Медвежий капкан

Пролог

Долгожданный видеозвонок бесцеремонно оборвал процесс облачения в платье, словно вырвал меня из плена ткани и зеркал. Я лучезарно улыбнулась, услышав родной отцовский голос:

- Доброе утро, моя маленькая звёздочка! Поздравляю с восемнадцатилетием, моё сердце. Пусть твоя жизнь будет фейерверком, полным ярких красок и головокружительных взлётов. Пусть удача станет твоей верной спутницей, и ты достигнешь всего, о чём мечтаешь.

- С Днём рождения, сестрёнка! - раздался громогласный крик Альпа за спиной родителей, полный неудержимого восторга. - Мы тебя обожаем!

- Спасибо, мои дорогие! И я вас поздравляю с совершеннолетием, любимые братишки и сестрёнка. Как же я по всем вам соскучилась! Пап, в Мехико скоро полночь. Вы совсем забыли о разнице во времени. Бесконечно рада вас видеть. Ещё раз благодарю! Отпразднуйте как следует за наследников Ирана. Я отключаюсь. Мне пора…

Но мама, словно хищница, не дала мне договорить:

- Шарлотта, куда ты собралась в столь поздний час, да ещё и в таком вызывающем наряде? Немедленно оставайся в своей комнате! И не смей покидать пределы Академии! Мы уже выезжаем и скоро будем у тебя. Ты меня поняла? - её властный тон, пропитанный силой Альфы, не оставлял места для возражений.

Я ни секунды не сомневалась, что не пройдёт и получаса, как вся моя шумная семейка ворвётся в тесное пространство моей комнаты, и всё благодаря магическим способностям маминого мужа. Для Элри, четвёртого мужа мамы, это сущий пустяк. Ведь он - Верховный маг.

Внезапное появление младших братьев Вульф, моих так называемых "Истинных" для всех родичей, несколько разрядило напряженную атмосферу:

- Милая, ты чего так долго копаешься? В клубе все уже в нетерпении, - Руд подлетел ко мне, словно на крыльях. Услышав притворный кашель мамы из экрана плазмы на стене, он замер в сантиметре от моих губ, готовый к поцелую. - О, Ваше Величество, какая честь! Вы как всегда обворожительны. С Вашего позволения, мы похитим принцессу. Хотим преподнести ей подарок на День рождения. Можете быть спокойны…

- Рудольф! Ты и Вольфганг отвечаете за Шарлотту головой! Завтра у нас будет серьёзный разговор, доченька. А сейчас можешь идти с ними. Но если я не услышу твой голос завтра утром, пеняй на себя. Твоей учёбе в Военно-воздушной академии Мексики придёт конец. Я лично переведу тебя в Тегеран. Ты меня услышала?

- Королева! Я лично прослежу, чтобы Шарлотта связалась с Вами, как только проснётся. Простите, но если мы задержимся, подарок превратится в тыкву, как в сказке о Золушке, - Вольф говорил убедительно, и мама, сдавшись, сбросила вызов.

Я намеренно выбрала это учебное заведение, чтобы оказаться подальше от родительского надзора и дворцовой суеты. Возвращение в Иран не входило в мои планы на ближайшие пять лет.

Так или иначе, я - первокурсница Военно-воздушной академии Мексики, расположенной в самом сердце Мехико, в здании бывшего Дворца Инквизиции.

Отец часто рассказывал мне о тех мрачных временах, когда в этих стенах приговаривали к сожжению на костре многих представителей нашего рода Рейвен. Возможно, именно поэтому я и выбрала академию в Мехико.

Женщины моего рода всегда были мишенью для инквизиции, их обвиняли в «колдовстве» и, конечно же, в вампиризме. Рассказывали, что мы пьём кровь младенцев, насылаем болезни и смерть на скот и людей. Эти обвинения были плодом суеверий и страхов, порождённых невежеством.

Жертвами инквизиции становились не только женщины нашего Древнего рода вампиров, но именно они составляли значительную часть обвиняемых в колдовстве и вампиризме.

Преследования инквизиции отражали глубоко укоренившиеся в обществе предрассудки и страхи, а также стремление к контролю и подавлению тех, кто не соответствовал общепринятым нормам. Трагические события, связанные с инквизицией, оставили неизгладимый след в истории рода Рейвен.

