Детеныш для альфы

Глава 4

Я стоял у панорамного окна, наблюдая, как раскинувшийся за стеклом мегаполис бурлит привычной жизнью. Тысячи огней, бесконечные вереницы машин, суета человеческого муравейника. Всё это казалось далёким, пустым, лишённым малейшего смысла. Весь мой мир сузился до одной-единственной мысли.

Зверь под кожей метался, скребся изнутри, рычал и требовал своего. Он отчётливо чуял потомство. Знал: где-то там, в чужом и чуждом нам мире, находится та, кто носит в себе его наследника. А я… Я всё ещё не видел её. Не знал, как она справляется с этим тяжелейшим грузом.

Иви Райт.

Имя, вырванное из Картера, звучало в голове непрерывным набатом. Инстинкт настойчиво шептал, что она принадлежит мне. Но она не знала ничего. Ни о нашем существовании, ни о законах стаи, ни о том, что носимое под сердцем дитя — не просто человек, а будущий волк.

В нашем мире всё предельно ясно. Беременная женщина сразу попадает под абсолютный покров клана. Её окружают глухой защитой, контролируют каждый шаг, оберегая плод. Мы знаем, какую нагрузку испытывает тело, как обостряются восприятие и инстинкты.

Но Иви… Она обычный человек. У неё нет за спиной щита из сородичей. Она совершенно одна.

Я прикрыл глаза, пытаясь представить, через что ей приходится проходить. Необъяснимая усталость, нарастающая тревога, дикие сигналы тела, которые она пыталась списать на обычную болезнь. Ей никто не объяснил, почему изнутри её выжигает чужая, неодолимая сила.

Телефон на столе зажужжал.

Сообщение от Картера. Никаких больше глупых оправданий — только точные данные, выбитые моим угрожающим тоном:

«Высотка на окраине. Шестой этаж, семнадцатая квартира. Она сейчас дома».

Зверь во мне мгновенно замер, а затем встал на дыбы. Ему требовалось действие.

Сдёрнув со стула куртку, я стремительно вышел из кабинета.

Ледяной ночной ветер на улице хлестнул по лицу, но я даже не заметил холода. Единственная цель — найти её. Войти и заставить понять: теперь она под моей опекой. Даже если ей потребуется время, чтобы принять этот факт.

Морозный воздух закручивался белыми клубами вокруг капота моего внедорожника, когда я затормозил у стеклянного входа в многоэтажку. Массивное бетонное здание возвышалось над проспектом, глухо отгораживая своих жильцов от внешнего мира.

Третий месяц. Ребёнок уже начинает забирать её силы.

Я вышел из машины, хлопнув дверью. На тротуаре лежал свежий пушистый снег, поблёскивая в свете фонарей. Охранник в фойе попытался окликнуть меня, но одного моего тяжёлого, ледяного взгляда хватило, чтобы мужчина прижал губы и отступил назад, не смея встать на пути Вожака.

Кабина лифта взмыла вверх. Я глубоко вдыхал, пытаясь загнать инстинкты глубоко внутрь и вернуть холодный расчёт. Но когда лифт звякнул, останавливаясь на шестом этаже, сдержанность окончательно треснула.

Дверь семнадцатой квартиры была перед глазами. Я поднял руку и коротко, твёрдо постучал.

Она открыла почти сразу.

Иви стояла на пороге — натянутая, точно струна, будто изначально ждала худшего. Её взгляд метнулся к моему лицу, затем скользнул по плечам, инстинктивно оценивая габариты незваного гостя. Пальцы её левой руки замерли на животе — подсознательный, материнский жест защиты.

— Кто вы? — голос прозвучал ровно, но в глубине синих глаз уже плескалась тревога.

— Джейк Блэк, — произнёс я, стараясь выдержать максимально спокойный тон. — Нам нужно поговорить.

Она нахмурилась, а губы поджались в тонкую линию:

— О чём?

