Семимирье – 3. Перерождение портальщика

Глава 1

Рычание движка, мелькание строений, зарослей, деревьев, лампы фонарей слились в единую, белеющую на фоне темного неба, полосу. Меня вжимает в спинку сиденья, руки вцепились в руль, аж костяшки побелели. Чувствительность одновременно обострилась, и в то же время будто притупилась. Реакции молниеносны, но ощущения… Не описать.

Сейчас прямой отрезок трассы, конкуренты на более мощных тачках поджимают. Но ничего, впереди резкий поворот, этот маршрут я проходил не раз. Давно, да. И не гонялся тоже давно. Лет пятнадцать уж как. Но ничего не забылось. Надеюсь не забылось.

Я должен победить в этом заезде, или… Погибнуть.

Да. Так и есть. Или погибнуть. Неважно. В идеале победить. Должен. Обязан! Для себя. Своей дочери. Для тех, кто обещал поддержку в случае выигрыша. Они сделали ставки. Большие ставки. Если проиграю и выживу, то ненадолго. С такими долгами землю не топчат. Её удобряют.

«Должен… Должен… Должен…» – стучит в голове мысль, словно размеренная барабанная дробь, нагнетая решимость.

Отжимаю к обочине занявшее более удачную позицию авто. До финиша всего ничего, сейчас прямой участок. Сбавлять скорость нельзя, потом не наверстаю. Если не пройду по выверенной некогда траектории этот поворот, то моя цель ближайший фонарный столб. Сойти с дистанции живым не имею права.

Мозг, кажется, уже отключился от напряжения, от боли в висках. Не до таких мелочей. Главное не упустить момент, когда педаль газа надо будет отпустить, чтобы не влететь на скорости в кювет или не врезаться в дерево, ограждение или столб. Ведь это будет означать проигрыш и смерть. А выбора нет. Или то или иное.

И я не хочу… Я боюсь! Страшно умирать. До безумия. До дрожи в коленях. До побелевших костяшек на сжимающих руль пальцах. До боли в висках. Очень страшно. А еще страшнее жить. Жить понимая, что подвёл. Не помог.

Или… Внезапно осеняет! Есть ещё шанс?

Поворачиваю руль. Машина послушна, скорость нарастает. На повороте, где нужно сбросить скорость, я вопреки ожиданиям конкурентов торможу. Не слишком сильно, но и не слабо. Переключаю передачу, и машина резко опять набирает скорость, словно срываясь с места, втягивая меня в крутой вираж. Она будто сама знает, куда ей ехать, когда поворачивать. Ее не нужно направлять, она сама чувствует, что ей нужно. Нам нужно.

Впереди, метрах в ста, виден соперник. Именно он отделяет меня от вожделенной победы. Остальные или сошли с дистанции или далеко позади.

Его авто быстрее моего. Он занял своё место на трассе и не собирается уступать. Но я должен его обойти. Невозможное возможно! И пусть тот путь которым пойду не из честных. Сейчас не до чести.

Напряженное ожидание, руки крепче сжимают руль. Сердце бьется очень сильно, дыхание учащается. Нервы на пределе. От напряжения слезятся глаза. Но сейчас не время для слабости.

У меня ещё есть шанс. И я обязан его использовать. Если бы не переоценил возможности своей машины, не мчал бы сейчас на пределе. Но я точно знаю, у меня все получится. Должно! Обязано!

Еще немного, еще чуть-чуть. До финиша осталось совсем немного.

И эта уверенность, она как наркотик. Кружит голову. И одновременно накатывает паника и страх. А вдруг не смогу? Уже недалеко, уже совсем близко. Взгорок.

Все, отсюда даже финиш виден! И вот, предпоследний поворот. Скорость за сто семьдесят. Поворот сложный, с трамплинами, а на финише финальный ещё один очень крутой, вынужденно сбавляю скорость, чтобы не врезаться в ограждение.

