Непосвящённая

— Эй, можно и полегче, брат! Ведьмочка, он просто грубо выразился. Если что, я всегда рад твоей компании! И если вдруг ты надумаешь остаться в этом мире, когда всё закончится, я могу стать твоим фамильяром! — искренне, почти по-детски, радуясь, предложил он.

Дорок нахмурился ещё сильнее, а затем подумал и постарался смягчить разговор:

— Прости. Я не хотел тебя обидеть. Просто нужно быть настороже, нельзя забывать о том, кто ты. Чтобы приручить фамильяра и соединиться с ним, нужна большая сила и выносливость. Иначе дух будет влиять на твои решения, и ты окажешься в его власти.

Я удивлённо посмотрела на Дорока. Он всё же заботился обо мне, просто его забота была похожа на приказы.

— Всё в порядке. Я не собираюсь бегать по лесу и искать себе фамильяра.

Мы шли ещё несколько часов. Лес вокруг постепенно менялся, становясь более древним и величественным. Гигантские деревья, похожие на секвойи, уходили своими вершинами в высь, а их стволы были такими толстыми, что их невозможно было обхватить, даже если бы мы все взялись за руки. Влажный воздух источал ароматы прелых листьев, грибов и цветов. Свисающие с ветвей лианы были покрыты мхом, который отливал мягким серебристым светом. Под ногами сновали странные существа: пушистые шарики с шестью лапками, которые катили по земле сверкающие камушки, и маленькие насекомые с переливающимися, словно опал, крыльями, которые зависали в воздухе, словно изучая нас, а затем бесшумно исчезали в зарослях гигантских папоротников.

Я посмотрела на ненки, которая шла, заворожённо разглядывая светящийся мох.

— Леама, а чем бы ты хотела заниматься, если бы не зависела от Моргат? Если бы была свободна?

Леама задумалась, её пальчики затеребили край платья.

— Я бы уйти во Двор Неба. Слуги Лурдана рассказывать мне, что он находиться прямо в скалах, там летать могущественные каулы, добрый правитель, который любить свой народ. Я бы летать там и... Возможно, найти свою пару. Мы бы жить в любви и согласии. — Наконец мечтательно выпалила она.

Я слушала Леаму и улыбалась. Эти мечты были такими простыми, но такими добрыми и милыми, что я взяла её за маленькую ручку и твёрдо сказала:

— Я хочу помочь тебе, Леама. Когда мы заберём Книгу Вечности, я потребую у Ведающей, чтобы она сняла заклятие, которое связывает тебя с Моргат.

Леама ахнула, и её большие глаза тут же наполнились слезами.

— Хозяйка, что вы... я не сметь надеяться на такое!

— Смеешь! — Твёрдо повторила я, сжимая её ладонь. — Ты достойна счастья.

— Спасибо, хозяйка. — Прошептала Леама сквозь слёзы.

Дорок обернулся. Его лицо было серьёзным.

— Сначала — Книга. Затем разбираемся с твоей жизнью, ведьма. Только потом — помощь ненки.

Я стиснула зубы от досады. Эта сторона Дорока — его железная воля, выстраивающая всё в строгий порядок приоритетов, — мне совсем не нравилась. Он не должен решать всё за нас. Это и моя жизнь тоже, и я сама могу решать, что мне важнее в первую очередь. Я твёрдо решила поговорить с ним об этом на очередном привале.

Наконец, Дорок остановился и, осмотрев небольшой участок, где деревья росли не так близко друг к другу, сказал:

— Привал. Нужно наполнить фляги водой, здесь недалеко есть ручей. Терас, займись этим! А Карион поймает что-нибудь на обед. Нужно плотно перекусить, прежде чем отправляться дальше. Мы приближаемся к границе Двора Ночи, и должны быть начеку, нельзя отвлекаться ни что, даже на еду.

