Повелитель ветра

– Но вы говорите, что тогда вас схватили руки, а я видел щупальца, – он потер подбородок явно пытаясь сопоставить услышанное со своими мыслями.

– Я не видела, что это было, но мне показалось, что именно руки держали меня за плечи.

– Нам нужно позвать магилуса Стилмана. Он прибыл вместе с герцогиней и Фредом.

– Точно, гостей же было трое, – стукнула я себя ладонью по лбу.

– Да, но магилус за эту неделю ни разу не вышел из моей лаборатории. Он отшельник, ему чужды наши проблемы.

– Мы можем с ним поговорить? – воодушевилась я , не ясно чему.

– О чем? – посмотрели на меня с недоверием

– Не знаю, я еще не решила – ответила я ровно то что было в голове. И явно ошиблась с ответом.

– Ольмира, я пойду к нему один – кивнул он отпустив мои плечи и развернув меня в сторону двери.

– Хорошо, герцог, – надула я щеки, как будто он отобрал у меня игрушку и сделала шаг вперед.

– Не дуйся, я все тебе расскажу, – он взял меня за плечи и повел к двери.

– Вы правы, пора спать.

– Ты еще не выздоровела до конца, спокойной ночи. Веньер проводит тебя. И постарайся не показать ему своих сомнений пока я не выясню почему он врет.

– Хорошо – пробубнила, потому, что желание придушить начальника стражи было почти непреодолимым.

Приготовления ко сну не заняли много времени и сил которых к вечеру не осталось. Я юркнула под одеяло, словно норный зверёк, и сразу же провалилась в темноту.

Проснувшись по среди ночи без видимых на то причин я села на кровати. Комната была окутана густым, непроглядным мраком. Ни звука, ни дуновения ветерка. Странно… учитывая что кошмары сегодня меня не мучили.

Не находя ответа, я спустила ноги на пол. За окном кружился снег. Каждая снежинка была словно отдельный танцор в безмолвном вальсе. Незаметно для себя я начала напевать тихую колыбельную, всплывшую из самых глубин памяти. Возможно, когда-то давно её пела мне мама. Если, конечно, она у меня была. В приюте колыбельных не пели. Там просто гасили свет и командовали спать. Нарушителей отправляли ночевать в холл, а там всегда было жутко и холодно.

В ванной комнате послышался шорох. Неужели убийца снова пришел за мной? Я притихла, прислушиваясь к звуку. Но он как будто затаился понимая, что его услышали. Постояв еще несколько мгновений я приняла решения все таки посмотреть, кто мой гость.

На цыпочках, словно тень, я подкралась к двери ванной. Оттуда доносился едва слышный шорох, а из-под щели пробивался призрачный, синий свет.

"Ага, кажется, знаю, кто там прячется," – промелькнуло в голове.

– А ну, стоять! – рявкнула я, молниеносно распахнув дверь и хлопнув в ладоши, чтобы зажечь магические светильники.

Синий огонек, стремительно вырвался из шкафа с полотенцами и устремился к окну.

«Нет уж, на этот раз не уйдешь! – пронеслось у меня в голове. – Я покажу тебя Викториану, чтобы он перестал считать тебя плодом моего воображения.»

Он метался по ванной комнате, словно пойманный в клетку мотылек, а я преследовала его, тщетно пытаясь поймать. Пару раз мои пальцы почти коснулись его мерцающего тельца. Значит, светлячок материален, и его действительно можно поймать. Но чем?

Внезапно меня осенило: банка! Вытряхнув из огромной стеклянной емкости все благоухающие соли для ванны, я притаилась за бортиком бассейна. Выждав момент, когда синий огонек завис пониже, я бросилась на него.

С оглушительным криком я рухнула в бассейн. Банка выскользнула из рук и покатилась по скользкой чаше. По пути я нечаянно задела стопку мягких полотенец и шелковых халатов, и они обрушились на меня лавиной. Но главное – он в банке! Я успела поймать ее и даже захлопнуть крышку.

– Ага, попался! – торжествующе воскликнула я, водрузив банку над головой, сидя в ворохе шелковых халатов.

– Мисс Мира, не стоит так сильно трясти фамильяра, это живое существо, – Викториан стоял в дверном проеме, облаченный лишь в пижаму, подпирая косяк плечом.

