Разыскиваются хранители

Глава 3 Начало пути

− Знаю. Яся не вредничай.

− И ничего я не вредничаю! − возмутилась я. − Кого папа на прошлой неделе к ветеринару возил?

Василий фыркнул и, отойдя на безопасное расстояние, стал вылизывать лапу.

− Ты что, − пришла в голову догадка, – симулировал? − Яш, зачем?

−А котлету дашь?

Прикусила губу, чтобы не засмеяться.

− Миску сметаны?

Василий обиженно дёрнул усами и повернулся хвостом.

− Вот же вымогатель пушистый, хорошо, с меня котлета.

Кот торопливо развернулся.

− Со сметанкой, − уточнил он.

− Ты ни капли не изменился, шантажист, − расхохоталась я. Выбрала одну из котлет положила её в кошачью миску и тщательно разломала вилкой. Рядом поставила небольшое блюдце со сметаной.

Пока фамильяр справлялся с котлетой, попробовала борщ. Понравилось. Налила себе целую тарелку.

«Что-то меня в последнее время на еду тянет, хорошо, что потолстеть мне не грозит, а то была бы как Василий», − подумала и удивилась, впервые мысленно назвала кота другим именем.

− Так зачем ты притворялся? – напомнила, когда расправилась со своей порцией.

− Показалось.

– Что показалось, горюшко, ты моё?

Но хитрец быстро откусил от котлеты очередной кусок, и невинно посмотрел на меня, мол рад бы ответить, но не могу, извини.

– Ты, Вась, на грубость нарываешься? – ласково сказала я, взяла в руки полотенце и выразительно похлопала им по ладони.

− Тихо, тихо. Уж и пошутить нельзя? − пошёл на попятную кот. – Один из новых посетителей, очень уж Кощея напомнил. Ну, ошибся с кем не бывает. Думал разбужу и его, и тебя заодно, будем вместе его амулет искать. Как он хоть выглядит?

Мои глаза стали квадратными.

– Откуда я знаю?

Схватила со стола графин и налив себе стакан воды с наслаждением выпила. Успела, впрочем, попастись в памяти Ядвиги, но и она не знала ответа.

− Кощей в нашу последнюю встречу говорил, что ты в курсе всех его исследований. Так что, ты мне расскажи, чего вы там наисследовали?

Василий обалдел. Впрочем, он довольно быстро взял себя в лапы и сменил вид на задумчивый.

− Кстати, ты же котёнком не говорил по-человечески, или я чего-то не помню?

− Не говорил, − рассеянно подтвердил кот. Леший после свадьбы решил отблагодарить. Посмотрел на моё вытянутое лицо и всполошился:

− Только не спрашивай, кто такой. Ты что совсем всё забыла?

Виновато развела руками.

– Нет, что леший – дух леса, это я знаю. Но почему-то мне кажется, что ты спрашиваешь про кого-то конкретного, – поспешила оправдаться. – Интересно, а как у леших свадьба проходит? Они же нечисть!

Но кот, только тряхнул ушами, проигнорировав последний вопрос.

− Бедная, ты моя, − посочувствовал Василий. – В одном ты права: леших действительно много, каждый в своей сказке. Ладно, прорвёмся, как говорит твой отец. Что я вспомнил. Перед тем, как нас переродить, Макошь сказала, что сможет помочь только единожды, передать, то что попрошу.

− А ты знаешь, что просить? − полюбопытствовала я.

− Подозреваю, − хмуро зыркнул Василий, − не мешай.

Он уставился куда-то в пространство, кончик его хвоста подрагивал. Видимо, его призыв был услышан, потому что в середине стола закрутился маленький вихрь. Потанцевав немного, он рассеялся, оставив после себя ощущение прохлады и тонкое, почти невесомое белое кружево с крупным узором из сплетённых деревьев с прозрачной листвой.

− Ого! − я схватила кружево, и с уважением посмотрела на кота. − Да ты крут, приятель.

− Что там написано, − встал на задние лапы кот, прищурил зелёные глаза.

− Где?

− Наверху над узором, − пояснил, пританцовывая кот.

Присмотрелась и удивлённо моргнула, на кромке кружева проступили буквы.

