Знак судьбы

Глава 1

Шел дождь. Не сильно, но как-то противно так моросил. Было немного зябко. Не столько от холода поздней осени, сколько от общего вида слякоти после растаявшего снега, немного побелившего землю за последнюю ночь. Начало ноября. Зима напомнила о своем приходе, но осень еще брала свое.

Карина, выйдя из машины, в которой было довольно тепло, слегка потерла свои руки. Тонкое осеннее пальто явно не подходило под такую погоду, собственно, как и невысокие сапожки на высоком каблуке.

– Товарищ майор, – позвал ее молоденький опер Васенька. Так мило ребята оперотдела прозвали новичка. – проходите сюда. Второй этаж, квартира шесть.

Карина не торопилась. Хоть стаж работы за плечами был немалый, более десяти лет, она никак не могла привыкнуть к тому, что приходилось ей видеть довольно часто.

Выпрямив спину, что придавало больше ей самой уверенности, чем ее виду, она взяла себя в руки.

– Следователь Кирсанова Карина Юрьевна, – представилась она, показав свое удостоверение, остановившему ее у двери квартиры незнакомому сержанту.

– Карин, проходи сюда. – из комнаты донесся знакомый голос капитана Головина. – Оцени. Тут немного темновато, одна лампочка в люстре.

– И тесновато, я смотрю. – в комнате действительно было тесно из-за нагромождающей ее мебели. – Что у нас тут?

– Труп.

– Это понятно.

– Удар по голове. Вот этим предметом. – капитан дал в руки Карине пакет, в котором лежало что-то непонятное, но довольно увесистое.

– А что это?

– Вот это нам предстоит понять самим.

– Понятно, что ничего не понятно. – Карина отдала пакет эксперту.

– Чижов Игорь Иванович, тридцать лет. Проживал тут с женой и

ребенком. – докладывал капитан. – Но на этом сюрпризы не

заканчиваются. Собственно, тот, кто довел Игоря Ивановича до такого состояния, сидит рядом, вон в той комнате. Гриша уже беседует с ним. Можешь присоединиться, пока мы тут закончим.

Карина прошла по коридору в указанную Головиным комнату.

– Товарищ майор. – привстал старлей.

– Гриш, продолжай. Я рядом послушаю.

– Значит, Вы утверждаете, что Чижов ежедневно избивал свою жену,

то есть Вашу сестру.

– Да. Я приходил к нему каждый месяц. Угрожал, сознаюсь. А как бы Вы поступили на моем месте?

– Мы сейчас говорим о Вас. – поправил Григорий своего собеседника.

Перед ним сидел мужчина лет тридцати пяти. Высокий, накаченный. По всему виду было понятно, что в прошлом участник боев.

– Вы воевали? – спросила Карина.

– Да, в двадцать втором, в двадцать третьем. Потом инвалидность. Но ничего серьезного, просто правая рука немного…

– Понятно.

– Но я не убивал этого зверя. Хотя, соглашусь, желание было, и не маленькое. – Мужчина сжал кулаки, но при этом скрестил руки между собой. Знак защиты. – Ударил. По лицу ударил. Но после того, как он замахнулся на меня ножом. Разговор у нас не получился. Раньше как-то получался. – Мужчина стал обращаться к Карине. – Он знал, что я могу и калекой оставить. Сто раз ему говорил: «Не тронь Ирку с мальцом». Нет, придумает какую-нибудь про нее историю и давай бить. На глазах пацана. На глазах соседей. А те не суются уже. Участковый знает. Не раз писали заявление. Ничего не делает.

– А почему Ваша сестра не ушла от него?

– Так боялась. Он обещал сына у нее отнять, дрянь. Ненавижу. Не

мужик, а баба в штанах.

– Вы пришли сюда к шести?

– Да. Ирка у матери. Я ей позвонил, что приду к нему сегодня. Она в такие дни всегда у матери отсиживалась. Он же потом злой неделю ходит. И водкой свою злость глушит. Но я не убивал. Помню, врезал. А что потом? Как лампа вспыхнула и погасла. Я тут, в этой комнате, в кресле. Соседка орет. Полиция.

– Откуда у Вас это? – Карина взяла мужчину за руку. Чуть выше левой ладони на руке был изображен дед с метлой, а рядом с ним кот, в виде небольшой татуировки.

– А это? Это знак. Я у нашей ведьмы деревенской был. Хотел как-то сестре помочь еще.

