Знак судьбы

Глава 5

2022 год

• Я ёлку купил на базаре. Смотри, вроде как пышная, красивая. Как у нас из лесу.

• Отец, ты весь в снегу, отряхнулся бы в подъезде. Не в деревне чай живём. – Мать вышла с кухни, из которой разносился по всей небольшой квартире приятный аромат праздничного ужина. – Ну что встал? Разувайся, давай ёлку наряжать, стол накрывать. Сейчас молодёжь приедет.

• А где у нас игрушки?

• Там в пакете фиолетовом. «Вайлдберриз» написано на котором. Каринка кучу целую назаказывала. Должно хватить. Мишура в другом пакете. Таком же, там рядом. Сначала вешай игрушки, потом мишуру.

• Мать, так ещё её поставить в ведро с песком надо.

• Какой песок? Вон за диваном крестовина. В неё и крепи.

• Так она усохнет быстро без песка, без полива?

• Так и усохнет. Побыстрее выкинешь. Нечего тут иголкам в чужой квартире валяться. Не дай бог хозяин потом отругает.

Вот уже несколько месяцев семья Карины жила на съёмной двухкомнатной квартире. Им, можно сказать, повезло. Квартиру сдавал её начальник, не раз побывавший в горячих точках. Поэтому для них цена за аренду для Москвы была лишь названием.

Отец Карины устроился в строители. Это у него всегда хорошо получалось, не одну хату построил у себя в деревне. Мать занималась домашним хозяйством. А Карина работала в ОВД, а вечерами или сидела с мужем в больнице, или была на уроках в школе полиции.

• Айтишником работает, – отвечала мать Карины, когда спрашивали, где работает её дочь. – В полиции.

А вот на вопрос: «Зачем эти самые айтишники в полиции?» – она точно ответить не могла.

• Ну что ты там телишься, как телок? – Мать уже накрыла стол. В духовке готовилась тщательно приправленная специями курочка, и так манила через окошко своей красненькой, наивкуснейшей жаренной корочкой.

• Я боюсь игрушки кокнуть.

• Другое бойся кокнуть, а игрушки Каринка специально для тебя небьющиеся купила. Давай быстрей.

В дверь позвонили. Мать быстро сняла фартук, отряхнула платье и пошла открывать.

• Добро пожаловать, зятек любимый!

Игоря выписали ровно на 31 декабря. Он перенёс не одну операцию и несколько месяцев учился ходить с протезом. У него довольно хорошо это получалось.

• Здравствуйте, мои дорогие! – Игорь поцеловал мать в щёку, отцу пожал руку. Он был им очень благодарен. Все эти месяцы они поддерживали его, были рядом во всех сложных ситуациях.

Карина прошмыгнула в комнату, чтобы переодеться. Но вышла она в зал, к столу, не в красивом платье, что купила по случаю Нового года, а в форме.

• Карина, можно уж в праздник не в рабочем? – Сделала замечание мать.

• А вы ничего не замечаете?

• Что мы должны заметить?

• На погоны посмотрите. Мне дали старшего лейтенанта.

• Вот это да! Молодец, доченька. – Отец заключил дочь в объятия. А мать не выразила никакой эмоции. Ей не хотелось, чтобы дочь занималась бандитами, ворами. Хоть и по экономическим нарушениям, всё равно бандитами и ворами.

• Давайте за стол. До Нового года осталось пять минут. Отец, разливай шампанское.

***

• Игорь! Кирсанов! – Игоря окликнул молодой мужчина с перевязанной головой, сидящий в коридоре на кресле между палатами, в одной с которой лежал Игорь. – Не узнал?

Игорь присмотрелся.

• Витек Лешенко? Ты что ль?

• Я. Ты тоже…?

• Нет. – Игорь рассказал свою историю о том, как попал в госпиталь.

Витек Лешенко был отличным биатлонистом. Когда-то Игорь завидовал ему, все медали были его. Но они дружили, и Игорь старался не отставать от друга. Поэтому из всей команды на соревнования ездили они вдвоем.

