Идите лесом…Инквизитор!
– Как вы себя чувствуете? – поинтересовалась я, прикладывая ладонь к его лбу. Температура вроде нормальная. – Помните, кто вы?
– Голова болит, – прохрипел он, с трудом разлепив глаза. – Меня зовут Матиас. Где я нахожусь?
– Вы у меня дома. Я Велена. Вы оказались на пороге моего жилища практически при смерти – пришлось спасать. Сейчас вашей жизни ничего не угрожает, насколько я могу судить.
– Вы спасли меня? – он нахмурился, пытаясь сложить в голове разрозненные кусочки реальности. Я кивнула. – Прошу, выходите за меня замуж!
– Что?! – я едва не рухнула со стула. В ушах зазвенело, а в голове пронеслось: «Да чтоб мне гном в мужья достался!»
– Я люблю вас! – торжественно провозгласил Матиас, глядя на меня с неподдельной искренностью.
– Мать, ты случайно склянки не перепутала? – влез в разговор Баламут, вальяжно развалившись на подоконнике. – Может нечаянно приворотом напоила?
– Я такое не делаю, ты прекрасно знаешь! – возмутилась я, бросив на кота укоризненный взгляд. Приворот всегда был для меня табу. Тех, кто просил его сварить, я отправляла куда подальше – и не фигурально.
– Тогда с чего это он жениться собрался? – прищурился Баламут, изучая Матиаса, как редкий экземпляр жука под лупой. – Головой что ли тронулся?
– Исчезни! – швырнула в него пустым флаконом.
Кот ловко увернулся, оскалился, показал мне язык, а затем демонстративно покрутил лапой у виска, многозначительно кивая в сторону пострадавшего.
Я возвела глаза к небу, с трудом сдерживая нервный смешок.
– Уважаемый Матиас, – начала я, стараясь сохранить серьёзность, – давайте проясним ситуацию. Вы только что очнулись после тяжёлой раны, едва не отправились на тот свет, а теперь предлагаете мне замужество. Не кажется ли вам, что это… немного поспешно?
– Но я действительно вас люблю! – настаивал он, пытаясь приподняться. – С первого взгляда, как только увидел ваше лицо…
– Первое лицо, которое ты увидел после того, как чуть не умер, – перебил Баламут, – не обязательно должно стать последним лицом в твоей жизни. Подумай об этом.
– Вы… вы серьёзно? – выдавила я, пытаясь сохранить серьёзное выражение лица.
Матиас смотрел на меня с непоколебимой решимостью, хоть и лежал при этом пластом.
– Абсолютно. Вы спасли мою жизнь. Это знак судьбы. Я чувствую, что вы – та самая женщина…
– Постойте, – я подняла руку, прерывая его пылкий монолог. – Давайте разберёмся по порядку. Во-первых, вы только что очнулись после четырёхдневной лихорадки. Во-вторых, вы даже не знаете, кто я на самом деле. В-третьих… – я окинула его взглядом, – вы вообще помните, как оказались у моего порога?
Он нахмурился, явно пытаясь собраться с мыслями.
– Помню лишь, что бежал. От кого-то. Было холодно, мокро… и я… – он запнулся, – кажется, потерял сознание.
– Вот именно. – Я скрестила руки на груди. – Вы не помните ни обстоятельств, ни даже того, кто вас преследовал. А уже делаете предложение. Не торопитесь ли?
– Но я точно знаю, что люблю вас! – настаивал он, глядя с такой искренностью, что мне стало неловко.
Из-за печи раздался саркастический хмык. Баламут высунул морду:
– Ну и ну. Спасла, выходит, не человека, а романтический кошмар.
Я бросила на кота предостерегающий взгляд, но он лишь лениво облизнул лапу.
– Матиас, – я снова повернулась к больному, стараясь говорить мягко, но твёрдо, – давайте начнём с того, что вы поправитесь. Потом разберёмся, кто вы, откуда, и почему за вами гонятся. А уж потом… – я сделала паузу, – будем решать насчёт судьбоносных решений.
Он приоткрыл рот, явно собираясь возразить, но тут же закашлялся. Я быстро поднесла ему кружку с отваром:
– Пейте. Вам нужно восстановить силы.
Пока он пил, я размышляла. Странный он. Слишком эмоциональный для человека, только что вернувшегося с того света. Либо это последствия лихорадки, либо…
«Либо он что-то скрывает», – мелькнула мысль.