Карион кивнул и, по обыкновению, бесшумно растворился в чаще. Терас глубоко вздохнул и уже было направился к ручью, но неожиданно Леама спросила его:

— Можно я пойти с тобой?

— Конечно, мне будет веселее, — пожал плечами Терас. — Пошли.

Как всё удачно сложилось. Или, может быть, Леама почувствовала, что я хочу поговорить с Дороком наедине?

Как только мы остались одни, Дорок осмотрелся и сказал:

— Нужны дрова. Пойдём со мной, одну тебя я не оставлю.

Пока Дорок искал небольшие брёвна и сухие ветки, я решилась спросить о том, что меня волновало:

— Дорок, почему ты меня так опекаешь? Скажи, я важна тебе как сосуд для Моргат?

Дорок удивлённо посмотрел на меня и нахмурился, не прекращая собирать хворост в очередную охапку.

— Почему ты об этом спрашиваешь?

— Мне нужно понимать, как ты ко мне относишься, — пожала я плечами, стараясь казаться как можно равнодушнее.

— Знаешь, очень сложно разграничивать свои чувства, когда я вижу перед собой Моргат, но умом понимаю, что это не она. Иногда я и правда теряюсь. Ты мне явно небезразлична, но я не могу утверждать это наверняка. Прости.

Его слова не принесли облегчения. Наоборот, оставили после себя горькое послевкусие. Возможно, это было к лучшему. Я ведь и сама не знала, что чувствую к нему, и мои ли это чувства.

— Слушай, я всё понимаю. Но мне кажется, ты слишком сильно опекаешь меня. Мне бы хотелось и самой решать что-то, — я попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой и неестественной.

Дорок снова стал мрачным, и в его глазах вспыхнуло знакомое упрямство.

— Ты не понимаешь. Я забочусь о тебе. Этот мир жесток, за каждым углом может прятаться опасность, и я должен быть всегда рядом, чтобы помочь.

— Может, стоит просто научить меня защищаться? — досада сжала моё горло.

Дорок усмехнулся, коротко и беззвучно, словно я сказала какую-то глупость:

— Ты не справишься ни с тёмными духами, ни с воинами Зораха. Ты даже не понимаешь, о чём говоришь...

От подступивших слёзобиды перед глазами всё поплыло. Он даже не старался понять меня, не давал ни малейшего шанса хоть на какое-то самостоятельное существование в их мире. Он видел перед собой только хрупкую человеческую девочку, нелепую копию своей возлюблённой.

— Прости, — снова произнёс он, и в его голосе прозвучало раскаяние, но оно уже не могло сгладить острую боль. — Я понимаю, что, возможно, слишком прямолинеен и властен. Но этот контроль может спасти тебе жизнь.

Я лишь кивнула, не в силах больше говорить. Любые слова застряли бы комом в горле. Мы стояли в лесной тишине, разделённые невидимой стеной его опеки и моего непрошеного присутствия в этом, не принадлежавшем мне теле.

Дорок молча собрал дрова и взвалил их на плечо.

— Идём, — с каменным лицом бросил он мне.

Когда мы вернулись к месту привала, Карион уже ждал, облокотившись на дерево со скрещенными на груди руками, и внимательно, даже слишком внимательно, рассматривал нас с Дороком. Его взгляд скользнул с моего расстроенного лица на угрюмую спину Дорока.

— Что случилось? — Карион наклонил голову, и в его глазах мелькнул неподдельный интерес.

Я гордо подняла подбородок, и, стараясь скрыть дрожь в голосе, твёрдо ответила:

— Ничего!

Он прищурил глаза, явно не поверив мне, затем медленно перевёл взгляд на Дорока. Тот сгрузил собранные дрова с таким грохотом, словно хотел раздавить ими всю поляну, и пожал плечами, избегая моего взгляда.