Сейчас, проходя по тем же коридорам Военно-воздушной академии, сложно представить себе весь тот ужас, что творился здесь столетия назад. Каменные стены, ставшие свидетелями невыразимых страданий, кажутся безмолвными хранителями жутких тайн.

Внушительные двери, когда-то ведущие в темницу, теперь открывают путь к учебным классам и лабораториям, где мы изучаем аэродинамику и навигацию. Но память о прошлом никуда не исчезла. Она живёт в каждом камне, в каждом уголке этого исторического здания.

Каждый раз, проходя мимо бывшей тюрьмы, я вспоминаю тех, кто несправедливо пострадал здесь. Их страдания не были напрасными, ведь инквизиции не удалось истребить род Рейвен.

Мой автомобиль стремительно набирал скорость, рассекая улицы ночного Мехико, с каждой минутой приближая нас к ночному клубу «Осо Негро», что в переводе с испанского означает «чёрный медведь». Это популярное место среди молодёжи, особенно среди студентов нашей академии. Там можно танцевать всю ночь напролёт под зажигательные ритмы хауса и техно.

Воздух был густым от запаха тако, выхлопных газов и чего-то пряного, неуловимо мексиканского. Внутри салона приглушённое свечение панели создавало интимную атмосферу, контрастирующую с бурлящей жизнью снаружи.

Стрелка спидометра неумолимо ползла вверх, повинуясь давлению моей ноги на педаль. Я знала каждый поворот, каждую выбоину этой дороги. С первых дней в академии этот город стал моим полем битвы с невидимым врагом. Я чувствовала пульс Мехико, его энергию и его скрытую опасность.

В зеркале заднего вида замелькали огни преследующего нас автомобиля. Они были слишком близко. Я крепче сжала руль, мои костяшки побелели. Сердце бешено колотилось, подгоняя меня вперёд. Времени оставалось катастрофически мало.

Мы пронеслись мимо «Плаза Гарибальди», где музыканты мариачи, несмотря на поздний час, продолжали играть свои зажигательные мелодии. Их музыка, обычно такая весёлая, сейчас казалась зловещим аккомпанементом нашей сумасшедшей гонке.

Я резко свернула на узкую улочку, надеясь оторваться от преследователей и сократить путь до ночного клуба «Осо Негро». Но они были настойчивы, словно тени, не желающие отставать. Ночь в Мехико только начиналась, и я понимала, что эта ночь может стать последней, если мы не успеем добраться до клуба, где много народу и есть шанс затеряться в толпе среди запахов пота и дорогих духов.

Неоновая вывеска «Осо Негро» мерцала, словно манящий огонь для ночных мотыльков. Звуки музыки проникали сквозь закрытые окна машины, вибрацией отзываясь в каждой клеточке тела. Внутри кипела жизнь, пульсирующая в ритме техно, обещая забыть обо всех дневных заботах и проблемах.

Я прожила в Мехико всего несколько месяцев, но с каждым днём всё больше поражаюсь и восхищаюсь красотой столицы Мексики, которая по праву считается Альфа-городом на нашей планете. Огни мегаполиса взрывались фейерверком красок, отражаясь в мокром от недавнего дождя асфальте.

Мы вышли из машины, и нас тут же обдало волной тёплого, влажного мексиканского воздуха. Толпа у входа была плотной и разношёрстной: студенты, художники, бизнесмены, туристы - все они собрались здесь в поисках развлечений и новых знакомств. Лица светились в полумраке, глаза горели предвкушением.

Охранники у входа внимательно осматривали каждого, но нас пропустили без лишних вопросов. Внутри царил полумрак, пробиваемый лишь лучами лазеров и вспышками стробоскопов. Дымка от дым-машин окутывала пространство, создавая ощущение нереальности. Музыка оглушала, заставляя сердце биться в унисон с ритмом.

Танцпол был переполнен. Люди двигались в экстазе, отдаваясь музыке и моменту. Здесь не было места стеснению и условностям. Каждый был сам себе хозяин, выражая себя через танец. Я почувствовала, как энергия толпы захватывает меня, и невольно начала двигаться в ритм, забыв о преследователях.

Ночь только начиналась, и впереди нас ждало ещё много музыки, танцев и новых знакомств. «Осо Негро» был именно тем местом, где можно забыть обо всём и просто наслаждаться жизнью. Я почти каждую ночь зависала здесь до рассвета и была счастлива узнать от братьев Вульф, что свой день рождения мы отметим именно в этом клубе.

