Авторитето бизнесмено
Гулянка в ресторане была в самом разгаре. Автандил масляными глазами нет-нет, да и поглядывал на симпатичного юношу Георгия, который был его последним увлечением.
Симпатичный вьюноша со светлыми волнистыми волосами, которые благодаря длинной причёске даже немного смахивали на локоны. Мордашка симпатичная, а поскольку Гоша был артистом оперы и балета, то и чёткая словно орех упругая задница у него присутствовала, да и в целом, фигурка была на загляденье.
Автандил представлял, как они с Гошей опять уединяться в спальне и предадутся страсти. Несколько предыдущих ночей были просто сказочными, и новый любовник пока не успел Автандилу надоесть.
Вскоре он почувствовал, что ему совсем невмоготу. Хотелось поскорее очутиться в тиши своей уютной спальни, наедине с красавчиков Георгием.
Но нужно было соблюсти приличия и проявлять должную осторожность. Поэтому ресторан они покинули, прихватив с собой двух коллег Гоши по работе в театре, балеринок Лену и Свету.
Впрочем, в квартире Автандила пробыли девушки недолго, и вскоре к облегчению хозяина квартиры покинули его совсем не скромное жилище.
А дальше случилось то, что в приличном обществе обсуждать не принято. Да и цензура, знаете ли, не дремлет. Поэтому ограничимся поэтическим экспромтом и проявим присущую интеллигентным людям скромность, даже если предполагать, что слово интеллигент происходит от корня телега.
Свечей неровное мерцанье,
Тьмы ночи, сокрушило власть.
Сплетенье тел, неровное дыханье,
Здесь правят вожделение и страсть.
Крепкая волосатая задница Автандила двигалась ритмичными толчками, постепенно наращивая темп, пока её хозяин не взорвался мощным оргазмом. После чего сначала навалился на спину стоящего перед ним в коленно-локтевой позиции Гошу, а затем обессиленно рухнул на измятые простыни кровати.
И тут как ушат холодной воды послышались хлопки аплодисментов.
Автандил, не веря в происходящее, повернул голову и обнаружил двух недружелюбных мужиков, стоящих подле кровати. Одним из них был хорошо нам знакомый майор Шаповалов, именно он и хлопал в ладоши. А второй мужчина, в форме старшего лейтенанта милиции, был одним из его доверенных оперативников, специально для этого случая облачившимся в форму.
– Поздравляю, гражданин Бедный. Вы выиграли главный приз, пять лет лишения свободы в соответствии со статьёй 121 УК РСФСР Мужеложество. У нас в стране, знаете ли, не принято трахать граждан одного с вами пола. Сочувствую вам. Тяжело тебе, дружок, придётся с такой-то статьёй в местах не столь отдалённых, – лицемерно посочувствовал майор.
Автандил ничего не ответил, мрачно взирая на незваных гостей.
– Ладно. Будем оформлять, – вздохнул Шаповалов, не дождавшись ответа. – Саша, забирай пацана, оформляй бумаги. Ну и, учитывая недружелюбное поведение клиента, разговори пацана, пусть покается, что было сие безобразие по принуждению и с применением угроз насилия, что автоматически увеличивает срок до восьми лет лишения свободы.
Старлей потащил Гошу в другую комнату, снимать показания.
– А вас, гражданин Бедный, я попрошу остаться, – пошутил майор. – Хочу вам кое-что показать.
В комнату тем временем просочилась пара техников и, на глазах опешившего Автандила, демонтировали две миниатюрные камеры наблюдения.
– Как вы понимаете, гражданин Бедный, во время ваших предыдущих оргий велась фото и киносъёмка, происходящих здесь безобразий, – пояснил Шаповалов. – Одевайтесь. Перейдём в другую комнату из этого гнезда разврата.
Через пару минут майор и его уже одетая жертва сидели на кухне за столом, на который майор небрежно кинул кожаную папку с документами.
– Давай не будем ходить вокруг да около, – начал майор. – Ты, Автандил, человек неглупый. Улик с камер и показаний твоего дружка более чем достаточно, чтобы засадить тебя надолго. Что с тобой в этом случае случится при твоей поганой статье, ты тоже хорошо знаешь. Поэтому давай пропустим лирическую часть и перейдём сразу к делу. Подпишешь обязательство о сотрудничестве и будешь теперь работать на нас. Ну а мы закроем глаза на твоё не соответствующее нормам социалистической морали поведение.