Не в силах выносить эту пытку молчаливым осуждением, я плюхнулась прямо на траву, поджала колени и обхватила их руками, устремив взгляд в чащу. Внутри всё кипело. Я проклинала свой мягкий характер. Может, нужно было накричать на Дорока? Или ткнуть его носом в его же высокомерие? Я мысленно прокручивала наш разговор, придумывая язвительные ответы и колкие фразы, которые должны были бы поставить его на место. Почему я всегда нахожу нужные слова слишком поздно, когда остаюсь наедине со своей обидой и чувством беспомощности?

Спустя буквально пару минут гнетущую тишину разорвали счастливые голоса. Терас и Леама вернулись, они весело хохотали, полагаю, над какой-то очередной шуткой Тераса. Я с завистью наблюдала за их непринуждённым весельем.

Терас тут же заметил моё состояние. Улыбка сползла с его лица.

— Ведьмочка, кто тебя обидел? Стоило оставить тебя с этими двумя наедине, как с твоего личика вся краска сошла.

— Меня вообще-то тоже не было, — пробурчал, разводя костёр, Карион.

Терас нахмурился и уставился на Дорока:

— Брат, ты что ли опять что-то учинил?

— Не твоё дело, Терас! — Дорок рыкнул в ответ, не поворачиваясь к нему.

Терас разочарованно покачал головой, словно Дорок в очередной раз испортил всё веселье. Он подошёл и сел рядом со мной на траву, а затем наклонился так близко, чтобы его шёпот был слышен только мне. — Ведьмочка, не слушай их, что бы они ни говорили. Ты сильная. Ты смелая. У тебя всё получится. — В его словах вместо привычного балагурства, звучала искренняя поддержка.

Я лишь горько хмыкнула, не отрывая взгляда от своих коленей. Хотя его слова были мне приятны, верилось в это с трудом.

— А нет, так не пойдёт. Ты мне не веришь? — Он помотал головой и улыбнулся по-доброму, без тени насмешки. — Ну сама посуди: ты в теле могущественной ведьмы, ты из мира людей, ты уже пользовалась магией, ты так далеко зашла, ты в компании ищеек-убийц. И, скажу тебе честно, ты прекрасно держишься. В тебе есть стержень. Не вздумай преуменьшать своих сил!

На этот раз его слова достигли цели. Они не были пустым утешением. Так всё и было на самом деле. Я улыбнулась, уже по-настоящему, и положила голову ему на плечо.

— Спасибо тебе, Терас, — шепнула я ему.

Он сначала напрягся от неожиданной близости, затем расслабился и даже похлопал меня по руке:

— Не за что. Я сказал лишь чистую правду.

Мы пообедали добытой Карионом дичью и продолжили путь. Шли молча. Из глубины леса доносился крик неведомой птицы, а возможно и какого-то существа. Этот звук ещё больше усугублял ощущение звенящей пустоты между нами. Хотя тишина тяготила меня, но после откровенной беседы с Дороком разговаривать совсем не хотелось.

Только Терас, как всегда, был расположен к общению. Сначала он просто шёл и тихо напевал себе под нос какую-то мелодию, затем начал насвистывать её. Дорок тяжело вздыхал, давая понять, что это его раздражает.

— Терас, расскажи что-нибудь. — Я всё же решилась нарушить невыносимую тишину.

— Наконец-то! Что тебе рассказать, ведьмочка? — Терас высоко поднял брови, и его лицо озарилось радостью.

— А ты знаешь какую-нибудь сказку?

Терас присвистнул.

— Ого, вот это запросы! Знаю парочку. Когда я был маленьким, то однажды украл у Кариона его книгу со сказками... Эх, и влетело мне тогда. Карион отдубасил меня, не жалея сил. Больше его книги я не трогал.

Я вспомнила, что Карион ведь положил мне сказки, но я ни разу не открывала их. Оказывается, они были ему очень дороги. Тогда почему он доверил их мне? Может положил случайно?

Терас продолжил свой рассказ, почёсывая затылок:

— Так, вспомнить бы... Жила-была девушка, назовем её Лира. Она была человеком, но словно по волшебству попала в мир, где обитали злые духи и страшные существа.

