Страж Бездны

– Ладно, – пожал плечами я и начал стягивать футболку.

Роман опомнился и замахал руками.

– Стой! Я пошутил, гребанный психопат! Дам я тебе табаку английского…

– Тогда чего критикуешь? Сам выглядишь, как сельчанин.

– Конечно! – кивнул Рома и опрокинул в себя остатки пива. – Вот поэтому, пока ты изволил дрыхнуть на топчане, я подсуетился и нашел нам отличного шмота.

При этих словах Роман достал из-под кровати большую спортивную сумку и кинул ее в меня. Я поймал ее на лету, чуть не выронив бутылку из рук.

– Так-так, – пробормотал я, расстегивая молнию и придирчиво рассматривая содержимое. – Armani, Calvin Klein… Ты решил сделать из нас этих… каких там?

– Ты зря совсем, – обиделся Рома. – Отличные шмотки. Даром что не из табака английского.

– Это на меня налезет вообще? – скептически рассматривая черную футболку с какими-то блестками, спросил я.

– Налезет. Размер у тебя почти мой. Ну будет чутка в обтяжку – не горюй. Бабам это нравиться. Показать есть что, во всяком случае.

– Ага, – мне так совсем не казалось. Уже год из-за всяких курсов, репетиторов и дополнительных уроков, предварявших поступление в ВУЗ я толком не занимался спортом и серьезно растерял форму. – Где достал это?

– С табаком английским прислали тамошние серы, – с лукавой улыбкой заявил Роман.

– Да ну тебя к черту, – капитулировал я.

– Вот-вот, я о том же. Иди мойся, переодевайся, приводи себя в порядок… В общем, сделай с собой что-нибудь. А то не пустят еще…

***

До клуба мы ехали на такси. Я даже не спрашивал откуда взялись деньги на такой совершенно невероятный для меня с соседом транспорт – Рома просто поставил перед фактом, а я принял его без колебаний.

А чего, собственно спорить, когда на мне чужие шмотки с лейбами именитых брендов, на голове – гель, а на носу – черные очки? Ситуация в принципе была сумасшедшей для всего моего образа жизни: душа под тугими лацканами обтягивающей футболки так и кричала, так и рвалась содрать с себя чуждый доспех… Но…

Я вспоминал эти нежные черты лица, эти локоны золотистых волос… Что еще я смогу вытерпеть ради того, чтобы хотя бы вечер побыть рядом… с ней?

Да какой рядом? В стороне… вдалеке даже.

Ехали долго. Признаться, я даже успел покемарить. В отличие от Ромы. Тот был полон энергии и планов. Он постоянно копался в записной книжке своего древнего мобильного телефона, что-то бубнил под нос, изредка отвлекаясь на несвязанные комментарии относительно вечернего города и его жителей. Я не слушал его. Мои мысли поглощала она… Ко всему я был равнодушен, что, наверное, во многом и подвело меня.

Все началось с того… что когда мы подъехали к клубу и яркие огни вывески заплясали на линзах моих темных очков, я ощутил приступ удушливого страха. Я ощутил в себе жуткую неуверенность, несуразность своего положения, полную глупость…

– Ты чего завис? – заругался на меня Рома, успев уже выбраться из машины. – Вылезай оттуда…

– Я это… может домой? – робко пробормотал я.

– Эка, брат, если только ногами – поездка в один конец оплачена, – проклятый сосед расплылся в лучезарной улыбке. – Без табаку английского придется сложно…

Что ж, серьезный аргумент.

Я выбрался наружу. Меня тут же обдало прохладным ветром. Чувствовалось начало осени.

Рядом с высоким четырехэтажным зданием толпилась молодежь: при входе работал строгий фейсконтроль из пары перекаченных монстров. Хмурыми взглядами из-под широких лбов они встречали каждого желающего пройти в клуб, придирчиво рассматривали одежду, лица, заставляли показывать содержимое сумок (смешно, но и парни таскали с собой наподобие женских… времена!). Некоторые тусовщики так и оставались за порогом. Им оставалось громко возмущаться, ругаться, звонить кому-то…

Наверное, со стороны я выглядел как медленно, но верно сдувающийся шарик. Голова вжалась в плечи, спина согнулась, руки прижались по швам. Я был совершенно уверен, что выгляжу нелепо, что все вокруг смотрят на меня и смеются. Да, как раз вон та компашка девочке о чем-то весело расхохоталась… Кошмар из моих снов начинал оживать наяву!