• А помнишь, когда мы к девчонкам в номер завалились ночью. Хотели им лагерь пионерский напомнить?

• Да, хорошее время было. Ты тогда еще лыжу сломал. Тренер до жути орал.

• Да. А Гуньку помнишь?

• Гуньку?

• Ну, Славку Гунькова?

• А, конечно, такое не забудешь.

• Так он женился на той девушке, которую с трассы тогда случайно столкнул.

• Да, жалко было девчонку.

• Ой, не жалей. Она отыгралась. Он у нее по струнке теперь ходит.

Игорь всё не решался задать вопрос Витьку, как тот-то попал в госпиталь. Но Витек, видимо, очень хотел поделиться своей историей, и сам начал свой рассказ.

• Я с братом тут. Только он… Он с другой стороны баррикад. Понимаешь?

***

Витька шел по пустынному городку, до жути пустынному. Разбитые дома, из окон которых, как паруса, развеивалась тюль. Ветром разносило антенны и разный мусор. Под ногами осколки всего, что может остаться после страшного боя. И шум. Такой необычный, казалось, что кто-то шепчет, говорит тебе в ухо: «Мы тут, мы тут», но ты находишь объяснение, что это лишь ветер.

Кое-где солдаты разбирали завалы, пытаясь спасти еще живых жителей поселка, что прятались в своих подвалах. А Витек шел и всматривался в лица убитых. Он искал брата, он знал, что Серега должен быть где-то тут. Он чувствовал это.

За поворотом дома, или того, что от него осталось, он нашел солдата, лежащего возле лужи растаявшего снега. «Это он!» – обожгло его с головы до ног.

• Серега! Держись! Я сейчас! – прошептал он сухими губами. Витька держал брата за руку, вызывая подмогу, а в глазах были слезы.

***

Маленькая деревенька. Поле с подсолнухами и кукурузой. Лето. Жара. Только надоедливые слепни не дают наслаждаться радостью жизни.

• Витька, поехали! Бери деда велосипед! – кричал за забором Серега, когда Витька пытался набрать в карман черной смородины, что росла под окном бабушкиной комнаты. Увидь бабуля это, вот бы Витьке бы попало. Но бабуля была занята ужином и пирогами. К вечеру должны были приехать Витькины родители из Москвы. – Айда на поле. Кукурузы нарвем и подсолнухов.

• А сторож? – выкрикнул Витька, и тем самым сдал свои позиции.

• Ах, шалапай! Говорила ж, дайте ягодам созреть. – бабуля уже бежала с полотенцем. Но Витек быстро шмыгнул в калитку, захватив с собой велосипед деда.

• А сторож? – повторил он свой вопрос, когда догнал Серегу.

• Вот вы столичные цацы. Ну что сторож? Поорет, догнать-то он нас не догонит.

• Но узнает, что это мы. Опять придет бабуле жаловаться.

• Ой, трус ты.

• Не трус. Я осторожный.

***

• Я держал его руку, и перед глазами прошла вся жизнь. – рассказывал Витек Игорю. – Понимаешь, мы каждое лето у бабули. Вместе. Потом армия, институты. В двадцать пять мы стали пробовать себя в совместном бизнесе. У нас шло всё нормально. Мы занимались тачками. Сначала перепродавали старые, потом открыли свой салон, мастерские.

• А что, Серега не переехал к тебе?

• Нет. Там жена такая была. Мегера. Невзлюбила меня. Всё Сереге на уши капала, что я его надуваю. Но мы до последнего были вместе. А по большому счету, бабе просто надоело быть всё время одной с ребенком. Он неделями у меня, приезжал только на выходные. Зато дом выстроил. Машину ей купил. Да и жила она как жена мэра.

• А ты?

• А я так и не женился. Тут что-то одно. Или бизнес, или семья. Я тогда на те деньги, что выиграл на олимпиаде, и открыл бизнес. Но занимался им в основном Серега. Я не бросил спорт. Тренировки отнимали много времени. И так вот жили… до последнего.