– Скажите, – осторожно начала я, ставя кружку на стол, – а почему вы решили, что любите меня? Вы ведь даже не видели меня до того, как очнулись здесь.
Он посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то неуловимое – не то смущение, не то вина.
– Я… не могу объяснить. Просто чувствую. Как будто знаю вас давно.
Баламут тихо пробурчал:
– Или пытается пустить пыль в глаза.
Я проигнорировала кота.
– Ладно, – вздохнула я. – Сейчас вам нужен отдых. Поговорим позже.
Я встала, собираясь выйти, но Матиас вдруг схватил меня за руку:
– Пожалуйста, не уходите. Мне… спокойнее, когда вы рядом.
Я замерла. Его пальцы были тёплыми, но хватка – слабой. Он действительно нуждался в поддержке, но это не отменяло вопросов.
– Хорошо, – согласилась я, снова опускаясь на стул. – Но только, если вы пообещаете не делать больше внезапных предложений.
Он слабо улыбнулся:
– Обещаю. Пока.
Баламут закатил глаза и скрылся за печью.
За окном шумел дождь, а в доме пахло травами и теплом, но внутри меня росло ощущение: это спокойствие – лишь затишье перед бурей. И Матиас, каким бы милым ни казался, – часть этой бури.
На следующий день Матиас чувствовал себя настолько бодрым, что казалось, готов был пробежать кросс через три деревни. Вот только взгляд у него был такой, будто я собиралась вышвырнуть его под дождь без плаща.
– Матиас, ваше предложение мне лестно, но повторюсь, оно слишком преждевременно, – вздохнула я, потирая переносицу.
– Почему?! – возмутился он, слегка надув губы. В этот момент он напоминал обиженного котёнка, который не понимает, почему ему не дали вторую порцию сметаны.
– А сколько вам лет?
– Двадцать.
– Мне почти двадцать пять. Вы слишком молоды.
– Любовь не знает преград! И возраст не помеха! – парировал он с пылом юного рыцаря, готового сразиться за даму сердца.
Я мысленно задалась вопросом: Может его головой хорошенько приложило, пока ко мне полз? С виду вроде нормальный, горячки нет, но… такое упорство настораживало.
– Тем не менее мы с вами слишком мало знакомы, – попробовала зайти с другой стороны. – К тому же, вряд ли ваши родственники одобрят ведьму в невестках.
Судя по одежде, парнишка явно выше меня по статусу. Да и замуж я не стремилась – особенно за того, кто младше меня. Нужно срочно избавляться от парня, пока он не втянул меня в большие неприятности.
– Вы правы! Нужно познакомить вас с родными! – воскликнул он, начиная вставать. Но осознав, что на нём лишь бельё, слегка смутился. – А мы с вами…
– Нет! – резко перебила я. – Вы знаете, где находится ваш дом? – Он кивнул. – Тогда попрошу старосту организовать вам транспорт до ближайшего города.
– Не надо, я построю портал, – заявил он с гордым видом.
Ого. Я-то по ауре видела, что он маг, но не думала, что способен строить порталы. Этому умению учатся не один год. Что ж, тут его можно похвалить.
– Ну, раз вы себя хорошо чувствуете, то не буду вас задерживать, – сказала я, возвращая ему одежду, которую успела привести в порядок.
Мы вышли во двор. Матиас порывисто достал мешочек с монетами:
– Это вам за хлопоты, родная.
Отказываться не стала – заслужила.
– Я скоро вернусь, и мы станем самой лучшей парой на свете, любимая! – просиял он.
– Хорошо, дорогой, как скажешь, – подыграла я с улыбкой, которая, надеюсь, не выглядела слишком фальшивой.
Он радостно оскалился, открыл портал и, подмигнув мне, скрылся в темноте.
Я же открыв мешочек, пересчитала монеты.
– Двадцать золотых! Живём! – воскликнула я, чувствуя, как настроение резко поползло вверх.
Похоже, самое время съездить в город и слегка прикупиться. Когда ещё такая возможность выпадет?
Но едва я успела сложить монеты в кошель, как в голове промелькнула мысль: Если бы я только знала, чем обернётся спасение этого парня, оставила бы его помирать.
Увы, было уже поздно. Судьба-злодейка, ухмыляясь за кулисами, уже готовила мне новые проблемы.
