Легенды Саввары: Она поглотила Зарю

ЧАСТЬ 1.

– А бывали до этого в Горах Такура? – спрашивает торговец.

Торгаш – зверолюд. Худощавый, вроде бы не молодой, хотя Кирос в этом не был уверен. Морда песья. Серый мех моментами белеет, но это седина или естественный окрас – поди разбери. Его зовут Нит. Это, кажется, какое-то сокращение, но Киросу глубоко наплевать на имя торговца.

Кирос сидит рядом. Одежда мятая и не свежая. Сам же чувствует, что от него несет. В зубах самокрутка, которая наполовину уже истлела. В руке бутылка: откупорена, но еще увесистая.

Рога Кироса растут немногим выше глаз на лбу и тянутся вверх. Он среднего роста. Глаза серые. Короткие волосы неаккуратно обкромсаны. А лицо… Раньше его считали красивым, но сейчас оно изрядно осунулось от алкоголя, и он выглядит старше своих лет.

Кривит лицо в ответ на вопрос торгаша.

– Кто вообще в эти горы добровольно поедет?

– Я езжу вполне добровольно.

Кирос молчит. Не хочет язвить.

Горы Такура не слыли опасным местом. По крайней мере, до недавних пор. Просто считалось, что это холодный и бедный край, где живут странные мелкие уродцы.

Но, конечно, есть места похуже. Например, далеко на востоке Империи, где не унимаются группировки непокорных зверолюдов – словно опасные вредители: сколько их ни дави, они все равно умудряются выжить.

– Сами-то вы откуда?

Вопросы торгаша не раздражают. Кирос ведь сам решил добираться попутками.

– Где родился?

– Ага. Говорок-то не очень примечательный.

– Я из Рэнмы.

Зверолюд присвистывает.

– Столичный человек!

– Сам-то?

– Сейхал.

– Далеко занесло.

– Жить там не очень спокойно. Да и холод мне больше по душе.

– Будешь? – Кирос протягивает торговцу бутылку. Зверолюд поднимает руку, отрицательно качает головой.

– Не, не стоит. Я все-таки на работе.

Кирос пожимает плечами, делает глоток сам. Вино посредственное: без терпкости, без крепости, без сладости. Или Кирос уже просто не ощущает его вкус.

– Что о такура думаешь?

– А что о них думать-то?

– Ну… Говорят, что они опасные.

Торговец усмехается. Прям искренне так.

– Уж кто бы говорил. Вот уж вас, юлианцев, стоит опасаться, а такура – самые безобидные ребята, которых я знаю. Но нужно быть внимательным: обокрасть они могут.

– То есть тебе сложно представить, что такура могут убить юлианца?

– Ну… Воображение у меня хорошее. Представить можно все, что угодно. Да и, наверное, когда-нибудь подобное случалось, но… Да, это как-то совсем уж маловероятно.

– Они такие мирные?

– Я бы не сказал. Юлианцев опасаются, а вот друг друга легко могут убить.

– А что с дикими такура?

– «Дикие» будто не очень правильное слово.

– Правда? – с вполне искренним удивлением спрашивает Кирос.

– Они же не животные. Просто не признают Империю.

– Звучит так, будто ты контактировал с ними.

– Я – нет, а вот мой партнер пробовал.

– Да ладно?

Зверолюд усмехается.

– Никто не верит, когда я это рассказываю.

– Он живой?

– Живой. Встретился с кем-то. Его прогнали, но было это… Хм… Ну, намного лучше, чем я ожидал. Он вообще не заметил разницы между этими такура и теми, что подчиняются Империи.

Кирос вздыхает.

Вздыхает, потому что стремительно тает шанс найти быстрое и простое объяснение загадки, из-за которой его отправили в этот край. Возможно, конечно, местные уже все выяснили, но почему-то Кирос даже и не надеется на нечто подобное. За все время работы такая удача с ним случилась лишь раз.

Делами магов занимаются отряды карнифасов при Имперской Кустории.

Сперва из магического управления Гор Такура пришло анонимное письмо о том, что в этой местности действует опасная группировка магического толка.

