Сказ про Семёна-простака и Берендеева кулака
Не растерялся он и быстро взяв себя в руки, поклонился красавице в пояс, и произнёс, краснея:
– Прости меня прекрасная девица, что без спроса к тебе явился, только по нужде я посмел покой твой нарушить. Позволь мне представиться. Люди меня кличут Семёном - добрым молодцом, а матушка Сенькой зовёт. Ты уж не серчай на меня, коли покой твой растревожил. Не со зла я. А по просьбе отца бедного, купца залётного, что в этом озере недавно сына своего единоутробного потерял. Может ты слыхала об этом и помочь чем сможешь безутешному отцу? А он отблагодарит тебя от всего сердца и деньгами, и каменьями драгоценными.
Молчит девица красная и на распросы Семёна отвечать не хочет, но всё лишь хмуриться, да слёзы льёт. Тогда он снова поклонился девице в пояс и робея спросил у красавицы:
– Прости меня озёрная принцесса, если покой твой нарушил. Но дозволь всё же узнать у тебя, кто ты, девица красная, да почему тут сидишь и плачешь так горько и одна одинёшенька среди рыб озёрных? – с тревогой восхищённо переспросил он её. – Кто ты такой? Почему без приглашенья в мой дворец пришёл, да воду в моём озере мутишь? – сердито вдруг спросила хозяйка дворца у нежданного гостя. – Как смеешь ты ко мне во дворец являться без приглашения, да допросы мне устраивать! Или хочешь, чтобы я тебя в карася пучеглазова превратила или жабу борадавочницу, на потеху всем?
Испугался Семён, что царевна не шутит и может на него свои чары колдовские наложить и с поклоном произнёс:
– Прости меня красавица, что покой твой нарушил, да только хочу я мальца одного отцу вернуть. Уж больно старый убивается по нему, совсем разум потерял, говорит, что похитители его у него, когда они по воду ходили. Только не изволь гневаться, а скажи уж, как мне всё ж сынишку купеческого отыскать?
Тут всё же сменила девица-красавица свой гнев на милость, да молвила ему в ответ:
– А я та, кто является дочерью Берендея, царя и зовут меня Русалия. Ну уж, коли мы с тобой познакомились, то скажу тебе, что сегодня у меня день рожденье и батюшка мой хочет выдать меня замуж за Черногора мерзкого.
– Вот беда так беда, коль жених не мил тогда. Уж неужто и царевен замуж насильно выдают?
– Да всяко бывает... Только мне видно мне не повезло...
– Мне очень жаль. Скажи, а я могу тебе чем-то помочь?
– Скажи добрый молодец, а что тебе про нас известно, раз ты не боясь пожаловал ко мне во дворец?
– Да мало, что у нас в народе говорят про озеро это, и про царя Берендея. У нас ведь свой царь есть, ему мы служим верой-правдой. А про вас только гусельники сказы сказывают, да деток малых пугают сызмальства. Только зачем мне пересказывать разные пустые пересуды людей. Ведь грех говорить и судить о том, что сам никогда не видел, да в руках не держал. – Слукавил добрый молодец, чтобы не обидеть дочь царскую.
А сам всё смотрит Семён на прекрасную царевну, и чувствует, что влюбился он в неё с первого взгляда, да сразу до безпамятства, а в груди его сердце как колокол церковный стучать стало, замирая от счастья. Понял он, что не сможет теперь и дня прожить без этой девицы красавицы, словно приворожила она его чарами колдовскими. И тогда, сам того не ведая, сознался девице, что влюбился в неё с первого взгляда и готов её на всё ради неё, но только он слово дал, что сначала из плена купеческого сынка должен вызволить.
Не стала больше сердиться на него Русалия и произнесла:
– Ты его уже не спасёшь. Нет твоего сынка купеческого в моём озере. Его на днях мой батюшка сразу же, как увидел, обернул в русала, да на обучение к водяному отдал. Так, что ничем ему ты уже не поможешь. Но если ты меня спасёшь, да из озера этого к себе увезёшь, то ни нужды, ни болезней век знать не будешь…
– Предложение, конечно хорошее, но я пока молод и здоров, да и нужды у меня особой нет. Всё, что мне надобно, так мне рано или поздно Бог даёт.
– Скажи хлопец, а хочешь, тогда я твоей невестой буду? – вдруг услышал он её новый вопрос и удивлённо посмотрел на девицу, не веря своим ушам.