Я опустил взгляд к её ладони, прижатой к животу. Иви мгновенно зафиксировала это движение, и её пальцы напряглись.

— О ребёнке, — ответил я, не отводя глаз.

В её лице вспыхнуло острое недоверие:

— Если вы из клиники, то я уже всё сказала их руководство. Я ничего не знаю и знать не хочу!

Она дёрнула дверь, намереваясь захлопнуть её перед моим носом, но я мгновенно перехватил край косяка твёрдой ладонью.

— Это мой ребёнок, — чеканно и тихо произнёс я.

Иви замерла. Дыхание её сбилось, превратившись в рваные вдохи, а глаза расширились от шока.

— Что… Что вы сказали? — прошептала она, отступая на шаг в глубину прихожей.

— Это мой ребёнок, Иви, — повторил я.

Зверь внутри наконец прекратил метаться. Рядом с ней дикое, изматывающее напряжение последних дней сменилось глухим, горячим удовлетворением. Мой наследник был прямо передо мной.

В её глазах вспыхнул острый, отчаянный гнев:

— Я не знаю, кто вы такой, но вы явно ошиблись адресом, — вычеканила она, бледнея. — Этот ребёнок — мой. И только мой!

Я переступил порог и мягко, но беззапеляционно прикрыл за собой массивную дверь. Прихожая мгновенно наполнилась её ароматом — тёплым, сладким, пропитанным тонкой ноткой затаённого страха.

— Ты носишь под сердцем моего наследника, — произнёс я, фиксируя её взгляд.

Иви качнулась назад, но тут же судорожно выпрямила спину:

— Вы в своём уме?! Какой ещё наследник?!

Я сократил расстояние между нами, зажимая её в пространстве коридора:

— Ты всё ещё будешь отрицать странности? Скачки давления? Вспышки дикого, нечеловеческого жара по ночам? Чувство, будто изнутри тебя выжигает чужая сила?

Зрачки её расширились, а дыхание перехватило. Инстинкт не подвёл — я попал точно в цель. Она узнала каждый симптом.

— Кто вы… Кто вы такой? — прошептала она, и в её голосе впервые прорезался настоящий, нескрываемый ужас.

— Я — твой единственный шанс, Иви, — ответил я, подавляя вспыхнувшее дикое желание шагнуть ещё ближе и просто забрать её под свою защиту. — Твой и нашего ребёнка.

Глава 5 Иви

— Это мой ребёнок, Иви, — повторил Джейк Блэк.

Я замерла. Дыхание стало рваным, а глаза расширились от удивления и страха.

— Что вы сказали? — прошептала, отступая на шаг в глубину прихожей.

— Это мой ребёнок, Иви, — повторил он, и его властный, глубокий голос неожиданно смягчился.

В моих глазах вспыхнул гнев:

— Я не знаю, кто вы такой, но вы явно ошиблись адресом. Этот ребёнок — мой. И только мой!

Он сделал шаг внутрь, мягко прикрыв за собой массивную дверь. Замок щёлкнул. Пространство прихожей мгновенно наполнилось его присутствием и тёплым, терпким ароматом сосны и морозного воздуха, с примесью тонкой нотки моего собственного затаённого страха.

— Ты носишь под сердцем моего ребёнка, — произнёс он, глядя мне прямо в глаза.

Лицо побледнело, но я попыталась взять себя в руки, выпрямив спину:

— Вашего?! Вы в своём уме?! Вы хоть понимаете, как это звучит?!

Он сделал шаг ближе, остановившись всего в полуметре от меня:

— Ты всё ещё будешь отрицать, что с тобой что-то происходит? Скачки давления? Ночные приступы жара? Повышенная чувствительность слуха и обоняния?

Мои зрачки расширились. Его слова попали в точку. Невыносимый жар, странная реакция на запахи, невероятная усталость и необъяснимый голод к белку, от которого обычная еда вызывала тошноту… Откуда этот незнакомец знает о моих симптомах?!