ГЛАВА 3. КАК РАЗВЕЯТЬ ХАНДРУ
Самое лучшее лекарство от хандры для любой девушки – магазины. Покупка новых нарядов или безделушек значительно улучшает настроение. Так что на следующий день я отправилась в ближайший город. Он конечно находился не так близко, как мне бы хотелось, но ничего. Главное – обновлю себе гардероб.
Ведьмы разрешены, но находились на учете, так что пришлось брать с собой документы, а то ведь стража может арестовать и посадить за решетку до выяснения личности. Было со мной такое однажды, с тех пор стараюсь не попадаться. Провести целую ночь в обществе пьяных и дурно пахнущих мужчин и женщин то еще удовольствие, знаете ли. Заодно захватила ту странную листовку, в городе есть знакомые ведьмы, попробую узнать у них что-нибудь.
– Купи мне подушку, – попросил Баламут, заканчивая утренние процедуры. – Моя совсем поизносилась, жестко спать.
– Подушку? – я приподняла бровь, глядя на кота. – Ты серьёзно? Может тебе ещё и балдахин над лежанкой соорудить?
Баламут фыркнул, тщательно вылизывая лапу:
– Балдахин не нужен, а вот подушка – да. Я старый кот, мне комфорт необходим.
– Ну-ну…
Спорить не стала, запрыгнула на метлу и пустила ее в полет. Моя красавица поднялась в воздух и устремилась вдаль. Обожаю полеты. Это опьяняющее чувство свободы ни с чем не сравнить, главное – найти правильную метлу и установить с ней связь. По молодости пару раз приходилось падать, хорошо, что высота тогда была не сильно большой и удалось отделаться парочкой синяков да царапин.
Минут за пять до города я спешилась и отправилась дальше пешком, засунув свою складную метлу в сумочку.
Дорога одна, так что заблудиться точно не получится. Пока шла, мимо проезжали повозки с различными товарами. Похоже, сегодня ярмарка. Это значительно улучшило мое настроение. Надо было парочку зелий взять, вдруг удалось бы продать. Хотя, без разрешения градоначальника могут и по шее дать или вообще въезд запретить, а это мне не выгодно. Следующий город слишком далеко, а с этим градоначальником у нас отношения не особо сложились. Он был женат, имел двух сыновей, но при этом не пропускал ни одной юбки. Однажды я имела счастье встретиться с ним лично, чтобы получить разрешение на торговлю. Его ласковые речи меня совершенно не обрадовали. Я прекрасно понимала, к чему он ведет, и пообещала, если попытается протянуть ко мне руки, то ближайшие несколько дней проведет в уединенном месте с сильным расстройством желудка. Такой ответ ему почему-то не сильно понравился и мне указали на дверь. Обидно, но спорить не стала.
Несмотря на то, что я люблю тишину и покой, порой шум города тоже успокаивает. На воротах меня встретила стража, проверила на предмет запрещенных вещей, сделала отметку в своих записях и пропустила внутрь. Помню, оказавшись тут первый раз – растерялась. Множество узких улиц пересекались в самых разных местах, невольно запутывая, но в конечном итоге все они вели в самый центр, где и находился рынок. Прикинув время, поняла, что соваться туда еще рано. Лучше загляну в одну таверну, которую держит ведьма. Почему-то она пользуется большой популярностью, особенно у тех, кто водит караваны.
Вот и сегодня полно народу, но для меня все же нашлось место за самым дальним столиком в углу у окна. Отсюда можно наблюдать за всеми, и никто со спины не подойдет. Идеально. Заказала себе рыбный пирог с отваром и печеный картофель. Карина была в курсе, что я пришла, но пока не могла подойти, разговаривала с одним из оборотней. Чаще всего именно они занимались охраной караванов и перевозкой особо ценных вещей. Иногда встречались и тролли, но реже. Их буйный характер не каждому по душе, уж шибко тролли любили драки. Один неверный взгляд и можно получить кулаком в нос. Оборотни так же славились довольно жестким характером, но хотя бы умели сдерживать себя. Главное, чтобы в этот момент у них гон не случился. Тогда проблем не избежать.
Мой приход не остался незамеченным, несколько оборотней с интересом окинули меня взглядом. Один даже попытался подняться, но заметив в моем ухе серьгу с переливающимся камнем, сел обратно. Правильно, ведьм стоит опасаться. Как бы хороши ни были оборотни, но проклятья к ним прилипают как к родным, поэтому связываться с ведьмами, а уж тем более злить их точно не стоит. Можно не отделаться одними лишь блохами, там и до облысения недалеко. Если ведьма захочет развлечений, то даст понять это заинтересовавшему ее парню. Я же сейчас желала лишь разговора со старой знакомой.