- Принцесса! Я должен сопроводить вас в VIP-номер. Вас ожидают, - бас здоровенного охранника в чёрной футболке с надписью «охрана», словно гром, раздался у моего уха, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Я не успела опомниться, как он ловким движением завязал мне на глаза повязку, сквозь которую ничего не было видно. Я попыталась её снять, но сильные руки громилы не позволили мне это сделать. А после его слов я подчинилась и без сопротивления последовала за ним по лестницам клуба:

- Я выполняю приказ братьев, принцесса. Они ожидают вас в номере. Прошу, не создавайте проблем ни мне, ни себе.

- Я тебя поняла. Они решили сделать мне сюрприз на День рождения. Веди меня скорее! Очень хочу увидеть, что они для меня приготовили.

Заведя меня в комнату, охранник поспешно вышел, заперев дверь на ключ. Я принюхалась и не почувствовала запаха братьев Вульф. Но омерзительная вонь берсерков тут же ударила в ноздри, заставив усомниться в правильности моего решения пойти с этим типом.

Очнулась я в клинике Тегерана, где, по словам врачей, провела несколько месяцев. Всё это время рядом со мной неотлучно находилась сестра. Она ни на шаг не отходила от моей койки. Несколько раз она пыталась завести разговор, чтобы узнать, что произошло в клубе и кто сотворил со мной это зверство. Но я молчала, сдерживая слёзы.

В ту злополучную ночь, в день моего совершеннолетия, берсерки в зверином обличии лишили меня невинности… Кто они и сколько их было, мне не известно по сей день. Но я найду каждого из них и заставлю ответить за всё, что они со мной сделали.

Из воспоминаний прошлых лет меня вывел голос Старейшины Совета Первородных:

- Шарлотта Рейвен из рода Древних Вампиров и Первородных Волков за совершённые преступления приговаривается к пожизненному лишению свободы и будет отбывать срок в Клане Гризли. Также Шарлотта Рейвен лишается титула принцессы, принадлежащей к королевской семье Ирана, наследницы престола. Приговор привести в исполнение немедленно.

Дорогие читатели! Это история — продолжение книги «Кошачий дурман»!Поэтому, если вас заинтересовала история Шарлотты, то смело переходите к прочтению первой книги цикла «Великая Ми. Наследие Альфы».🔥🔞

ССЫЛКА НА КНИГУ "КОШАЧИЙ ДУРМАН": https://www.litres.ru/71601430/

Люблю!

Целую!

Ваша Mi Go

Глава 1

Мигель

Я смотрел, как ей выносят приговор, и видел в глазах лишь холодную ярость, змеиную ненависть, что едва трепетала за маской надменного безразличия. Шарлотта Рейвен, чьё имя когда-то шептали с благоговейным трепетом в тёмных углах, теперь стояла здесь, в зале Совета Первородных, лишённая титула, низвергнутая с пьедестала власти. Принцесса крови, наследница древнейших родословных, стала обычным преступником, обречённым на унизительное заточение в Клане Гризли - обители грубой силы и варварской жестокости.

В этом решении Совета ощущалась не только справедливость, но и тщательно выверенная, изощрённая месть. Мой клан, известный своей беспощадностью и преданностью традициям, станет для неё не просто тюрьмой, а сущим адом на земле. Здесь она не найдёт ни уважения, ни сочувствия, лишь презрение и постоянное напоминание о своём падении. Её королевская кровь, её древняя магия - всё окажется бессильным перед первобытной мощью и нерушимыми законами клана.

Приговор прозвучал, обрушившись словами Старейшины Совета, словно удар грома, сокрушающий последние осколки её былого величия. Стражники, громадные, словно изваянные из серого камня, приблизились, чтобы взять её под стражу. Шарлотта не сопротивлялась, но в её взгляде по-прежнему пылал уголёк, обещающий месть, возможно, последнее, что она оставит после себя в этом мире.

Её уводили, а я не мог отвести глаз. В этой молчаливой покорности чувствовалась не смирение, а затаённая ярость, предвестие грядущей бури. Даже в магических цепях она оставалась опасной, и я, вероятно, заплачу высокую цену за то, что принял её в свои стены. Время покажет, кто окажется сломлен – гордая принцесса или я и мой клан.

Впервые о роде Древних Вампиров я узнал от Великого инквизитора, когда присягнул ему на верность до самой смерти. В тот день я стал Главным Альфой Клана Гризли, хозяином тюрьмы закрытого типа инквизиции, раскинувшейся на землях Северной и Южной Америки.

