Свет в огне

Глава 2. Авантюрист

Величественный замок, словно колоссальный хищник, застывший в ожидании добычи, доминировал над бескрайним полем извергающихся вулканов. Из их чёрных, изрыгающих ярость жерл непрерывно вздымались исполинские столбы пепла и яростного пламени, окрашивая небо в кроваво-багровые тона. К замку приближалась армия, впереди которой верхом на статном коне, восседал совсем ещё юный воин. Его серебристые доспехи, отполированные до зеркального блеска, отражали пляшущие отблески лавы, создавая вокруг него ореол святости. В его правой руке поблескивал золотистый посох. Он медленно, с достоинством, направил скакуна к массивным вратам крепости, а за ним, словно единый организм, потянулись его верные соратники. Основные же силы армии, закованные в сталь, остались ждать своего главнокомандующего внизу, в тени скал, готовясь к грядущему кровопролитию и выстраивая фаланги в ожидании команды к атаке.

Недалеко от подножия замка, словно изваяние из кошмаров, опираясь на массивный, зазубренный меч, замерла дьяволица. Она стояла в полном одиночестве на выжженной земле, но недооценивать такого врага означало подписать себе смертный приговор. Перед людьми предстала не просто демоница, а сама королева, законная и единственная наследница покойного короля демонов, чья мощь была сопоставима с природным катаклизмом. Юноша остановил коня всего в паре метров от неё, ощущая исходящий от неё жар, и спешился. Он двинулся навстречу, демонстрируя отсутствие страха, в то время как его личная охрана осталась у седла, готовая в любой миг вмешаться, но не смея нарушить волю лидера. Подойдя ближе, он наконец смог детально рассмотреть свою противницу. На ней была облегающая тёмная броня, чей хищный дизайн не скрывал, а, напротив, подчёркивал её соблазнительные, почти невозможные женские изгибы. Если бы не багровый оттенок её кожи, не изящные, но грозные рожки, венчающие голову, и длинный гибкий хвост, замерший в ожидании, её можно было бы счесть обычной симпатичной девушкой. Однако за этим миловидным фасадом скрывалась личность, пропитанная первобытной жестокостью — та самая, что в одиночку, словно стихийное бедствие, разгромила первый элитный человеческий легион, превратив его в груду бесполезного металла и плоти.

Они обменялись несколькими короткими фразами; их голоса сливались с гулом вулканов, но суть беседы была предельно ясна: здесь не было места дипломатии, только сталь и магия. Спустя мгновение тишина взорвалась яростным поединком. Дьяволица, с дерзкой, почти ласковой улыбкой на устах, с невероятной лёгкостью удерживала свой огромный клинок, парируя каждый магический выпад юноши. Его мощные заклинания, способные испепелять целые отряды, разбивались о её защиту, словно волны о скалу, становясь бесполезными. Видя, что лидер не справляется, верные воины людей бросились на помощь, надеясь переломить ход боя числом. Но именно в этот момент произошло немыслимое: дьяволица перестала быть одна. Из тени и пепла начали появляться её сестры, их стало множество, и каждая была точной копией первой. Их число росло с геометрической прогрессией, превращая поле боя в кошмарное зеркальное отражение. Каждая из них, вооружённая пылающим огненным мечом, с ледяным спокойствием сражала по несколько человек за раз. Страх, первобытный и парализующий, охватил людские ряды, заставляя воинов в панике бросать щиты и бежать прочь от наступающей волны демонического безумия.

Макс резко дёрнулся и пробудился, всем телом ощущая липкий, холодный пот, стекающий по спине. Его сердце бешено билось. Что это было? Обрывок забытого, глубоко запрятанного воспоминания или просто мастерски сконструированный кошмар, играющий на его скрытых страхах? Он не знал ответа. Дрожащими руками закутавшись в одеяло, он поднялся с постели, чувствуя пустоту в желудке, и вышел из комнаты, стараясь не шуметь, направляясь на кухню в поисках воды или успокоения. Там он обнаружил хозяйку дома. Она сидела у окна, погруженная в свои мысли, одетая лишь в лёгкую майку и трусики, что создавало резкий контраст с мрачной атмосферой его сна. Макс мгновенно смутился, почувствовав себя неловко, и уже хотел было поспешно вернуться в спальню, но девушка, чей слух был обострён ночной тишиной, заметила его движение.

— Не спится? — поинтересовалась она мягким, но внимательным голосом, изящно закинув ногу на ногу.

— Просто приснился плохой сон, — тихо промолвил он, уставившись в пол и отчаянно стараясь не смотреть на её обнажённое тело, чтобы не показаться грубым.