Из оцепенения меня выдернул только мощный рев мотора нашего такси: водитель нехило втопил газу на старте. Меня хорошенько обдало выхлопом уносившейся в ночь машины… Я часто заморгал, встрепенулся.

А затем Ромка хлопнул меня по плечу.

– Не теряйся, сосед! – крикнул он. – Сегодня будет круто!

Ну почему я не мог разделить с ним его ощущений и уверенности?

Мы встали в очередь. Или скорее в толпу, кучу… Никакой организацией здесь и не пахло. Да и о чем это я вообще?

Среди общей массы я разглядел много знакомых людей или вернее тех, кого видел сегодня на парах. С несколькими мы поздоровались кивками. Кто-то посмотрел на меня, а я на него или нее, и мы тут же отвели взгляды. И почему мы одарили друг друга такой сильной порцией равнодушия? Почему с улыбкой не сказали привет? Не решили познакомиться? Может, виной всему моя робость? Или страх? Или я ожидаю первого действия с их стороны, не позволяя своей гордости сделать первый шаг? Почему в нас… это?!

Постепенно мы с Ромой продвигались ко входу. Причем вроде бы некоторые люди были сначала впереди нас. Некоторые наоборот нас даже обогнали… И чего я запариваюсь по этим мелочам?

В очереди было жарко, пахло духами и… легким, молодежным потом. Парни, девушки вокруг увлеченно болтали, смеялись, о чем-то шушукались, играли в гляделки. Я же поглядывал на всех украдкой. Мне казалось, мои щеки пылали.

Неуютно, неприятно, стыдно. Я не привык быть в таких местах, среди… среди кого, впрочем? Отступать было поздно…

Я и не заметил, как передо мной вырос один из охранников-горилл.

– Чего? – буркнуло это создание из литых мышц.

– П-пройти можно? – жар нахлынул на меня огненным потоком. Предчувствие провала было так близко…

– Студент?

– Первокурсник, – зачем-то ляпнул я.

– Тогда не пройдешь, – пожал плечами гигант. Спорить с его каменным рылом было бессмысленно даже с учетом того, что вечеринка была устроена специально для первокурсников.

Вот.... и все. А я боялся! Жаль, теперь придется топать до дома… ночью.... долго.

Я весь сник… нет, даже расплавился. Какой же я слюнтяй! Всегда казался себе более уверенным.

В тот момент, когда я хотел уже было развернуться и уйти, несолоно хлебавши, рядом с охранником возникла фигура. Невысокая, темные волосы, курносая… И большие зеленые глаза…

Милана!

В легком, черном платье с неглубоким декольте… Она посмотрела на меня и затем легонько коснулась руки охранника. И в этот же миг двери клуба раскрылись, из них высыпала веселая, подвыпившая компания. Среди них была Юля: заметив меня, она радостно замахала руками.

– Саша, иди сюда! Пустите его: он с нами! И друг твой тут? Идем! Здесь весело!

Охрана не препятствовала.

В следующие несколько минут на меня обрушился шквал музыки и криков, хлопков и смеха. Глаза слепил яркий свет цветомузыки, различных фонарей и лампочек. Людей на каждый метр было человек по пять. Я вроде шел по коридору, а вроде с кем-то обнимался или даже танцевал....

Я потерял из виду Юлю и Рому. Меня окружили люди – в полумраке и отблесках фонарей они были почти все одинаковые.

Десятки глаз, полуоткрытых век, чьи-то руки в разноцветном свете… Соблазнительные силуэты девушек в откровенных платьях.

Кажется, я станцевал с одной, затем с другой. Меня кто-то угостил пивом, затем заставили выпить виски с колой. Какая-то загорелая черноволосая девушка увлекла меня в безудержный танец под латинские ритмы. От ее сильных, страстных движений мое сердце застучало часто.... Очень часто.

Неожиданно из общей гущи меня выдернула Юля. Она смеялась. Что-то говорила, я не слышал. Кажется, на моем лице застала улыбка.

Мне было безумно весело!

Юля притащила меня к каким-то диванам, на которых сидела уйма народу. Там же я увидел Рому. Он уже пил с незнакомой девушкой на брудершафт какую-то зеленую жидкость.

– Так, друзья, это Саша! – стараясь перекричать музыку, возвестила Юля.

– Привет! – следом вырвалось из меня.

Пару человек повернуло в мою сторону голову. Кто-то заулыбался, замахал руками.

– Саша, смотри, вот это моя подружка Нари. Вот это Настя, Маша, Заур, Илья. Ага, вон там Айгюн.... С Женей твой друг пьет абсент. Ну… а с остальными познакомишься после!