Карина вдруг почувствовала, как мурашки пробежали по ее телу. А на левой руке, как раз в том же самом месте, Карина ощутила небольшое жжение. Оберег ведьмы. Ее оберег.

Глава 2

«Надо уснуть», – уговаривала себя Карина, но, только почувствовав, как улетает в свои сновидения, как расслабляется ее тело, она сразу просыпалась, как будто ее что-то будило. И опять потолок, люстра со своими висюльками, которые Карина уже не раз пыталась пересчитать.

За окном стучал дождик. В соседней комнате спали дети. Костик с Настей. Двойняшки. Третий класс.

Муж уехал в Москву на соревнования. Она всегда немного завидовала супругу. Его стремлению жить и быть активным в этой жизни. А ей всегда для этого что-то мешало.

Фильм, книга как-то не пошли. Из головы не выходил знак колдуньи.

***

– Бери необходимое. Слышишь? Забудь ты про белье. Давай быстрей, автобус ждёт! – кричали со всех сторон. Город эвакуировался. Карина ехала на своем «Део Матиссе» в обратном направлении от всей колонны.

– Подскажите, деревня Авдотьино? Я правильно.....?

– Да какая деревня!? Поворачивай, дочка. Уже бомбят. Не слышишь что ли?

– Авдотьино? Да, ещё пару километров, и поворот налево. Мы оттуда. Только там никого не осталось. – ответила женщина за рулём микроавтобуса, набитого вещами.

– Мне к бабе Нюре.

– Ой, так час назад в том направлении, где в лесу ее дом стоит, попал снаряд. Мы за ней даже и не пошли. Не ехали бы Вы туда.

– Мне очень надо.

– Ну, гляди сама.

Деревня была пуста. Ни одной живности. Тишина. Лишь вдалеке слышны были обстрелы. Дорога закончилась. Дальше надо было идти пешком. Карина припарковала машину в тени раскидистой ивы, возле забора добротного дома из красного кирпича.

Было немного страшно, но ее желание найти эту женщину было намного сильнее.

Тропинка в лесу была широкой, видимо, народ ее выходил до такой ширины. Да так, что ни травинки по ней не росло.

«По лесу минут десять», – так ей сказала та женщина, – «и будет дом со штакетником».

Она шла, как ей казалось, уже очень долго, но дом так ей и не показывался.

– Опаньки! – раздалось сбоку от нее.

– Вот это удача!

К Карине шли два солдата, явно не с дружескими намерениями.

«Бежать!» – кто-то скомандовал у нее в голове, и она рванула. Но очень быстро почувствовала, что кто-то схватил ее за руку.

Перед глазами все как-то поплыло и превратилось в жижу. Рядом стоял кот. Большой такой черный кот с умными глазами. И смотрел на нее. Запахло почему-то яблоками, и стало очень тепло.

Очнулась она в большом доме. У печки-мазанки, вокруг которой были развешены пучки каких-то трав. Горница была просторной, с тремя окнами. Причем пластиковыми, что как-то привязывали дом к современности. Правда, ещё плазменная панель телевизора. Кожаное глубокое кресло и такой же диван. На котором и лежала Карина.

– Проснулась? – рядом с Кариной стояла женщина лет шестидесяти. Почему-то в национальном платье, с волосами, убранными под платок, завязанный большим узлом сверху.

Она вытерла руки об фартук и протянула Карине.

– Дай руку, я посмотрю. – Женщина как-то внимательно изучила ее ладонь. – Ну, что я и предполагала. Вот твой пакетик, спрячь его под майку. – Баба Нюра, а это была она, дала Карине небольшой сверток. – Там записка. Написано, что да как делать.

Карина хотела взять пакет, но тут же отобрала руку обратно. На ее запястье красовался маленький рисунок.

– Откуда это? – спросила она женщину в надежде, что та даст объяснение.

– Это, милая, печать моя. Я не всем ее ставлю. Это как телефон скорой помощи. В трудную минуту надо только взглянуть на нее, и все само собой решится.

– Интересно. И это работает?

– Ещё как!

***

– Кто есть живой! – двое молодых солдат открыли калитку и направились к дому.

– Самый-то вопрос. Ты видал, какая там дыра?

– Смотри, а на доме даже окна целые.

– Милая, ты тут пока побудь. – баба Нюра попросила Карину остаться в комнате, а сама направилась к двери.

– Чего желаете?