— Ты сказал не всю правду, но я не виню тебя, — Лиза посмотрела на него с пониманием, в её глазах промелькнула тень сочувствия. — Трудно доверить людям, которых знаешь всего день, это нормально. Но если когда-нибудь захочешь, мы выслушаем и поможем чем сможем, — она произнесла это тихо, почти шёпотом, и потянулась к своей майке, пытаясь прикрыть белье. Её попытка была по-своему очаровательна, но не совсем удачна: футболка теперь скрывала трусики, но при этом сползла так, что грудь оказалась наполовину обнажена, создавая новую, не менее смущающую картину.

— Спасибо, вы и так мне очень сильно помогаете, — лишь выдавил из себя Макс, чувствуя, как реальность медленно, но верно вытесняет ужас демонического мира.

— Присядь и выпей воды, — мягким, почти материнским жестом предложила Лиза. Она взяла глиняный кувшин, и прохладная струя с тихим журчанием наполнила стакан, отражая тусклый свет лампы.

Макс, чьё тело всё ещё ныло от недавнего напряжения, послушно опустился на стул. Он сделал несколько жадных глотков, чувствуя, как влага смывает сухость с пересохшего горла. Девушка снова наполнила его сосуд, но не спешила убирать кувшин, продолжая изучать его лицо пристальным, изучающим взглядом, в котором смешивались любопытство и необъяснимая тревога.

— Знаешь, Макс, у меня такое странное чувство, будто мы были знакомы раньше, — негромко произнесла она, задумчиво вращая стакан в ладонях. — Будто в прошлой жизни мы делили один очаг или ходили одной тропой. Это не просто узнавание, это ощущение чего-то родного, что буквально витает в воздухе между нами, стоит нам оказаться в одной комнате. Макс опустил голову, глядя на свои руки.

— Может быть, ты и права, — его голос прозвучал глухо и печально. — Но мой разум — это чистый лист. Я ничего не помню о своём прошлом, ни лиц, ни имён, ни того, кем я был до этого момента. Словно кто-то вырвал страницы из моей книги, оставив лишь пустые обложки.

— И что же ты намерен делать дальше? — Лиза сменила тон на более деловой, пытаясь отвлечь его от меланхолии.

— Даже не знаю, — он тяжело вздохнул, и этот вздох, казалось, наполнил комнату тяжестью его неопределённости. — Моя единственная цель — добраться до магического кристалла. Это то, что ведет меня вперед, даже если я не понимаю зачем.

— Одиночный поход к магическому кристаллу — это не подвиг, это путь самоубийцы, — отрезала она, и в её глазах блеснула сталь. — Кристалл окружен силами, которые не прощают дилетантства. Тебе нужны соратники, те, кто прикроет твою спину, когда магия пойдёт вразрез с логикой. Тебе стоит поискать тех, кто разделит с тобой не только дорогу, но и риск.

— Ты и правда полагаешь, что я смогу найти спутников? — Макс наконец поднял глаза, и в них читалось сомнение человека, привыкшего полагаться только на себя.

— Авантюристов всегда, словно магнит, влечёт в проклятые земли, — Лиза постаралась смягчить голос. — Там всегда кипит жизнь, полная опасностей и золота. Но не спеши, не бросайся в омут с головой. Сперва отточи свои навыки, научись чувствовать ритм боя и магические потоки. А теперь — ложись спать. Утро вечера мудренее, а свежая голова — твой лучший союзник.

— Ты права. Спасибо вам за всё, — на губах Макса на мгновение промелькнула едва заметная, слабая улыбка, первая за весь этот длинный день.

— Спокойной ночи, — улыбнулась она в ответ, провожая его взглядом.

Он коротко повторил пожелание, осушил стакан до дна и удалился в свою комнату. Ночь не принесла ему покоя. Сон был рваным и тревожным: ему виделись вспышки яркого света, неясные силуэты и обрывки голосов, зовущих его по имени. Он то и дело вздрагивал, просыпаясь в холодном поту, и что-то бессвязно бормотал во сне, сражаясь с невидимыми призраками своего подсознания. Когда первые лучи солнца пробились сквозь окно, он проснулся с ощущением тяжести в голове, но содержание сновидений уже ускользало, превращаясь в туманные тени.

Поднявшись, Макс облачился в простую одежду и вышел на кухню. Там уже вовсю кипела жизнь: Иван, хозяин дома, с аппетитом поглощал завтрак.

— Вижу, ты тоже ранняя пташка! — проговорил Иван, едва не подавившись куском хлеба. — А я уж собирался идти тебя будить, чтобы не проспал всё на свете.

— Ну сколько можно, не разговаривай с набитым ртом! — строго упрекнула мужа супруга. Она повернулась к Максу с приветливой улыбкой: — Присоединяйся, пока всё горячее.

— Доброе утро, — коротко ответил Макс, присаживаясь к столу.

— И тебе доброе, — почти в унисон отозвались хозяева, создавая уютную, почти семейную атмосферу.