– Раз надо, подпишу, – пожал широкими плечами Автандил.
Такое равнодушие и спокойствие застуканного на горячем преступника могло бы показаться странным. Как и то, что он сдался без сопротивления и готов подписать документ о сотрудничестве.
Но оба собеседника понимали, в чём тут дело.
Автандил был расстроен, но в уныние не впадал. Он и его подельники уже и так сотрудничали с ментовкой. И их покровители занимали в органах высокие посты и звания имели не чета этому майору, который наверняка действовал без санкции руководства, что ему, несомненно, аукнется.
Автандил был уверен, что его покровители и не только в милиции, но и в Облисполкоме и партийных органах, не позволят резать курицу, которая несёт золотые яички.
Ну подпишет он эту бумажку. И что? Покровители в высоких кабинетах завтра же эту бумажку уничтожат, или запрячут в глубины несгораемых сейфов, прикрывшись дезой, что Автандил используется ими в важной государственной разработке, а майор влез в чужую операцию, за что лишится должности и погон.
Майор Шаповалов тоже это прекрасно понимал, поскольку при том уровне коррупции, который возник с началом перестройки, подобные вещи случались сплошь и рядом. Только вот в данном конкретном случае Автандила ждал неприятный сюрприз, поскольку майор тоже был не сам по себе, а работал в команде.
На кухню зашёл ещё один мужчина в штатском, присел рядом с Шаповаловым и поинтересовался:
– Ну что, клиент дозрел? – мужчина этот был не кто иной, как майор Савельев, который проходил совсем по другому ведомству.
– Ага, – подтвердил майор Шаповалов, – Роет копытом землю от нетерпения, аки ретивый скакун. Готов подписать обязательство о сотрудничестве.
– Ну и ладненько, – дружелюбно улыбнулся Савельев. – Вот тебе образец текста обязательства, а это бланк обязательства, чтобы всё было как следует задокументировано, – и майор выложил перед Автандилом на стол несколько листов бумаги и ручку.
Взгляд Автандила наткнулся на шапку официального бланка документа и споткнулся о надпись Комитет Государственной Безопасности. Сердце неробкого джигита ёкнуло и пропустило удар. И он совсем не мужественно проблеял:
– Да вы что? При чём тут Комитет? Какое отношение 121 статья УК имеет к Госбезопасности.
– А ты что, думал что мы из-за твоих пидорских штучек с тобой возимся? – деланно удивился майор Савельев. – Нет, гражданин Бедный, тут дело посерьёзней будет. Тут, пожалуй, речь пойдёт о шпионаже и измене Родине, – начал он кошмарить поплывшего клиента.
– Господи! – взвыл изрядно струхнувший Автандил. – Да какой шпионаж? Какая измена Родине? Вы что тут с ума посходили?
– Спокойно, страдалец ты наш, – осадил его Александр. – Вы ведь не забыли, что работаете на режимном заводе. Где в том числе имеются секретные цеха, производящие продукцию военного назначения.
– Да я к ним никакого отношения вообще не имею! – возмутился Автандил. – Никогда и близко к ним не подходил. Ими занимаются другой заместитель Генерального директора, военком, спецотдел. Я-то здесь при чём?
– Думаете, мы не знаем о вашем незаконном бизнесе по продаже за рубеж через Польшу цветных металлов? – сурово вопросил майор Савельев.
– Ну и что?! – возмутился Автандил. – Это же металлолом. Отходы производства. При чём тут шпионаж? Да ещё и доказать надо, что я причастен к этой вашей торговле.
– Докажем! – успокоил майор. – Если понадобится. Да и не всё с этим металлоломом так просто. Вы что сами грузили весь этот металл и лично отправляли грузы? Нет. То-то и оно. Металл металлу рознь. Вашими подельниками в качестве отходов металла использовались также бракованные детали самолётов, вертолётов и ракет. А также те списанные детали, которые оставались после ремонта соответствующей техники. А по этим отдельным деталям, при должном исследовании, можно определить особенности и тактико-технические характеристики секретных изделий. Да и кроме алюминия, который составлял основную часть контрабандного груза, в отдельных партиях присутствовали детали из титана, тантала и секретных модифицированных сплавов. Так что состав преступлений против безопасности государства налицо.
– Ну я же не знал! – взвыл Автандил.