– Бабка, ты как жива осталась? – парни, не дождавшись приглашения, отодвинув Нюру в сторону, прошли в ее дом. – Давай, метай на стол. Жрать хотим как черти. – от молодых людей явно разило хамством. Они сели за стол, не сняв с себя даже автоматы.

– Хорошее место для ночлежки.

– Норм.

– Слышь, бабка. Мы вечером придем. С нами ещё трое. Ты ужин нам. Нормальный такой. Баньку растопи.

Баба Нюра стояла у стола, держа в руках своего кота, и ничего не отвечала. Но как только кот начинал мяукать и елозить, она гладила его, успокаивая. Кого больше – было не понятно.

– Не нервничай. Сиди спокойно. – тихо говорила она коту.

– Чего стоишь? Тебе сказали, давай на стол подавай. Что там у тебя? – самый наглый подошёл к холодильнику и вынул из него всё, что было ему по нраву. – Во. Бутеров наделай нам. Ребятам отнесем. Не слышишь чтоль?

Другой направился в горницу.

– Мы тут девку ищем. В твою сторону побежала. Не видала? – и тут он заметил Карину, которая так и не нашла куда спрятаться. – Вано, смотри, вот она ж. Иди сюда.

Он двинулся к Карине, чтобы схватить ее. Но на его пути вдруг возник кот. Солдат попытался откинуть его ногой, но только замахнулся, как кот стал мужиком. Громадным таким, под два метра ростом. И одним ударом уложил солдата. Всё снова превратилось в жижу.

***

Кощуны. Вот как эти знаки называются, вспомнила Карина.

Часы показывали три часа ночи. Сна так и не было.

– У меня кощун Ведунья, а у мужика этого – Домовой. И что это значит?

Карина сходила на кухню, по дороге заглянув в детскую.

«Как только все Крины – знаки кощунов соберутся в одном месте, в одно время, жди больших перемен», – вспомнила она слова бабы Нюры как из сна.

«А может, это и правда был сон», – подумала она и почувствовала, что засыпает.

Глава 3

– Карин, как ты и предполагала, на этой штуковине нет его отпечатков. – капитан входил в кабинет без стука. Это немного раздражало Карину, она же все-таки женщина. Но, с другой стороны, старыми друзьями было пройдено немало по жизни.

– К бабке не ходи. – Карина сама не заметила, как это выражение твердо вошло в ее жизнь.

– Короче, там получается… – капитану лучше удавалась письменная речь, чем устная. Все протоколы им писались очень четко, что претензий у начальства к отделу не было. – …умер мужик не от удара. Даже если его и ударили, то удар не был такой силы, чтобы отправить его в параллельные миры. Умер он от инфаркта. А уж инфаркт был от испуга. Об этом говорят и его зрачки. Чего-то он там испугался. Вот только чего?

– Дай почитать. – Карина взяла из рук капитана заключение экспертов. – А штуковина эта где?

– В лаборатории. Тебе нужна?

– Хотелось бы на нее получше посмотреть.

– Сейчас принесу.

Через минуту Головин уже стоял с протянутой статуэткой у стола Карины.

– Ну и скорость у тебя, капитан. Так и майором скоро станешь.

– Твоими бы устами....

– А что тебе мешает? Все в твоих руках. Оставь эту штуку у меня пока. Помедитирую на нее. Может, что и расскажет.

– Есть хочу ужасно. С утра ни крошки во рту. Пойдем в столовку?

– В нашу?

– Ну да, а что? Не все же в соседней кафешке обедать. Никаких денег не хватит.

– Представляешь, – разоткровенничался Головин после того, как съел тарелку салата и две отбивные с картошкой по-домашнему. – Когда слышу в сериалах эту фразу «ни крошки во рту не было с утра», кажется, что сейчас человек будет уплетать со скоростью в обе щеки. А смотришь, сидит такой эстет, вилка в левой, ножик в правой. Медленно так мяско режет. Беседует.

– Ты успеваешь еще сериалы смотреть?

– А как же, за завтраком. Это святое. Посмотреть сериал о том, как мы работаем, а потом сравнивать фантастику с реальностью.

***

Стемнело быстро. Карина стояла у окна, всё никак не решаясь закрыть жалюзи. Снег, что опять посыпал на землю мелкими хлопьями, красиво отражался в лучах уличного фонаря. Даже немного завораживал, размешивая мысли в голове большим половником до такой степени, что еще бы чуть-чуть, и можно было заснуть глубоким сном.