Я улыбнулась. Он явно старался и, кажется, вдохновлялся моей историей.

— Ну так вот, — продолжил Терас, размахивая руками для большей выразительности. — Как-то раз к Лире пришла злая ведьма и сказала, что убьёт её, когда придёт время. Девушка не испугалась, ведь в новом мире у неё была магия! Она выпроводила ведьму и стала готовиться ко встрече с неизбежным.

Я посмотрела на Тераса, который, судя по всему, очень напрягался, стараясь придумать что-то правдоподобное.

— Лира была очень храброй. Она стала изучать магию, даже попросила жителей деревни научить её драться на мечах.

— И что было потом? — Улыбаясь, спросила я.

Терас удивился.

— Как что? Она надрала задницу злой ведьме и стала жить счастливо в новом мире! Затем повстречала голубоглазого блондина с обалденным чувством юмора, они, конечно же, стали истинной парой и родили много детишек.

— Терас... Там правда есть такая сказка? — Я громко рассмеялась.

Терас только открыл рот, собираясь ответить мне, как его перебил резкий голос Кариона:

— Нет. Там нет такой.

— Брааат, не мог промолчать? — Терас широко улыбнулся, ни капли не смутившись.

— Нет, — коротко ответил Карион и прибавил шагу, чтобы обогнать нас.

Я улыбнулась Терасу, чувствуя, как тяжёлый камень обиды на Дорока понемногу превращается в песок.

— Отличная сказка, Терас. Мне нравится.

Терас театрально поклонился на ходу:

— Всегда к вашим услугам!

***

Когда солнце окончательно ушло за горизонт, лес снова погрузился во тьму. Чем ближе мы подходили к границе со Двором Ночи, тем сильнее напрягались мои нервы. Я прокручивала в голове разные, самые страшные, варианты развития событий. Воображение услужливо рисовало свирепые пасти тёмных духов, выскакивающих из-за деревьев. Каждый отдалённый крик ночной птицы заставлял моё сердце бешено колотиться.

Я так внимательно смотрела под ноги, стараясь не споткнуться в этой кромешной тьме, что почти вжала голову в плечи. И вдруг... что-то маленькое и твёрдое с лёгким стуком приземлилось мне прямо на макушку.

— Ай! — Пронзительный крик вырвался сам собой, я отчаянно трясла головой, пытаясь стряхнуть с себя что-то невидимое.

Все стояли и в упор смотрели на меня, явно не понимая, что происходит. Я ощутила, как по щекам разливается жар, и посмотрела под ноги. На земле лежала обыкновенная... шишка.

Да вы издеваетесь! Я подняла глаза. Над нами возвышался могучий кедр.

Терас фыркнул. Он пытался сдерживаться, но его плечи затряслись в беззучном хохоте. Дорок лишь глубоко вздохнул. А Карион, напротив, вдруг неожиданно оживился.

— Как кстати, — довольно протянул он. — Наберу-ка я, пожалуй, ещё.

Он выпустил длинные, отливающие сталью, когти и быстро вскарабкался вверх по стволу.

Я чувствовала себя чудовищно глупо. Леама, заметила моё замешательство и подбадривала с улыбкой:

— Ничего, Хозяйка, я бы тоже испугаться.

Я улыбнулась ей в ответ, но на самом деле от стыда мне хотелось провалиться сквозь землю. Вот оно, моё настоящее «я» — пытаюсь казаться храброй, а сама подпрыгиваю от падения на голову обычной шишки.

Пока Карион срывал шишки с ветвей кедра, Дорок, внимательно осмотрел небольшую поляну, на которой мы оказались.

— Думаю, на сегодня достаточно. Остановимся здесь. Карион проверит местность, а мы пока устроим привал и разведём огонь. У нас как раз осталось мясо с обеда.