– Ой, вышло громко, да? – я одарила его самой невинной из своих улыбок.

– Ну, не то чтобы очень, слышно было всего на три этажа… хотя на третьем всё равно никто не живет.

– Простите, просто я увидела, его и решила поймать чтобы показать вам. – я бережно подняла банку, стараясь не потревожить ее хрупкого обитателя.

– Вы сами выберетесь или вам помочь? – улыбнулся он не сходя с места.

Я водрузила банку на край бассейна и принялась высвобождаться из цепких объятий полотенец и халатов. Упрямо не желая отпускать, они словно пытались удержать меня. В итоге я решила облачиться в один из халатов, ведь предстать перед герцогом в одной ночной сорочке, пусть и достигавшей пола, было бы не совсем уместно. Викториан все это время молча наблюдал за мной, прислонившись к дверному косяку.

Оправив сползающий халат, я протянула банку герцогу:

– Вот, смотрите, я его поймала!- подошла я к Викторану

– Умница моя, – он принял банку и небрежно потрепал меня по голове. – Так-так-так, кто тут у нас? Элим! Разве тебе можно покидать пределы библиотеки? Как ты тут оказался, дружок?

На вопрос герцога фамильяр, казалось, отвечать не собирался. В целях самосохранения он принял форму невзрачной коробочки и демонстративно захлопнул крышку.

Я тихонько хихикнула.

– Вы сговорились?! – Викториан метал громы и молнии, переводя взгляд с меня на банку.

– Да мы вообще не знакомы! Как мы могли сговориться? Я за ним полчаса по всей ванной гонялась! И вообще, это он привел меня к чудовищу, если вы забыли!

Элим немедленно превратился в нежный цветок.

– Малыш, это ты мне? – лепестки раскрылись еще шире.

– Спасибо! Очень приятно, – промурлыкала я.

– Его нужно отпустить. Он все равно никуда не денется, дальше замка точно не сбежит – скомандовал Викториан глядя на нас обоих.

– Чтобы потом снова ловить? Нет уж, пусть посидит и подумает, как рыться в моих вещах и вести меня навстречу верной смерти – уперла я руки в бока.

Цветок поник и начал осыпаться.

– Он прав, Мира. Его нельзя держать в банке, он там погибнет. Здесь нет магии, ему нечем питаться – объяснили мне как ребенку который не хотел расставаться с игрушкой.

– А где он берет магию?

– В стенах замка множество вещей, зачарованных магией. Он питается от них, либо от меня.

– То есть вы знали, что он летает по замку, и ничего не сказали, когда я рассказывала о нем?

– Ольмира, я правда не понимаю, как он оказался за пределами библиотеки.

– Может быть, кто-то его выпустил?

– Получается, выпустили его ночью, но на следующий день, когда мы были в библиотеке, Элим был там. Но двери под магической защитой, и он не мог их открыть…

– Да, вы правы. Нам нужно немедленно идти в библиотеку и осмотреть ее.

– Прекрасная идея, но тебе сначала нужно одеться. Не стоит разгуливать по замку в халате.

Я распахнула дверцы шкафа, схватила первое попавшееся под руку домашнее платье и юркнула в ванную.

– Буду готова через минуту – крикнула я из-за двери

– Звать горничную? – спросил он, явно стоя под дверью.

– Я и есть горничная.

Минут через пять я стояла возле герцога, облаченная в платье, а в руках сжимала банку которую отобрала как только вышла.

– Идем? – короткий кивок в сторону двери.

– Идем – шагнула я вперед.

Мы двинулись по коридору, где Викториан одним взмахом руки зажег все факелы. Двери библиотеки были как всегда, закрыты.

– Как ты выбрался? – герцог бросил взгляд на банку. Светлячок внутри оставался неподвижен.

Он призвал порыв ветра, и двери распахнулись. Элим встрепенулся и заметался в своем стеклянном плену. Мы вошли.

– Открой банку и отпусти его – снова скомандовал он, глядя на банку.

– Чтобы потом ловить?- упиралась я , не желая расставаться со своей добычей.

– Мира, он сейчас погаснет. В нем почти не осталось магии. Если ты его не отпустишь, он умрет.

Я нехотя приоткрыла крышку. Элим вырвался на свободу и умчался вглубь библиотеки.