– Фу ты! – Карина наконец-то потянула веревку от жалюзи.

Включив свет, она взяла со стола свой AI Pin с телефоном. Отучить себя от мобильников, громадных телефонных трубок было не так-то и легко, слишком крепко смарты вошли в жизнь людей за десятки лет. Стильная брошка-значок включала в себя все важные жизненные функции, связанные с электронным миром. К которому, в свою очередь, теперь было привязано всё. Даже туалет.

– Мам, ты ребят возьмешь? – на экране, который отразился перед Кариной в виде проекции, стояла симпатичная женщина лет шестидесяти, в белом фартуке и с ложкой в руке.

– Уже! Ужином кормлю. А тебя когда ждать? – женщина поправила свободной рукой свои волнистые волосы.

– Не раньше девяти. Еще поработать надо. Пока, целую всех.

– Вот даже не сомневалась. У меня вопрос: вы детей для меня рожали?

– Мам, не начинай, пожалуйста. Приду, поговорим.

– Когда? В час ночи? Так я уже спать буду.

– Всё, мам, я отключаюсь.

***

Карина крутила статуэтку в руке, сидя в своем очень удобном прозрачном офисном кресле, подаренном ей на юбилей.

– Что-то она мне напоминает… Что-то из того дня. – Карина снова вернулась в лес к колдунье. – Дааааа. – протянула она. – Эта штуковина стояла тогда на полке. Я еще подумала, что хорошая вещь при засолке капусты, если использовать ее как гнет. Знак на руке, эта штуковина и какое-то чувство, что кто-то зовет.

НЕСКОЛЬКО ЛЕТ НАЗАД.

– Ритка, у меня тут коробка конфет завалялась.

– Сколько им лет, подруга?

– Нет, смотри, еще и срок годности не вышел.

Ребята решили отметить окончание учебы в комнате у девчат. Кухня общежития к празднествам никак не располагала. Мешали хождения туда-сюда неприглашенных соседей.

– Теперь ищем работу. У кого уже есть какие предложения. Кто куда?

– У кого они есть? Я лично свое что-то открою.

– И у тебя на это есть деньги?

– Об этом я подумаю потом. – Санька не любил спорить с Лешиком, и часто так "скатывался" из токсичного диалога.

На кровати сидели две подружки Лелька и Ритка и что-то бурно обсуждали.

– И ты так с ней и не разговариваешь?

– Нет.

– И сколько уже?

– Год почти.

– С кем не разговариваешь? – в их разговор вмешался Лешик после того как Санька покинул его.

– Не важно, отстань!

– Да, с матерью она не разговаривает. – Лелька с неодобрением взглянула на Ритку, и та сразу поняла, что проболтала лишнего.

– Да, ладно! У всех все по-разному складывается. – Лешик поймал ее взгляд, и правильно оценил. – И отношения с родоками тоже. Что обязательно надо осуждать?

– Вот именно. Все почему-то смотрят на подобное с одной стороны, и не берут в учет противоположное.

***

Через день Карину уже встречали в родном доме.

Мать приготовила целый стол, как свадебный. Конечно, дочь приехала из столицы. Пять лет училась на юриста. Была приглашена вся деревня. Даже свинку Глашку ради такого события… Карина не любила это даже произносить. Каждую животинку с детства она привыкла считать членом семьи. Даже Мышку-Норушку, что завелась в курятнике, подкармливала.

– Слушай, Карин. Мой Вовка работает в одной строительной частной фирме. Хозяин там классный мужик. Ему нужен менеджер по кадрам. Сходи, может, возьмет. У нас в городе не так уж и много хороших специалистов осталось, все разъехались, сама знаешь. Динка была Карининой подругой с детства, может, даже с рождения. Ведь родились они с разницей в два часа, в одном роддоме. Так и были всё время вместе, не считая того времени, пока Карина училась в универе.

***

Летний день манил на пляж озера. Многие этому поддались, и уже к десяти утра на прибрежном песочке «яблоку было негде упасть». Но Карина, надев свое самое стильное платье для такой погоды, садилась в автобус, чтобы доехать до города по адресу фирмы, который ей записала Динка на бумажке.

Офис находился недалеко от вокзала, куда привез ее автобус. Красивое современное здание совсем недавно появилось в городе. Строилось оно как раз этой фирмой, в которую шла устраиваться Карина, для аренды под офисы и магазинчики. Разные такие бутики, что мило разместились по всему первому этажу.