– Во-первых, не факт! А во-вторых, как докажете? – неприятно усмехнулся майор Савельев. – Так что выход у вас теперь один. Добровольное и добросовестное сотрудничество с органами государственной безопасности. Так как, гражданин Бедный, будете подписывать документ?
– Буду! – буркнул Автандил.
Он понял, что влип, и никакие покровители ему не помогут. Взяв ручку, Автандил дрожащей рукой начал заполнять обязательство о сотрудничестве.
Глава 6. Против лома нет приёма
“Против лома нет приёма, если нет другого лома” ©. Так гласит народная мудрость. И Колян, по кличке Лом, был наглядным подтверждением этой мудрости.
Кликуху Колян получил поскольку действительно мог согнуть железный лом. Ну не то чтобы прям в узел завязать, да и гнул он его об колено. Но ведь гнул же. Так что прозвище своё заработал он, можно сказать, честным трудом.
Роста Николай был не самого высокого, 185 сантиметров, но весил около 120 килограммов. И это был не жир, а тугие накачанные мышцы. Да это было и понятно, поскольку Колян был кандидатом в мастера спорта по тяжёлой атлетике, штангист.
Но особых высот в спорте не достиг, поскольку мешала лень и его больше привлекала рельефность мышц и фактура, чем спортивные достижения, ради которых надо было пахать на тренировках как проклятый.
Поэтому последнее время Колян усиленно занялся культуризмом, не брезгуя при этом различными вредными препаратами и специальными пищевыми добавками.
Только вот ведь какая засада, все эти белковые смеси, протеиновые коктейли, пищевые добавки, были импортными и денег стоили немалых. Не говоря уж про анаболики, стероиды и прочую дрянь.
Деньги были нужны не только на спорт. Перестройка открыла потребительские шлюзы, и теперь народ, особенно молодёжь, жаждали красивой жизни. Хотелось всего и сразу, а денег на все эти хотелки не было.
Однако выход был. По крайней мере, многим так казалось. Если ты сильный, решительный и смелый, возьми своё сам. Отними у лоха.
Именно этим и собирался заняться Лом. И в своих желаниях и намерениях он был не одинок. Вокруг него кучковалась банда таких же как он бездельников, уважающих культ силы.
Для занятий оборудовали подвал в одном из жилых домов по улице Братиславской, превратив его в новомодную по тем временам качалку. А поскольку на волне бушующей в стране перестройки повсюду такие подвальные спортсмены стремительно превращались в братву, а их компании в преступные группировки, то и Лом со товарищи, решили не отставать от своих коллег и использовать свою силу для повышения своего материального благосостояния.
Накануне Батон принёс радостную весть, что на проспекте открылся шикарный магазин, где торгуют иностранными шмотками, сигаретами и прочими ништяками. Глаза у него горели от восторга, когда он описывал приятелям ассортимент магазинчика.
Но главное в этой истории было то, что магазин был не государственный, а работал в системе потребкооперации, то есть по нынешним временам был частной лавочкой. А значит, имелись все шансы предложить торгашам, как это сейчас называлось, охрану. То есть брать с них бабки за то, что пацаны сами не будут их грабить и бить, а также отвадят других любителей поживиться.
До сих пор у компании Лома, постепенно превращающейся в банду, устойчивых доходов не было. Так себе перебивались с хлеба на квас, как говорится. Так что если подмять под себя магазинчик, то можно неплохо так подняться.
Лом понимал, что, скорее всего, найдутся и другие претенденты на лакомый кусок, но в близлежащих окрестностях Лом и его качки имели некоторый авторитет, и Колян рассчитывал, что они смогут закрепить торговую точку за собой.
Надо было только действовать быстро, пока конкуренты не опередили. Вот почему уже в эту субботу Лом и сопровождающие его Батон и Биток, входили в открытый накануне на Проспекте Кирова магазинчик со звучным названием “Престиж”.
Спутники Коляна соответствовали ему по габаритам. Правда, Батон, который раньше тоже тягал штангу, последнее время пристрастился к выпивке и покуривал, причём не только табак, но и травку, вследствие чего мышцы его заплыли жиром. Тем не менее парни были крупные, а помещение магазина было не очень просторным, поэтому в нём стало малость тесновато.
В коопторговском магазине было два зала. В одном, который побольше, продавали в основном импортные шмотки и обувь. Имелась ещё закрытая застеклённая витрина, в которой были выставлены образцы заморских сигарет. Во второй комнате поменьше, продавалась женская косметика и прочие дамские фиговины.