• А как он? – Игорь показал головой в сторону палаты. Он понял, что Серега лежит в соседней палате. Витька всё время смотрел туда, пока рассказывал свою историю.

• Это целая история. Я тогда понял, что рука его теплая. Давай его в чувства приводить. Пришел. Осколок прошел недалеко от сердца. Содрал с него всю эмблему и тащил так. Ребята хоть всё поняли, но вида не показали. Я только сказал, что брата нашел. А дальше, дальше я не соображал. Всё как в тумане. Оказалось, что сам ранен. Я даже не заметил, не поверишь. Нас в госпиталь прифронтовой. Оттуда сюда. Вот теперь жду, чем это закончится.

• Верь в лучшее. – Игорь по-дружески постучал Витька по плечу.

***

• Я решил вернуться в спорт. – сказал Игорь.

• В спорт? – Карина удивилась.

Со стола всё было убрано, посуда помыта. Родители мило храпели у себя на диване в зале под фонарики, что празднично светились на елке, освещая всю комнату с прихожей.

• Да. Ведь есть такие…

• Есть. Я не против. Это твоя жизнь. Я буду лишь рада, если у тебя получится.

• Честно?

• Честно-пречестно! Спи давай. – Карина чмокнула мужа в щечку и потушила прикроватную лампу.

Глава 6

2034 год.

• Карина Юрьевна, добрый день. Я на Вашем столе всё оставил.

• Добрый! Да, спасибо, Васенька. – Карина шла по светлому коридору к своему кабинету, когда засигналил ее Alpin. – Твою же дивизию, как некстати. – Выругалась она вполголоса, увидев, что ее вызывает полковник в свой кабинет. Она резко развернулась и пошла в обратную сторону.

• Пал Ильич, добрый день! Что-то срочное? – Отношения с руководством у Карины были очень хорошие. Пал Ильич, в свое время, многому ее научил, и Карина была ему очень благодарна.

• Ты мне так по своему делу не доложила, и отчета я не вижу. – Мужчина лет 60-ти, полноватый, с седыми, но пышными волосами, попытался что-то нажать на своем гаджете связи. – Нет, не успеваю я за этой техникой. Вроде вот только со смартфонами разобрались, с планшетами этими, на вот теперь это носи, и всё тут.

• Ну что Вы! Вполне нормальная и удобная штука. И Вы еще у нас молодой. Разберетесь.

• Ой, подлиза. Ты очень занята? – полковник показал на удобный мягкий стул возле своего рабочего стола.

• Как сказать?

• Ты всегда очень занята у нас. А я бы хотел с тобой поговорить. Но сначала по делу.

• А что по делу? Вскрыли Alpin убитого. Но никаких данных о том, что он имел дело с нашими предприятиями, мы не нашли. Если Вы помните, по нашим данным он незаконно сбывал информацию, касающуюся этих самых предприятий, в другие страны.

• Ну ты на мою память старческую не дави. Предприятия эти, Карин, сама понимаешь, государственный заказ выполняют.

• Я всё понимаю, Пал Ильич, вот и стараюсь.

• Старайся, детка, вся надежда на тебя.

• А что еще-то хотели?

• Да хотел, чтобы ты мне про этот Alpin поподробнее рассказала. Четыре года почти носим, а я еще не все функции в нем изучил.

• Пал Ильич, если только вкратце. Но кроме наших данных, данных местонахождения, медицинских данных на момент здесь и сейчас…

• А это вот он как определяет?

• Сканером. Вот такой теперь мощный сканер. В принципе, все функции телефона теперь в нем, только вот к экрану немного надо попривыкнуть. Раньше, лет пятнадцать назад, все удивлялись, чтой-то люди сами с собой разговаривают, когда носили беспроводные наушники. Теперь не поймешь, куда человек смотрит, на виртуальный экран или тебе в лицо, если ты сидишь напротив в метро, например.

• Да, чудно как-то.