Не без труда отрываю руку от руля. Они словно срослись, став одним целым. Нащупываю в каркасе телефон. Набрал номер, произнес оговоренную заранее фразу: «У меня проблемы».

– Слушаю, – ответил тот, кто по официальной версии судил этот заезд, а по факту рулил ставками и шансами участников на победу и право выжить в этом состязании.

– Я на финальном отрезке, – произнёс я. – Впереди помеха. Не могу обойти, если бы не поворот. Выручай.

– Услышал, – коротко отозвался оппонент. – Держись, у нас на тебя ставки сделаны.

Тут же авто конкурента со свистом улетает с трассы.

– Спасибо. Ты очень помог, – ни на миг не испытывая угрызений совести поблагодарил я и отбросив трубку на соседнее сиденье, вцепился в руль.

Что там произошло? Как именно решился вопрос? Да какая мне разница?! Главное его больше нет. Главное победа! Она нужна им. Мне. И моё счастье, что эти люди на моей стороне. Иначе возможно именно я летел бы сейчас в царство мертвых.

Неожиданно в зеркале заднего вида появляется ещё один конкурент.

– Вот и откуда тебя принесло?! – ворчу, пытаясь нащупать так небрежно отброшенный телефон.

Напрягаю все свои силы, чтобы выжать из себя максимум. Не дать обойти. Выжимаю газ до упора, машина буквально разрывает пространство. И тут же следует удар слева. Время замедляется и ускоряется одновременно. Круговерть. Кусты. Снесённое ограждение.

– Твою мать! – ору.

Машину несёт неуправляемо вперёд. О каком управнии речь если ты на крыше?!

Победы не будет. Тогда я обязан умирать. Бояться поздно.

Хочу. Не хочу. Нужно.

Удар обо что-то. Скрежет металла. И… О чудо, я вновь на колесах!

Перед глазами наслаиваясь на реальность встаёт больничная палата. Бледное лицо дочери. Кажется даже слышу писк подключенной аппаратуры. Запах медикаментов.

– Прости… – шепчу, пытаясь управлять положением.

Направить движение в сторону ближайшего дерева. Может удастся выскочить снова на трассу. Вдруг мой выкрутас останется не замечен. Вернее не так. Вдруг его затрут? Скроют?

Почти удается…

– Ренди, подъем, – донёсся чужой и одновременно кажущийся отдаленно знакомым голос какого-то пацана. – Опять из-за тебя опоздаем! – не унимался он, отвлекая.

Откуда-то доносится визг тормозов.

– Доооолжееен!!! – кричу в исступлении, начиная входить в смертельно опасный вираж, и…

Кто-то дёргает меня за плечо.

События обрываются, будто отключили видеоролик.

Тишина, ни тебе рева мотора, ни руля под рукой, инерция не вжимает в спинку водительского сиденья. Скорее обычная сила земного тяготения приковывает меня к чему-то горизонтальному, мягкому. Чему-то, из чего совершенно не хочется выбираться.

Чем гонка закончилась? Убейте, не помню.

Черт! Это я что же слетел с дистанции и выжил?

Нет! Нет! Нет! Только не это!

– Ренди! – рявкнул прямо на ухо несносный доставала.

Распахиваю глаза, искренне желая врезать малолетнему крикуну, и… Замираю.

Комната. Незнакомая, и в тоже время будто знакомая. Этакая мальчиковая. В некогда бело-голубых тонах, ныне поблекших, с автомодельками на полочках явно самодельного стеллажа. В окно, сквозь потрёпанные от времени шторы, пробиваются по-утреннему яркие лучи солнца. А над моим развалившимся на кровати телом, грозно вперив руки в бока нависает темноволосый парнишка лет шестнадцати. Смелый, однако.

«Мон. Монри Фирстон – так его зовут», – откуда-то приходит осознание.