В магазинчике находилось с десяток покупателей, но при виде мрачной троицы, их всех как будто ветром сдуло. После чего Биток закрыл входную дверь на задвижку.
Две миловидные продавщицы не осмелились возражать и жались друг к другу, испуганно поглядывая на опасных гостей.
Тем временем ублюдки деловито осмотрелись и начали рыться за прилавком в первом зале, перебирая вещи.
Батон присмотрел себе кроссовки, Колян спортивный костюм Адидас, а Битку приглянулась зимняя куртка.
Кроме того, Батон потребовал у продавщиц пару блоков сигарет Мальборо. Вещи запихнули в красочные импортные полиэтиленовые пакеты, лежащие за прилавком.
– А деньги? – испуганно пискнула одна из продавщиц.
– “Гусары денег не берут с”, – похабно оскалившись, блеснул Батон эрудицией, вспомнив анекдот про публичный дом и гусара.
– Кстати. Хорошо, что напомнила, – осклабился Колян. – Хозяин, где? Ну-ка позови быстренько.
Даша первые дни после открытия магазина проводила там всё свободное время. Выйдя в торговый зал, она, окинув взглядом открывшуюся картину, сразу поняла, что здесь происходит.
– Ты что ль хозяйка? – несколько удивлённо поинтересовался Колян.
– Я, – подтвердила Даша.
– Опа! – расплылся в ухмылке Батон – А ничё так соска. Я бы ей вдул.
Девчонка была симпатичной, но Коляна в данный момент интересовало несколько другое.
– Значит так, хозяйка, – важно заявил он. – Этот магазин теперь под нашей охраной. А то ведь знаешь времена теперь неспокойные, хулиганы работать не дадут, товар попортят, а то и сожгут магазин. Да и с тобой или продавщицами всякое может случиться. Но мы вас в обиду не дадим. Не бесплатно, разумеется. Будешь нам теперь платить каждую неделю по десять тысяч. Завтра в конце дня придём за первым взносом, готовь деньги. Ты всё поняла? – грозно уставился он на Дашу.
– Я тебя услышала, – спокойно ответила Даша.
Могло показаться странным, что Даша не кричала, не возмущалась. Даже не пыталась пригрозить бандитам Петей, хотя они, вероятно, его знали, не ссылалась на жениха КГБешника и не пыталась грозить последствиями.
И не по тому, что испугалась. Она выросла В Глебучевым овраге и прекрасно знала подобный контингент. Такие типы сначала действуют, а потом думают. Поэтому её не прельщала перспектива получить по роже. Что толку, если потом с дебилами разберутся. Фингал под глазом это не устранит, и сломанную челюсть не починит.
Но и совсем прогибаться под шпану, демонстрируя слабость, она тоже не собиралась. Поэтому спокойным тоном обратилась к главному из визитёров.
– Только вот какая штука. Вы ведь не одни тут такие шустрые. Есть и другие люди, которые имеют здесь свой интерес. Что людям сказать, когда спросят? Обзовитесь, кто такие, откуда будете?
Батон хотел возмутиться дерзостью тёлки, но Лом, который был главарём не только из-за своей силы, но и ещё малость посообразительней, его придержал. Он понимал, что девка права и не один он такой умный. Наверняка найдутся и другие любители лёгкой наживы. Но он считал себя крутым и не сильно переживал по этому поводу.
– Ломом меня кличут. Если кто интересоваться будет, у нас качалка на Братиславской. Меня многие здесь знают, – веско произнёс он. – Так что готовь деньги. И не вздумай в ментовку обращаться.
Лом подождал ответа. Но его не последовало.
Бандиты развернулись и покинули магазинчик, унося трофеи и довольные своей удалью. Лому понравилось, как они лихо провернули дельце. Хотя его и терзали смутные сомнения. Как-то неправильно себя вела эта девка. Не истерила, не дрожала от страха, базар вела уверенно, как правильный пацан.
Батон с Битком радостно обсуждали удачное дельце, фантазируя, как теперь будут регулярно получать бабки с магазина и брать всё что захочется из товаров.
А вот Лом чем дальше они удалялись от магазина, тем сильнее задумывался. Слишком уж гладко всё прошло. Это что же получается, любой заходи в такой коммерческий магазинчик и бери что хочешь? Так не бывает. Да и уверенное поведение хозяйки магазина всё не шло у него из головы.