• Вся Ваша деятельность записывается и раскладывается на цифры.

• Даже если я что-то интимного характера…

• Это кодируется под другим грифом и стирается. Но можно в такие моменты и снимать брошечку. А потом, Вашу личную информацию далеко не все могут вскрыть. На это по-прежнему необходимы определенные программы, которые не у всех.

• А как рассчитываются эти деньги?

• Оки? Да, всё имеет свои расценки. Они разные для разной местности, времени, ну и так далее. Что-то Вами сделанное в «общую копилку дел» оценивается, и тем самым вы получаете оки к Вашему основному окладу, которые оплачиваются за определенный список работ. Выкинул мусор, например, в разные бочки – получи ок. Выкинул в реку общим мешком – минус ок.

• Значит, ничего «левого» не пройдет?

• Пал Ильич, а у Вас есть «левое»?

• Шутка это.

• Пройдет. Аферистов и в этом уже немало. Но это уже наша работа.

***

• Тупая! Сказал же без сливок! – Виктор Петрович уже с утра был не в духе, и уже с утра весь негатив сваливался на его секретаршу Диночку. – Принеси мне без сливок! И быстро.

Дина уже у двери успела увернуться, в ее сторону летела кофейная ложка.

Слезы наворачивались на глазах, она с трудом донесла поднос до своего стола. Глубоко задышала, набирая в легкие побольше воздуха, и замахала руками перед глазами, боясь, что тушь растечется широкими реками по ее щекам.

Она не любила пользоваться водостойкой тушью и разными там искусственными ресницами, предпочитала обычную тушь, тем более до слез ее не доводили уже очень давно.

Не доводили даже ее возлюбленные, которые покидали ее после двух-трех недель общения.

В приемную вошли заместители. Время утренней «летучки».

• Как он?

• Ой, лучше не спрашивайте. Провалилось несколько контрактов. Какие-то еще у него там неприятности. Всё в кучу. Всё в кучу. Я, наверное, заявление об уходе напишу.

• Ну что ты, Диночка. Ерунда всё это. – стал ее успокаивать первый заместитель мэра.

• Ерунда? Да за шесть лет, что здесь работаю, такого отношения ко мне не было.

• Диночка, потерпите. – другой заместитель, Лебединский, всегда носил с собой шоколадки. И как только они у него в кармане пиджака не таяли?

• Тут еще эта… Довлатова какая-то звонила.

• Довлатова?

• Да! Точно, Довлатова. – Дина сверилась по записи.

• Ольга Довлатова?

• Да, Ольга Константиновна.

• И что она?

• А кто она? Я вижу, Вы знакомы.

• Это проверяющий по экономическим вопросам от народного контроля. Известный блогер. Выставляет всё сразу в эфир. Договориться с ней очень сложно. Да, даже невозможно. Найдет всё. Каким бы асом в экономике вы бы ни были. Она прямо чувствует, что что-то не так, и идет до конца. И всегда появляется в те моменты, когда у человека наступает полная… Она наступает. Ей кажется, что аферы и полная… просто совместимы в своей деятельности.

• И что, она к нам едет?

• Кажется, да. Иначе… Вот, она перезванивает.

• Да, сейчас он еще больше рассвирепеет.

***

Собрание, на удивление, прошло в обычном режиме и довольно спокойно. Только когда все стали расходиться, Виктор Петрович попросил остаться своего первого зама.

• Гоша, это конец! Это полный конец! – от мэра так пахло коньяком, что Григорий Викторович поспешил открыть окно пошире и посильнее включить кондиционер.

• Витя, ты бы не пил в таком количестве. Всё же…

• Я иначе не мог себя успокоить. Коньяк пошел на валосердин.

• Ты так с лекарствами не шути. Не юноши, понимаешь. Когда за сорок – это уже срок.

• Вот… срок… Именно он нам светит. Где тот чип, на котором документы на землю?

• У тебя в сейфе был. Он же на твою мать оформлен.

• Нет его в сейфе. Понимаешь, нет.