— Кто вы… кто вы такой? — голос дрогнул, а взгляд стал предельно настороженным.

— Я твой единственный шанс, Иви, — сказал он. — Твой и нашего ребёнка.

— Это… глупо, — ответила, отступая. Стена коснулась моих лопаток. — Уйдите. Иначе я вызову полицию.

Но он не двинулся с места. Его лицо оставалось невозмутимым, но в янтарных глазах мерцало что-то тёмное, неукротимое.

— Ты больше не одна, — голос его стал удивительно мягким, но от этого пронзительного тепла напряжение между нами только усилилось. — В тебе растёт часть меня. Наше продолжение.

— Наше? — Я не смогла сдержать смешок, резкий и нервный. — Между нами нет никаких «нас»! Я вас впервые в жизни вижу!

Его губы дрогнули, но он не улыбнулся.

— Скоро узнаешь, — голос прозвучал спокойно, почти ласково, но в этих словах я уловила не обещанную угрозу, а нерушимый приговор.

Сердце билось так быстро, что казалось, вот-вот вырвется из грудной клетки. Я смотрела на его высокую, мощную фигуру, и каждый его вдох заставлял меня чувствовать себя словно загнаной в угол.

— Я не хочу ничего узнавать! — выдохнула я и попыталась сделать шаг в сторону, но он плавно перекрыл мне путь.

— Ты не можешь просто проигнорировать то, что происходит с твоим телом, — в его тоне мелькнули стальные нотки человека, привыкшего повелевать.

— И что же, по-вашему, происходит?! — вскинула голову, судорожно цепляясь за остатки гордости. — Вы врываетесь в мою квартиру, несёте сумасшедший бред и заявляете права на моего ребёнка! И что дальше? Я должна покорно пойти за вами?!

Уголок его губ едва заметно дёрнулся, но взгляд оставался суровым и глубоким:

— Я и не ждал, что ты просто поверишь. Ты упрямая. Это правильно.

Эта спокойная похвала прозвучала настолько обыденно, что во мне закипела злость:

— Вы ничего обо мне не знаете!

— Знаю больше, чем ты думаешь, — тон мужчины снова смягчился, и от этой неожиданной заботы стало только страшнее. — Ты ведь чувствуешь, насколько плод внутри тебя отличается от обычного?

— О чём вы… — я замялась, затаив дыхание.

— О силе. О связи, которую твоё тело уже принимает.

Ерунда. Дикость. Но глубоко внутри — там, куда не доставал разум, — что-то отозвалось горячим, пугающим импульсом. Волна чужой, неизвестной энергии качнулась в моей груди, заставив малыша внутри будто на миг замереть.

— Это просто… совпадение, — прошептала я, но сама не верила своим словам.

Джейк сократил дистанцию, и воздух вокруг будто загустел.

— В тебе не просто ребёнок, Иви, — его голос опустился до низкого, бархатного шепота. — Ты вынашиваешь наследника моем семьи. Моего рода. И это изменит твою жизнь навсегда.

— Изменит? — Я встретила его взгляд, сжимая кулаки до побелевших костяшек. — Вы думаете, я просто перечеркну всё, чем жила?!

— Твоя жизнь больше не в безопасности, — отрезал он с той уверенностью, которая отнимала любые аргументы. — Теперь ты под моей защитой.

Я качнулась назад:

— Мне не нужна ваша защита! У меня учеба, дипломы, нормальные планы на жизнь! Я обычный человек!

— Это вопрос не выбора, Иви, — отчеканил он. — Это вопрос выживания.

Желваки на его скулах ходили ходуном, но в глазах вместо угрозы я вдруг увидела глубокое, темное беспокойство за меня.

— Я никому не позволю причинить тебе вред.

Колени предательски подкосились. Привычный мир рушился на глазах, рассыпаясь в пыль.

— Вы… вы просто сумасшедший богач, — прошептала я, ища опору у стены.