Было очевидно, что Иван — человек общительный и по натуре любопытный, и он явно хотел расспросить гостя о его планах, но предостерегающий взгляд жены заставил его сдержаться. Когда трапеза была окончена, Иван поднялся и жестом позвал Макса за собой.

— Итак, план на сегодня такой, — быстро заговорил лекарь, шагая по узкому коридору. — Твоя задача — разведать окрестности города и собрать целебные травы. Нам они постоянно нужны для мазей и настоек.

— Но я же не знаю, как они выглядят, — заметил Макс, плетясь позади и пытаясь не спотыкаться о пороги. — Как я их отличу от обычных сорняков?

— Об этом не беспокойся, — Иван зашёл в свой кабинет, заваленный сушёными пучками растений. — Я выдам тебе подробную карту местности и покажу образцы.

Он разложил перед Максом пергамент и несколько засушенных стеблей.

— Запоминай: вот этот синеватый лист — это луноцвет, он растёт только в тени. А вот этот, с зубчатыми краями — корень ветра. Но главное, слушай внимательно: не вздумай выходить за северные ворота, там начинаются земли, где само время течёт иначе. И ни в коем случае не заходи в гущу леса. Твоя территория — только поляна у восточных ворот. Надеюсь, всё понятно?

— Да, конечно, — подтвердил Макс, внимательно вглядываясь в карту.

— И ещё, — Иван протянул ему тяжёлый кожаный свёрток. — Вот, примерь это.

В свёртке оказались кожаные доспехи, укреплённые металлическими пластинами.

— Возьми также меч и щит, на всякий случай. Мир не так дружелюбен, как кажется. Только постарайся не влипнуть в неприятности и, ради всего святого, верни мне снаряжение в целости. Это стоит целое состояние.

— Разумеется, — пробормотал Макс, уже чувствуя непривычную тяжесть металла на плечах.

Выйдя из дома, он неспешно прошёлся по главным улицам, стараясь запомнить расположение лавок, кузницы и колодцев, прежде чем направиться к восточным воротам. У ворот царила суета. Там толпились авантюристы: группы суровых воинов обсуждали маршруты, одиночки проверяли остроту клинков. Большинство из них не задерживались на окраине, а сразу устремлялись в сторону тёмной стены леса, надеясь на быструю добычу. Макс не решился проситься в напарники — во-первых, Иван прямо запретил ему ввязываться в сомнительные компании, а во-вторых, он понимал, что новичку без уровня и опыта никто не доверит даже охрану обоза. Погруженный в свои мрачные мысли, он начал методично собирать растения, стараясь не отвлекаться. Но чем ближе он подходил к границе леса, тем более неуютно ему становилось. Внезапно, в густой тени раскидистого дуба, его взгляд зацепился за что-то неестественное. Присмотревшись, Макс почувствовал, как внутри всё похолодело. К стволу дерева был грубо привязан человек. Кляп во рту лишал его возможности позвать на помощь. Самым странным было то, что мимо этого места за последние полчаса прошло уже не менее десяти наёмников, и никто из них не обратил внимания на пленника. Макс, стараясь двигаться бесшумно, приблизился к человеку, прежде чем тот успел его заметить. Раздалось глухое, отчаянное мычание, и на Макса уставились глаза, в которых застыл первобытный ужас и безумная, отчаянная надежда.

— Успокойся, сейчас я тебя освобожу, — максимально мягко, почти шепотом произнёс Макс. Он подошёл вплотную и осторожно вытянул грязный, пахнущий пылью кляп изо рта несчастного. Пленник тут же зашёлся в мучительном, сухом кашле. Его грудная клетка судорожно вздымалась, он пытался что-то сказать, но отчаянные попытки лишь обернулись бессилием. Из его потрескавшихся губ вырывался лишь хриплый, едва различимый звук. Не понимая смысла этих нечленораздельных звуков, Макс почувствовал, как внутри нарастает тревога. Он поспешил достать нож, чтобы перерезать грубые верёвки, стягивавшие тело мужчины. Как только путы поддались и упали на землю, пленник с мучительной гримасой на лице начал растирать онемевшие, покрасневшие от сдавливания кисти, пытаясь вернуть им чувствительность. Наблюдать за этими проявлениями физического страдания было невыносимо тяжело; Макс чувствовал, как тяжесть чужой боли давит на него самого. Чтобы облегчить состояние спасённого, он извлёк из рюкзака небольшой стеклянный флакон с мерцающей восстанавливающей жидкостью. Этот драгоценный пузырёк положил ему Иван, для использовании его в критической ситуации. Скорее всего, Иван рассчитывал получить этот ресурс обратно, но, вспомнив, как в своё время его самого вырвали из лап неминуемой гибели, Макс не мог поступить иначе. Он не мог позволить человеку страдать, даже если это означало лишиться ценного припаса. Спасённый, заметив мягкое свечение лекарства в руках юноши, мгновенно понял его назначение и он просто открыл рот. Не сомневаясь в своём решении, Макс аккуратно влил вязкую жидкость ему в горло. В тот же миг вспыхнуло и тут же погасло нежно-зелёное сияние. Магия текла по венам, на глазах залечивая мелкие ссадины, царапины и затягивая глубокие порезы.