Карион, как всегда, не произнося ни слова, шагнул в густые заросли и бесследно растворился в них. Мы с Леамой принялись расстилать одеяла. Я старалась не смотреть ни на кого, всё ещё сгорая от смущения.

Когда Карион вернулся, его глаза словно светились в темноте, а на длинных когтях виднелась липкая чёрная кровь. Он дышал глубоко и жадно, как после хорошей пробежки.

— Чисто. — сказал он, обращаясь к Дороку. — Думаю, сегодня нас не будут беспокоить. После моей вылазки тёмные точно попрячутся.

Дорок лишь кивнул, казалось, его напряжение немного спало. Карион присел на корточки, вытер когти о пучок мха и бесшумно втянул их обратно. Затем он подошёл к сложенным братьями поленьям и положил на них ладонь. Через мгновение из-под его руки появился лёгкий дымок. Как только он убрал руку, сухие поленья жарко разгорелись, потрескивая и отбрасывая на наши лица тени. Я внимательно, с плохо скрываемой завистью, наблюдала за Карионом. Как бы мне хотелось вот так, просто и уверенно, пользоваться магией.

Мы устроились ужинать. Терас нетерпеливо поглядывал на меня, ожидая новой серии вопросов, казалось, ему нравится роль сказителя. Но я не не торопилась с расспросами. Пережевывая кусок остывшего мяса я думала о том, что бы мне ещё хотелось узнать. Наконец, мой выбор пал на самую актуальную в нашей ситуации тему.

— Терас, расскажи про Двор Ночи и его жителей.

Он задумался и почесал подбородок.

— Двор Ночи отличается от Двора, в котором правит Лурдан как минимум тем, что там живут тёмные эльфы.

— Что значит «тёмные эльфы»? — Спросила я.

Терас на мгновение задумался, затем вытянул вперёд руку.

— Вот смотри, наша с тобой кожа почти одного оттенка. А у тёмных эльфов она тёмно-серая. И ещё они... не очень любят солнечный свет.

— Тёмно-серая... — Задумчиво протянула я, пытаясь представить цвет.

— Да, — кивнул Терас. — Как только увидишь, сразу поймёшь, что это они. Вот только парадокс в том, что не все тёмные эльфы враждебно настроены. И из-за этого достаточно сложно понять, от кого ожидать удар в спину, а кто окажется союзником.

— Значит, у них во Дворе всегда ночь?

— Нееет, — протянул Терас. — Солнце светит одинаково для всех Дворов. Но у каждого Двора есть защитный барьер. Наверху он не такой сильный, но зато хорошо защищает от прямых солнечных лучей. У тёмных эльфов очень чувствительная кожа. Они, конечно, могут путешествовать и присоединяться к другим Дворам, если правитель этого Двора их допустит. Но тогда они должны носить длинные плащи с капюшонами, которые закрывают их от солнца. Но у всего этого есть и свои плюсы — тёмные эльфы отлично видят в темноте.

— А вы? Ищейки? Вы тоже видите хорошо ночью? — Я старалась запомнить каждую деталь.

Терас широко улыбнулся, его глаза блеснули в огне костра.

— Конечно, ведьмочка! Наши глаза умеют приспосабливаться к любому освещению. Мы же не просто какие-нибудь там эльфы, мы — ищейки. У нас много преимуществ: мы быстрые, ловкие, сильные. Не забывай, у нас есть ещё и острые когти, которые мы при желании можем выпускать.

— Повезло, — улыбнулась я.

— Повезло-то повезло, но один из минусов в том, что мы постоянно должны перемещаться по Дворам. Мы не можем осесть в одном и не появляться в других. Исключением является Двор Воды... Там наши услуги не требуются.

— А почему? — Удивилась я.

— Ну, скажем так, они там не любят проявление агрессии. И, как я понял, отлично справляются без нас. А может, у них там вообще нет тёмных духов, кто их знает. Я ещё молод, не во всех Дворах бывал. Вот наш отец долго путешествовал, пока не родился Карион, а затем и мы. Тогда он передал свои обязанности нам и ушёл на покой, так сказать, наслаждаться жизнью со своей истинной парой.