Пока несли заказ, у меня была возможность послушать, что творится в мире. В столице зрел очередной заговор, и я радовалась, что наши края находятся в десяти днях пути от нее. Мы граничили с оборотнями и гномами и жили достаточно дружно. Нет, стычки бывали, но пока все обходилось малой кровью. Ходили слухи, что старый король выжил из ума. Он решил развестись с королевой и вновь жениться на молоденькой любовнице, которая ему в дочери годится. Вдобавок, она еще происходила из самой низшей аристократии, что вообще считалось мезальянсом. Однако государя такое не останавливало, а аристократию не устраивал сей расклад. Многие стали смотреть в сторону принца, которому в этом году исполнился двадцать один год. Теперь он считался совершеннолетним и мог встать во главе государства. Правда, сильно сомневаюсь, что король решит так просто отдать трон. Так что возможна внутренняя война. Надеюсь, что этого все же не случится, ну или по крайне мере до нас не дойдет. Не хотелось бы искать новое место жительства, я уже успела привыкнуть к этим местам.
– Давно тебя видно не было, – за столик подсела Карина. – Смотрю, ты все хорошеешь и хорошеешь.
– Природа и чистый воздух творят чудеса. Ты тоже в достатке.
– Не жалуюсь, – улыбнулась она и подмигнула одному из оборотней. Тот оскалился и расправил плечи. У кого-то сегодня будет горячая ночка. – Итак, зачем пришла?
– Ну, раз уж ты прямо спрашиваешь… – я понизила голос, наклоняясь к Карине. – Ищу информацию. Ты ведь в курсе, что в Выселках творится?
Карина мгновенно сменила игривое выражение на настороженное. Кивнула:
– Слыхала. Колодцы, тучки странные, листовки с призывами «убей ведьму». У вас там весело.
– Вот именно. А ещё… – я достала из кармана скомканную листовку и развернула её на столе. – Знаешь, кто их распространяет?
Карина бегло просмотрела текст, хмыкнула:
– «Убей ведьму – спаси мир». Банально. Но стиль знакомый. Где-то я уже видела такой шрифт.
– Где? – я подалась вперёд.
– В столице. – Она понизила голос. – Пару месяцев назад такие же листовки находили у ворот аристократических особняков. Только там было не про ведьм, а про «предателей трона».
У меня внутри всё сжалось.
– То есть это не просто деревенские суеверия?
– Вряд ли. – Карина постучала пальцем по бумаге. – Кто-то целенаправленно накаляет обстановку. И, судя по всему, работает сразу в нескольких направлениях: и в деревне, и в городе, и возможно даже в дворцовых кругах.
– А мотив? Зачем?
– Мотив… – она задумчиво повертела листовку в руках. – Либо хотят отвлечь внимание от чего-то большего, либо готовят почву для переворота. Ты ведь в курсе, что король не в лучшей форме, а принц уже совершеннолетний?
Я кивнула.
– Так вот, – продолжила Карина, – если в народе посеять страх, а в аристократии – недоверие, можно легко спровоцировать кризис. А в хаосе легче захватить власть.
Вот только этого мне для полного счастья не хватало. Я ведьма маленькая, не опасная. Наверное.
– Ковен молчит? – продолжила я.
– Да что они, старые перечницы, сказать могут? Они только и делают, что нравоучения читают. Ведьмы то, ведьмы се… а сами в мир когда последний раз выходили-то? Все сидят в своей цитадели и лишь самых глупых держат, чтобы те прислуживали.
Тут я с Кариной была согласна. Ковен в последние годы практически ничем не помогал ведьмам, они лишь раздавали никому не нужные советы, что огорчало многих, более современных ведьм. Однако сместить Ковен не так просто, поэтому по большей части их попросту игнорировали. Самый основной наказ от старых ведьм – не связываться с инквизиторами, но все это и так знали.
– Ты зачем приехала-то? – поинтересовалась Карина. – Слухи послушать?
– За покупками. Запасы пополнить и новости узнать, давно не заглядывала.
– Кстати, говорят, в столице теперь новый инквизитор, проверку устроил, половину штата разогнал. Всех, кто взятки брал, в тюрьму отправил. Лютует.