– Элим, вернись и объясни, как ты попал в коридор!

Светлячок выглянул из-за стеллажа, подлетел ближе и потянул нас за собой. Герцог последовал за ним, и мы миновали пару стеллажей. Внезапно Элим свернул влево и замер над верхней полкой.

– Давай, – скомандовал Викториан.

С полки упала книга и раскрылась, словно повинуясь невидимой руке по всему судя на нужной странице.

– Викториан бережно поднял книгу, и углубился в строки, храня молчание.

– Ясно и давно от тут? – обратился он Элиму с серьезным лицом.

Светлячок, встрепенувшись, пустился в пляску: вправо, словно нерешительно кивая, затем влево, отметая утверждение, и снова вправо. Я не могла сдержаться и дернула герцога за рукав.

– Ну что там? – нетерпеливо прошептала я, пытаясь заглянуть в книгу, но ее нагло захлопнули прямо перед моим носом.

– Пойдем, я сам тебе все расскажу.

Он взял мою руку в свою, и мы стремительно направились к выходу. Я едва поспевала за ним, почти бежала.

Дверь в кабинет распахнулась, и я опустилась в кресло. Викториан положил книгу на стол и занял свое место. Несколько томительных минут он хранил молчание, погруженный в чтение. От нетерпения я извивалась в кресле, сменив уже третью позу.

– Успокойся, мне нужно дочитать - наконец, он поднял на меня глаза.

– Я не могу! Вы мне ничего не говорите, я умру от любопытства! – надула я щеки

– Если дело обстоит именно так, как утверждает Элим, то от любопытства ты умереть не успеешь. Нам всем грозит опасность посерьезней.

– Ну что там?! – воскликнула я, вскакивая с кресла и переваливаясь через стол, чтобы хоть одним глазком взглянуть на книгу.

Он как будто специально дразня меня откинулся на спинку кресла и начал свой рассказ:

В те дни, когда галаки окрыли разлом, их вел за собой Шример, шаман, чьи ритуалы прокладывали путь сквозь миры. Разлом – зловещая брешь, портал из Бездны, откуда явились эти твари, – требовал чудовищной платы за свое открытие: кровь сотни соратников, добровольно принесших себя в жертву, и кровь истинного врага. Шример, плетя сети обмана, заманил в Бездну Вальтера Вествуда, величайшего мага той эпохи, повелителя молний. Его кровью галаки заплатили за право вторжения на наши земли.

Когда отец воздвигал Купол над разломом, Кайя, супруга Вествуда, смешанный маг, прекрасно владеющий всеми стихиями, вложила всю свою скорбь и ярость в последний, отчаянный удар в попытке мести за смерть мужа. В момент завершения ритуала, в безумном порыве гнева, она швырнула Шримера в зияющую пасть Бездны, тем самым нарушив плетение заклинания и прервав мигалуса, проводника ритуала. Мы были уверены, что Шример обречен вечно скитаться в Бездне, пока не сможет повторить ритуал. Я даже осмеливался надеяться, что после такой неудачи он не выжил, но, увы, я ошибся.

Ибо у Шримера был фамильяр – мерзкое создание, чудовищная ящерица ростом с человека, из чьего искореженного тела торчали шесть извивающихся щупалец. Это отвратительное существо, как и галаки, питалось эмоциями людей, но его интересовали лишь страх, ненависть и зависть. Остальные он запечатывал, словно консервировал, дабы галаки могли полакомиться ими позже.

– Вы хотите сказать, это оно пыталось заманить меня в подвал?! – в голосе звучало потрясение, граничащее с ужасом.

– Полагаю, да, – задумчиво ответил он. – Но не понимаю, зачем ему эта игра в прятки? Почему не напал открыто, зачем выжидал, пока ты сама спустишься в подвал?

– Может быть, оно ранено? Потому и не может использовать свои силы в полную мощь?

– Или истощено… всего одна девушка – ничтожная подпитка. Но тогда почему не тронуло остальных? Кроме тебя и Фреда, никто не смог бы ему противостоять.

– Вы хотите сказать, Силь выпило оно?

– Да, я уверен. И это значит, у нас есть шанс её спасти! Мы сможем вернуть ей запечатанные эмоции, за исключением тех, что поглотил монстр. Но человеческое тело способно восполнять утраченное, когда возвращается к нормальному состоянию.