Брр… Откуда я знаю этого сопляка? А ведь знаю. И сколько ему лет, и привычки, и кой-какие слабости даже. Вообще, что я тут делаю? Продул? Выжил? Тогда дома или в больнице должен быть, но не в комнате этого малолетнего крикуна. А мы именно в его комнате. И его брата – Ренди. Это я тоже откуда-то знаю.

Мелкий же, тем временем, каким-то странным образом выбрасывает руку в моём направлении, и… Дыхание застревает у меня в горле, а грудную клетку пронзает удар тока!

– Сссс… Зараза! – шиплю, вмиг подскакивая с постели, в желании проучить мелкого гаденыша.

Прыткий, гаденыш! Вмиг в другом углу оказался.

Это он меня чем так приложил? Шокером что ли? Видел я как-то в кино дистанционные, но… Проводов никаких нет вроде. А кожу на груди до сих пор вполне ощутимо пощипывает.

– Ты чо творишь, гад? – прорычал я, каким-то не своим голосом, и тут же уставился на собственные ноги, руки.

Не мои. Вот ни разу не мои! Под смугловатой, будто после курорта кожей, подтянутые и довольно крепкие мышцы. Да ладно? Я ж сколько не качался, всё без толку: сила есть, рельефа нет. Да и полное отсутствие волосяного покрова, напрягает. Вернее, какая-то подростковая пародия имеется, конечно, но мне-то уже три месяца как сорок один!

– Ренди, мы опаздываем! – ничуть не испугался моего грозного вида, взирающий на меня, Мон. – Может, ты и считаешь, что за свои способности можешь при любом раскладе в гильдию попасть… – парень замялся, буркнув: – И наверно попадёшь. Но я! Как же я? Обо мне ты подумал?!

Так, походу это глюк. Значит, дочери не помог. Ввязался в эту гонку, надеясь либо выиграть на операцию, либо… чтобы семья получила страховку. А я выжил. Проклятие.

Но это рефлексия и философия, а так… Выходит, малец считает меня своим старшим братом. И судя по тем участкам «собственного» тела, что я успел визуально оценить, возможно не так уж он не прав.

Галлюцинации, они такие галлюцинации! До той поры пока не приду в себя, с ними придется смириться и найти общий язык.

– От меня-то что надо? – спрашиваю, окидывая взглядом комнату в поиске хоть какого-нибудь зеркала.

– Чтобы на занятия уже отвёз! – срываясь на не свойственный подросткам фальцет выкрикнул парень. – Знал бы, что ты вот так… В общаге выходные провёл бы, – уже тише добавляет смотря в окно.

Хм… То есть, я должен его куда-то и на чём-то отвезти? Прямо-таки квест. Ну да ладно, уж что-что, а прокатить с ветерком я могу. Да тааак, чтобы в будущем сто раз подумал, прежде чем просить. Заодно и кара ему будет за столь неласковое пробуждение.

Дорога нам предстоит в некое учебное заведение, это из сказанного вполне понятно. Остались вопросы: на чём едем, и где эта школа, училище или ВУЗ находятся? А ещё стопятьсот вопросов сверху, но всё по очереди.

Встал с кровати. Размял плечи, потянулся.

Ух! Давненько я такого бодрячка не ощущал. Лет так с тридцати. В последние годы вечно, то шею где заклинит, то в районе лопаток будто кол вобьют, а по врачам некогда бегать, деньги сами себя не заработают, а семью чем-то кормить надо. Вот и мучился, скрипя зубами.

Прошёлся с самым повседневным видом до двери, вышел в коридор… Нет, это нечто типа проходной гостиной с кучей дверей. Вот и где тут санузел?

Стоило сформулировать в голове четкий вопрос и тут же возник ответ. Да что уж там? Я всё об этом доме узнал. Та вон дверь, ведёт в подвал, эта – на кухню, вон та – в ванную совмещенную с туалетом, то – кладовая, а последние две в комнату матери и на улицу.

Небогато. Вещи и мебель явно старенькие, но чисто, ухоженно, чувствуется в этом доме женская рука.