– Бери что хочешь в моё приданное, мне ничего не жалко для тебя. У меня полные сундуки добра всякого, есть кафтаны, шитые шелком, каменья драгоценные, амфоры с жемчугом. У меня даже золото есть! Хочешь много золота?
Семён молчал. а царевна с интересом наблюдала за гостем, перестав плакать. Когда русалка замолчала, он, снова поклонившись царевне, удивлённо произнёс: – Не нужны мне твои богатства не сметные, а коли сама царевна мне прикажет, то с радостью буду ей женихом и мужем. Да я всё для тебя сделаю! Расстроился поначалу Семён, пригорюнился, что денег ему за спасения дитяти купеческого не будет, но вскоре быстро успокоился. Уж если мальца ему не суждено спасти, так и убиваться об этом не стоит.
Видит русалочка, что солдат повеселел и решила ему владения свои показать, чтобы тот успокоился и помог ей план побега подготовить. Ходят они из залы в залу да лепотой озёрной любуются. А там каких только богатств нет. Вокруг них молодые девицы русалки с рыбами диковинными плавают, веселятся, хороводы водят, а про напасти и не томятся во все. Да и о чём горевать, когда вокруг такое богатство не мереное. Ведь куда не глянешь, мебель вся из золота да серебра по углам расставлена. А утварь домашняя из горного хрусталя, да из раковин чудных. Не успел он одним залом полюбоваться, как царевна его уже в другой тянет, да все свои богатства показывает. Но Семёну от них ни холодно, ни жарко. Очарован он был Русалией, да лишь о ней у него думы одной, а не об её богатстве несметном. И обо всём забылись они, пока гуляли по дворцу, да вокруг любовались.
Вдруг слышит Семён, как сверху откуда-то трубы из литавр зазвенели, да всё потемнело вокруг, русалки разбежались по своим теремам, рыбы как вкопанные у дверей замерли. Даже волны зашевелились, закачались тревожно в такт подвескам жемчужным на люстрах диковинных, возвещая всех приближении царя Берендея. Тут и Семён замер в испуге, не зная, что делать, как из беды выпутаться. Хорошо хоть первой очнулась Русалия.
– Бежать нам Семён надо. Отец мой возвращается с женихом моим. Увидит он тебя здесь, разозлиться, да вмиг в русала превратит.
– Да я не боюсь отца твоего грозного, если надо, то я сам сражаться с ним буду.
– Да нельзя его победить силой молодецкой, он же владыка всех озёр лесных и полей. С ним можно только хитростью бороться, да заклятиями колдовскими. А он и тебя, ни меня не пощадит в гневе своём. А я давно мечтала на земле пожить, надоело мне моё царство озёрное. Скука здесь зелёная. Хочется мне песни звонкие птиц слушать, да цветами в поле любоваться. Но если успеем выбраться отсюда, то царь меня не поймает. Нам нужно поспешить, пока чары озёрные ослабли.
Глава 2
Не по Сеньке шапка.
Поспешили влюблённые к краю озера, а выхода, да и не видят, замутилось оно и непонять стало, где верх, а где низ. Да и материнский кушак красный, заветный, от бед заговорённый пропал, на погибель их верную…
Зарыдала тогда Русалия, и не знает, что делать, ведь только на полнолуние луна ей и её сестрицам - русалочкам дорогу наверх открывала, а до этого дня ещё неделя целая.
Вдруг почувствовал Семён, что над головой стук какой-то странный раздался, как будто бы на дождь похожий и обрадовавшись говорит он своей любимой принцессе:
– Раньше мне матушка всегда говаривала, что будто бы выход из беды всегда прячется под хвостом у радуги. Так что нам нужно подождать немного, и как только дождь утихнет, а муть водная уляжется, то в ту же минутку и радуга поднимется, да нам направление на хвост свой укажет. Вот тогда уж мы и выход из озера увидим.
Обрадовалась его словам русалочка, даже плакать и печалиться больше не стала. Задумавшись, красавица руками поводила, тут и дождик прекратился. Да и в самом озере вода посветлела, и стала вновь прозрачной и чистой, как прежде. Но Русалия понимала, что скоро её хватятся и богоню за ней пошлют, поэтому тревожно озираясь, она всё же предупредила Семёна:
– Некогда нам дожидаться конца дождика, не ровен час, батюшка в мою горницу войдёт, да пропажу мою заметит. Худо нам будет. Так что ищи свой кушак заветный, заговорённый. Удивился Семён таким способностям царевны озёрной, но виду не подал, хотя и обрадовался несказанно. Взглянул он наверх и видит, что действительно рядом совсем с хвостом радуги, вода сильно отличается по цвету от самой глади озёрной. Через это место им и само солнышко проглядывает, да на выход из пучины озёрной указывает. Не стал больше мешкать Семён. Быстро схватил он русалочку за руку и потянул её за собой наверх, прочь из царства Берендеева, пока её грозный батюшка их не заметил, да не схватил.