Тогда глава управления Гор Такура лично прибыл в столицу, чтобы заверить, что это всего лишь наветы. А теперь, спустя пару недель, главу управления находят мертвым в горах.

Якобы его мертвое тело лежало в снегу, в кровище. В груди и животе раны, а голова валялась отдельно от тела. Так Кустория и решила направить карнифаса для расследования.

Вроде даже собирались набрать отряд, но кто-то сверху решил, что Горы Такура не требуют такого внимания.

Подумаешь, нашли труп в снегу, какая…

– Хм… Что-то снега не видно.

– Теплеет уже. В горах что-то еще есть, а тут… – зверолюд машет рукой. – Грязища одна.

Вид и правда довольно безрадостный.

Небо в серых облаках. Дождя нет – и то хорошо. Местность холмистая и довольно пустая. Вдалеке видно какие-то деревеньки, к которым тянутся дороги, уходящие с главного пути.

Вокруг витает этот запах влаги, которая уже несколько дней не может высохнуть. Земля покрыта зеленью, но это скорее покров мха, а не трава. У Кироса вообще нет желания рассматривать ближе.

Посреди этого серо-зеленого марева встречаются редкие голые деревья.

В столице Юлианской Империи настоящих холодов не бывает вообще. Неудивительно, что для многих служащих назначение в Горы Такура – ссылка. Киросу, впрочем, было попроще. Он родился в столице, но все-таки побывал в разных уголках Империи. Удивить его сложно.

«Горы Такура» – это не только горы. Официальное название всей провинции все-таки.

Уже вечерело, когда они приближались к Тассану, центру провинции. Город находился в низине, потому его можно было разглядеть с возвышенности, откуда хорошо были заметны и горы, до которых рукой подать – настоящая гряда.

Стало ощутимо холоднее. В городе и далее, ближе к горам, еще остался снег.

В глаза бросаются стены, которые, кажется, остались в качестве декорации или памятника, потому что город давно ушел за их пределы. А также Башня Акилона – главное магическое управление провинции, которое одновременно является и филиалом «Омни Скении», Палаты Знаний.

Башня оказалась куда больше, чем представлял Кирос. Она находится на самой окраине города и выглядит обособленно.

Особенно удивительно это из-за того, что «Горы Такура» считается провинцией с наименьшим числом магов и членов «Омни Скении» из всей Империи.

Людей мало, а резиденция колоссальная.

– Что-нибудь знаешь про эту башню? – Кирос кивает в сторону этого каменного колосса.

– Магическая башня или вроде того. Знал одного торгаша, который им всякую еду возил, но вроде перестал.

– М? Перестал?

– Что-то с их главным не поделил. Местные говорят, что лучше не иметь с ними дел.

– Правда? Почему?

Торгаш пожимает плечами.

– Я магов побаиваюсь, поэтому не лезу и не спрашиваю. Но вроде говорят, что их главный жадный и неприятный тип.

– Главный… Квинт Диус?

– Да не помню, как его зовут. Вроде бы.

Кирос усмехается. Интересно, что сказал бы зверолюд, если бы знал, что рядом с ним сидит не просто маг, а карнифас.

У карнифасов дурная репутация: охотники на магов и маги-мучители, которые проводят изощренные допросы и самые жестокие казни.

Зато звание карнифаса позволяло скрывать наличие магического дара и обходиться без амулетов и браслетов. Кирос этим активно пользовался. С обычным бродягой люди охотнее и честнее общаются, чем с агентом Кустории.

Они постепенно приближаются к городу. Становится темнее и почему-то кажется, что все вокруг мрачнеет и тускнеет.

Центры провинций часто большие и богатые города. Возможно, что Тассан тоже богатый город на фоне остальной провинции, но на фоне других подобных городов он выглядел… хм… неприглядно.

Есть высокая стена, которую хорошо видно отовсюду – действительно высокая. Памятник временам, когда тут был боевой форпост.

Возможно, эта стена сохранилась еще со временем войны с Краджаном – объединенными царствами зверолюдов. Хорошо видна Башня, а также пара высоких каменных построек.

В остальном же дома приземистые. Часть деревянная, часть саманная, а где-то и вовсе палатки, укрепленные палками и камнями. В таком-то климате?