Под крыльями орла − два времени, звёздное и земное. Сокровище скряги вложи в клюв петуха. Рассвет закончит остальное.

− Что за бред? − удивилась и взглянула на кота.

Но передо мной сидел, облизываясь золотоглазый Яшка.

Пуговицы с шелестящим постукиванием сыпались сквозь пальцы. Зачерпнув очередную горстку и пересыпая её из ладони в ладонь, думала. Почему-то с самого раннего детства повелось, что за этим занятием я проводила долгие часы, сочиняя свои бессмертные творения, или очередные проказы. Мои сокровища хранились в потёртом кожаном чемодане – это память о работе бабушки, маминой мамы, на трикотажной фабрике. Мама забрала у неё чемодан, надеясь, что дочь будет шить. Погорячилась, конечно. Сидеть за швейной машинкой я так и не полюбила, хотя простую строчку выполнить смогу. Гораздо интереснее разглядывать узоры на пуговицах и размышлять, пересыпая их из руки в руку. Медитативному занятию не мешал никто, даже Яшка – ярый любитель клубков, мячиков и всякой рассыпающейся мелочи.

Эйфория от сказочности спала, включилось критическое мышление. Шевельнула пальцами, сбросила очередную порцию пуговиц и снова погрузила руки в блестящие россыпи, набирая полные горсти.

Итак, что мы имеем? Говорящего кота плюс вторую сущность, подселённую в моё родное тело. Не будем заморачиваться с техническими подробностями, допустим, всё, что сообщил Яшка-Василий, правда. Что получается? А получается полный ужас. То, что автоматически наследую функции хранительницы сказки – полбеды. Но бросать родителей и переселяться в какое-то Густолесье? А если верить открывающимся постепенно файлам памяти Бабы-Яги, королевство с нормальным населением там в двух часах полёта на ступе, а так хранители общаются только между собой. Нет, ну, есть ещё птички, зайки, медведи, но ждать пока к тебе в избушку забредёт нормальный Иван-царевич, отбиваться от всяких приблудных дураков? Не хочу! Я ещё школу не кончила.

Вспомнила видение в зеркале и попыталась представить себе ту девушку

«Прости, ты симпатичная, но становиться тобой я не буду».

Кажется, она меня услышала, потому что энергично кивнула. Попыталась, что-то сказать и развела руками, прости мол, не получается. Пошевелила бровями, попыталась снова, не смогла, отчаялась и махнула рукой. Перед моим внутренним взором мелькнула тонкая завеса, колеблющаяся на ветру. Граница – пришло понимание. Кое-где в ней зияли прорехи. Для восстановления нужно было влить в них силу. И похоже Ядвига этим занималась не единожды. Во всяком случае на меня вылилась такая усталость, что захотелось лечь рядом с чемоданом, обнять его обеими руками и не выпускать.

− Да, Яся, − выдохнула, когда отпустило, − досталось тебе. Ладно, помогу чем смогу.

Вновь перевела взгляд на пуговицы, отчего-то показалось важным найти некоторые из них. Зарылась в россыпи своих сокровищ, через пять минут задумчиво созерцала пять пуговиц, разложенных на бортике чемодана. На одной из них был изображён лист то ли клёна, то ли платана, с крохотным стебельком нового побега, на другой – факел. Три других были обычными пластмассовыми: тёмно-вишнёвая на ножке, плоская кофейного цвета с чёрными разводами, а третья – чёрная божья коровка.

− Ну, и что бы это значило? − спросила в пустоту. Естественно, никакого ответа не получила, но послышался звук открываемого замка, приехали родители.

Пихнув пуговицы в карман бриджей, закрыла чемодан и вышла в коридор. Яшка уже сидел там и попеременно ласкался то к отцу, то к матери.

− Я же говорил, порядок будет, − заметил отец, проходя в комнату. Молодчина, Ян.

Кот заурчал, напоминая о себе и потёрся о его ноги.

− И ты, молодец! Морда, ты кошачья, иди ко мне.

Яшка без особых усилий прыгнул к нему на руки.

− Тяжёлый, − привычно удивился отец, − чем тут тебя Яна кормила, а, сознавайся?