По данным канцелярии инквизиции, род Рейвен больше не представлял угрозы, поскольку не осталось женщин, способных к деторождению. Изабель, Мэтью и Бертран считались последними наследниками рода Древних Вампиров, лишёнными возможности зачать потомство в силу своей мёртвой природы. Дело рода Рейвен было закрыто Великим инквизитором, предано архивам истории.

Два года назад мне в руки попала записка от одного из курсантов Военно-воздушной академии Мексики, в которой упоминалась принцесса Ирана, Шарлотта Рейвен, якобы обучающаяся в этом заведении.

Я начал собственное расследование, не ставя в известность Великого инквизитора о появлении этой возможной наследницы древнего рода. Хотел лично убедиться, что она действительно та, за кого себя выдает, а неловко созданная мистификация.

Моя разведка следила за девушкой и её окружением неотступно. Мы вскрывали её переписку с однокурсниками и близкими. Она не скрывала свою вампирскую сущность, предлагая юношам щедрые суммы за порцию их крови. Всё указывало на её связь с родом Древних Вампиров.

Прослушивались все разговоры, велось наблюдение за её перемещениями, но каждый раз она ускользала от преследования на своём автомобиле. Так продолжалось несколько месяцев, пока я с братьями не взял дело в свои руки, и она не попалась в нашу хитроумную ловушку.

- Уважаемые пассажиры, наш самолёт совершил посадку в аэропорту города Мехико. Температура за бортом двадцать градусов Цельсия. Время пять часов утра. Командир корабля и экипаж прощаются с вами. Надеемся вновь увидеть вас на борту нашего самолёта. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании. Сейчас будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки, - стандартное обращение командира судна, словно удар колокола, вернуло меня из пучины терзавших душу воспоминаний.

После короткого ожидания дверь самолёта распахнулась, и яркий солнечный свет хлынул в салон. Один за другим конвоиры начали подниматься со своих мест, потягиваясь и разминая затекшие от долгого перелёта мышцы. В воздухе витал смешанный аромат свежести и лёгкой примеси авиационного топлива, нежный отголосок завершившегося путешествия.

Спускаясь по трапу, я наблюдал за удаляющейся фигуркой осуждённой в сопровождении конвоя. Её силуэт медленно растворялся в предрассветной дымке, сливаясь с очертаниями аэродромных построек. Казалось, время замерло, пока я провожал взглядом эту сцену, полную невысказанных вопросов и тягостных предчувствий.

Что ждёт её там, за пределами этой кратковременной передышки, в холодных стенах моего исправительного учреждения?

Какие мысли бушуют в её голове, когда она осознаёт необратимость свершившегося?

Вздохнув, я направился к машине, дожидавшейся меня у подножия трапа. Впереди меня ждал новый день, новые задачи и новые лица осуждённых, прибывающих в мой клан. Но образ юной девушки, поглощённой утренним туманом, ещё долго будет преследовать меня. В нём было что-то, заставляющее задуматься о хрупкости девичьей судьбы и о чудовищных последствиях, к которым могут привести наши действия.

Забравшись в салон автомобиля, я откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. В памяти всплывали обрывки перелёта, отголоски разговоров конвоиров, тревожное молчание осуждённой. Она была столь прекрасна, как и в ту роковую ночь в моём клубе «Осо Негро». Каждый эпизод из воспоминаний двухлетней давности оставлял свой след, формируя обжигающую боль в самом сердце.

Водитель тронул машину с места, и мы плавно покатили по взлётной полосе, направляясь к выходу из аэропорта. Город постепенно просыпался, наполняясь звуками и красками нового дня. А я всё ещё размышлял о только что увиденном, пытаясь понять, какую роль сыграл в этом роковом эпизоде, и какие выводы можно из него извлечь. Во всём, что с ней случилось, виноват только я и никто другой.

Жизнь продолжается, но некоторые мгновения навсегда остаются в памяти, словно навязчивые сны, напоминая о том, что каждое наше действие непоправимо. Они словно якоря, удерживающие нас в определённой точке времени, заставляя заново переживать эмоции, анализировать принятые решения и, возможно, горько сожалеть о сделанном или не сделанном. Эти моменты - не просто отрывки прошлого, а угнетающие кирпичи, давящие на грудь.