Я молча сидела на столе, слушая его, и вся эта невероятная история никак не укладывалась в голове.

– Но зачем я? Почему именно я, а не вы или герцог Освальдер?

– Мы – слишком сильные противники. А ты… ты маг молний, который не может себя защитить.

– Точно, недоучка, которая не умеет пользоваться своей силой и даже книгу толком прочесть не в состоянии, – тихо пробормотала я, чувствуя, свою никчемность.

Плечи поникли, и я, сломленная, опустилась на край стола, отвернувшись от герцога.

Его рука накрыла мою.

– Мира, я помогу тебе. Все будет хорошо, – произнес он тихо, но в его голосе звучала непоколебимая уверенность.

– Зачем Вам это нужно? Я… всего лишь горничная, – прошептала я, ощущая, как ком подступает к горлу.

– Ты – Повелитель Молний, первая за пятнадцать лет, после трагической гибели Вествуда. Других Повелителей Молний в нашем мире нет. Поэтому, если Шример на свободе, ты – его главная цель. Маги молний – самые сильные проводники стихий, и если он доберется до тебя, то сможет повторить свой чудовищный ритуал. И думаю, в этот раз он не допустит, чтобы купол закрылся над разломом. Тогда все твари хлынут на земли Викентронии, а затем расползутся по всему миру, обратив его в хаос.

– Ну какой из меня сильный проводник? У меня всего лишь несколько искорок на кончиках пальцев… – пролепетала я, и слезы хлынули из глаз.

Викториан обошел стол, поднял меня на руки и, усевшись в кресло, усадил к себе на колени. Он начал гладить меня по голове, как в ту ночь, когда мне приснился кошмар.

– Тихо, Мира. Я буду с тобой до конца. Что бы ни случилось. Даже если мне придется умереть за тебя, – прошептал он, и его слова прозвучали как клятва.

Я положила голову ему на плечо и зарылась носом в его шею, плача безутешно. Он гладил мои волосы, что-то шептал успокаивающее, но я не слышала слов, утопая в волнах отчаяния. Истерика накрыла меня с головой.

Успокоилась я лишь двадцать минут спустя. В окно уже пробивались первые лучи рассвета, а я все еще сидела у него на коленях, чувствуя его тепло и поддержку, и он продолжал тихонько гладить меня по волосам.

Когда рыдания стихли, сменившись лишь тихими, прерывистыми всхлипами, он бережно подхватил меня на руки. Вместо моей комнаты, он понес меня в свою спальню. Там, словно ребенка, уложил на шелковые простыни и укрыл теплым, пушистым пледом. Сам же, опустившись в кресло у окна, погрузился в молчание.

Веки мои отяжелели, мир расплылся, и я провалилась в объятия дремоты, а затем и в глубокий, спокойный сон.

Глава 6

Утро встретило головной болью.

Я села в постели, ощупав её руками чтобы убедиться в своем одиночестве и на кровати я была одна. Обводя взглядом чужие покои на всякий случай ощупала одежду, платье было на месте и застегнуто на все пуговицы. То есть меня ни кто не трогал с того момента когда я уснула. Интересно где ночевал герцог?

Из ванной доносилось журчание воды. Неужели он принимает ванну зная что я сплю в его кровати?

Фантазия, словно всполох молнии, пронзила сознание подкидывая мне картинку из прошлого. В воображении возник образ: Викториан, обнаженный, под потоками воды, ниспадающими по его торсу, туда, куда приличия не позволяют даже взглянуть. Влага струится по мускулистым ногам, разбиваясь хрустальными брызгами о пол купальни.

Жар волной прошелся по телу. Я прижала ладони к пылающим щекам и откинулась на подушки пытаясь успокоиться.

– Проснулась, – у кровати стоял герцог. Одетый. Лишь влажные волосы, с которых капли воды мерно падали на домашнюю рубашку, выдавали его недавнее пребывание в ванной комнате.

Да,– голос предательски дрогнул.

А чего такая взволнованная? Что-то приснилось? – спросил он как будто зная о чем я думала минуту назад.

«Упаси боже увидеть такое во сне», подумала я потирая лицо руками. И почувствовала как под весом герцога прогнулся край кровати.

Мира, все хорошо?- переспросил снова, чуть подавшись вперед и положил руки на мою ногу.