Вход в офис строительной фирмы под названием «Зевс» был с центрального входа.

Карину встретил охранник. Узнав, что она идет на собеседование к Игорю Константиновичу Кирсанову, он тут же пропустил ее.

– Подождите немного. – секретарь пригласила Карину присесть в кресле и предложила стакан воды.

Через пять минут ожидания Карину пригласили в кабинет. Но не успев войти в него, она встала столбом.

Это был он. Тот парень, который очень ей понравился, когда она впервые его увидела на пляже их водоема.

Два часа она тогда любовалась им. Он так классно плавал, играл со своими друзьями в волейбол. Потом пел под гитару.

Карине хотелось тогда познакомиться с ним, но рядом с ним сидела очень красивая девушка, которую он нежно обнимал. Да и Каринке тогда было лет шестнадцать. Навряд ли бы она была ему интересна, он лет на пятнадцать точно ее старше.

– Девушка, проходите, пожалуйста. Присаживайтесь. – Игорь Константинович встал из своего кресла и сам пододвинул Карине стул. – Чай, кофе?

– Нет, спасибо. – Карина постаралась взять себя в руки. Ведь она так и не смогла смотреть на других парней, вспоминая его. А желающих быть с ней в универе было немало. Девушкой она выросла довольно привлекательной. С длинной черной косой, с большими глазами, круглым лицом. Тонкой талией, высокой грудью и ростом почти сто семьдесят сантиметров. А главное, умной. С ней действительно было интересно быть рядом. «Я старалась», – говорила она, когда кто-то пытался ее хвалить. И ведь правда старалась. Она всегда ловила себя на том, что очень хочет быть похожей на ту красавицу, что тогда была рядом с Игорем.

– Знаете, а Вы вполне нам подходите. Юрист. И по тесту Вы на все ответили. – Игорь листал папку с Кариниными документами. – Давайте сделаем так. Вы еще подумайте о том, что мы Вам предлагаем. Работа сложная, и Вам придется параллельно набираться опыта. А послезавтра я жду Вашего звонка.

Игорь сам проводил Карину до двери. Она ему понравилась, и не столько как большой специалист, которым он уже видел ее в своем коллективе, сколько довольно привлекательной девушкой.

Все вроде бы его устраивало, но что-то странное внутри его самого чуть ли не кричало: «Не бери ее! Не бери».

Собственно, поддавшись этому зову, он и дал ей время на размышление. Обычно он так не делал. Если ему кто-то нравился, он приглашал сразу в бухгалтерию на оформление документов.

***

Два дня Карина не бегала, она летала. Летала от счастья, что завтра она позвонит, и уже послезавтра будет работать рядом с ним, с Игорем. Но с утра следующего дня ее что-то останавливало. Всё мешало, отвлекало, и в результате ее желание приутихло.

Почти на границе с их городом напрягалась военная обстановка. Начали бомбить. Пошли разговоры об эвакуации, и стало совершенно не до новой работы. Карина так и не позвонила.

– Каринка! – кричала подруга в трубку вечером того же дня. – Тебя что-то спасло. Хорошо, что ты пока не успела устроиться туда.

– Что случилось? – Карина поняла, что сейчас услышит что-то жуткое и больное.

– В их офис попал снаряд. Все погибли.

– И Игорь? – спросила она почти засохшими от волнения губами.

– Игорь? А, начальник? Нет. Он ранен. Представляешь, повезло. Он в это время выходил из машины недалеко от офиса. Осколок, говорят, попал в ногу. Он в госпитале.

Глава 4

2034 год.

• Женщина, Вы к кому? – секретарша обеспокоено поднялась из-за стола и поспешила к гостье.

• К начальнику я. К самому большому, дочка. – пожилая женщина указала на дверь.

• Вы записывались? – бабуля немного напрягала секретаря Диночку. Уж больно она напоминала бабу Ягу из сказок. Хотя вроде как одета-то она была вполне даже себе по-модному, в вещи, что не каждая пенсионерка себе позволит. И что самое удивительное, ей не чужд был новый вид связи, к которому многие пожилые люди так и не привыкли, отдавая предпочтение старой и ставшей привычной технике.

