадрокоптер для фото- и видеосъёмки. Можно запустить его завтра в лес.

– Шикарно! Детектив ещё не появлялся?

Человек мотнул головой. Вместе мы дошли до широкой двери красивого тёмно-бордового цвета. Закреплённая на ней проволока смотрелась довольно странно. Двери библиотеки, располагавшиеся чуть дальше, украсили точно так же.

– Яр, аккуратнее, лечить тебя пока нечем.

– Я даже не приближался. А как попасть внутрь?

Ника похлопала по карману куртки, затем вытянула телефон, углом которого постучала по дереву четыре раза. Изнутри незамедлительно спросили:

– Пароль?

Мистер Нейман, подойдя, громко сказал:

– Fortis fortuna adiuvat1[1], – ему ответили ещё одной латинской фразой и только потом повернули в замке ключ. Пожилой мужчина, видимо, один из учителей, отступил влево, пропуская нас. Огромное помещение было заполнено подростками. Мягкие кресла и столы сдвинуты к стенам, на них аккуратные стопки постельного белья, рядом гимнастические маты. Уворачиваясь от снующих туда-сюда людей, я добрался до решётки, преграждающей путь в библиотеку. Подёргал, пнул ногой. Вроде крепкая, но кто знает, насколько силён местный кровосос.

– Нужно выбить петли или использовать рычаг, – раздалось сзади. Я повернулся:

– Ведомый голодом вампир в первую очередь попытается решить проблему грубой силой. Потерпев неудачу, он начнёт искать альтернативные варианты, но к тому моменту мы успеем до него добраться. Привет. Как настроение?

– Нормальное, – кивнул Артур. – Директор всё-таки рассказал нам о происходящем. Попросил негласных лидеров поддерживать порядок. Вроде получается. Главное, чтобы никто не сбежал ночью.

– Мимо нас не проскочишь. В этот раз никого не покусают, а если появятся надписи, их не увидят. Расслабься. Тебе, кстати, сколько лет?

Мальчик погрустнел:

– Тринадцать. Знаю, выгляжу моложе, но такой уж родился. А это кто? – он указал на Нику, внимательно осматривающую вентиляцию.

– Она тоже вампир. Мы вместе работаем. Больше ничего сказать не могу, извини.

– Красивая, – вздохнул юный англичанин. Я, не сдержавшись, скептически хмыкнул:

– Это в тебе пробуждающиеся гормоны говорят. Подожди лет пять, и начнёшь разбираться, кто по-настоящему красив.

Начальница, будто услышав, уставилась прямо на меня. Вряд ли она смогла что-то разобрать сквозь гул голосов, поэтому я не отреагировал. В дверь снова постучали, шум на мгновение стих. Лёгкой тенью метнувшись к выходу, госпожа Петрова повернула ключ и прыгнула вперёд.

– Неужели это?.. – начал мальчик, но я успокоил его:

– Нет. Скорее всего, до нас добрался мистер О’Брайен, – сияющее лицо Ники не вызывало в том сомнений. Что ж, все в сборе, пора занимать свой пост. Попрощавшись с Артуром, я вышел, надеясь, что «друзья с привилегиями» уже закончили здороваться. Надежды не оправдались.

– Доброй ночи.

Нисколько не смущаясь, ирландец не спеша отстранился, выпрямился, отпустил довольную партнёршу и небрежно ответил на приветствие. Госпожа Петрова бесцеремонно ткнула его локтем в бок:

– Кровь принёс? – вскрыла поданный пакет, залила в себя пару глотков, не касаясь губами упаковки, и протянула мне остатки. Поправила маленький, с горошину, наушник, включила микрофон на куртке. – Разделите. Ты первый. А я пошла.

– Ни пуха ни пера! – сказал я в своё устройство, услышал в левом ухе тихое «к чёрту» и, не зная, как поступить, нерешительно помял в руках плотную гладкую фольгу, заламинированную полипропиленом.

– Решительнее, помощник. Я не отличаюсь брезгливостью, – от вежливого, чуть насмешливого тона по спине пробежал холодок. Не вступая в дискуссию с детективом, я отхлебнул около пятидесяти миллилитров. Особой потребности в питании не ощущалось, однако запас карман не тянет. Передав Рори остатки, я достал телефон, желая уточнить время. По плечу тут же постучали:

– Давай сюда игрушку. Незачем отвлекаться на дежурстве, – а если не отдам? Оторвёт с рукой, ответил я сам себе, передал смартфон на хранение рыжему вампиру и слегка обиженно поинтересовался:

– Вы ко всем так относитесь или имеете претензии только ко мне? Если последнее, хотелось бы знать причину.

– Никаких претензий. Просто учти на будущее – знаменитая английская вежливость порой неотличима от пассивной агрессии, – это меня устраивает. Буду внимательнее, и всё.

– Откуда вы берёте кровь? Я вижу наклейку с медицинскими обозначениями на упаковке, однако ваше государство не обеспечивает едой обитающих в ночи, – а ещё красноглазая двухсотлетняя «сова» вряд ли придерживается диеты из кроличьего суррогата. Как же он выкрутился?