Воспоминания - горькие, болезненные, от которых хочется бежать без оглядки. Они преследуют меня, словно зловещие тени, напоминая о совершенных ошибках.

Глава 2

Шарлотта

- Матушка Бернарда! Принимай новеньких. Альфа сегодня вечером хочет лично с каждой познакомиться… Подготовь девушек.

- Хорошо! Можешь идти. И смотри мне не задерживайся в женском поселении. Давай ступай отсюда и побыстрее. А то…

- Тише, матушка. Я уже ухожу. А новенькие ничего так. Ты ведь их сегодня выставишь?

- Если Альфа пожелает, то девки будут участвовать… Ты ещё здесь? Может, тоже хочешь стать лотом? В мужском поселении хватает…

Напуганный словами старухи парень молниеносно скрылся за высокими воротами женского поселения, только пятки сверкали.

Я и ещё две девушки стояли в окружении толпы недружелюбно настроенных женщин. Напряжение висело в воздухе, густое и ощутимое, как летний зной перед грозой. Каждая из нас чувствовала его кожей - этот концентрированный сгусток неприязни, исходящий от собравшихся вокруг женщин. Их взгляды были остры, как лезвия, прожигали нас насквозь, словно пытаясь выявить малейшую слабость, уязвимость, чтобы тут же воспользоваться ею.

Я украдкой взглянула на своих спутниц, с кем провела многочасовой полёт в самолёте. Бонита, обычно такая смелая и уверенная в себе, сейчас нервно теребила край своего платья, а Эстелла, всегда жизнерадостная и полная энергии, казалась бледной и сжатой. Я понимала их страх. В этой враждебной атмосфере, под пристальными, осуждающими взглядами, даже самая сильная духом могла дрогнуть.

Никто из нас не знал, что послужило причиной такой агрессии. Мы просто оказались не в то время и не в том месте? Или же причина крылась в чём-то другом - в невысказанных обидах, в затаённой зависти? Вопросов было много, а ответов не было ни одного.

В этот момент я почувствовала, что должна взять ситуацию под контроль. Нельзя позволить страху парализовать нас. Нужно действовать, нужно что-то сказать, чтобы разрядить обстановку, прежде чем она окончательно выйдет из-под контроля. Глубоко вздохнув, я сделала шаг вперёд и попыталась улыбнуться, хотя уголки губ невольно дрожали.

- Добрый день, - произнесла я как можно более спокойно и уверенно. - Мы не понимаем, что происходит, но надеемся, что мы можем всё обсудить и найти общий язык.

Тишина, нависшая в ответ, казалась ещё более зловещей, чем предшествующая ей неприязнь. Женщины сделали несколько шагов в стороны, пропуская к нашей троице старуху.

- Ты кто такая будешь, что осмелилась открыть рот без моего позволения! Запомните, заключённые. Без моего позволения вы даже дышать не можете. Я решаю - жить вам или умереть. Думаю, вам всё ясно?

Мы безмолвно кивнули головами и с полными страха глазами слушали старуху.

- С момента появления в Клане Гризли вы должны забыть, кем были и как вас звали за его пределами. Здесь вы такие же заключённые, как и все присутствующие, со своим именным номером. Клариса! Приведи девушек в надлежащий вид, и я жду их у себя. Я должна их осмотреть перед знакомством с Альфой.

Кто такая эта матушка Бернарда? Почему она имеет такой вес на заключённых и даже на охранников? И о каком ещё аукционе шла речь?

- Ай! Ты что творишь, тварь…

- Заткнись, заключённая под номером шестьсот шестьдесят шесть. Присцилла! Не жалей её. Тщательнее удаляй волосы. Альфа не любит сучек с шерстью. Ускорься! Через три часа аукцион, а они ещё не готовы с ним встретиться.

Я чувствовала, как горячие слёзы катятся по щекам, смешиваясь с едкой пеной, которой меня обмазывали. "Шестьсот шестьдесят шесть"… Какое ироничное число. Дьявольское. Как будто я сама накликала это на себя. Ещё вчера я была обычной студенткой, с мечтами и надеждами. А сегодня? Сегодня я - товар. Вещь, выставленная на продажу.

Руки Присциллы не дрожали, но я видела в её глазах отблеск сочувствия. Она, как и я, была здесь не по своей воле. Просто очередная жертва системы, пожирающей всё на своём пути. Она пыталась сделать свою работу как можно быстрее, понимая, что каждое лишнее мгновение мучительно для меня.