Но тут вдруг с ними другая беда приключилась, как только они попытались из озера выбраться, то с ними другая напасть приключилась. Неожиданно все водоросли длинные, стали словно живые, за ноги их наровят ухватить, да вниз за собой утянуть в пучину озёрную.
А тут и погоня из рыб к ним на помощь подоспела, да за ноги начали кусать, пока раки своими клешнями воду им мутили, да плыть мешали. Даже неповоротливые налимы оживились и притащив с собой огромную сеть, пытались опутать ею беглецов. Но Семён не мешкая, вынул из-за голенища своего сапога нож, и начал яростно кромсать эти верёвочные путы, готовые словно паутина захватить их в свой плен, и не давая им возможности убежать. Вскоре, освободившись сам, Семён помог освободиться и Русалии. А потом не мешкая, схватил он девицу за руку и увлекая за собой, поспешил прочь от дворца.
Русалия обессилив, то и дело падала, путаясь в своём длинном платье, поэтому Семёну пришлось чуть ли не волоком тащить бедняжку за собой. Ведь даже вода озёрная не помогала беглецам выбраться, а наоборот то и дело устраивала для них то водоворот, то отлив, стремясь утянуть их за собой, в свою пучину озёрную, на самое дно. Совсем было обессилили бедолаги, ведь силы их были на исходе, и не ровен час могли на дно камнем уйти. Но тут, на их счастье, неожиданно-негаданно к ним, словно по волшебству помощь пришла, да как нельзя кстати. Почти отчаявшись, Семён вдруг увидел рядом с собой конец красного материнского кушака, который ему матушка перед дорогой подарила, который словно маячок заветный, кружился почти рядом с ними.
Из последних сил он устремился к заветному материнскому талисману и не зря, и в ту же минуту, практически рядом с ними пронеслась карета царя Берендея. И если бы они не ухватились бы за кушак, то водоворот и сильное течение затянул бы их назад, в царство злобного колдуна. Русалия безвольно опустив руки и закрыв глаза стала потихоньку скользить вниз, как будто неведомые силы увлекали её в озёрную пучину. Волосы русалки, словно живые распластались в воде, нарушив гармонию и качаясь в водовороте мешали Семёну сосредоточиться. Но ему повезло, что массивный золотой гребень выскользнув из косы, больно ударил его по щеке, приводя в сознание. Инстинктивно подхватив гребень и сунув его за пазуху, он одной рукой приобнял русалочку, а другой посильнее ухватился за кушак и что есть силы, дёрнул материнский оберег, и тот тут же потянул их вверх наружу, прочь из воды.
И в тоже мгновенье, они уже выбирались на берег. Сердце Семёна колотилось как бешенное от погони, поэтому не мешкая, выбравшись на берег, беглецы тот час побежали прочь от озера по песку, сквозь колючие кусты, не разбирая дороги, пока Русалия снова не упала.
– Брось меня, убегай один. Видно не судьба мне жить земной жизнью.
Обессиленный Семён оглянулся назад на озеро. К их счастью преследователей было не видно. С облегчением взглянул он на Русалию, чтобы подбодрить её и видит, как у той вдруг, что за диво такое, но вместо ног стройных и красивых вдруг хвост вырос.
От этого волшебства у Семёна волосы дыбом встали. С трудом справившись с изумлением, усадил он русалку на камень. А сам думу думает, что ему теперь делать.
А девица плачет, да хвостом о песок жалостливо бьёт.
– Ах добрый молодец, забыла я тебе про заклятье отцовское рассказать. А ведь он специально его на нас его навёл, чтобы мы не могли сбежать от него на волю. Днём мы все как обычные девушки живём, а вот с вечерней зорьки, до утренней у нас хвосты вырастают. Поэтому стоит нам из воды выйти вечером, как мы тотчас в русалок превращаемся. Так что видно, не судьба нам вместе с тобой быть. И буду я свой век на дне озёрном жить, да жемчуга перебирать.