— Я тот, кто спасёт твоего ребёнка, — в его тоне прозвучала твёрдость. — За ним уже могут идти.

Угроза прозвучала настолько обыденно, что у меня перехватило дыхание:

— Кто может за ним идти?

Мужчина навис надо мной, загораживая свет лампы в прихожей. Его голос звучал глухо и тревожно:

— У меня слишком много опасных врагов, Иви. Если они узнают, что обычная девушка носит моего наследника, тебя сделают мишенью. Я не позволю им этого. Останешься здесь одна — ты подвергнешь малыша смертельному риску.

Я сглотнула, чувствуя, как внутри всё сжалось. Слова казались безумным сценарием из фильма, но холод на коже был слишком реальным.

— Собирай самое необходимое, — произнёс он твёрдо, не давая мне возразить. Его рука бережно придерживала меня за локоть, чтобы я не упала. — Поехали со мной.

Глава 6 Иви

— Собирай вещи, Иви, — голос Джейка звучал хрипло, сдержанно, но с явной угрозой. — Либо ты сделаешь это сама, либо я заберу тебя так.

— Ты не можешь просто прийти и диктовать свои правила! — выдохнула я, чувствуя, как ком паники встаёт в горле. — Это моя жизнь, а не твоя!

Его взгляд остекленел, превратившись в два куска льда.

— Ты всё ещё не осознала, насколько всё изменилось, — рокочущие нотки в его тоне стали почти звериными. — Повторять не стану. Либо ты собираешься, либо я выволоку тебя отсюда силой.

Я застыла, вжимаясь лопатками в стену. Страх мешался с закипающим гневом.

— Ты не посмеешь…

— Я предупреждал.

Рывок был настолько стремительным, что зрение не успело зафиксировать движение. Только что он стоял в метре от меня — и вот уже его тень полностью накрыла меня.

— Джейк, стой! — Я выставила руки, пытаясь оттолкнуть его, но мои пальцы упёрлись в твёрдую, как каменная плита, грудь.

Сильные пальцы мёртвой хваткой впились в мои бока, мгновенно оторвав от пола. Воздух с шумом вырвался из лёгких, когда Джейк легко, словно я ничего не весила, взвалил меня себе на плечо.

— Что ты делаешь?! — закричала я, отчаянно извиваясь и бьясь в его хватке, но руки Джейка были подобны стальным тискам.

— Забочусь о твоей безопасности, — ровно бросил он, размашисто шагая к выходу из квартиры.

— Опусти меня! — Я молотила кулаками по его широкой спине, но мои удары казались ему комариными укусами. — Это похищение! Ты совсем свихнулся?!

Он даже не сбил дыхания, будто нёс не взрослую девушку, а лёгкую куртку.

— Называй как угодно, Иви, — в его голосе не было и капли сомнения. — Но здесь ты не останешься.

— Нас же люди увидят! Соседи! — Я попыталась зацепиться за последний оплот нормальности.

— Пусть смотрят, — отрезал он, уже выходя в общий коридор.

— Ты сумасшедший! Ты…

Фраза оборвалась, когда Джейк резко толкнул кнопку вызова лифта. Двери с тихим гулом разъехались, и до меня окончательно дошло: он действительно вытаскивает меня из дома.

— Ты не имеешь права! У меня есть права! — выкрикнула я прямо ему в ухо.

Не отвечая, он шагнул в кабину. Двери за спиной сошлись, отрезая путь назад.

Джейк наконец спустил меня с плеча, поставив на ноги в угол кабины, но тут же перехватил моё запястье. Железное кольцо его пальцев не оставляло шанса на побег.

— Я не просила меня спасать! — Я рванула руку, но лишь больно натянула собственную кожу.

— Потому что ты пока не понимаешь, с чем столкнулась, — взгляд Джейка оставался суровым, но в глубине зрачков плескалась не злость, а тёмное, нечеловеческое упрямство.

Лифт с тихим шуршанием пошёл вниз. Глухая вибрация тросов совпала с бешеным, рваным ритмом моего сердца. — Могу, — коротко отрезал он. — И уже сделал.