Да, лорд Викториан. Просто не выспалась – дернула я ногой, по которой побежали мурашки, даже не смотря на то, что между его рукой и мной было две юбки.

Прости, я разбудил тебя?

Нет, что вы, я проснулась сама.

Понятно. Ну, вставай. После завтрака пойдем к магилусу.

Осознав, что уже утро и скоро придет горничная я подскочила с кровати, как ужаленная, и бросилась к двери. Что теперь подумает обо мне прислуга, с которой мы пять лет служили бок о бок? И, хуже того, мисс Гальера. Судьба словно нарочно толкнула нас в дверях.

– Доброе утро, Векториан! Завтрак для мисс подавать в ваши покои? – она прищурилась, насмешливо вскинув бровь.

Завтрак Гальера подавать в разные покои. Я позавтракаю в кабинете, – отрезал он жестким тоном.

Да, герцог, – промурлыкала она, удаляясь с чувством выполненного долга.

Я хотела пойти к себе, но злость взяла верх и я последовала за ней, ощущая, как в груди разгорается пожар. Мне нужно было все объяснить ей, до того как слухи поползут по замку.

Не берешь ли ты на себя слишком много, милая девочка? – процедила Гальера, не поворачивая ко мне головы в узком коридоре.

Это не то, о чем вы подумали. Я просто уснула в его покоях, а герцогу не пристало разгуливать по замку с прислугой на руках.

Ах, вот оно что. Это многое объясняет. Будить случайно уснувшую прислугу и вышвыривать её из своих покоев ему, конечно же, тоже не пристало, – её голос сочился ядом.

За что она так со мной? Я понимаю, ей претит прислуживать бывшей горничной, но разве я виновата в том, что хозяин дома объявил меня гостьей и запретил работать?

Добралась до своей комнаты, решив не беспокоить прислугу. Викториан уже распорядился насчет завтрака, а с утренним туалетом я справлюсь и сама.

Полчаса спустя стояла перед шкафом, выбирая наряд. Взгляд уже неделю притягивало зеленое платье – особенное, более пышное, чем остальные, с открытыми плечами, но целомудренно высоким воротником. Впрочем, после сегодняшней ночи в мою целомудренность уже никто не поверит. Ну, раз терять нечего, надену его и туфельки с зелеными камушками. А вот заплести волосы не смогу, решила распустить их, подвязав лентой, словно ободком, чтобы не лезли на лицо.

Завтракала у окна, за которым этой ночью сад и полигон укрыла снежная шапка. Снег кружился и падал, обнимая землю и серые шпили замка.

В дверь постучали.

Я войду? – герцог не стал врываться как ветер, а учтиво попросил разрешения. Удивительно...

Да, конечно, Викториан.

Если ты закончила завтрак, можем отправляться к Магирусу.

Я готова!- я подскочила, дожевывая сдобную булку, и стряхнув с платья крошки сделала шаг в сторону двери.

Он на замер, окинув меня долгим изучающим взглядом.

Вы прекрасны, мисс Ольмира – произнес он полушепотом, не отводя от меня взгляда.

Спасибо, – щеки предательски вспыхнули, и я отвела взгляд.

Лучше накиньте шубу, мы идем на улицу.

На улицу? Но Магирус ведь гость вашего замка – удивилась я услышанному, точно помнила, что он живет в этом доме.

Он покинул замок в тот же день, когда убили герцогиню. Теперь он поселился в особняке у самого рубежа.

Значит, мы поедем к рубежу? – расширила я глаза.

Да, со мной вам ничто не угрожает. Я сумею защитить даже такую недоучку, как вы, от галаков, если они вдруг решат напасть.

Не думаю, что они нападут на Защитника Разлома – улыбнулась я, делая ему фактически комплимент.

Увы, и такое случается. Но сейчас все спокойно иначе я е стал бы рисковать вашей жизнью.

Мы вышли из замка на полигон. Двор был покрыт первым снегом, мои сапожки немилосердно утопали в нем, а рукавички, надетые наспех, казалось, вот-вот соскользнут. Герцог шел впереди, но, заметив мою неловкую борьбу со стихией, замедлил шаг, а потом, не говоря ни слова, подхватил меня на руки.

Герцог Викентрон, вы меня компрометируете! Весь замок видит! – возмутилась я пытаясь освободиться.