Я закивал. Ранее исчезнувшая стеснительность стала возвращаться вновь. Музыка для меня уже не казалось такой громкой, свет таким ярким, а люди… такими однообразными. Мне почему-то показалось, что все смотрят именно на меня! И у всех свои мысли в голове, свои тараканы… кому-то я могу очень сильно не нравиться…

Присев на край дивана, я внутренне сжался в комок. Мне почему-то уже не хотелось танцевать и веселиться. Груз сомнений и неуверенности снова повис на моих плечах. Было острое желание исчезнуть. И у меня это почти удалось – никто ко мне никакого внимания не проявлял.

Наверное, так мой вечер и прошел, если бы…

На секунду мне показалось, что в зале стало чуть светлей: словно среди полумрака на фоне темных фигур возник самостоятельный источник света. Я бы даже сравнил со звездой, зажегшейся среди иссиня-черного неба.

Это была она. Маша. Легкая, почти воздушная в нежном кремовом платье, таком коротком что… Она шла сквозь всю эту темную, бесформенную массу подобно клинку, скользящему через нечто аморфное и мягкое. Ее золотистые волосы, ее небрежный взгляд, брошенный в сторону…

Я был готов поклясться, что она увидела меня. Наши глаза встретились.

И тут рядом с ней возник… Артур.

Все внутри меня оборвалось. Захотелось завыть от тоски.

Хотя стоп. Почему я сижу на месте? Надо рвануть, начать разговор, попытаться отбить ее… Но… зачем я ей такой? Кто я вообще? Одна душа и плоть… А она, такая… нереальная. Таким красавицам подавай только сливки. А я…всего лишь накипь…

И я остался сидеть на месте, в то время как Артур положил руку ей на талию, улыбался, что-то шептал на ушко… Она отвечала взаимностью.

Нет, невозможно. Мне что-то не по себе…

– Табаку? – предложили мне сигарету. Я послушно взял ее, зажал в губах. Мне подкурили. – Не английский правда, но сойдет и такой сейчас.

Неужели Рома заметил? Черт, я вроде не курю, но сейчас… дым так сладко струиться в легкие… Вроде с ним немного спокойнее.

– Сосед мой дорогой, что-то ты сник. Выпей, – Рома протянул мне стакан. Я взял его. Скорее машинально.

– Что здесь?

– Всякая хрень. Пей. В твоей голове слишком много пространства – вот паришься по мелочам. Покуда не зашумит, не расслабишься. А потом отведаешь… табаку английского. Да куда ты все смотришь? А! Понял… – Рома сокрушенно покачал головой. – Здесь твой бой проигран. Ты победил сам себя с самого же начала. Забей на эту блонду, приглядись, здесь много хорошеньких…

Но все остальные интереса у меня не вызывали.

Я сделал несколько глотков. Но лучше не становилось. Наоборот. Мое дыхание стало тяжелым. Мне показалось, словно на грудь мне положили что-то тяжелое… Голова начала кружиться.

– Рома, что здесь? – выдавил я из себя. Язык едва ворочался во рту.

Но соседа не было рядом. Неужели Ромка что-то положил мне в стакан? Зачем?

Мир перед глазами начал искажаться. Блески, вспышки, лучи прожекторов и фонариков смешивались друг с другом… Люди… нет, скорее тени, плыли перед глазами…

– Где туалет? – прошептал я.

Кажется, кто-то махнул в противоположную от диванов сторону. Хотя бы так. Мне нужно скорее туда… Меня начало мутить.

Я встал на ватных ногах, сделал шаг, затем другой… Кажется, я терял сознание. И вдруг мне показалось, что время остановилось. Мерцание исчезло, люди замерли.

Мое дыхание стало ровным.

Что произошло? Вокруг меня неподвижно стояли посетители клуба. Секунду назад были живые, а теперь… манекены?!

Предупреждала меня мама не ходить в клуб: обязательно подсадят на наркотики!

Но что-то не клеилось. Все происходило слишком явно. Это не мои галлюцинации....

И вдруг я понял, что мне надо идти. Идти срочно. И куда именно, я знал совершенно определенно.

Ноги сами понесли меня: просто в какой-то момент я оказался перед входом в женскую уборную. Почти не заметил, как прошел туда. Как вообще нашел дорогу?

Зачем мне туда?!