- Тише, тише, - шептала она, стараясь не смотреть мне в глаза. - Скоро всё закончится. Постарайся держаться.

Но что она могла знать? Закончится ли это когда-нибудь? Или я навсегда останусь пленницей этого кошмара?

Скоро начнётся аукцион, где толпа похотливых взглядов будет оценивать моё тело, как кусок мяса. И среди этой толпы будет он, самый главный покупатель - Альфа. Тот, кто решит мою судьбу. Тот, кто определит, буду ли я жить в роскоши или влачить жалкое существование. Страх сковывал меня, парализуя волю. Я была готова ко всему, лишь бы этот кошмар поскорее закончился.

Часы тикали, приближая меня к пропасти. Клариса отвела меня и двух новеньких, в чём мать родила, к старухе. Нас усадили на странные кресла, раздвинули широко ноги, зафиксировав ремнями. Старуха тщательно рассматривала наши промежности и после долгого осмотра приказала следовать за ней.

- Альфа! Я привела новеньких перед аукционом. Среди них есть та, что окрасит ваши белоснежные простыни. Эстелла - «Мисс планеты». Восемнадцать лет. Осуждённая за убийство своего продюсера, что намеривался лишить её невинности. Она девственна и нигде не тронута.

Посреди покоев Альфы, опустив головы, стояли мы, будущие лоты аукциона. Он оценивающе разглядывал наши обнажённые тела. А после указал жестом руки Эстелле лечь на кровать.

Я невольно сжала кулаки, ощущая, как по спине пробегает холодок. В животе поселилось ледяное предчувствие, хотя внешне я старалась сохранять невозмутимость. Эстелла, бледная как полотно, послушно опустилась на кровать, и мягкая обивка утонула под её весом. Альфа прошёлся вокруг неё, словно оценивая товар на рынке. Его взгляд, тяжёлый и цепкий, обжигал кожу.

Он что-то пробормотал себе под нос, а затем устремил свой взгляд к видеокамере, установленной напротив кровати, и обратился к потенциальным покупателям с презрительной усмешкой:

- Как видите, товар высшего качества. Молодая, невинная, готовая к любым вашим прихотям. Кто предложит больше?

В комнате повисла гнетущая тишина. Я чувствовала, как дрожат мои колени, но не позволяла себе опустить взгляд. Внутри меня бушевал ураган, смешивая гнев, страх и унижение. Мы - не товар! Мы - живые существа! Но в этом месте наши голоса ничего не значили.

Аукцион начался. Голоса участников слились в один жадный гул, доносящийся из динамиков. Цифры росли, словно сорвавшиеся с цепи. Я смотрела на Эстеллу, лежащую на кровати, её глаза были полны слёз. Хотелось подбежать к ней, обнять, сказать, что всё будет хорошо. Но я знала, что ничего хорошего нас здесь не ждёт. И вскоре очередь дойдёт и до меня.

Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от всего, что происходило вокруг. В голове крутилась только одна мысль: "Выжить. Любой ценой".

Глава 3

Мигель

- Следующая новенькая - Бонита. Девятнадцать лет. Осуждена за сломанную брачную ночь, за убийство, совершенное в порыве отчаяния. Едва ли виновна… Ничьи руки, кроме рук убитого, не касались её. Он осквернил её невинность, словно сорвал с дерева незрелый плод, - слова матушки Бернарды обрушились на мои покои раскатом грома.

Бонита… Имя, звучащее издёвкой в этом скорбном месте. Юное лицо, словно вылепленное из лунного света, застыло в маске ужаса, предвещая вечную ночь. Я видел многих, кто переступал этот порог, но в её глазах плескалась первозданная, ничем не замутнённая боль. Боль ограбленного ребенка, лишённого веры в свет и справедливость.

Голос матушки Бернарды, обычно скупой на эмоции, дрогнул, словно она пыталась оправдать эту душу в моих глазах, а может, и в своих собственных. Убийство… Даже в этих стенах, пропитанных грехами и слезами раскаяния, это слово резануло слух. Но я давно усвоил: истина прячется за ширмой лжи и предрассудков.

"Едва ли виновна…" - эхо этих слов заполнило мои мысли. Что скрывается за этим "едва ли"? Какая бездна отчаяния толкнула эту хрупкую душу на столь отчаянный шаг?