Хорошо, мисс Мира, сделаем вид, что я не просто несу вас а взлетаю, – усмехнулся он и оттолкнулся от земли.

Инстинктивно схватившись за его шею, я завизжала ему прямо в ухо прижавшись плотнее.

Тише, тише, ничего страшного, мы полетим низко, – успокоил он как будто это помогало.

А низко… ну, тогда ладно.Это в корне меняет дело – ворчала я боясь открыть глаза.

Не знаю сколько я сидела так на его руках, но любопытство взяло верх и я все таки распахнула глаза. Нас несло в вихре снежной пыли. Мы летели, вот так просто, в самом сердце снежного смерча, совсем не высоко, едва касаясь крыш города, не задевая пушистых облаков. Я инстинктивно вцепилась в него еще крепче.

Расслабься, Мира, а то ты меня сейчас придушишь, и обратно пойдешь пешком – смеялся он, мне в ухо.

Я глубоко вдохнула. Как ни странно, мороз не сковывал кожу, лишь ласковый ветер играл в его русых волосах и весело трепал мою золотую копну, некогда коротко остриженную до плеч, а ныне струящуюся до пояса. Непослушные пряди то и дело выбивались из моей прически, падая на лицо герцога. Я бережно убирала их, робко извиняясь. Спустя несколько мгновений напряжение отступило, и я позволила себе окинуть взглядом открывшийся пейзаж.

Внизу раскинулись владения герцога, Викентрония, сердцем которой был город Валкент. Город, прильнувший к подножию замка, дышал жизнью. В центральной части высились каменные дома, по мощеным улицам сновали экипажи. Здесь обитали зажиточные господа, почти каждый из которых служил герцогу, нося военное звание или занимая высокий пост в совете герцогства. Дальше располагались дома простых горожан. Многие из них также служили герцогу, но были и те, кто посвятил себя ремеслу: пекари, портные, швеи, державшие свои лавки на шумном базаре. Викентронию почитали не только за то, что Викториан был защитником Разлома, но и за прославленный Институт Магии, чьи выпускники ценились во всем мире как лучшие из лучших. Дальше, теряясь в дымке, виднелись деревеньки и поселения. Многие из слуг герцога работающие со мной в замке были родом оттуда, и раз в год он отпускал их навестить родных. Но мне некуда было ехать. Меня нигде не ждали.

Мы подлетели к довольно скромному особняку, увитому плющом, который сейчас был прикрыт шапкой снега. Герцог спрыгнул на землю, по-прежнему держа меня на руках.

Простите, могу я идти сама? – робко пропищала я ему в ухо.

Уверена? – он вопросительно вскинул брови, и шрам на его лице, при свете дня, казался уже не таким грозным, скорее, печальным напоминанием о прошлом.

Да! – я утвердительно кивнула, упрямо сжав губы.

Он бережно опустил меня на землю, и мир вокруг слегка поплыл. Крепкая рука поддержала меня, вернув равновесие. Не видя смысла сопротивляться, я приняла предложенную опору и взяла герцога под руку.

Мы приблизились к массивным дверям с резными ручками в форме змеи. Викториан, бесшумно распахнул их одним движением, галантно пропуская меня вперед. Внутри особняк дышал сдержанной элегантностью. Обстановка была лишена вычурной роскоши, но каждый предмет мебели, отполированный временем и заботой, казался частью единой симфонии стиля и вкуса.

Мне помогли снять шубу и усадили на мягкий, глубокий диван, словно обнимающий.

Подожди минуту, я найду Стилмака - он стремительно ушел вглубь особняка.

Обстановка этого дома казалась до боли знакомой, словно каждый предмет, каждый торшер был частью моей собственной памяти. Но больше всего притягивала взгляд картина над массивным камином. На холсте запечатлена женщина лет сорока, с волосами цвета спелой пшеницы, ниспадающими на плечи. В ее голубых, пронзительных глазах застыла тоска, обращенная в даль. Казалось, она ждет, вглядываясь в горизонт, словно предчувствуя чье-то возвращение.

Это Кайя Вествуд, жена мага молний, принесенного в жертву шаманом Шримером. Пять долгих лет она ждала мужа, пропавшего в бездне – грустно произнес Викториан незаметно подошедший сзади.