Смотрит Семён на небо, а оно и вправду было всё усеяно яркими звёздами. А ему казалось, что он во дворце был всего-то ничего, а оказалось, что целый день прошёл. Жалко стало парню девицу красавицу. Утёр он её слёзы и её к себе на плечо побежал к заветной поляне, где коня оставил. Тяжёлая ноша не тяготила его, но печалила сильно. Вскоре добрались они до нужного места, заветным свистом подозвал своего коня. К счастью, тот недалеко пасся в зарослях полыни, поэтому, как только заслышал он голос хозяина, то тот же час прискакал к ним на голос хозяйский.
Вечерело. Солнечные лучи, обдав верхушки деревьев своим теплом, почти скрылись из виду вместе с солнышком за горизонт. уступая место луне и звёздам.
Парень бережно опустил русалочку на землю, а сам немного отдышавшись, накинул седло на коня. После чего вернулся к девице.
– Держись крепче за мою шею, – прошептал он ей, и она краснея, нежно обхватила его шею обеими руками. Не мешкая, Семён усадил свою Марьюшку на седло да и привязал её покрепче к коню, чтобы та ненароком не соскользнула вниз, после чего запрыгнув на круп коня, и направил свои поводья прочь от озера. И через минуту, они уже неслись голопом прочь от этого зловещего места.
Заветная дорога сильно петляла, потому им приходилось объезжать болота зыбучие и леса дремучие, да дозоры местные. В первое время русалочка чувствовала себя хорошо, но чем дальше от озера они удалялись, тем хуже ей становилось. Она была очень бледной, её дыхание было всё реже и реже. Собрав последние силы, Русалия с грустью произнесла:
– Прости меня добрый молодец, но видно не судьба нам с тобой вместе век вековать. Видно придётся мне назад возвращаться царю-батюшке, пока чешуя моя вся не высохла и я не умерла, без воды нашей озёрной.
– Как же быстро ты сдалась, принцесса. Потерпи ещё, нам совсем немного до дома осталось, там за поворотом уже мой дом, а дома и стены лечат, глядишь, что-нибудь и придумаем.
– Ты не понимаешь, Сокол мой ясный. В озере мы с сестрицами живём как обычные люди, но стоит луне появиться на небе, как вместо ног у нас появляется рыбий хвост. Вот я увидела тебя и обо всём забыла, думала, что коли полюблю молодца, то чары отцовские спадут. А что если у меня скоро вместо рук плавники вырастут? И ты разлюбишь меня, коли я превращусь в рыбину холодную, белохвостую.
– Милая моя, мы скоро всё исправим, ты только ничего не бояйся, матушка подскажет мне, как тебе помочь. Я верю в это.
– Мне тоже моя нянюшка в детстве рассказывала, что если русалка встретит свою настоящую любовь, то чары спадут и она вновь станет девицей.
И тут Семёну в голову пришла идея, открыл он бочонок дубовый и окропил её немного озёрной водицей, взятой из озера для матушки. И тот час русалочка ожила, и на её бледном лице засиял румянец, а чешуя рыбья засверкала серебром будто. Обрадовался хлопец, коня пришпорил. Быстро оторвались они от погони. А тут на их счастье, вскоре и слободка нужная показалась вдалеке. Пришпорив коня, Семён быстро миновал частокол, за котором был кордон и вскоре они уже очутились рядом с нужным домом.
Хоть на дворе уже и была глубокая ночь, но когда они наконец-то они постучались в калитку, то им тотчас матушка отворила ворота и впустила их во двор отчего дома.
Старушка всё это время долго не могла заснуть, она как будто бы чувствовала, что сынок её единственный и ненаглядный должен был вот-вот вернуться. И очень обрадовалась тому, что тот действительно стоял перед ней живой и невредимый.
Увидев, как сынок на руках внёс в горницу русалку, старушка вначале сильно удивилась, но ничего не сказала про странную гостью, хотя и не понимала, почему у такой красавицы был рыбий хвост вместо ног.
Быстро собрав ужин на стол, матушка сама пригласила их столу, да стала почивать, чем Бог послал. Только Русалия бедная не ест, не пьёт, на свой хвост смотрит, да слезами горькими умывается.
Жалко матери молодых стало, но чем помочь не знала. Задумалась она, как можно спасти бедную русалочку, чтобы вместо хвоста рыбьего ноги бы у неё были, как у девушек. Но ничего на ум не приходило. Тогда она взяла горящую лучину и вышла с ней во двор. Потом старушка нарвала возле забора пучок травы и подожгла её, приговаривая:
– Ты полынь трава седа,
ты полынь трава мудра.