• Ну, куда он мог деться? Код от сейфа только у тебя на «значке».

• Я его снимал. Ну, понимаешь. Когда Владка приходила сюда.

• Витя!

• Ну когда она успела бы? Хотя… Елы-палы. На этом «значке» еще такое. – Виктор схватился за голову.

• Ну позвони Владке.

• Нет, Гоша. Не Владке… Владке я позвоню. Тут надо эту бабку искать, что приходила ко мне на днях из этой самой чертовой деревни. Та самая ведьма. Давай лучше ты мне найдешь ее.

• Какая та самая ведьма?

• Не тупи, Гоша. Та, у которой мы с тобой тогда гостевали. Я еще думал, где ее видел. Но мне казалось, что ее давно нет на земле. Она из той самой деревни, которая по нашим документам проходит как лес. Данные бабки у Динке. Давай, Гоша, найди. И побыстрее. Как друга прошу. – Виктор захлопнул дверь за вышедшим из кабинета Григорием.

• Совсем крыша съехала. – сказал Григорий Дине. – Бабку какую-то во всех своих неудачах обвиняет. И главное, верит, что если ее найти, у него тут же всё наладится.

• Да, была тут на днях странная женщина. Вот она. – Дина показала фото. А в какой деревне ее искать, Григорий знал хорошо.

Глава 7

Ольга сошла на перрон и глубоко вздохнула. Она не любила поезда, но машина в ремонте, да и поездом ехать было намного быстрее.

Легким движением она накинула на свои плечи рюкзак. Хотя тот весил немало. Она не доверяла сенсорному оборудованию, используя в работе более точное, стараясь всё проверять на месте. А тут уж сам Бог велел.

Пару дней назад, инспектируя южное направление, она заметила, что одна деревня просто начисто отсутствует в реестре. Всё бы ничего, но лет девять назад она сама лично была в ней и была просто уверена в том, что за эти годы деревенька никак не могла исчезнуть с лица земли. И называлась эта самая деревенька Авдотьино.

Местность просто шикарная для отдыха души и тела вместе взятых. Южная сосна, маленькие озерца, некоторые с хорошим песочным пляжем. Яркое солнце днем для отличного загара и теплые ночи в хорошей компании.

Собственно, именно с компанией она тогда и посетила эту деревню.

***

Трое молодых людей и четыре девушки сняли небольшой деревенский домик, что стоял по краю хутора, рядом с самым посещаемым озером.

Целых две недели ребята отдыхали. Вечерами пели под гитару возле костра у водоема, до обеда отсыпались, затем дружно бежали в деревенский магазинчик за продуктами, обедали и на пляж, под лучи парящего вечернего солнышка.

Молодежи в деревне почти и не было, поэтому местные бабульки с большим удовольствием прикармливали приезжих. Кто своим творожком с молочком, кто сальцем, кто яичками куриными.

Баба Зина, у которой ребята снимали домик, жила недалеко, у своей сестры. Та совсем недавно потеряла мужа и жить одна не смогла.

– А я думала, к вам кто-то приехал сегодня ночью, – спросила Верочка бабу Зину, когда та принесла ребятам свежего молочка с мягким хлебушком, который пекла ее сестра. – Кто-то ходил так негромко в сенях, как будто что-то искал.

– Да и я слышала, – вторила ей Светка.

– Да хватит, девчат, ужасов на ночь глядя наводить.

– А почему, Санек? Меня вот кто-то уже третий день будет. Причем ровно в три часа утра. Будто подходит ко мне, спящему, и в лицо ухнет. Я вскакиваю. Смотрю, вы все дрыхнете. А у самого сердце так стучит, что вот-вот вылетит из-под ребер.

– И как ты потом засыпаешь?

– С трудом, прикинь.

– Вам смешно, а я прямо чувствовала, что ко мне кто-то подошел и так долго в лицо дышал. Я проснулась, глаза открыла, а никого. Решила, что приснилось.

– Да хватит, ребят.