— А вы... можете отказаться от своих обязанностей?

Терас снова задумался, и его лицо стало серьёзным.

— Ты знаешь, я даже не думал об этом. Но если мы откажемся, тёмные духи расплодятся и будут бесчинствовать. Вряд ли кто-то из нас сможет спокойно наблюдать за этим. Не представляю свою жизнь в таком мире.

— Я об этом не подумала, — с грустью призналась я.

Терас снова улыбнулся, но на этот раз его улыбка показалась мне какой-то... взрослой.

— Вот поэтому я хочу иметь много детей. Воспитаю их как следует, научу всему, и тогда, может, тоже смогу отдохнуть.

Леама, до этого молча слушавшая нас, повернулась к Терасу:

— А ты не бояться за своих детей?

Терас ухмыльнулся, и его обычное балагурство вернулось на своё место.

— Нет! Я уверен, они будут такие же сильные, умные и очаровательные, как их папа!

— Ну да, ну да… — ухмыльнулся Карион, привычно чистивший свой кинжал чуть поодаль.

— Ты что, сомневаешься в моих силах, брат? — обиделся на брата Терас.

— О, нееет, — с притворной усталостью протянул Карион.

— Вот так-то! — с торжеством победителя в голосе закончил Терас.

— Пора спать, заканчивайте болтовню! Завтра мы подойдём к границе со Двором Ночи, и нам потребуется много сил. — Дорок встал с места, и его внушительная тень накрыла нас. — Я первый сторожу, затем — Карион, а под утро — Терас.

— Почему я всегда сторожу под утро? — Застонал Терас.

— Потому что под утро безопаснее всего, а ты, как самый молодой можешь недосмотреть и пропустить опасность, — без обиняков ответил Дорок.

Терас надул губы, как ребёнок, но спорить не стал. Я молча кивнула Леаме, и мы пошли готовиться ко сну под тихий шёпот ночного леса, оставляя за спиной тепло костра.

***

Я снова оказалась между мирами. Вокруг меня — ничего, лишь белая дымка, в которой тонут звуки и формы. Я пытаюсь всмотреться вдаль, но ничего не могу разглядеть. Слышу лишь голос. Он звучти монотонно, без эмоций, словно кто-то вдалеке читает заклинание или священный текст:

— Источник породил первую ведьму... она породила тьму... нужен баланс... дитя тьмы должен обрести свою пару...

Фразы повторяются вновь и вновь, по кругу, словно кто-то пытается вбить мне в голову простую истину, которую я никак не могу усвоить. Чей это голос? Может, это снова Моргат с кем-то говорит? Или... эти слова адресованы прямо мне?

Пустота вокруг меня сжимается, и в ней вспыхивают два знакомых красных глаза. Прерывая монотонный бубнёж заклинания, прямо в голове громом раздаётся повелевающий голос:

— МОЛЧИ!

***

Я резко вскочила, сердце бешенно колотилось. Я была всё там же, в лесу. Рядом, свернувшись калачиком, мирно посапывала Леама, а по бокам от нас спали Дорок и Терас. Значит, дежурит Карион. Я привстала на цыпочках, оглядывая лагерь. Его нигде не было видно.

Странно, куда он пропал? Может, разбудить остальных?

В чаще что-то зашуршало. Я резко обернулась и увидела между кустов два красных глаза. Они смотрели прямо на меня. И снова, как заворожённая, я сделала шаг в их сторону. Но нога зацепилась за сверток с оставшимся мясом, и я чуть не грохнулась наземь. И тут же в голову пришла отличная идея.

А что, если его прикормить? Ведь он не нападает. Может это всего лишь кот, в конце концов. Почему бы не попробовать?

Я подняла с земли кусочек жареного мяса и, затаив дыхание, на цыпочках пошла прямо навстречу светящимся глазам.