Через город тянется дорога с брусчаткой. Видно еще несколько таких «укрепленных» дорог. Остальное утопает в грязи и лужах вперемешку с уже чернеющим снегом.

Где-то загораются редкие светокамни, которые тускло освещают улицу.

– Дальше пойду сам.

– Удачной дороги, – улыбается зверолюд.

Они пожимают друг другу руки. Кирос спрыгивает с телеги, хватая с собой сумку, обитую кожей, где всякая бюрократическая дребедень, без которой теперь никуда.

Оглядывается – больше телег не видно. Центр провинции, столица этого края, а повозки и путники настолько редкие. Людей на улице тоже мало, но в этом ничего удивительного: погода уж очень неприятная, да и солнце уже спряталось за горизонтом.

Ему нужно встретиться с Проконсулами провинции. Сейчас для этого поздно, а значит нужно идти в магическую башню.

К счастью, к Башне ведет мощеная дорога, пусть и довольно узкая, окруженная лужами и грязью.

Идти не очень удобно, но Киросу приходилось терпеть и большие неудобства, когда его посылали в совсем уж глухие места на охоту за ренегатами.

Он оглядывается по сторонам. Вокруг в основном такуры. Он видел их ранее. Прежде такуры могли выйти за пределы провинции только пройдя через бюрократический ад и получив специальное разрешение, но где-то пять лет назад ограничения сильно ослабли. Пусть эти изменения и произошли по довольно нелепой причине: Император когда-то удочерил девочку из народа такура. Кажется, это повлияло на политику в отношении этого странного народа.

Кирос не слышал, чтобы кто-то был против. Такуры считаются в целом безобидными, хотя сейчас он и ощущает какое-то даже беспокойство.

В тенях их полно. Они что-то делают, общаются между собой и, конечно, поглядывают на Кироса. Их глаза яркие, морды и тела кажутся звериными. Из-за этого есть какое-то ощущение, будто он идет по заброшенному городу, облюбованному стаей животных.

Самому даже стыдно за собственный страх.

– Господин!

Кирос поворачивает голову. Рядом – такура, ростом примерно по пояс Киросу. Чешуя бурая, глаза большие золотистые.

Он семенит, идя вровень с Киросом.

– Чего тебе?

– В Башню магов идете?

– Ага.

– Хотите купить какую-нибудь магическую штучку? – спрашивает такура.

– Разве такое там не продают?

– Вот именно! Не продают. Зато у меня есть первоклассные защитные обереги.

Он показывает внутреннюю сторону плаща, где висит куча камней и каких-то мелких штучек – в темноте не разобрать – на веревочках. Амулеты и браслеты.

– Давай вот этот, – сказал Кирос, указывая на один из них, и сунул такура монету.

Тот отдает ему зеленый камень на веревочке.

– И пусть хранят тебя высшие силы! – произносит многозначительно такура, воздевает руки вверх, будто он и правда колдун, а затем скрывается в подворотнях.

Веревка самодельная. Камень… Ну да, никаких украшательств. Просто камень. Кирос трет пальцами поверхность.

Твердая и шершавая… Ощущение, будто подкрасили обычный булыжник. Ничего особенно в этой штуке нет.

Зачем взял? Есть у них в управлении куча разных примет, одна из них: приносить обратно памятные вещи. Они не должны быть ценными, просто…

– Кольца! Это не простые кольца. Десять молодых дев нашептали туда свои заклинания! – говорит такура с темной чешуей, разбавленной бежевыми пятнами.

– Да что ему твои кольца! Вот! Вот, что вам нужно, такого нигде в Империи нет, – у второго такура с темно-зеленой чешуей коробка, в которую накиданы какие-то корни. – В кипяток кидаете и… Все сразу восстанавливает.

– Туники! Моя жена сама сшила. Подойдет на любой размер, – выкрикивает еще один такура.

Гомон только нарастает, так как другие тоже начинают суетиться вокруг него. Кирос уже понял, какую ошибку он совершил, когда что-то купил у того, первого.

Он идет вперед, стараясь их не замечать. Они тянутся к нему, но все-таки не трогают. Опасаются юлианцев? Или Кирос сам внушает им тревогу?