– А тебе, Никит, что. Отвернешься к стене и так и дрыхнешь всю ночь.

– А кто вам мешает?

– Мы и рассказываем, кто.

– Да, есть тут чудо местное. – начала свой рассказ баба Зина. – Живет в лесу, недалеко от деревни нашей, ведьма. Сколько ей лет, никто не знает, так как все старожилы, что тут живут, вспомнить не смогли, когда она появилась.

Многих стариков уже нет, а она и не изменяется. Всё на вид лет шестьдесят-семьдесят, не больше. Правда, кто-то рассказывал, мол, видел, как она однажды ночью по деревне проходила со своим котом огромным. Вся в черном, точно баба Яга.

Но мы ее уважаем, много хорошего для нас сделала. Деревню сберегла. Бережет и сейчас. А ежели у кого что по личному, все к ней за помощью бегут. Нашим не отказывает. А вот приезжих, что толпами к ней тут приезжают, может и на порог не пустить, так и будет по лесу водить, пока те не заблудятся.

Вот кот ее, этот домовой, и захаживает в те дома, где новые хозяева появились. Но не бойтесь. Он ничего плохого не сделает.

– Ну, вот! Я теперь вообще спать не смогу.

– Баба Зин, а где она живет? Я бы сходила к ней. Она гадает?

– Она все делает. Ежели не страшно, завтра дорогу покажу.

На следующее утро ребята проснулись не как обычно, часиков в двенадцать дня, а в семь. Баба Зина уже стояла у дома.

Пройдя в другой конец довольно немаленькой деревни, женщина показала девушкам на протоптанную дорожку в лес.

– Вот по ней пойдете, она точно к дому Нюркиному приведет. Только не сворачивайте на тропинки, заплутаете.

– Да мы сейчас по мобильнику найдем. С навигатором пойдем, – Ольга попыталась разыскать дом ведьмы по карте, но никакого дома не было. – Ой, а карта не видит этот дом.

– Вы не первые, кто так хотел до дома дойти. Идите, как сказала. Только если широкая тропинка начнет в маленькие обращаться, старайтесь идти посередине. Иначе разойдетесь и не заметите как. Потом ищи вас по лесу до ночи.

– А что, и так уже было?

– Ой, не раз. Я же говорила. Не всех ведьма Нюрка к себе пускает.

***

– Мы, кажется, заблудились. – запищала Верочка. – Тут тупик. Яма прямо на дороге. Куда теперь идти?

– Идти прямо. – твердо сказала Ольга.

– Куда прямо? Я же говорю, там яма прямо на дороге. И ее не перепрыгнешь. И она глубокая. Ты что, сама не видишь?

– Вижу. И при этом не вижу никаких уж таких преград, останавливающих меня идти прямо.

– Ну и иди! – крикнула Верочка и свернула на тропинку, чтобы обойти овраг.

– Вера, подожди, я с тобой! – побежала за Верочкой Светка. Больше, как и говорила баба Зина, девчонки до следующего утра, после ночи, когда их разыскивала вся деревня по всему лесу, так и не встретились.

Ольга легко прыгнула в овраг и так же проворно поднялась на другую его сторону.

– Тань, ты со мной?

– Да, сейчас. – Татьяна закинула за спину рюкзак, с которым она не расставалась, и тоже без особого труда повторила всё то же самое, что проделала Ольга.

– Спортом надо заниматься. – сказала Ольга, подавая Татьяне руку. – Вот и испугались поэтому. Ничего тут страшного.

– А где они? Оль, ты их видишь?

– Нет. Наверное, уже убежали далеко вперед.

– Наверное. Только, кроме этой дороги, я тут никаких больше тропинок не вижу.

– Ладно, пошли. Не возвращаться же нам.

– А вдруг с ними случилось то, про что баба Зина говорила?

– Татьян, давай решать проблемы по мере их возникновения. Тебе надо было к этой ведунье, я иду просто так, за компанию, чисто как с подругой.

– Да ладно, пошли. Может, действительно они там уже давно.