Потянул дверь. За ней действительно оказался туалет, умывальник и ванная. Огляделся. Сантехника вполне привычная, что радует. Достал из шкафа полотенце, мыло.

Включил воду. Плеснул несколько раз в лицо. Непривычно видеть молодые руки. Гладкую смуглую кожу. Отсутствие лишней растительности на предплечьях.

Ну что, нужду справил, умылся.

Всё это под раздражающее вытье Мона за дверью. Но это ведь мелочи на фоне странности всего происходящего? Готов к труду и обороне? Да, именно так!

Наивно полагал, что мозги в порядок придут после умывания. А фиг там. Потер лицо руками, разгоняя кровь. Повертев головой, мимолетно заметил своё отражение, и тут же отвернулся, поняв, что в зеркало лучше пока что не смотреть. Нервы спокойнее будут. Как-то не очень комфортно психологически смотреть на себя, но в тоже время не на себя. Ни то чтобы неприятно, всегда хорошо если ты молод, здоров и по своему даже красив, наверное. Просто странно всё это, и попахивает психическими расстройствами.

В остальном, вроде нормально всё. Ничего нигде не болит, не ноет. Душа ни в счёт.

Вышел в коридор. Пока переваривал полученную невесть откуда, а скорее всего от где-то потерявшегося владельца моего нынешнего тела, информацию, прошел в нужную комнатку. Первым делом совладав с внутренними разногласиями, всё же уставился в зеркало.

На вид лет девятнадцать. Крепкий, смуглый. Темные волосы. И глаза… Светло-серые, почти прозрачные, с четкой темной обводкой. Словно чужие. Я потёр ресницы – свои, чертовски длинные. Не моё лицо. Совсем не моё.

Понять бы что произошло. Где я. Что со мной. И что теперь с моей семьёй?

Изучив себя оглянулся по сторонам, по ходу соображая, во что одеваться?

Ответы также пришли сами по себе, как и знание где всё это искать. Ну что же, всё не так плохо, как думалось по-первости. Ещё б не глодали мысли о своей семье. Об наверняка сейчас убивающейся возле моей постели жене, о лежащей в коме дочери, которая благодаря растяпе папаше, скорее всего, никогда из неё уже не выйдет. А ведь хотел как лучше. Но вышло как всегда. И не помог, и обузой стал.

Стоп! Отставить хандру. Если жив, то во чтобы то ни стало оклемаюсь, и постараюсь чем-нибудь помочь близким. Но это потом, а пока, наслаждаемся реалистичными галлюцинациями и строим планы на будущее. Интересно как здесь время течет? День за день? Или сутки тут равны паре минут там? Последнее предпочтительнее.

– Ренди! – донёсся очередной возглас Мона.

Бррр… До чего же приставучий пацан! Хотя, он ведь не виноват, что его брат мягко говоря не в себе.

Такс, ну рассказывай, моё неведомое второе "я", на чем и куда едем?

И я невольно покачнулся от нахлынувшего потока информации. Реальность померкла, заполняемая то ли воспоминаниями, то ли визуальными подсказками. Голова закружилась. Едва успел ухватиться за дверной косяк, во избежание столкновения с полом.

С минуту ещё стоял борясь с головокружением, чему совершенно не способствовал непрестанный аккомпанемент из «Ренди… Ренди… Ренди…» Кажется я уже начинаю ненавидеть это имя.

Пришедшее знание ошеломило. Где-то в гараже стоял… Ближе всего по привычным мне понятиям это был мотоцикл. Большой, с плавными линиями корпуса. Мощный даже с виду. Именовалось это чудо – эбайк. И перемещалось оное не по дорогам, и даже не на воздушной подушке, а… по воздуху! Такого я даже в кино не видел. И потому не верил в реальность существования подобного чуда техники.

Выйдя на улицу огляделся. Не соврали воспоминания предшественника: просторный, поросший низкорослой травою двор ограждён высоким, метров четырех в высоту, бетонным забором.