Может быть, особым умом Колян не отличался, но чутьё, как и многие из уличных пацанов, имел отменное. И сейчас чутьё ему подсказывало, что с этим магазинчиком ещё будут проблемы.
* * *
Перебивающий всё запах пота, грохот металла, звуки ударов по набитым песком самодельным мешкам. Качки из шайки Лома усердно трудились, стараясь держать себя в форме. Сам Колян тоже потел, тягая железо. Для завершения тренировки он выбрал упражнение – жим лёжа, для проработки грудных мышц.
Лёжа на скамейке, он методично выжимал штангу весом 140 килограммов. Лом по праву мог считать себя настоящим монстром, такое мало кому по силам. Упражнение тяжёлое и опасное. Поэтому немного сзади по бокам стояли Батон и Биток, страхуя Лома.
Колян пыхтел, а в голове его роились заманчивые мысли. Сейчас закончит тренировку, передохнёт, и они с пацанами отправятся во вчерашний магазин на проспекте. За выходные барыги должны были неплохо распродаться и деньги в кассе, чтобы с ним расплатиться, уже должны были накопиться.
Возьмут бабки и закатятся с пацанами в кабак. Затем на следующей неделе получат ещё десятку, и можно будет подумать о покупке машины. Да и деваха, хозяйка магазина, тоже зачётная бикса. Можно будет её прихватить с собой в кабак, а потом трахнуть, с чувством, с толком, с расстановкой. Девка, конечно, дерзкая, и будет возникать и кочевряжиться, только куда она денется. Не захочет по-хорошему с Коляном, так ведь можно по кругу пустить.
Колян почувствовал, что выдохся, выжал снаряд и скомандовал страхующим пацанам:
– Взяли!
Пацаны должны были подхватить тяжеленную фуёвину и закрепить гриф штанги на держателях металлической стойки.
Штангу Лом выжал, но пацаны её почему-то не подхватили. Сам он такой вес дожать, чтобы установить на стойку, не мог, и пришлось опустить штангу обратно на грудь.
– Вы что там уснули, что ли? – прохрипел Лом. Но никто не ответил.
Ситуация складывалась неприятная и опасная. Так можно было и покалечиться.
Лом не мог видеть, что пару минут назад в подвал, где располагалась качалка, вошли Пётр, Сашок, Рафик и ещё десяток суровых парней. Сашок тихонько проскользнул вперёд и приставил к горлу Батона лезвие финки, а Рафик небрежно подвинул в сторону Битка. Причём происходило это всё тихо, поскольку пацаны Лома хорошо знали пришедших и не возникали. Те были сильнее и вообще более авторитетными пацанами.
– Что-то ты, Колян, расслабился, – услышал Лом голос, и в поле его зрения появился Пётр. – Давай-ка ещё парочку жимов.
– Не могу больше, – прохрипел Лом. Гриф штанги уже ощутимо давил на грудь, и он начинал задыхаться.
– Это плохо, – посочувствовал Пётр. – Ты ведь знаешь, Колян, как это бывает. Сам ты штангу не скинешь. А она скоро перекроет дыхание и задохнёшься. Или на горло сползёт и кабздец тебе. Несчастный случай, ничего не попишешь.
Пётр не преувеличивал, и Лом это знал. Бывали такие случаи, когда неопытный качок тягал снаряд в одиночестве, и попадал в такую ловушку. В лучшем случае отделывался травмами, но были и случаи с летальным исходом.
– Слышь, Дзюдо, ты же меня знаешь. У нас с тобой всё ровно. Как-то это не по-пацански. Давай порешаем.
– А на сестру мою наезжать, это значит по-пацански, – усмехнулся Пётр. – А то, что магазин этот, в который вы вломились, под Овражскими, это тебе значит по барабану.
– Не знал я, – просипел Лом. – Да и сеструха твоя ничего не сказала.
– А если бы сказала, то ты прям так и отчалил, – едко возразил Пётр.
– Ну не прав был. Петь, сними штангу, – взмолился Колян. – Давай побазарим.
Пётр помолчал. В целом Колян был пацан нормальный, не совсем отмороженный. Калечить его Пётр не собирался, так жути нагонял.
Петя кивнул Рафику, и они с двух сторон подхватили штангу и закрепили её в держателях стойки.