Туман силой развевает,
да ума прибавляет.
Матушка Лада, помоги,
что нам делать подскажи.
Сон наступает чары открывает.
Проделав ритуал, довольная женщина вернулась в дом и успокоила детей. Она окурила избу полынным дымом и пообещала, что во сне они увидят подсказку, что им дальше делать. После чего, ушла в свою половину, оставив молодых одних, пожелав им утра вечера мудреннее.
В это время на улице завыла соседская собака, а из печки позёвывая, показался их облезлый сонный кот Васька и задрав голову, спокойно произнёс:
– Вашей беде только один леший может помочь. Что живёт в лесу возле селения у чуди белоглазой, что на другом берегу реки, только они чудесами разными владеют, но дороги к нему я не помню, так как сбежал от них, когда мальцом был. Да и зачарованы к ним все пути-дороги. Так что лучше всем будет, если ты Семён, девицу эту вернёшь отцу её пока не поздно. А то не сносить тебе головы.
Смотрит Семён на кота и диву даётся. Что за чудеса такие? Что ни день, то новые. Толи он сошёл с ума, толи чудеса у них в доме приключились.
– Это что за чудо такое, что коты вдруг человечьим голосом разговаривают, или это мне с медовухи чудится.
– Нет, не чудится тебе. Все животные и птицы, кто рядом с русалками находятся, говорят человечьим языком.
– Батюшки-святы, чудны дела твои господи. Странно то как! Только почему тогда рыбы молчали, и ничего не говорили, если они с русалками живут? – удивился тогда Семён с матерью?
– Так им Берендей языки укоротил, чтобы они лишнего не болтали, вот и молчат теперь со страху. А если тебя поймают, то и с тобой разговор будет короткий. В лучшем случае, если самого русалом сделают, а так могут и на корм рыбам пустить. Так как не по Сеньки шапка.
– Не верю я тебе. Ты всё брешешь.
– Хоть верь, хоть не верь, мне всё едино, но только если ей не помочь, то сгинет русалочка твоя скоро, и к цыганке не ходи.
– Слышь, блохастый! Ты мне зубы не заговаривай, а лучше скажи, сам-то ты знаешь, где этот чародей живёт, или языком трепать только горазд? — Не верю я тебе. Ты всё брешешь.
– Я-то сам не знаю, как тебе туда добраться. Но Баба Яга всё знает. Но не каждому она ведь путь дорогу укажет, а только тому, кто люб её сердцу будет. Так что тут одной силы мало будет, потому что тут хитрость и смекалка нужна!
– Так, а ты дорогу до этой бабы знаешь? Или зря языком болтаешь?
– Не верю я тебе. Ты всё брешешь.
– Да я там родился если что, пока не сбежал от неё. Она меня и мою мать ненавидела всю жизнь, сказала, что ей нас подарили на именины, и теперь мы должны все её прихоти исполнять и подчинятся ей. А жить у ведьмы, та ещё радость. И зимой, и летом мышей ловить, да приносить всё, что прикажет из леса. А ей то лапки саламандры добудь, то сердце лягушки, то паучьих лапок надо. Даже перьями жар птиц в заколдованный лес отправляла, или за цветами редкими для зелья. И ладно матушка моя в чём-то провинилась перед ней, а я то был не при чём... Вот и сбежал я от них, так как с рожденья учёным стать хотел, к людям у меня душа стремилась, а не на цепи всю жизнь сидеть как собака. Только скажу тебе Семён, гиблое это дело и не каждому под силу.
– Значит какой-то драный кот может от бабы этой к людям прийти, а человеку до Яги нет. Не верю я тебе! Брешешь всё.
– Век рыбы не видать, если брешу. Да я ведь там не в гостях, а у матушки родной. Она мне и дорогу показала к людям, чтоб я не заблудился. Мне эту дорогу ни в жисть не забыть, хоть я тогда и котёнком ещё был, так что ничего я не брешу. Верила в меня матушка, что стать смогу тем, кем родился изначально...
– Эх, не помрёшь ты своей смертью, чую. Уж больно странные вещи говоришь. Ну, а коли не врёшь, то поверю тебе на слово. Мне русалочка моя дороже жизни моей!
– Ну, что ж двух смертей не бывать, а одной - не миновать, так и быть, проведу тебя к Яге. Только про рыбу, ловлю на слове. Согласен я, хозяин.