Дорогу не преграждают, потому он подходит к Башне. Она большая. Впрочем, «большая» – это слово, которое не передает, насколько Башня Акилона выглядит чужеродно.

Башня Акилона – монструозная. Говорят, что раньше диких такура почему-то рассматривали в качестве серьезной магической угрозы. Позже это сошло на нет, но монумент этой паранойи остался на месте.

Башню окружает высокий забор, у которого караулят стражники. Сейчас впереди двое зверолюдов с кошачьими мордами.

– А НУ РАЗОШЛИСЬ!

Орет один из зверолюдов, выходя вперед. У него бежевый мех и кисточки на высоких ушах.

Такура и правда разбегаются, хотя Киросу не кажется, что они действительно пугаются.

Стражник замечает зеленый камень в руке у Кироса.

– А… Все понятно.

Кирос усмехается и пожимает плечами.

– Кто такой? Чего надо? – спрашивает стражник.

Кирос лезет в сумку. Проще показать, чем объяснить.

– Можем к светокамню подойти? Текст мелкий.

Стражник даже не спорит. Они подходят к светокамню. Свет довольно тусклый. Будто сюда свезли самые дрянные осветители.

Или они, может, остались еще со времен войны с Краджаном.

Кирос протягивает одну из бумаг стражнику. Тот ее внимательно разглядывает. Бросает на Кироса хмурый взгляд.

– Карнифас?

– Карнифас.

– Как добрались?

– Бывало и хуже.

– Ага, точно. Сейчас позовем кого-нибудь.

– Вы можете просто впустить меня.

Стражники переглядываются.

Что-то думают. Кирос понимает: тут не нужно быть гениальным мыслителем. Они знают, что карнифасу, присланному Кусторией, нельзя просто так отказать. Но, кажется, было какое-то указание «сверху».

Кирос хмыкает. Не хочет издеваться. Примирительно поднимает руки.

– Ладно. Давайте, зовите кого нужно. Я подожду.

– Беги за Хин. Давай-давай.

Второй стражник убегает, а Кирос и зверолюд с кисточками на ушах остаются один на один.

– Я – Зах. Точнее Захтар, – произносит зверолюд.

– Кирос. Интересное у тебя имя, Зах.

Зверолюд пожимает плечами.

– Родители так назвали.

Кирос по роже видит, что Зах все понимает: его имя не юлианское. На севере и центре зверолюды редко дают такие имена. Выходит…

– Ты с юга.

– Да. Пошел в легион, а меня отправили сюда.

– Ты этим не очень доволен?

Зах плюет себе под ноги.

– Всегда мечтал служить в грязи и в грязе-снегу с этими… – он кивает куда-то в сторону. Явно на такура намекает.

– Знаешь что-нибудь про убийство Квинта?

– Что у него башка была отдельно от тела… Черт.

– Нервничаешь?

– Конечно, сука, нервничаю. Это все эти уроды, – он снова кивает куда-то в темноту.

Кирос понимает, к чему он клонит. Но все равно как-то машинально оборачивается. Позади темные проулки, слабо освещенные камнями.

– Говорят, вроде, что такура безобидные.

– Пф. Бредятина. У меня тут был друг, тоже такура. Его убили. Там… – он отмахивается, качает головой. -Там… жесть полная была. Части тела в разные стороны, голова – тоже отдельно от тела.

– За что его так?

– Повздорили с одной шишкой.

Кирос кивает, но пока все укладывается в привычную картинку. Такура режут друг друга, но эта резня особо не касается остальных.

Врата приоткрываются снова, там морда второго зверолюда.

– Пройдемте за мной.

Кирос кивает Заху.

– Увидимся еще, – мрачно бросает Зах. Видимо, он умудрился подпортить настроение самому себе.

Они заходят на территорию Башни. Кирос оглядывается: освещение тоже тусклое и слабое. Он видит голые деревья, какие-то столы со стульями. Тут уже ровный каменный пол, пусть и весь в лужах сейчас.

Идут к башне. На входе их ожидает девушка.

Кирос подходит ближе. Карнифас многое повидал, но это тот редкий случай, когда что-то смогло удивить даже его.