Лом буквально рухнул со скамейки и долго стоял на четвереньках, пытаясь отдышаться.
– Ты пойми, Петя, нам ведь тоже как-то жить надо. Сейчас все ищут, где торгашей нагнуть. А мы что, хуже других? – продышавшись проворчал Колян.
– Ты пойми, дурилка картонная, – авторитетно пояснил Пётр. – Так, уже не делают. Нельзя же дуриком переть. Сейчас большинство точек под ментами, ворами или крупными командами вроде наших. Надо разговаривать, искать точки по своему уровню.
– Так может, ты нас пристроишь к делу? – попросил Лом. – А то у нас самих что-то не шибко гладко получается. Мы же у вас в движении культуристов, ты у нас типа начальник.
– Ладно. Посмотрю, что можно сделать, – неохотно процедил Пётр. – Сашок! – окликнул он приятеля. – Там на днях обсуждали тему по стихийной барахолке, которая последнее время нарисовалась в Мирном переулке между рынком и Домом быта. Мы там свою долю в контроле за этой точкой обозначили. Посмотри, насчёт того, чтобы туда этих гавриков пристроить, плату с торгашей собирать и для охраны.
– Понял. Сделаем, – авторитетно подтвердил Сашок.
– Ну ты слышал, – кивнул Пётр Коляну. – Сашок с тобой свяжется. Но смотри, у нас дисциплина. Чтобы никакой самодеятельности.
– Нет базара, – подтвердил Лом.
Пётр развернулся и уже сделал пару шагов в сторону выхода, как вдруг остановился и повернулся к отчаянно потевшему от испуга Батону, на шее которого лезвие финки Сашка оставило кровоточащий порез.
– Чуть не забыл, – пояснил Петя. – Как ты, боров, мою сестру обзывал, когда вы в магазине тёрлись?
Сметливый Батон сразу понял, что сейчас огребёт. Он подобно выброшенной на берег рыбе, широко открывал и закрывал рот, силясь что-то сказать в своё оправдание, но Петя его уже не слушал, поскольку заданный вопрос был скорее риторическим.
Пётр с большим удовольствием вмазал прямым правым в челюсть жирдяя и тот, отключившись, безвольно сполз на пол.
– Это чтобы язык в следующий раз не распускал, – пояснил Пётр.
На этом разборки завершились, и Петя со товарищи покинули качалку, оставив Коляна осмысливать новую реальность.
* * *
С Ломом и его шоблой вопрос порешали, но это не гарантировало безопасность открытого Дашей и Викторией магазина.
Проблема была в том, что молодёжные банды на фоне перестройки появлялись как грибы после дождя. И не все из них придерживались хоть каких-то понятий. Были и совсем отмороженные.
Поэтому, посовещавшись с Александром и Петей, девушки вынуждены были признать, что без охраны не обойтись. Слишком притягательной была торговая точка с импортными товарами.
Охрану решили сделать комбинированную.
Майор Шаповалов, использовав свои связи в Кировском РОВД, помог заключить договор с вневедомственной охраной, и на ночь в магазине подключалась тревожная сигнализация на случай взлома. А в дневное время в помещении магазинчика дежурил кто-то из рядовых или сержантов в форме в свободное от службы время, которым неофициально доплачивали наличкой.
Кроме мента в зале, в подсобке теперь ещё дежурил один из Петиных бойцов, который при необходимости мог потолковать с незваными гостями на понятном им языке, разъяснив, под кем находится торговая точка. Для большей доходчивости охранник мог в любую минуту связаться по телефону с Пирожковой, где теперь круглосуточно дежурила тревожная группа крепких пацанов, готовая в любую минуту выдвинуться на контролируемые Овражскими точки.
В общем, безопасность магазинчика более-менее обеспечили. Торговля шла успешно, и товары разлетались с такой скоростью, что только успевай завозить новые партии.
Но по мнению амбициозных Даши и Вероники, масштаб был не тот, и они с нетерпением ждали, когда можно будет открыть Центр НТТМ и начать завозить товары в больших масштабах, при этом используя положенные льготы по налогам и таможенным сборам.
Глава 7. Подстава
Желтогорский авиазавод был крупной добычей. Если поискать сравнения, то что-то вроде Гренландского кита в экономическом океане, и акулам, вроде майора Савельева с компанией, таких гигантов следовало брать не наскоком, а планомерной осадой.