Солнце на заре

Но сквозь набат инстинкта пробивался другой голос, тихий и почти забытый.

А если нет? Если этот миг – единственный свет за тысячелетия тьмы? Если её уверенность – не наивность, а сила, против которой твоя природа бессильна? Она не просит, она предлагает руку. Впервые за всю вечность… кто-то предлагает руку, а не отворачивается.

Он медленно поднялся и подошел к окну, глядя на город, который всегда был для него лишь декорацией. Его следующее слово было не поражением, а выбором. Капитуляцией перед надеждой.

–Хорошо. – Слово вырвалось на выдохе, как клятва. – Я сделаю это. Но не через старых… знакомых. Слишком опасно. Есть другие способы. Архивы, потерянные записи… Я найду, как создать нам легенду.

–Дай мне время. Я не подведу тебя.

Дея посмотрела на него.

–А почему это опасно?

– Потому что мир подпольных документов – это паутина, – его голос стал тише, но тверже. – Каждый такой «мастер» связан с десятком структур. Я появляюсь там после десятилетий отсутствия? Это вызовет вопросы. А за вопросами последует внимание. Моя… уникальность не выдержит глубокой проверки. Меня могут попытаться использовать. Или устранить. А теперь… под ударом будешь и ты.

–Я пережил инквизицию, холодную войну и цифровую революцию, оставаясь в тени. Потому что я никогда не доверял свою судьбу тем, кто продаёт её за деньги.

Дея задумалась. Логично, но жестоко.

–По последним документам сколько тебе лет?

– Тридцать восемь, – голос сухой, без эмоций. – Последний раз я «официально» существовал в середине восьмидесятых. Родился в приграничном городке, учётные архивы которого сгорели. Работал… дальнобойщиком. Часто за границей.

–Это всегда работало. Люди, чья жизнь связана с дорогой, редко заводят глубокие связи. Исчезновение выглядит… естественно. Но эта легенда слишком стара.

Дея радостно щелкнула пальцами.

–Бинго! Тридцать восемь лет! Тебя можно устроить к нам специалистом по работе удалённо! По знакомству. Я как старший специалист могу тебя рекомендовать!

–Основам нашего бизнес-процесса я тебя обучу. Надо будет обрабатывать почту и писать краткие алгоритмы для исправления сбоев. Звонки или живое общение не требуется, общаться можно через мессенджеры.

Он замер, и в его глазах буря – недоверие, надежда, страх.

–Ты… предлагаешь мне войти в систему через чёрный ход, который сама же и создашь? – Его голос сорвался. – Это безумие. Каждая цифровая транзакция оставляет след. Ты действительно готова взять на себя такую ответственность? Рисковать своей репутацией… своей свободой…

Она улыбнулась.

–Неужели ты будешь плохо работать или не выполнять обязанности?

Резкий, почти болезненный смех вырвался у него.

–Плохо работать? – Он смотрит на свои руки. – Я веками наблюдал, как империи рушатся из-за одной ошибки в логистике. А ты предлагаешь мне… отвечать на письма?

–Если я возьмусь за это, я буду лучшим специалистом, которого когда-либо видела твоя компания. Каждое письмо будет выверено как дипломатическая нота.

Он замолкает, и в его глазах вспыхивает странный огонёк – вызов.

–Но цена провала… Дея, ты понимаешь, что станешь моим поручителем? В глазах системы мы будем связаны.

– И что? Я привела усердного работника. Я добилась своей должности не за красивые глазки, а за мозги и умения. Это как привести друга на работу.

Он замирает, поражённый её несокрушимой уверенностью.

–«Мозги и умения»… – повторяет он тихо, и в его голосе впервые слышится смирение. – Хорошо.

Одно слово. Капитуляция. Принятие её веры в него.

–Я изучу твои бизнес-процессы. Я стану тем «усердным работником». – В его глазах вспыхивает ярость, направленная на созидание. – Я докажу, что твоя уверенность была не безрассудством, а стратегией.

–Никто не посмеет усомниться в твоей компетентности из-за меня. Этого не случится.

Дея встала и потянулась.

–Ну и отлично. Теперь можно и позавтракать. Кстати, как тебя звать в паспорте?

– Матвей. Матвей Сергеевич Орлов. – Он делает паузу, и в его глазах мелькает тень давно забытого человека. – Но это… всего лишь имя на обложке.

Он следует за ней на кухню, его бесшумные шаги контрастируют с ее уверенной, энергичной походкой.

–Если я буду работать… тебе придётся называть меня так. Лучше привыкать сейчас.

Она, уже стоя у холодильника, на мгновение задумалась, перебирая в уме это имя. «Матвей». Звучало странно, отдавало пылью архивов. Но подходяще.

–Ну, в мессенджере работы, да. А то не привыкну, – бросила она через плечо, доставая пакет с картошкой и упаковку замороженного мяса.

Пока он медленно занимал свой пост у кухонного стола, будто отмечая новую территорию, ее пальцы уже летали по экрану телефона. «Сереж, привет. У меня есть кандидат на удаленку. Парень в теме, с железной логикой. Опыт нестандартный, но возьму его на поруки. Что скажешь, попробуем?» Сообщение ушло с тихим щелчком, и на ее лице на мгновение отразилось удовлетворение от решенной задачи.