– Думаешь, нам это чем-то грозит?
– Да кто ж его знает, – пожала плечами она. – Инквизиторы – народ странный, вечно что-то ищущий.
– Похоже, к проверкам нужно готовиться.
Опасаться мне особо нечего, я никогда не пользовалась запрещенными ритуалами или зельями, но если инквизиции надо, она найдет, до чего докопаться.
– А что, есть что скрывать?
– Мне, – усмехнулась. – Я черной магией не занимаюсь, так что бояться нечего.
– Любой ведьме стоит опасаться инквизитора, даже если она ни в чем не виновата.
Истина в ее словах была.
– Ладно, если у тебя больше нет вопросов, то я пойду, – Карина поправила вырез на платье и кивнула оборотню в сторону кухни. Тот едва стул не опрокинул от счастья, вскакивая с места, остальные проводили его веселым гоготом.
Я же расплатилась за еду и поспешила на выход. Нас хоть и опасались, но всегда находился смельчак, которому хотелось приключений. И похоже, один из таких решил попытать счастья со мной. Поэтому пришлось быстро пробираться между столиков.
Базар встретил меня гомоном, толпой народа и началом головной боли. Ладно, список составлен, настала пора раскошелиться. Первым делом мне нужны штаны из легкой ткани и парочка юбок. Все это нашлось практически сразу. Эх, хорошо быть ведьмой с толикой магических сил. Только благодаря этому я смогла зачаровать свою сумку: сколько не клади в нее, вес не изменится. А еще кошелек от воров. Как только кто-то попытается прикарманить чужое, тут же получит небольшой, но болезненный разряд. За первые полчаса я услышала пять вскриков, зато потом все прекратилось. Видимо, передали остальным, что ко мне соваться не стоит.
Основной моей задачей было купить флаконы для зелий. Мой запас катастрофически таял, поэтому пришлось очень долго искать лавку гнома, ведь только у них самое прочное стекло. Правда цены порой кусались.
– Сколько? – переспросила я, глядя на бородатого продавца.
– Золотой.
– За двадцать склянок не самого лучшего качества? – у меня аж глаз дернулся от такой дерзости. – Издеваетесь? Да им цена пятьдесят серебрушек максимум.
– Как вы можете такое говорить! – возмутился гном. – Мой товар самый лучший на этом рынке! Мой дед передал мне технологию плавления стекла, больше ее никто не знает.
– Ваш дед несомненно был великим мастером, – я скрестила руки на груди, не отводя взгляда от гнома, – но даже его наследие не оправдывает такой ценник. Давайте будем реалистами: двадцать флаконов за золотой – это грабёж средь бела дня.
Гном надулся, его борода задрожала от возмущения:
– Вы оскорбляете мою честь! У меня лучшая лавка в городе!
– Лучшая – не значит самая дорогая, – парировала я. – Я обошла уже пять лавок. У других гномов цена – семьдесят серебрушек за такой же набор.
Он прищурился:
– Откуда у вас такие сведения?
– Оттуда, где умеют считать деньги, – я достала из кармана горсть монет. – Вот моё предложение: шестьдесят серебрушек. И я забираю всё прямо сейчас.
Гном уставился на монеты, потом на флаконы, потом снова на монеты. В его глазах читалась внутренняя борьба между жадностью и желанием продать товар.
– Шестьдесят пять, – наконец выдавил он. – И только потому, что вы так настойчивы.
Я чуть улыбнулась:
– Шестьдесят две. И это моё последнее слово.
Он шумно выдохнул, схватил монеты и начал складывать флаконы в холщовый мешок:
– Никогда не встречал таких упрямых покупателей. Вы точно ведьма.
– Точно, – подтвердила я, забирая покупку. – И ещё я точно знаю, что завтра загляну к вашим соседям. Если увижу те же флаконы дешевле – вернусь и устрою вам «ведьминскую» скидку.
Гном поперхнулся, но промолчал. Отсчитала ему нужное количество монет, пока он упаковывал товар. М-м-м…моя прелесть.