Кот зажмурил глаза и выдал громкое мурчание, уходя в полную несознанку.

− Ты не голодная, Яся? − поинтересовалась мама.

− Кто? − хором спросили мы с отцом. Я аж опешила. Откуда? Не могла же она знать…

Яшка удивлённо распахнул свои золотые глазищи.

− Ну, мне показалось, что твоё имя так красивее звучит, − стушевалась она.

− Ааа… − протянула, пытаясь согнать с лица удивлённое выражение.

− Слишком мягко, − усомнился отец и повторил словно пробуя имя на вкус, − Яся, Яся…

− А мне нравится. Кстати, я борщ сварила, и котлеты сделала, хотите?

− Умница дочка, − одобрила мама, − мы всё хотим. А у нас к столу пирожки с дачи, Дим, там в сумке достань.

Папа кивнул и вместе с Яшкой пошёл в коридор.

− Сейчас чайник поставлю, − сообщила я. Мойте руки.

Тёплый молочный свет проникал сквозь шторы. Лёжа на подоконнике, Яшка бдительно осматривал двор. Вроде бы всё спокойно, на качелях с утра никого нет, ворота в детский сад ещё закрыты. По дороге, свободной от припаркованных автомобилей, спешит на работу соседка Елизавета Семёновна, на ходу поправляя белую шаль, надо её коту мозги вправить опять заиграл хозяйскую брошку. А это ещё что за неучтённый птиц? Яшка подобрался. Нахальный пришелец, оказался воробьём, нырнул в крону липы и начал сварливо выяснять отношения с местной вороной. Та спускать наглецу не собиралась и скоро из листвы с шумом и карканьем вылетел чёрно-серый ком, теряющий перья.

– Ка-ка-ка, – подбадривая ворону, – вскричал Яшка, распушив хвост и опершись лапами о стекло. Услышав его сквозь сон, я недовольно скривилась и натянула на голову одеяло. Яшка стал перебирать лапами, скрип сделался громче. Пришлось разлепить глаза и вставать. Заодно поняла, что на дворе рань ранняя, поднеся к глазам мобильник, убедилась, что до подъёма было ещё пять минут.

– У, ж-животное! – выругалась в полный голос, выключая будильник.

Сообразив, что хозяйка злая и не дожидаясь, пока ему влетит, кот спрыгнул с подоконника и забился под кровать. В прыжке задел календарь и тот слегка покосился. Красный пластиковый квадратик радостно сигналил – сегодня последний учебный день. Принюхалась. С кухни уже доносились сногсшибательные ароматы кофе, оладий и маминого фирменного печенья. На душе потеплело. После завтрака мы с родителями разошлись. Кто в школу, кто на работу.

Несмотря на то, что большинство учащихся откровенно скучали, занятий в предканикулярный день никто отменять не собирался. Нам повезло, взяв с нас слово, что мы будем тихими как мышки, классная руководительница отпустила нас с последнего урока, правда, задала кучу всего на лето . Выйдя за ворота школы, посмотрела на часы и поняла, что у меня есть время немного прогуляться.

Шла между домов по щедро посыпанной гравием дорожке, старательно обходя лужи, вдыхая свежий после дождя воздух, пинала кроссовкой камень и размышляла.

На куске кружева, феерически возникшем на кухне был лес, на одной из пуговиц тоже.

В принципе можно подумать, что меня кто-то приглашает на лесную прогулку. А что означают все остальные?

Василий – фрукт, изображает из себя бойца невидимого фронта, партизан доморощенный. А эта надпись? Что я должна найти? Попыталась воззвать к памяти Яси, но точно в стенку упёрлась.

Так, если рассуждать логически, то в первой части послания говорится о времени, а что у нас показывает время? Правильно – часы. Додумать дальше не успела.

– Янка? – раздалось сверху.

Подняла голову, ну надо же!

На третьем этаже было открыто окно, в него высунулся чуть не наполовину белобрысый вихрастый парень. Хм, где я его видела?

Приятным бархатистым тенорком тот уточнил:

– Янка-обезьянка, это точно ты?