Мысли путались, сбиваясь в беспорядочный ком. Его решимость была нерушимой, а любые мои попытки сопротивляться разбивались о сдержанную, нечеловеческую силу.

Лифт звякнул, останавливаясь на первом этаже. Джейк крепче сжал моё запястье и вывел меня в холл. Пара соседей у подъезда бросили на нас тревожные, любопытные взгляды, но под его тяжелым, предупреждающим взором тут же поспешили отвернуться. Никто не вмешался.

— Я не поеду с тобой! — попыталась упереться ногами, но он просто потянул меня за собой, не оставляя выбора.

— Уже едешь, — сухо отозвался он, толкнув массивную дверь подъезда.

Ночной холодный воздух хлестнул по лицу, а гул улицы после тишины квартиры показался оглушительным. У тротуара, поблескивая под фонарями, стоял массивный чёрный джип. Джейк направился прямо к нему.

— Ты просто похитил меня! — выкрикнула я на весь двор, но мой голос вновь потонул в его ледяном спокойствии.

— Я защищаю тебя, Иви, — произнёс он, распахивая пассажирскую дверцу и жестом приказывая садиться.

Замерла на месте, вжимаясь пятками в асфальт:

— Ты думаешь, что имеешь право решать за меня?!

— Нет, — Джейк навис надо мной, и его голос опустился до едва уловимого рокота. — Я знаю, что обязан это сделать.

Прежде чем успела придумать новый аргумент, он подтолкнул меня в спину. Я оказалась на кожаном сиденье, а дверь тут же захлопнулась с глухим стуком. Не успела я дёрнуть ручку, как щелкнул центральный замок. Джейк стремительно обогнул капот и занял место водителя.

— Ты сошёл с ума, — выдохнула, глядя на свои мелко дрожащие пальцы.

— Возможно, — отозвался он, поворачивая ключ зажигания. Двигатель отозвался мощным, заставляющим вибрировать басом. — Но теперь ты в безопасности.

Я судорожно втянула воздух. Салон пропитался запахом дорогой кожи и ещё чем-то диким — ароматом хвои, мокрого гранита и терпкой, тёплой энергии. Запахом самого Джейка.

— Поспи, — в его голосе прорезалась странная, манящая мягкость, от которой по телу прошла волна тяжёлой, неестественной усталости.

Упрямо отвернулась к окну, поджимая губы. Сдаваться я не собиралась, но силы и правда быстро покидали меня.

— Не хочу, — упрямо ответила, пытаясь доказать, что хотя бы в чём-то могу контролировать ситуацию.

Он бросил на меня скользящий взгляд, и уголок его губ дёрнулся в тени едва заметной усмешки.

— Судя по запаху, нормального сна у тебя не было давно, — его голос смягчился, наполнившись объясняющими, почти покровительственными тонами. — Это плохой знак. Мой зверь начинает тревожиться.

Резко развернулась на сиденье, сбитая с толку этим небрежным «судя по запаху».

— Что значит… по запаху? — выдохнула я, въедаясь в него взглядом.

Джейк не отрывался от дороги. Его пальцы непринуждённо лежали на руле — ни единого лишнего движения, только абсолютная, подавляющая уверенность.

— Волки чувствуют иначе, Иви. Мы читаем эмоции, гормоны, малейшие сбои в организме — даже то, что человек сам пока не осознаёт, — прозвучало так, будто он зачитывал банальный факт из учебника. — Ты на пределе. Не спишь. А это вредит ребёнку.

— И откуда тебе знать?!

— В тебе мой наследник, — отрезал он тихо, но так весомо, что в салоне будто упало давление. — Я отчётливо чувствую его ритм. И твой тоже.

Зрачки мои расширились. Я замерла, не зная, как заставить разум переварить услышанное.

— Это звучит… дико, — прошептала я, утыкаясь лбом в холодное боковое стекло.