Запасы некоторых трав так же пришлось пополнить, не все можно собрать в лесу, что огорчает. Впрочем, у деревенских запросы не шибко отличаются, и обычно ничего дорогого не требуется. Так и квалификацию потерять можно. Хотя, скоро ярмарка, там-то и буду продавать свои зелья. Оборотни с гномами берут много, и от самых различных хворей. Полная приятных эмоций, я поспешила на выход. Правда, все же не удержалась и прикупила себе еще пару рубашек и нижнего белья. Как мало порой для счастья надо. Подушку тоже пришлось купить. Баламут же потом весь мозг мне проест своими вздохами.
Обратный полет прошел без происшествий. Уже на подлете заметила, что на небе вновь сгущаются тучи, значит будет дождь, а еще кольнуло какое-то нехорошее предчувствие. Причем так резко и неожиданно, что я чуть с метлы не свалилась. Что же это такое было? Около дома никого, да и изменений вроде тоже. Внутри тишина. Баламут похоже отправился на прогулку, но скоро вернется, ибо сырость этот кот совершенно не любит. Ладно, пока все тихо, посмотрим, что будет дальше.
Разложив покупки, переоделась и приступила к готовке зелий. Пришлось достать свой любимый котел и вынести на улицу. У меня оборудовано специальное место вне дома, некоторые зелья пахнут не очень приятно, а запах может держаться месяцами, и готовить такое в доме – издевательство над собой. Пришлось договариваться с кузнецом и парой молодцов, чтобы они соорудили мне крытый навес со всем необходимым.
И вот теперь настало время творить волшебство.
Баламут вернулся часа через два весьма довольный и явно сытый. Подозреваю, что он наведался в одну из деревень, где его накормили. Есть там сердобольные старушки, считающие, что котик едва ли не на грани истощения находится, а этот предприимчивый гад успешно пользовался их добротой. Такими темпами скоро в дверь пролезать не сможет. Самое любопытное, что собаки его опасались и близко не подходили, и я никак не могла понять причину такого поведения. Очень странно, когда огромный волкодав поджимает хвост, глядя на черного кота, просто идущего мимо.
– Дождь будет, – пробормотал он, проходя мимо. – И еще явно что-то назревает. Лесные духи не спокойны.
Эти слова не пришлись мне по душе. Духи редко ошибались в своих предположениях. И раз кот чувствует изменения, значит, стоит готовиться к худшему. Осталось понять, к чему именно. Рядом с нами не было древних захоронений или каких-то запретных мест, но имелось болото, старое и весьма опасное. Ходили туда лишь отчаянные и безумные. Даже я лишний раз не совалась. Кикиморы, что обитали там, ненавидели людей и магов. Они всегда пытались заманить путника в ловушку и вкусить мягкой плоти. По словам старцев, много столетий назад оттуда приходили злобные твари, но уже много лет их не видно. Так же поговаривали, что хозяин болот специально натравливал кикимор на людей, чтобы те приносили ему свежего мяса. Только самого хозяина никто не видел, да и не пытался. Пройти в самый центр вряд ли кто-то решится, опасно для жизни. У меня мурашки по коже каждый раз, когда просто к краю болот подхожу.
Закончив приготовления, разлила все по флаконам и убрала в подвал. На улице уже вечерело, самое время заняться ужином, а потом можно и почитать. Мне в наследство достался гримуар – большой, толстый и немного вредный. Он охотно делился знаниями при условии, чтобы я и сама записывала в него что-то новое. Но с этим пока сложно, ибо он знал гораздо больше меня, да и в деревне добывать новые знания тоже особо неоткуда. Конечно, я провожу эксперименты, но из двадцати правильно выходит лишь один.
Ночью меня разбудил стук в дверь, громкий и какой-то отчаянный.
– Госпожа! Госпожа! Откройте, – послышался нетерпеливый голос старосты Дальних Выселок. – Молю.
– Что случилось? – сонно пролепетала я, не до конца проснувшись.
– Грызень напал на деревню.
Услышав это, я побледнела и бросилась собирать сумку с зельями. Грызень больше всего походил на медведя, только раза в два больше. Имел черную шкуру, стальные когти и острые зубы. Они являлись представителями иного мира и иногда пробивались в наш. И никогда неизвестно, где именно это может произойти. К сожалению, после такого нападения выживали немногие, поэтому следовало торопиться.
Староста приехал на телеге в сопровождении кузнеца. Грызня уже никто не опасался. После нападения они почему-то теряли свою силу и умирали. Никому пока так и не удалось понять, как такое происходит, и как им вообще удается прорваться недалеко от селений или городов. От него была лишь одна польза – разобрать тушу на ингредиенты.