— Спасибо, — наконец вымолвил пленник, его голос всё ещё дрожал, но стал гораздо чище. Он протянул руку для рукопожатия. — Меня зовут Николас, но ты можешь звать просто Колей.

— Я Макс, — представился юноша, протягивая руку в ответ и помогая Коле подняться на ноги.

— Буду крайне признателен, если поможешь мне добраться до дома, — обратился к нему новый знакомый. При этом Коля начал совершать странные, ритмичные пассы руками, словно дирижировал невидимым оркестром или сплетал нити воздуха. Когда движения завершились, прямо на его теле возник, добротный плащ. Это зрелище заставило Макса замереть: секунду назад на Коле была лишь рваная рубаха, и появление одежды из ниоткуда казалось чистым безумием. Он принялся внимательно изучать нового знакомого: это был мужчина невысокого роста, с копной густых рыжих волос и аккуратными, но заметными усами.

— Ты... ты волшебник? — задал вопрос, который так и вертелся на языке.

— Нет, что ты, — фыркнул Коля, поправляя воротник. — Я обычный гном, обладающий навыками разведчика и вора.

— Но как? На тебе внезапно появился плащ! Это же явное проявление магии, — выразил сомнение Макс, всё ещё пытаясь сопоставить увиденное с реальностью.

— Он всё время был на мне, просто никто его не замечал, — с хитрой усмешкой проговорил Коля, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

— Я же заметил! — возразил Макс, чувствуя себя дураком.

— То есть ты хочешь сказать, что увидел сеня? — полюбопытствовал Коля, прищурившись.

— Да, — твердо подтвердил Макс.

— И каков же твой уровень? Какие у тебя навыки? — спросил его новый приятель, с интересом разглядывая юношу.

— Кузнец и святой рыцарь, — признался Макс, стараясь звучать достойно.

Коля на мгновение замер, а затем поперхнулся, изо всех сил сдерживая смех. Его плечи затряслись.

— Прости, прости! Я совсем не хотел тебя обидеть, — выдавил он сквозь смешок. — Просто сочетание... необычное. Пойдём, по дороге расскажешь, зачем ты выбрал такие, как мне кажется, бесполезные навыки.

Путь оказался непростым. Максу приходилось периодически пригибаться и придерживать Колю, помогая тому идти по неровной местности. По дороге он поведал свою историю, стараясь не вдаваться в самые мрачные подробности, но давая понять суть произошедшего. Коля оказался на редкость хорошим слушателем: он не перебивал, не задавал глупых вопросов, лишь изредка кивал, создавая атмосферу доверия. Так, незаметно и в спокойной беседе, они добрались до жилища Коли. Когда они переступили порог, Макс замер: дом оказался неожиданно огромным, словно внутри было гораздо больше пространства, чем снаружи. Множество комнат уходили вглубь, а массивная деревянная лестница вела на второй этаж.

— Пойдём, вон моя комната, — указав на дверь наверху, Коля, тяжело опираясь на резные перила, начал подниматься по ступеням. Комната оказалась не такой уж большой, но функциональной: здесь стояла кровать, уютный диван и массивный морозильный шкаф, который странно смотрелся в этом интерьере. Однако в помещении царил хаос: вещи были разбросаны повсюду, а в воздухе стоял стойкий, тяжёлый запах нестираного белья. Макс непроизвольно сморщил нос и уже сделал шаг к выходу, решив, что лучше подождать внизу, но Коля ловко успел закрыть за ними дверь.

— Не обращай внимания на этот бардак, честное слово! — смущённо пробормотал Коля, направляясь к кровати. — Меня просто не было дома целых два дня, вот и накопилось.

Он с облегчением плюхнулся на матрас, вытягиваясь во весь рост.

— Как же здорово всё-таки вернуться домой! — с блаженной улыбкой протянул Коля. — Слушай, там в морозилке есть холодное пиво. Возьми себе чего-нибудь и мне принеси, за это я буду тебе благодарен.

Макс подошёл к шкафу и открыл его, кроме пары пыльных бутылок и одинокой тарелки, на которой застыл слой серой, пушистой плесени, там не осталось почти ничего. Похоже, хозяин этого жилища давно забыл о правилах гигиены и полноценном быте. Макс взял две бутылки, ощущая их прохладу сквозь ладони и дойдя до кровати, протянул одну Коле.