Огни ночного города размазывались за окном в золотистые полосы, но эта скорость не приносила облегчения. Наоборот — она только подчёркивала, как быстро меня увозят от всего знакомого.

Я сжала кулаки так, что ногти больно въелись в кожицу ладоней. Он рассуждал с такой невозмутимостью, будто всё уже решено и моего мнения в этом уравнении изначально не предусматривалось.

— Ты сказал… зверь тревожится, — голос предательски качнулся, выдавая глухой страх. — Это он заставил тебя прийти за мной?

Джейк ответил не сразу. Он лишь едва заметно кивнул, не отрывая взгляда от полосы асфальта.

— Зверь знает, что ему нужно. И он не оставил мне выбора, — его слова прозвучали с пугающим, тёмным магнетизмом.

— А если я… не смогу это принять? — мой голос совсем упал, едва различимый за гулом мотора.

Он бросил на меня короткий, тяжёлый взгляд. В его зрачках глухо вибрировала сила, которую невозможно было проигнорировать при всём желании.

— Сможешь, — отрезал он твёрдо, без тени сомнения. — Потому что выбора нет и у тебя, Иви.

Сжала губы, снова отворачиваясь к окну. Разум отказывался верить в происходящее, но дикий отклик внутри подло подтверждал его слова. И всё же из самого тёмного уголка души поднималась волна чистого, отчаянного протеста — последний всплеск моей прежней, понятной жизни.

— А если я всё-таки попытаюсь сбежать? — тихо спросила я, уставившись на сменяющие друг друга фонари.

Джейк промолчал. Машина плавно замедлилась, замирая на красном сигнале светофора. В наступившей тишине салона я физически ощутила, как его взгляд буквально выжигает кожу на моей щеке.

— Ты можешь попробовать, — его голос опустился до низкого, хрипловатого рыка. — Но я всегда найду тебя.

Это прозвучало не как пустая угроза, а как неизбежная данность. И именно от этого становилось по-настоящему жутко.

— Это сумасшествие, — выдохнула я, прикрывая глаза, чтобы спрятаться от его давления. — Всё это просто безумие.

— Возможно, — джип снова плавно тронулся с места, устремляясь в ночную темноту. — Но теперь это твоя реальность.

Фраза прозвучала отповедью, под которой поставили жирную печать. Мне оставалось только пристегнуться и готовиться к войне — с ним, со своей новой природой или с самой собой.

Глава 7

Я едва удержал оборот. Зверь рвался наружу, не понимая, почему эта упрямая человеческая самка всё ещё пытается сопротивляться. Для его инстинктов всё было предельно просто: она вынашивает моё дитя, а значит, её законное место — рядом со мной. Ему невозможно было объяснить, почему она не подчинилась сразу, не собрала вещи и не пошла следом без лишних слов.

Внутри меня бушевала глухая борьба. Человеческий разум упрямо твердил, что Иви нужно время, а излишняя резкость только заставит её замкнуться в своём страхе. Но Волк… Волк был готов тащить её в стаю силой, запереть от внешнего мира и рыком вбить в её голову простую истину: теперь она под нашей опекой.

Иви сидела на соседнем сиденье — притихшая, сжавшаяся, с натянутым, точно струна, лицом. Её тревога и глухой, испуганный пульс отдавались во мне почти физической болью. Зверь рычал под ребрами, требуя немедленно избавить ее от этого давления, и бесился из-за моего промедления.

Когда внедорожник выехал на ровную полосу ночного шоссе, Иви наконец перестала бороться. Её дыхание постепенно выровнялось, губы слегка разомкнулись. Она до последнего пыталась сопротивляться накатившей слабости, но измотанный организм и природа взяли своё.

Я бросил на неё скользящий взгляд.

Напряжённые черты её лица наконец смягчились, затаенный страх выветрился из салона. Зверь внутри глухо, почти одобрительно заурчал. Впервые за весь этот безумный день он угомонился.