Неоновые лампы мерцали под потолком – их холодный синий цвет едва разгонял темноту. Вроде бы так и было задумано, но с другой стороны…

Несколько секунд я в нерешительности мялся на пороге. А затем сделал шаг вперед. Воздух вокруг меня уплотнился, мрак сгустился. Дыхание сперло. Все внутри меня потребовало срочно покинуть это место…

Но тут я в свете мигающих ламп увидел нечто странное у одной из приоткрытых кабинок. Сначала мне показалось, что это сверток, но когда я подошел ближе…

В темноте было трудно что-то понять, однако в одном я был уверен точно. Помимо растерзанного тела я увидел… силуэт. Нет. Это не была моя разыгравшаяся фантазия и не последствие шока. Это было четкое восприятие происходящего. Тень, едва уловимые очертания человека. Это нечто стояло спиной ко мне, а затем дернулось и… повернулось в мою сторону.

Вот тогда я закричал.

– Говорю же, меня повело туда что-то, – объяснял я полицейскому два часа спустя. – Интуиция или что-то в этом роде…

Служивый усмехнулся.

– Ага, интуиция, в женский туалет, – ехидничал он, – в клубе-то… Ладно, парень, прочитай и подпиши, пальчики твои мы все равно взяли, будем смотреть что и как.

Обратно с Ромой мы добирались пешком. Молча. Мой сосед шел, покуривая сигареты, и хранил железное молчание. Спящий город не спешил его нарушать: разве только изредка гудели моторы пролетавших мимо машин.

После обнаружения трупа всех посетителей клуба в спешном порядке удалили из помещения. Естественно, это многим обломало кайф. Я хорошо запомнил грозный взгляд Артура. Действительно, я его заслужил вполне: выбежал из женского туалета с криками похуже сельской девки. Для всех это была моя неуравновешенность и слабость. Кому теперь объяснишь, что я видел нечто? Роме я попробовал рассказать. Тот лишь хмуро посмотрел на меня и ничего не ответил.

– Ну ты и дал прикурить табаку английского, – уже ближе к общаге наконец выдал Рома.

Я смолчал.

– Теперь на тебя будут коситься. И на меня заодно. Непорядок, – добавил он.

Комментарии были излишни.

Так мы и дошли до своей комнаты, скинули кошерные шмотки и забылись сном. На пару часов, по крайней мере. Завтра нас ждал юрфак.

Головные боли

В жизни не буду больше пить. Честное слово. О-о-х… Моя голова! Она раскалывается!

Несмотря на относительно трезвое возвращение с неудачного похода в клуб, похмелье у меня было ужасным. Если бы не пинки Ромы, я бы не выбрался из кровати до завтрашнего утра.

Но сосед был непреклонен:

– Ах! Наш сер изволит почивать! – ярился он, сгоняя меня с постели. – А табачку английского в прикуску не желаете? А ну вставай, король всех вопящих баб! Выдирай свою задницу из кровати, повелитель бестолковых пугал и неудачников! Вчера ты обосрался, сегодня время основательно подтереться. И не смей мне накрываться одеялом! Выброшу к едреней фене! Вместе с тобой!

Рома мог, я не сомневался.

А одеялом бы я накрылся с большим удовольствием. Ну или простыней с прорезями для глаз. Короче, любой ерундой, лишь бы не ловить на себе косые взгляды, сыпавшиеся со всех сторон, стоило мне переступить порог факультета. Хотя на тусовке были не все студенты ВУЗа, слухи, обросшие дополнительными подробностями, наполнили старинное здание университета быстрее, чем началась пара.

– Да ладно тебе, не тушуйся. С определенной стороны ты теперь известная личность, для некоторых – даже таинственная, – подбадривал меня Рома. Тень его недоумения или… даже обиды за мой неадекватный поступок, исчезла вместе с восходом солнца. – Вот спроси у своей подружки Миланы. Точно тебе говорю, твои действия покажутся ей очень занимательными.

Да уж, у красавицы Маши они скорее всего особого уважения не вызвали. Интересно, как она восприняла мой поступок? Обратила ли вообще внимание? Подумали ли, что я чокнутый или того хуже: истеричка? Может, я просто нагоняю? Да нет, вряд ли… Артур приложит все усилия для создания мое образа в их компании. Хотя, какое дело его компании до меня, нищего первокурсника? Поржут и забудут. Будем надеяться на это.

– Это все? – угрюмо спросила женщина-кассир факультетской столовой.

– Там еще в микроволновке картошка с мясом, – не сразу среагировал я на ответ, чем еще сильнее разозлил кассиршу.

