Переходница: Между Мирами

— Ладно, Тинки, – сказала Маша, поднимаясь. – Попробуем заключить сделку. Я буду обращаться с тобой по-человечески, если ты будешь выполнять мои поручения. И первое мое желание… покажи мне эту башню. Все её секреты и тайные ходы.

Тинки вытер слезы и радостно закивал. — Конечно! Я знаю здесь каждый уголок! Следуйте за мной!

И Тинки, маленький эльф в смешном камзоле, побежал вперед, а Маша, вампирская принцесса поневоле, последовала за ним, чувствуя, как в её душе просыпается искра надежды и… странного умиления.

— Ну и влипла же я, – подумала она, с улыбкой глядя на крошечную спинку своего нового помощника. — Но, кажется, будет всё-таки весело.

Тинки, словно маленький вихрь, закружился вокруг Маши, щебеча о "Крепости Полумесяца".

— Ох, госпожа! Эта башня имеет богатую историю! Изначально она принадлежала эльфийскому роду Лунных Певцов! Они были великими магами и целителями! Говорят, они умели разговаривать со звездами и исцелять одним прикосновением! Но потом пришли вампиры и… ну, вы знаете… Тинки замолчал, виновато глядя на Машу.

— Вампиры есть вампиры, Тинки, – ответила Маша с легкой усмешкой. – Что поделать, если у них аллергия на солнечный свет и тяга к красненькому? Так что там дальше?

Тинки тут же оживился. — А дальше… дальше башню захватила злая колдунья! Она использовала её для своих темных ритуалов и даже похищала детей!

— Очаровательно, – прокомментировала Маша. – Просто райское место.

Тинки пропустил сарказм мимо ушей, продолжая тараторить: — Потом был сумасшедший алхимик, который пытался создать философский камень! Он взорвал половину башни, но так ничего и не добился! А потом…

Их очаровательную прогулку прервал чей-то тактичный кашель.

Маша и Тинки резко обернулись. Прямо за их спинами стоял Люциан. Его лицо, как всегда, было непроницаемым, но в глазах промелькнула тень… удивления? Раздражения? Маша пока не могла понять.

— Мария, – произнес Люциан, и его голос звучал немного холоднее, чем обычно. – Что здесь происходит?

Маша пожала плечами, стараясь выглядеть как можно более невинно.

— Просто осматриваю свои новые владения. И знакомлюсь с… местными достопримечательностями. Тинки вот любезно согласился провести мне экскурсию.

Люциан перевел взгляд на Тинки. Маленький эльф съёжился под его пристальным взглядом и попытался спрятаться за спиной Маши.

— Тинки, – медленно произнес Люциан. – Что ты делаешь здесь?

Тинки, заикаясь, ответил: — Я… я… выполняю свои обязанности, господин! Я служу госпоже Маше!

Люциан нахмурился. — Ты знаешь, что тебе не положено покидать… свои покои без моего разрешения.

— Но госпожа… госпожа сама позвала меня! Я не мог ей отказать! – пропищал Тинки, чуть не плача.

В голосе Тинки звучал искренний страх, и Маше вдруг стало его жалко. Она не могла допустить, чтобы Люциан его наказал.

— Люциан, – вмешалась Маша. – Не стоит так строго с ним. Он просто хотел быть полезным. И, признаться, он рассказывает очень интересные истории. Например, про злую колдунью и безумного алхимика.

Люциан бросил на Машу странный взгляд. — Вам нравится слушать эти сказки?

— А почему бы и нет? – ответила Маша с вызовом. – Готова поспорить, что в них больше правды, чем в ваших вампирских придворных сплетнях.

Люциан молча смотрел на Машу, словно пытаясь прочитать её мысли. Тинки всё ещё прятался за её спиной, дрожа как осиновый лист.

Наконец, Люциан вздохнул. — Хорошо, – сказал он. – Пусть будет так. Но в следующий раз, Тинки, сначала спрашивай разрешения.

Тинки выдохнул с облегчением и благодарно посмотрел на Машу.

— А теперь, – продолжал Люциан, поворачиваясь к Маше. – Я хотел поговорить с вами наедине. Если позволите?

Маша кивнула. — Тинки, – сказала она. – Ты можешь идти. Но обязательно жди меня. У нас еще незаконченный разговор.

Тинки радостно закивал и, попрощавшись, юркнул в ближайшую дверь.

Маша осталась наедине с Люцианом. В воздухе повисла напряжённая тишина. Даже мрачные камни башни, казалось, затаили дыхание в ожидании чего-то.

— Что-то случилось? — спросила Маша, стараясь сохранить непринужденный тон.

Люциан оперся о стену, скрестив руки на груди.

— Ты осваиваешься быстрее, чем я ожидал, Маша. — сказал он, окидывая Машу взглядом с ног до головы. — Тебе очень идёт. И признаться, я удивлён, что ты так быстро начала заводить друзей.

Маша усмехнулась. — Нельзя же вечно сидеть в своей комнате и любоваться цветами. А Тинки… он и вправду забавный. И, кажется, единственный здесь, кто не будет пытаться меня убить или обратить в вампира.

Люциан приподнял бровь. — Ты считаешь, что мы пытаемся тебя убить?

— Ну а что мне думать? – Маша ответила вопросом на вопрос. – Я оказалась в незнакомом месте, в окружении вампиров, без малейшего понятия, почему я здесь и чего вы от меня хотите. Разве это не повод для паранойи?

Люциан молчал, и Маша почувствовала, что попала в точку. Он что-то скрывает, это было очевидно.

Наконец, он ответил: — Ты права. Я не стану отрицать, что у нас есть определенные планы на твой счет. Но уверяю тебя, твоя смерть в эти планы не входит.

— Тогда что входит? – Маша скрестила руки на груди, копируя позу Люциана.

Вместо ответа Люциан лишь загадочно улыбнулся ей.

— Время покажет, Маша. Время покажет. А пока… постарайся не взрывать башню попытками создать философский камень. И не заводи слишком много друзей среди эльфов. Это может быть… опасно. Они только с виду милые и беспомощные.

С этими словами Люциан оттолкнулся от стены и, не прощаясь, направился в противоположную сторону коридора. А, пройдя уже несколько метров, немного сбавив шаг, сказал, не оборачиваясь:

— Завтра мы начнем обучение.

Маша проводила его взглядом, чувствуя внутри растущее раздражение и… любопытство.

— Ох, Люциан, – прошептала она обреченно. – Ты точно не дашь мне здесь заскучать.