– Ну если так, то давай спорить. Пока я этого бабу Ягу и этого Лешего не увижу своими глазами, то в твои сказки не поверю. Слушай, блохастый, а давай-ка лучше с тобой на воз рыбы поспорим! Если ты мне поможешь, то я тебя рыбой завалю, а если нет, то ты мне ловить её будешь по гроб своей жизни.
– Согласен, только не обмани меня, хозяин. – Ну, что же, тогда завтра и отправимся в путь-дорогу. А пока утро-вечера мудренее.
На том и порешили.
Всю ночь Семён не мог уснуть. Только он глаза закроет, как ему страшный змей сниться, да огнём рыгает окаянный, то изба за ним на курьих ногах бегает, словно склевать хочет. Видно ужасы минувшего дня на него так подействовали, да страх за любимую русалочку покоя не давали, но только как заря утренняя показалась, а густой туман развеялся за оградой, стал он собираться в путь-дорожку. Правда к утру натаскал для русалочки полную бочку дубовую колодезной воды, чтобы русалке легче было его дожидаться.
Не успел он всех намеченных дел перед отъездом переделать, как из горницы и Русалия из горницы вышла. Да сама, на своих ножках стройных. Оказывается, что и правда, с утренней зарёй с неё чары спали и вместо хвоста опять ноги появились.
Обрадовался он, что соседи про её тайну ничего не прознают и плохого русалочке не сделают, и по утру, сел Семён на верного коня и сунув кота в котомку, попрощавшись с матушкой, тот час отправился за снадобьем чародейским, чтобы русалочку свою спасти, да чары злые навечно снять.
Глава 3
Погода стояла отличная. Семён двинулся в направлении, что указал ему кот. Поначалу дорога была широкая и прямая, скакать по ней было одно удовольствие, но вскоре она стала уже еле заметной, пока и вовсе не исчезла из виду. Лес окружил их со всех строн, мешая в пути. Мощные кедры тянули свои могучие ветви к самому небу. навевая на путника уныние и безисходность. День ещё некоторое время назад солнечный и жаркий, вмиг потускнел. Семён по чём зря бранил кот, но тот лишь злобно фырчал на хозяйна и твердил, что они идут правильно, что им главное каменного идола повстречать, а уж если он им не попадётся, то тогда точно заплутали. Поэтому Семён помолившись, решил довериться кошачьему нюху и судьбе.
И действительно, лес вскоре начал по-немногу рядеть и перед ними оказалась огромная поляна, на которой из земли торчал огромный седой камень, весь покрытый мхом и окутанный паутиной.
Спешился Семён с коня и решил поклониться древнему идолу. В детстве от стариков он слышал поверье, что когда-то давным давно между колдунами и стражами богатырскими была большая битва, когда те пытались попасть в Грустину. Долгой была эта битва, но пали богатыри под натиском злых сил, но не открыли дорогу колдунам, превратившись в камни,
Матушка часто рассказывала ему, что эти камни живые, что они всё видят и чувствуют, а ещё могут помочь путнику в трудных делах.
Подошёл Семён к камню, и начал его расчищать от мха, веток разных, а у самого мысли в голове одна за другой мешают ему сосредоточиться. Думает он, как же ему расспросить у камня, про путь дорожку, чтобы своей любимой помочь, да колдовские чары с неё снять. И не успел он и пару пластов мха отодрать, как заметил под мхом какие-то буквы. Обрадовавшись, он начал тщательнее соскребать вековой налёт с камня, чтобы прочитать всю надпись. Ещё немного усилий потребовалось ему, как буквы превратились в слова, и появилась надпись, которая гласила:
Налево пойдёшь, любовь найдёшь,
направо пойдёшь, добро соберёшь.
А прямо пойдёшь, судьбу обретёшь...
Стоит Семён, пригорюнился, не знает, как правильно поступить, стоит ли прислушиваться к совету каменного истукана.
Хорошо хоть к нему на помощь кот пришёл и говорит:
– Эх, Семён, Семён, что тут думать-то? Видишь, к камню идёт одна дорога, а от камня три. Но налево тропка широкая тянеться, видно многим любовь нужна, а ты свою русалочку уже встретил, направо тропинка тоже тропка широкая тянется, видимо и по ней путников много шло, а прямо тропинка хоть и неширокая, но прямая, да ровная. Вот по ней и пойдём. Мы же с тобой вместе, и я, и твой верный конь, а значит, любую беду и трудность перенесём.
Удивился молодец мудрости кошачий, но спорить с ним не стал.