А вот и сам гараж. Покосившийся, изъеденный временем, но всё ещё крепкий. Для выезда со двора нет никаких ворот, лишь в самом углу слева небольшая железная калитка с мощным засовом. И металл странно искорежен, будто некто пытался сквозь него проломиться внутрь. Интересно кто? И чудно, что она настолько крохотная! В такую не то чтобы этого двухколёсного монстра не пропихнуть, туда проходить нужно в наклонку и бочком.

Подошёл к воротам гаража, организованным по типу рольставней. Те, словно угадав мои желания сами поднялись, открывая проход. Это как так-то? Обернулся к Мону, будучи уверенным, что у того в руках какой-нибудь брелок. Нет! Парнишка стоит в сторонке, с видом обиженной невинности взирает куда-то вверх.

Дуется? Да и черт с ним! Чай не девица красная. Глянул внутрь гаража и…

Едва сдержался чтобы не присвистнуть.

Миновав дверь, проник внутрь. На первый взгляд, для столь просторного помещения можно сказать тут пусто.

– Еб… Эбайк! – выдохнул я, от переизбытка эмоций, лицезрея сей агрегат воочую.

Ну и на полу лежит несколько книг. Боясь вот так слёту подходить к двухколёсному монстру, решил немного оттянуть момент истины. Обошел транспортное средство по дальней дуге. Поднял одну из книг наугад. Она оказалась о мотоциклах. Кто бы сомневался! Открыл первую страницу и в полном шоке прочитал: «Эбайк – мотоцикл с воздушной магоподвеской – это класс транспортных средств, работающий на искажении аэродинамических…»

Хм… Исходя из текста инструкции мотоциклы здесь тоже есть…

– Ты чего? – буркнул за моей спиной успевший приблизиться Мон.

– Ничего, – отмахнулся я, взглядом шаря по почти привычной конструкции.

Ну что сказать? Впечатляет! И если совсем уж честно – устрашает.

Подошел к железному коню, аккуратно уселся в седло. Сзади пристроился Мон.

– Только, – сказал он, и в его голосе зазвучало знакомое по обрывкам воспоминаний нетерпеливое ожидание, – давай сегодня без твоих выкрутасов, а? А то в прошлый раз, когда ты в пробой сорвался, я потом неделю отходил. Хотя… это было нереально круто!

Глава 2

Вот не укладывается в голове как он движется по воздуху? Как там тормозить или поворачивать? Да, чисто на физиологическом уровне моё тело скорее всего знает что следует делать, но страх от этого не уходит. Ведь законы физики так не действуют! Этого попросту не может быть!

А если ДТП? Или топливо закончится?! Падать?

Бррр… Окинул взглядом гараж. Слишком много свободного пространства. Для машины наверное подходит, а может и не одной. Хотя кто знает, есть ли они тут вообще? А если есть, то какие. На стене вешалка. На ней пара курток-защит. Материал неведомый, вроде не кожа, но смахивает на этакий хитиновый панцирь, как у жуков. Только где ж такие гигантские насекомые водиться могут? Чуть дальше на стеллаже шлемы.

Руки сами потянулись к нужным вещам. Миг, и непривычные застёжки застегнуты, а мир видится сквозь защитный щиток. Взялся за руль эбайка. Успел усомниться: сдвину ли с места такую махину? И тот словно сам начал понемногу задним ходом выкатываться из гаража во двор.

Едва вывел двухколёсного монстра, как моё тело, помимо воли, само собой заскочило на сиденье. Руки привычно ухватились за руль… Привычно?! Я на мото уже лет пятнадцать не садился! А по ощущениям, будто это было вчера, и я каждый день на нём езжу. Странно.

Эка меня вштырило то. Как же надо приложиться буйной головушкой, чтобы такие глюки пришли? Или это меня в больничке чем-то пичкают весёленьким, вот и глючит?