– Нет, конечно, – охотно отозвалась, сообразив, что надо мной за личность, – это моя голограмма. Короче, глюки у тебя, Тимофеев.

Санька довольно заржал.

– Какие люди и без охраны! Погоди, сейчас спущусь.

Через пару минут рядом со мной стоял широкоплечий парень на полголовы выше меня. От знакомого Сашки остались только хитрющие глаза, обрамлённые светлыми ресницами, и конопатый нос.

– Ну, ты и вытянулся.

Кто бы говорил! – фыркнул он. – Смотрю, ты тоже времени зря не теряла.

– Хорошо, что мы встретились, – серьёзно сказал Санька. – А то так тоскливо. Представляешь, из Праги даже уезжать не хотел. Не только я, мама всплакнула. Ты же знаешь, она у меня кремень…

Я кивнула. Сероглазая и белокурая тётя Нелли всегда производила впечатление настоящей леди.

– А дядя Костя?

– У него не было выбора. – Контракт с чехами закончился. Вернули сюда.

Он весело прищурился. Сейчас скажет гадость. И точно:

– А ты всё же дылда.

Девочки в этом возрасте обычно выше мальчиков, – примирительно сказала я.

Глава 4 Новый игрок

Парень кивнул, соглашаясь.

– Называется акселерация, – мне папа объяснил. А девчонки… В новом классе такие лошади крашеные. C'est triste.2

Вздохнул, развёл руками с неожиданной обидой в голосе, добавив:

– А на меня настоящую охоту открыли.

Пришлось извиниться и срочно искать в сумке платок. Пока искала, кусала губы, представляя себе Тимофеева, в той самой памятной жилетке, удирающим от толпы поклонниц. Наконец нашла, аккуратно приложила к глазам, чтобы не растянуть кожу, затем спрятала в карман.

– Это где? – уточнила, прикусив изнутри щёку, чтобы не улыбнуться.

В тридцать четвёртой, на Северском. В этом году я учусь там. Ты куда-то шла?

Пожала плечами:

– Так, гуляла.

Санька прищурился, согласно кивнул:

– Проходные дворы популярны, особенно у котов, туристов, неформалов. Хорош врать. Косухи у тебя нет, фотоаппарата тоже.

Вот же рентген ушастый!

Независимо пожала плечами, отвернулась, и пригляделась к граффити на облупившейся стене. Рассказать о кошмаре, внезапно ворвавшемся в мою жизнь? Да тот же Сашка решит, что у меня лёгкий сдвиг на почве учёбы, или не лёгкий, в общем врачи установят. Поэтому я предпочла уйти в глухую несознанку.

– Ладно, пошли, – решил он.

– Куда?

– К тебе домой, разумеется. Там и поговорим.

– Но…

– Твоя мама приглашена в гости к моей. Дядь Дима присоединится к ним, как только вернётся с работы. Вопросы?

Я мрачно посмотрела на него.

– Идём, но, если что, ты сам напросился.

– Мне уже интересно, – заметил он.

Сунула руки в карманы и быстро пошла вперёд, дав себе клятву, что до самого дома не произнесу ни слова. Настырный Тимофеев с лёгкостью шёл рядом.

Родителей дома действительно не оказалось. Яшка встречал нас у двери, укоризненно мявкнув. Без труда расшифровала упрёк: «Бедное животное, голодает, а ты где-то шастаешь».

– Ох, уж бедное, – возразила, – ты с утра перекормленный, так что нечего.

– Да, дружище, – сочувственно сказал Сашка, беря кота на руки. У того от неожиданности глаза сделались, как два блюдца. – Янка ещё та, вредина. И как ты с такой Бабой-Ягой живёшь? Не понимаю.

Резко повернулась, но нахальный приятель закрылся Яшкой, как щитом. Решив отложить месть на потом, бросила к его ногам тапки.

– Ванна прямо по коридору. Мой руки и пошли на кухню, Куклачёв.

Мама не разочаровала. Большая кастрюля наваристого борща, и полная сковородка котлет стояли на плите. Достала из шкафа чистую посуду и вскоре микроволновка заурчала, подогревая еду.