– Посчитала уже. Девяносто три рубля, – нетерпеливо пробурчала она.

Надо ли говорить, что три проклятые монетки я отсчитывал целую вечность? Видит бог, я не хотел. Просто туго соображал сегодня из-за ужасной мигрени.

Естественно найти место было не самой простой задачей – столы оккупировали не только первокурсники, но и ребята постарше. Причем большинство не в гастрономических целях, а просто чтобы поболтать, посмотреть на девушек, убить время. Все это хорошо, только мне с подносом и жрачкой на нем было просто некуда преткнуться: за каждым столом сидело человек по десять, чуть ли друг у друга на головах. Так, надо будет в следующий раз идти на обед либо на первом перерыве между парами, либо на втором. Не дело совсем…

– Эй, Саша! Давай к нам! – окликнул меня кто-то со спины. Все это время я шел, лавируя между галдящими компашками и такими же как я удачливыми ребятами с подносами в руках.

Я медленно обернулся и увидел махающую мне черноволосую девушку. Я даже выдохнул с облегчением. Юля.

– Позвольте, – пробормотал я, пристраиваясь среди сидевшей за столом молодежи. Среди них я знал только подружку Юли – Нари. Еще два коренастых смуглокожих парня, рыжеволосая девчонка с веснушками и пухленькая кудрявая блондинка мне были неизвестны.

– Саша, знакомься, это Арлен и Арам, – Юля кивнула на широкоплечих молодцев. Они оба были очень похожи друг на друга, даже носили одинаковые черные куртки, футболки только под ними были разные. – Это Настя – наша будущая лисичка-звезда экрана, и Оля.

– Привет! – пышка заулыбалась во все свои круглые щеки, да так мило и по-доброму, что я тоже улыбнулся в ответ, хотя в голову тут же выстрелила очередная волна боли, я даже приложил палец к виску.

– Ну скажешь тоже, звезда! Я вообще-то учиться на юриста пошла… – заворчала рыжая, но лишь для вида. По ее лицу невооруженным глазом видно удовольствие от слов Юли.

Арлен и Арам лишь только кивнули, даже не шелохнувшись, чтобы руку пожать. Ой, ну и пошли в задницу, надменные придурки. Хорошо хоть я культяпку тянуть не стал, а то бы выглядел сейчас как идиот.

Нари только улыбнулась, но промолчала, устремив взгляд в пространство столовой.

Кое-как примостившись за столом, я взялся за салат. Познакомились и ладно. Я реально просто хотел поесть. Но я явно не дооценил, с кем меня свели сегодня высшие силы.

– Чего молчишь? Рассказывай! – потребовала Юля.

– Чего рассказывать-то? – буркнул я.

– Ну, про клуб!

– Да нормально там было, – последовал мой ответ.

– Что ты мне голову морочишь? Ты обнаружил Леру? Все говорят, ты выбежал с криками и воями из женского туалета, когда увидел труп. Что ты там кстати делал?

При Юлиных словах о воплях, Арлен и Арам синхронно усмехнулись.

Я вздохнул. Моя голова заболела еще сильнее. Мне совсем не хотелось вспоминать подробности прошлого вечера. Да и потом, что бы я им рассказал? О моих неясных ощущениях, об остановившемся времени, о тени над трупом, черт подери? Слава богу, что я хоть в подробностях не рассмотрел труп, а то бы меня вообще переклинило.

– Да нифига. Шел в мужской толчок, услышал… стуки, вскрикивания…

– Вскрикивания? – Юля удивленно дернула бровью.

– Да, вскрикивания. Пошел посмотреть и увидел, – немного стушевался я.

– А чего кричал? – уголки губ Юли дернулись.

– Да фиг его знает. Я ведь подвыпивший прилично был, может, голову немного переклинило. Не помню. У меня сегодня голова болит ужасно…

– Ладно, не оправдывайся. – сжалилась Юля, и два смуглокожих близнеца хмыкнули. – Блин, капец, конечно. Девчонки с третьего курса в шоке насчет этой Леры. Говорят, всегда такая нормальная была, тихая, скромная… А вот тебе на! Оказалась наркоманка!

– Чего? – нахмурился я.

– Не знаешь, что ли? Умерла она от передоза. Говорят, кокаином. А кто-то про эти… как их там, колеса. Или вообще грибов обожралась. Вот тебе и жизнь.

– Тихая и передоз? – с сомнением проговорила Настя.

– Ой, а что тебя смущает? Все они тихие обычно, – затараторила кучерявая пышка. Как же она быстро говорила! Моя больная голова совсем не поспевала за ней....