— Кооотик... — Тихо позвала я, протягивая руку. — Я принесла тебе угощение. Ты, наверное, голоден...

Из-за веток показалась чёрная мордочка. Два красных глаза испытующе смотрели на меня, но само существо не двигалось, будто призывая меня следовать за ним. Медленно, чтобы не спугнуть, я положила кусочек мяса как можно ближе к нему и отступила на шаг. Кот втянул воздух своим маленьким носом, слегка наклонил голову, снова посмотрев на меня. И в этот момент что-то изменилось. Он вдруг яростно зашипел.

Я резко обернулась и увидела Кариона. Его рука уже тянулась, чтобы в очередной раз схватить меня за шиворот.

— Ты что, издеваешься надо мной? — в его глазах бесновалась настоящая буря.

Я испуганно вытаращила глаза.

— Я просто... хотела покормить котика...

— Котика? — Карион взглянул на меня с таким удивление, будто я предложила ему потанцевать под луной.

— Эммм, да, — пробормотала я, немного заикаясь под его негодующим взглядом.

Я снова повернулась к кустам, но красные глазки уже пропали. Исчез и кусок мяса.

Карион не стал ждать моих оправданий. Он резко дернул меня за руку.

— Ай! — Прошипела я сквозь зубы, пытаясь высвободиться.

— Ты невыносима! Опять попёрлась в темноту! — Он наклонился так близко, что я почувствовала жар его дыхания на своём лице.

— Ну он всё время зовёт меня! Что я могу поделать?

— Зовёт? — голос Кариона стал чуть мягче, но напряжение в его позе никуда не исчезло.

— Угу, — кивнула я.

Карион замер и осмотрел меня с головы до ног, словно выискивая признаки одержимости.

— Что значит «зовёт»?

Я задумалась. Стоило ли рассказывать ему о сне? Но что-то внутри подсказывало, что он спрашивает не для того, чтобы просто посмеяться надо мной.

— Ну... сначала мне приснился странный сон. Потом — снова эти два глаза, будто видение. И как только я просыпаюсь... я не могу удержаться, чтобы не пойти к нему. Вот смотри, — я показала на то место, где только что лежало мясо. — Я положила ему кусочек мяса, и он забрал.

Карион покачал головой, и в его глазах читалась неподдельная тревога.

— Хорошо, что в этот раз, он забрал кусок жареного мяса, а не откусил тебе руку.

— Котик не стал бы так поступать со мной, — как ребёнок насупилась я.

— Кооотик, — устало протянул Карион и обречённо поднял голову к небу. — Да не котик это! Это, похоже, мелкий тёмный дух. И что ему от тебя надо — я не могу понять!

— Я не знаю, — пожала я плечами.

— Ладно, — Карион провёл ладонью по своим волосам, словно пытаясь собраться с мыслями. — К чёрту твоего котика! Что тебе снилось?

— Не говори так о нём! — не унималась я.

— Хо-ро-шо. Так что тебе снилось? — сквозь зубы, стараясь сохранить самообладание, процедил Карион.

— Я не уверена, что мне можно это говорить, — прошептала я, внезапно осознав всю странность просьбы из сна.

— Это ещё почему? — Удивился он.

— Нууу... дело в том, что в конце сна я отчётливо услышала слово... «МОЛЧИ!»

Карион округлил глаза. В них мелькнуло какое-то тревожное, почти паническое, чувство.

— Ну тогда тебе определённо нужно обо всём мне рассказать. Я слушаю.

Я всё ещё сомневалась, но его взгляд, тяжелый и неумолимый, не оставлял выбора.

— Хорошо... — Наконец сдалась я. — Там был просто набор слов. Что-то вроде: «Первая ведьма... дитя тьмы... найти истинную пару... уравновесить...».

Кариона словно окатили ледяной водой. Он резко притянул меня к себе и крепко зажал ладонью мой рот.