– Конкретно эту порцию мне разрешили взять в пункте сбора крови специально для иностранных специалистов, а себе приходится покупать. Впрочем, желающих поделиться ресурсом довольно много, голод мне не грозит.

Сколько же женщин он окучивает? В лоб не спросишь, переформулируем:

– Как вам удалось это организовать?

– Довольно легко. По сути, нужны лишь деньги, а их у меня предостаточно. Арендовал подходящее помещение, закупил расходные материалы, нашёл медсестру, согласную приходить в кабинет раз в неделю, пустил где надо слух о платной сдаче крови и щедром вознаграждении для доноров. Человеческие болезни мне не страшны, поэтому все окрестные наркоманы, ВИЧ-положительные, бездомные и идейные бездельники быстро поняли, как подзаработать, если оказался на мели. Оплата только на карту или расчётный счёт, чтобы избежать воровства. Раза три-четыре пришлось объяснять особо наглым, как себя вести, после чего схема начала работать без сбоев, – эффективно, цинично, однако вреда людям, в сущности, не причиняет. Хорошо быть богатым и предприимчивым.

– Сколько миллилитров берут за один раз?

– Меньше, чем в официальном пункте переливания. А платят много больше, – понял, тему закрываю. Какое количество ценной жидкости вливает в себя детектив, мне знать незачем. Потоптавшись на месте, я решил пройтись по коридору и заодно проверить, как работает проволока на соседней двери. Касаться её, конечно, нельзя, однако интересно, на каком расстоянии будет ощущаться дискомфорт. Оказалось, между ладонью и металлом должно быть не менее пары сантиметров. Поднесёшь ближе – тянет, будто железо к сильному магниту пододвигаешь. Прекратив экспериментировать, я вернулся к застывшему у стены О’Брайену:

– Вы можете прислонить ладонь к проволоке?

Он равнодушно приложил руку, дёрнулся, скривился, показал мне результат. Дымящиеся следы затянулись практически мгновенно, но насколько это было больно, я представлять побоялся.

– При попытке сорвать защиту или рвануть обмотанную серебром ручку можно лишиться пальцев, а то и всей кисти. Таким образом, проникнуть в зал отсюда вампиру очень сложно. Хорошее решение. Не зря я пригласил именно Ник.

– У вас были другие варианты? – по моему мнению, об альтернативе Рори и не задумывался.

– Ты меня недооцениваешь. Увидеться с любимой очень хотелось, но дело превыше всего. Выбор был между ней, группой из Канады и американским бойцом. Канадцы отказались сами, реднека не захотел видеть премьер-министр: слишком большие запросы у той стороны. Считай, мне повезло.

Не ожидал подобного. О чём бы ещё спросить? Ночь долгая, молча смотреть в темноту скучно.

– Как думаете, когда мы его поймаем? И обойдётся ли без жертв?

– Сомневаюсь, – неохотно признался британский аристократ, потерев переносицу. – Слишком нас мало для такого количества народа. Когда – тоже пока неясно. Очень много неизвестных: один преступник или ему кто-то помогает, прячется он внутри здания, на территории или в лесу, есть ли оружие, какова истинная цель.

– А если он испугается, увидев нас, и сбежит отсюда?

– Не лучший вариант. Сын Гарольда будет вне опасности, поэтому вас отошлют, и мне придётся разбираться самому. Но, скорее всего, побега не случится. Этому сумасшедшему явно что-то нужно именно здесь. Кстати говоря, если удастся выяснить, что или кто, можно будет разыграть эту карту. Есть предположения? – их не было, но я задумался и, к явной радости Рори, какое-то время молчал. Выдвинув и опровергнув несколько теорий, сдался:

– Без Ники это гадание на кофейной гуще. Она разбирается в происходящем куда лучше. Что за странный звук?

– Кто-то храпит. Бедные дети! Если уж ты это услышал, им совсем несладко, – с храпом я раньше не сталкивался и тоже искренне посочувствовал подросткам. Низкие вибрирующие трели не смолкали часов до четырёх. Возможно, они отпугнули нашего маньяка: никто подозрительный так и не появился.

Глава 7

– Как у вас дела? – начальница подкралась, как обычно, бесшумно. – Я обошла все здания, простучала стены, заглянула в подвалы. Следов пребывания вампира не обнаружила, подозреваю, он где-то в лесу. Как рассветёт, запустим коптер. Придётся перебазироваться в зал, сейчас принесу вещи. Скоро наступит рассвет, нас вряд ли кто-то навестит. Впрочем, расслабляться рано. Продолжайте дежурство. Рори, он тебя не заболтал?

– Пытался. Ты была права, молодого человека почти невозможно заткнуть без применения грубой силы.

Я гневно возопил:

– Вам нужно было лишь попросить! Я не умею читать мысли. За сумкой схожу сам, заодно и чемодан прикачу, вы ведь его и не разбирали толком.

Ника попыталась возразить, однако я прибавил шагу и её аргументов не услышал. Добрался до правого крыла, зашёл в комнату, забрал багаж, отсчитал сто двадцать секунд и направился к залу, производя по пути достаточно много шума. Меня встретила недовольная и полностью одетая «сова».