Поэтому такой аксессуар в ее возрасте носили далеко не все. Не столько оттого, что не могли себе его позволить, нет. Как раз позволить его могли все, так как цена его была всего-то пару Оков (то есть электронных денег). Просто не каждый пожилой человек мог разобраться в этой электронной диковинке, заменившей собой мобильные телефоны, телевизоры, да уже много чего. И это «много чего» прибавлялось в базу этой броши почти каждую неделю. Поговаривали, что вот-вот брошь сможет из инженерной голограммы через встроенный принтер создавать многогабаритные вещи.

• Да, конечно. Мой номер Р-150. – бабуля довольно ловко передала секретарю данные по своей записи.

• А, да, увидела. Виктор Петрович вас скоро примет.

Старушка удобно разместилась в кресле.

• И как? Справляетесь? – секретаря Диночку не отпускал интерес к тому, как бабуля справилась с новшествами.

• С чем? – бабуля проследила за взглядом Дины. – А, с ней! А что тут справляться, как в детстве с мамкиной волшебной палочкой играла. В жизни ничего нет такого, чтобы уже не существовало в природе, просто в другой форме. Мы ее повторяем просто.

• Вы философ?

• Я? Да нет. Какой философ? Образование-то откуда? Времена не для учебы были. Ведьма я простая. Правда, потомственная.

• Ведьма?! – Диночка немного напряглась.

• Ой, напугала я Вас. Да обычные мы люди… почти. Вы же сами меня за бабу Ягу приняли. Не так ли?

• Так. – призналась Дина.

• Ну вот. Я она и есть. – улыбнулась женщина, а Дина так и не поняла – шутит она или серьезно.

Дине поступил сигнал.

• Вас приглашают. – указала она на дверь. Старушка поднялась, кряхтя, с кресла и прошла в кабинет.

За огромным столом, таким же грузным, как входная дверь, в большом кресле с подлокотниками сидел мужчина средних лет, крепкого телосложения, но небольшого роста. Он оглядел бабулю взглядом сверх очков, через которые что-то читал, и указал ей на стул недалеко от своего стола.

• С каким вопросом?

• За дорогу пришла говорить, что в нашей деревне Авдотьино. Лет уж сорок никто ее ремонтировал.

• Авдотьино – это наш округ? Что-то я не слышал. – соврал Виктор Петрович.

Хорошо он слышал о деревне, о небольшой такой деревеньке, спрятанной в лесу от глаз мирских. Именно там он приобрел себе земли под свой особняк, в котором хотел укрыться под старость лет, чтобы ни одна народная комиссия его не увидела, планируя захватить землю и под этой самой деревушкой.

Захватить-то он хотел просто бесхозные земли в лесном массиве задаром, а не деревеньку. Поэтому уж больно ему она мешала. Да так, что по документам она не проходила нигде.

• Ваш, ваш округ. – бабулька уж больно пристально взглянула в глаза Виктору Петровичу, что у того аж мурашки пробежали по спине. – Еще бы крышу перестелить в пятом доме. Совсем худая стала.

• Женщина. Вы понимаете, сейчас не до деревеньки какой-то. В городе проблем полно.

• Так дорога-то не так уж и дорого. А крыша и подавно. Дом старенький. Никакой там сверхдорогой черепицы не требует.

• Ну хорошо, рассмотрим Вашу проблему.

• Нет уж. Ты мне, мил человек, точно скажи. А я запишу. – старушка знала, что деятельность всех чиновников отслеживают народные комиссии, а для этого надо, чтобы всё было зафиксировано в общей сети.

Виктор Петрович понимал, что, дав ответ в электронном виде, он тем самым укажет и жалобу старухи. А значит, в сети появится и эта самая деревенька. Надо было что-то придумывать. Бабулька уж очень ушлая в технике оказалась.

• Давайте так. Я сам лично подъеду в вашу деревню и сам лично посмотрю и на дорогу, и на крыши всех ваших домов. И только после этого мы оформим Ваше заявление. Вы согласны?

• Я согласна. Только вот ты обманешь.

• Да как Вы…

• Не гневайся за правду. Дашь на дашь. – старушка достала из кармана щепотку какого-то порошка и высыпала его на лампу. В кабинете быстро распространился какой-то приятный цветочный запах.

• Это что еще такое?

• Это порошочек волшебный. И пока тебе будет не до проблем жителей деревни, тебе будет не до того, до чего ты очень уж охоч.

И не успел Виктор обернуться, как бабка исчезла.

• Где она? – спросил он секретаршу.

• Кто?

• Бабка где?