– Как пахнет! – мечтательно произнёс Санька, войдя на кухню.

– Садись, – поставила на стол тарелку. – Сначала пообедаем.

К борщу полагались свежевыпеченные пампушки и сметана.

– Какой я голодный оказывается, – с удивлением заметил друг, когда показалось дно.

Усмехнулась и показала на котлеты.

– Будешь?

– Не откажусь.

– Мяу, – раздался требовательный возглас.

Санька, поднёсший вилку с котлетой ко рту, с изумлением уставился на кота.

– Ну, у тебя и голосина, приятель! – уважительно сказал он.

Яшка подошёл ближе и требовательно потрогал его за ногу.

– Мяу! – заявил он и вероятно, чтобы усилить впечатление, превратился в Василия.

– Это значит я Куклачёв? – спросил Санька, слегка опешивший от такой демонстрации. Во всяком случае котлету он отложил.

Посмотрела на кота, пытаясь поймать его взгляд, но не преуспела. Ведьмин прохвост демонстративно отвернулся и снова попытался цапнуть Тимофеева за штанину.

– Котле-у-ту, дай! – потребовал он.

Санька вытаращился на кота, поморгал, посмотрел в мою сторону.

А чего я? Я котлету ем, вкусная. Он снова посмотрел на Василия, потряс головой и улыбнулся. Я замерла в ожидании спектакля.

– Дам, – неожиданно согласился Сашка, – только не тебе, а Яшке.

– Почему?

– Потому что Яшка мой друг, – серьёзно объяснил коту Тимофеев. А тебя я, извини, впервые вижу.

Честное слово от такой отповеди Василий офигел, но увы ненадолго.

– Яся! – обернулся ко мне усатый вымогатель. – Познакомь нас.

– Александр, это Василий. Василий, это Александр, – изо всех сил стараясь удержать рвущуюся наружу улыбку, протараторила я.

– Enchanté3, – буркнул Саша, пожимая лапу коту.

– Взаимно, – не дал себя сбить с толку тот, – котлету дай.

Сашка подошёл к кошачьей миске и стряхнул в неё котлету.

Сел на место, посмотрел на меня своими голубыми глазищами, ангелочек, да и только, и ласково так поинтересовался:

– Яночка, ты мне ничего рассказать не хочешь?

Мне резко поплохело. Так он меня называл, обычно перед тем, как собирался поколотить. Отставила стакан с соком, сообразив, что время шуточек закончилось. Немного успокоил тот факт, что рядом Василий. Впрочем, что может сделать кот? Тьфу, опять забыла, что я ведьма, вроде как.

– А что ты хочешь узнать? – поинтересовалась как можно спокойнее.

– Ну, например, с каких пор ты Яся, и куда делся Яшка?

Пригорюнилась. И решила раз уж влипла отвечать постепенно.

– Видимо, с рождения, Саш.

– Издеваешься?

– Если бы, – вздохнула, – у тебя ещё нервы железные. А ты представь, как я отреагировала на этот трюк с шерстью? – кивнула на показательно оглохшего кота, доедавшего котлету.

– Зная тебя, – Сашка бросил взгляд на облизывающегося Василия, – я удивлён, что он до сих пор жив.

Кот нервно дёрнул хвостом, но промолчал.

– Так что дальше? – поторопил приятель.

– Дальше… а дальше начинается мистика… Котейка «обрадовал», – показала пальцами кавычки, – что в моём теле, – указала на себя, – живу не только я, но и…

Тимофеев слушал, приподняв бровь.

– Баба-Яга, – продолжила, отпив сока. – Для неё это был единственный способ попасть в наш мир.

– Издеваешься, – печально констатировал друг. – Бабов – Яг не бывает, тьфу, ты… Бабы-Яги нет, она ненастоящая.

– Естественно, – кивнула соглашаясь, – зато говорящие коты в ассортименте.

Тимофеев хмыкнул.

– Уела. Рассказывай дальше.

– У них там случилось, что-то жуткое. Словами мы пока не общались, так на уровне эмоций, но мне хватило.

Интересно, зачем она прибыла в наш мир? – задумчиво сказал Сашка.