Ещё в себя прийти не успел, как ощутил пристраивающегося сзади Мона. Фух… Мало мне сейчас по неопытности самому убиться, так оно ж не впервой, а парнишку жалко.

Ну да деваться некуда. Постараюсь хоть его не угробить.

Дело за малым. Теперь бы разобраться, как и куда ехать.

– Ренди! – заставил меня вздрогнуть раздавшийся прямо внутри шлема голос, и минувший порыв человеколюбия вмиг испарился.

– Готов? – рыкнул я, начиная подгазовывать.

– Давно! – рявкнул несносный мальчишка. – Двигай уже!

Эх, мне бы его решимость!

– Безумству храбрых поём мы песню… – проворчал я отпуская тормоз и переключая передачу…

Эбайк взревел, и резко рванул вперёд.

Рулить надо? Нееее, о таком мы не слышали! Заметив как шустро метнулся ко мне бетонный забор, я позорно зажмурился, мысленно уже слыша звук удара, треск крошащегося пластика и скрежет корежащегося металла. Ожидал неизбежной боли. Миг, другой… Ничего не происходит. Лишь ощущение скорости.

Осторожно приоткрыл один глаз, а следом распахнул и другой в восторге озираясь по сторонам.

Едва сдержал рвущийся наружу возглас: "Мы летииим!"

Прозвучало бы это странно. Ведь я, вернее Ренди, носился на этом летающем двухколёсном монстре с такой же лёгкостью как дышал.

Впечатлиться было чем. Внизу проплывали нетронутые цивилизацией бескрайние леса из исполинских деревьев. В небольших проплешинах лугов стелился густой туман. Сквозь эту белесую пелену кое где в низинах смутно угадывались очертания водоемов. Изредка виднелись такие же островки жилых домов, как и тот где жил Мон с семьёй. Все они, как один, были ограждены высокими бетонными стенами. Странно. Зачем? Ответов на эти вопросы, увы, не последовало. Но главное, никаких тебе проселочных дорог или автострад. В воздухе тоже никакого движения не отмечалось. Кажется лишь мы посмели нарушить здешний покой.

Зевая по сторонам, едва не пропустил момент, когда воздушное пространство перед нами внезапно зарябило. Эффект такой словно кто-то камень в воду бросил. А в центре этой странной ряби начинал закручиваться то ли смерч, то ли омут.

Внутри всё сжалось от страха. Навыки чужого тела вмиг заблокировались. Я панически жал туда, где на обычном мотоцикле были тормоза. И даже немного замедлил ход, при этом ничуть не снижаясь. Увы, скорость была слишком велика. Один удар сердца, и нас втянуло в… Нечто!

Грудь сдавило. Дыхание давалось с трудом. Воздух загустел, став плотнее, и теперь еле-еле проталкивался в легкие. Внутри разрасталась паника.

Где мы? Куда меня занесло?! И ладно я идиот, но ведь и сидящего сзади парнишку ни за что ни про что угроблю. Не человек, а ходячая катастрофа, ей богу!

Выкинуло нас совершенно неожиданно. Вот я тихонько истерю, а спустя краткое мгновение по глазам вновь ударяет солнечный свет.

– Очешуеть! – раздается в динамиках шлема восхищённый голос Мона. – Так далеко ты нас ни разу сквозь пространство не вытягивал!

Хм… То есть, это норма? И я типа даже крут? Ну, ок.

Огляделся по сторонам, и заметил показавшийся знакомым по воспоминаниям предшественника немалых размеров участок земли с крышами многочисленных строений. И вся эта территория так же и виденные прежде жилые участки скрывалась за высоченным забором. Надо будет выяснить от чего или кого здесь прячутся. Что-то в этом плане память меня упорно игнорирует. Или Ренди и сам достоверно не знал ответа на этот вопрос? Может и так.

Успокоившись, передал управление эбайком физиологической памяти. Сделав крутой вираж мы пошли на посадку возле одного из зданий.