– Ага и все это время никто за ней не замечал, что она кокаин фигачит? – продолжала не соглашаться Настя. – Не верю я в это. Думаю, это просто полицейские ничего делать не хотят. Вдруг ее изнасиловали и потом замяли следы? Вот Саша говорит, что слышал вскрикивания.

– Саша перепил, он сам сказал об этом, – парировала Юля. Неплохо, одной фразой уделала двоих.

– И что с того? В подобных делах всегда подробно исследуют личность человека, – авторитетно заявила Настя и добавила: – Читала вчера в книжке по криминалистике.

– Где читала? А зачем тебе это? У нас вроде нет такого предмета… – спохватилась Оля.

– Будет на третьем курсе. Просто ради интереса полистала летом, у меня у папы дома лежит.

– А-а! – протянула Оля, потеряв всякий интерес к затронутому Настей вопросу. Видимо, девушка была заинтересована только в формальной стороне: надо ли учить и сдавать, либо можно забыть об этом. На ближайшие два года, во всяком случае.

–В общем, не с проста это. И, Саша, ты не тушуйся, обязательно помоги полицейским в расследовании, – сказал Настя и положила мне руку на предплечье.

Тут я посмотрел на нее более внимательно. Из-за трещавшей от боли головы, я все время старался смотреть в стол или тарелку, без всякого удовольствия пережевывая столовкую еду. А тут я оглядел девушку полностью. И сразу же уткнулся взглядом в ее глубокий вырез на высокой, красивой груди. Невзрачная зеленая кофточка только усиливала эффект. Этот взгляд не ускользнул ни от кого из сидящих за столом. Все дружно расхохотались. Даже я немного.

И в этот момент и так шумную столовую поразило несколько откровенно наглых и дерзких вскриков, какой-то топот, а затем в помещение ввалилась толпа с Артуром во главе. Быстро оценив обстановку и не найдя свободного места, крутая компания пристала к группе первокурсников, из тех что послабее и стеснительнее: полненьких, кругленьких, в очках и со сгорбленными спинами.

– Чего расселись? Пожрали и валите нахрен! – накинулись два парня со стрижкой под горшок на невысокого тощего паренька с длинными волосами. Этих наглых перцев я уже видел, из свиты Артурика.

Парнишка вжал в голову в плечи и стал подниматься.

– А ты, хер пузатый, чего расселся? Тебе, может, ведро еще купить? Пожрешь по пути на пары, вали давай! – слова третьего горшкоголового недоноска были обращены к пухлому парню с добрым, детским лицом. При словах налетчика он весь залился краской, и закивал головой.

Очищающее пламя ярости в миг смыло мою головную боль. Честно, я не очень-то размышлял в тот момент. Просто аж весь затрясся, и понял: не могу быть в стороне.

– Эй, оп! – крикнул я едва ворочавшимся языком. Со мной всегда так. Когда во мне страх и злость смешиваются в единую смесь, ноги становится ватными, сводит скулы, я начинаю сбиваться в речи, а эмоции прут, их очень трудно контролировать. – О-отвалите от них!

– Чего? – растерялся один из горшкоголовых.

– Г-говорю, они сидят спокойно, и не трогайте их, – я подошел вплотную к одному из псов Артура, тот попятился. Сам прилизанный ублюдок стоял до этого в стороне, но теперь подошел ближе.

– Надо же! – раскрыл он рот. – Это же тот самой визга, что распугал всю вечеринку!

Его слова встретили дружный смех со всей столовой.

– Х-хочешь, я могу заставить также визжать и тебя? – сказал я, и глянул на него исподлобья.

– Да ты никак нарываешься, парнишка, – сверкнули темные глаза Артура.

– Уже давно, красавчик, – нехорошо усмехнулся я.

– Следи за базаром, – вставил свое слово ближайший ко мне любитель стрижки под горшок.

– А то что? – прищурился я.

– А то....

– Табаку английского отведаешь! – рявкнул возникший из ниоткуда Рома, и как бы невзначай толкнул его плечом. Тот отлетел на полметра.

– Воу-воу! Полегче! – уже менее уверенно затявкал песик.

– Тогда, может выйдем? – предложил Артур, улыбнувшись. За его спиной возникло еще четверо верных шавок. Какие же они были одинаковые! И как вообще попали на факультет?

– Только вместе с нами, – к столу вышли Арлен и Арам. Ничего себе! А сидя они казались гораздо меньше. В каждом из них было два меня. Примерно.