Пожала плечами:

– Разыскать хранителей сказки, Кощея, Лешего, деда Трескуна… да, ты Василия расспроси, этот пушистый прохвост, кажется помнит всё лучше, чем Ядвига.

– Какая Ядвига? – прибалдел друг. – Тут ещё и Ядвига есть?

Несколько секунд я изучала потолок. Кстати, надо сказать маме, что одна из плиток отклеивается. После чего сообщила:

– Бабу-Ягу зовут Ядвигой.

– Вот почему Яся, – понял друг и нехорошо уставился на Василия, облизывающего усы.

Тот вздрогнул.

– Твоя очередь, – велел Санька.

Кот нервно дёрнул хвостом (в который раз уже!), но раскололся достаточно быстро, рассказав всё что знает, плюс мне пришлось достать с одной из кухонных полок аккуратно свёрнутую кружевную карту.

– Значит пункт откуда надо начинать поиск – Прага, – подытожил друг, – неплохо.

– Где? – хором спросили мы с Василием.

– В Чехии.

– С чего ты взял? – потребовала я.

– Вот, – Сашка ткнул пальцем в кружево. – Только не говори, что не пыталась расшифровать надпись, ни за что не поверю.

Пожала плечами:

– Пробовала, разумеется. Догадалась, что показывать звёздное и земное время могут часы.

– Не просто часы – куранты, – поднял палец Санька.

Точно у дяди Кости научился, профессорская привычка.

– А куранты с фигуркой скряги, находятся в Чехии, точнее в Праге, Орлой называются, не слышала, нет?

Открыла рот, закрыла. Кусочек мозаики встал на своё место и в голове прояснилось. Квест, однако!

– А ты откуда об этом знаешь? – наконец догадалась спросить я.

– Жили мы там, – объяснил друг. – Забыла? Я столько раз туда с родителями на экскурсии ходил. Папа же в колледже преподавал, у него пунктик на культуре. Да и мама от него не отстаёт хоть и медработник. Знаешь сколько у нас там друзей осталось? Кстати, нас всех дядя Мирек в гости приглашал.

Василий многозначительно мяукнул.

– Замолчи, – посоветовала ему, – и подумай, кто меня туда пустит? Вы, когда уезжаете?

– Улетаем, – поправил Санька, – послезавтра.

«Ну, что? – обратилась к Ядвиге. – Учти, второго такого шанса может не быть. Летишь с ним?».

Перед мысленным взором встало лицо зазеркальной девушки. Она медленно покачала головой избегая смотреть мне в глаза.

«Почему?»

«Я пока не могу отделиться от тебя, прости», – впервые прозвучал в голове грудной с лёгкой хрипотцой голос Бабы-Яги.

Сашка терпеливо ждал, пока мы беседовали. Вот ещё проблема, зависание от таких «разговоров». Главное, друг как-то понял, что я не просто стенку рассматривала, а кто другой увидит?

– Посовещались?

– Да, буркнула, избегая не смотреть ему в глаза. – Она пока не может отделиться.

– Поехали, Ян. Родителей уговорю, и твоих тоже. Это же просто замечательно, что я буду не один. Отвлечёшь на себя маму.

– Однако, – усмехнулась. – Получается, я напрашиваюсь с тобой, чтобы решить свою проблему, а ты готов согласиться, чтобы нейтрализовать тётю Нелли.

– C'est la vie4, – развёл руками друг. – Не дрейфь, Янка-обезьянка, прорвёмся!

Виновато посмотрела на кота.

– Извини, Василий, но придётся без тебя. Ты слишком крупный, в самолёт не пустят, даже если Сашка родителей уговорит.

– И не надо, – усмехнулся этот тип, – на месте встретимся. А здесь – Яшу оставлю.

– Как? – хором удивились мы с Сашкой.

– Нам фамильярам отделиться от второй сущности проще, – пояснил кот. – У людей да, сложности. И перемещаться на большие расстояния для нас не проблема, к тому же Ясю везде чую.

– Ясно, – усмехнулся Сашка и встал, – ладно, пошёл своих родителей уговаривать. Ждите с вестями.

– Подожди, – удержала его, показав на кружево, – при чём тут лес?