Перед самим приземлением я вновь трусливо зажмурился. Несвоевременно? Да, понимаю! Но ничего с собой поделать не могу.

Вопреки опасениям ощутил лишь едва заметный толчок. И спохватился, когда эбайк начал крениться. Выставил ногу, удерживая равновесие. В висках стукнуло: падение с мотоцикла на мокрой траве, сломанная ключица, продажа железа из-за долгов. Фантомная боль в плече. Тогда я подвел семью. Сейчас мог подвести и Мона. Пора трезво оценивать возможности.

По плечу постучали. Оно откликнулось ноющей волной фантомной боли. Я стянул шлем, полной грудью вдыхая непривычно свежий воздух. Дома такого даже на даче не было, там явственно ощущалась близость мегаполиса, трасс.

– Спасибо! – улыбаясь во все тридцать два зуба, воскликнул Мон. – Это было… Супер!

– Ага, – кивнул я, думая о своём и не в полном объеме осознавая, что именно имел в виду парнишка. – Дуй на занятия.

– А вам, Ренди Фирстон, учиться не обязательно? – послышался из-за спины сварливый женский голос. – Думаете, можно в гильдию и без аттестации попасть?

Я обернулся. Седовласая, явно немолодая, женщина со следами былой красоты на лице. Неимоверно яркие голубые глаза смотрят прямо в душу. Словно мысли читает. Кажется вот сейчас скажет: "А ты вообще кто такой? Где Ренди?" При её появлении Монти вон, как-то вмиг сдулся, ссутулился, и даже стал меньше ростом в попытке стать незаметнее.

И опять речь о какой-то гильдии.

Черт, ну почему эта долбанная память столь избирательна?

"Ренди, или кто ты там, отвечай: кто эта женщина?!"

Вполне ожидаемо ответом послужил полный игнор со стороны внутреннего навигатора. Ну что же, думаю стоит сделать вид, что я покорно иду грызть гранит науки. Отыщу библиотеку, уж там-то явно имеются сведения о том месте куда меня угораздило попасть.

– Иду, иду! – слезая с эбайка, я в примирительном жесте поднял руки.

– Давно бы так, – буркнула грымза, и… Неожиданно исподтишка подмигнула, добавив: – После обеда жду у себя в кабинете.

Зашибись! И где мне его искать? Ещё и эти странности поведения. Если она что-то типа завуча, ректора или декана или кого там, то подмигивания совершенно не по статусу. Надеюсь бывший владелец моего тела не из геронтофилов? А то, как мне теперь объясняться, что я не по этой части?

Как ни странно, но именно после этих опасений, ответ не замедлил появиться.

Правда не про их отношения с этой теткой, а про то, где кабинет расположен. И на том, спасибо.

"А библиотека где?" – решил попытать счастья пока появился хоть какой-то отклик.

Ноги сами понесли меня по аллее, вдоль невысоких, максимум в пять этажей зданий. Оглянулся запоминая местность. Не хватало мне потом ещё и своего коня двухколесного потерять. Вернее наверное пегаса. Пусть он без крыльев, зато летает ведь.

Мимо куда-то спешили подростки обоих полов. Одеты все кто во что горазд, никакого намека на единую форму. Ни сумок, ни привычных в моем мире рюкзаков видно не было. Все налегке.

Ну да ладно, потом разберусь. Главное ещё чтобы я смог ассимилироваться настолько, чтобы читать и писать по ихнецки. Или чтобы их письменность не слишком отличалась от моей родной.

Здешняя обитель знаний встретила запахом бумажной пыли и тишиной. Хоть что-то во всех мирах неизменно. А в том что этот странный мир не мой я ни на миг не усомнился. Или как минимум время совсем не моё. Явно не прошлое, а оооочень далёкое будущее. На той, привычной мне Земле, не скоро до таких технологий доживут, чтобы лететь и прорывать пространство силой мысли.