Стиратель Границ, том 3
Мои мысли моментально унеслись к сестре, которая пообещала сделать то, чего другие не могли. С каким лицом я буду смотреть на Крола, который сейчас пытался смеяться?
В этот момент я не стал заострять на этом внимание, только поблагодарил его за помощь и отправился обратно в Рассвет. Не каждый день я мотался между селениями, в ручном режиме решая не самые глобальные вопросы.
И когда мне разбираться с Гильдиями? С уровнями, чтобы привести в соответствие то же самое несчастное торговое соглашение? Со столицей? Учитывая, что Вардо сейчас не исполняет толком ничего, кроме роли узника.
Решив проговорить сперва эти моменты с Иерипоном, я проехал в Рассвет мимо стройки – десяток новых кирпичных домов, массивных, просторных, вместительных – сейчас создавался под контролем Сенока. И именно он, завидев меня с завершенного первого этажа крайнего дома, спрыгнул на улицу, чудом не задев никого поблизости.
- Бавлер! То есть, Правитель Бавлер, - он притормозил моего коня, без которого мой рабочий день закончился бы еще в Грунде. – У нас есть небольшая проблема, - он обвел руками стройку. – Кирпич кончился.
- Сколько тут израсходовано – столько же еще должно быть в Валеме, сам видел, - ответил я, заметив, что кроме готовых стен нет ни единого кирпича.
- Вот нету больше ничего. Не возят.
- И ты предлагаешь мне решить вопрос? – я дернул бровью, понимая, что кроме меня его, скорее всего, никто не решит.
- Пока мы кладем перекрытия, но еще пара дней и все, делать будет нечего! – предупредил Сенок.
Не так давно у меня уже был такой же суматошный день, который ничем хорошим не кончился. Похоже, что этот, судя по всему, примерно так же и кончится.
На улицах Рассвета мне попались Аврон и Ония, которые бегали, как угорелые, собирая информацию по деревням и столице о количестве производимого.
- Мы на фермы! – крикнул Аврон, отчего-то двигаясь на запад, где ферм не было. Ония дернула его за рукав, жестом показала, что парень заработался, а потом они ушли на восток.
Торн тоже встретился, приветственно склонив голову – человек, который работал, не высказывая никаких претензий. Один из немногих.
Бригады тех, кто копал канал, я пропустил мимо. Но отвалы земли росли с ужасающей скоростью – то, что было выброшено на край, никто не увозил. Не хватало ни времени, ни ресурсов.
Впрочем, где-то на полпути я заметил телеги, на которые грузили глину. Но то были не копатели, а жители Валема – те из них, кого я хоть немного знал в лицо.
- Что происходит? – я приблизился к ним, чтобы убедиться – это и правда глина, которую везут В Валем, а не ИЗ него. – У вас что, своя закончилась?
- Нет, Маринек сказал, что надо беречь свои ресурсы и пока тут не высохло, надо везти эту.
- То есть, вместо того чтобы быстро работать и поставлять кирпичи в Рассвет вы тратите… сколько времени?
- Часа по три уходит. Дорога туда, дорога сюда, разгрузить, накидать, - быстро пояснил один, не переставая махать лопатой.
Гора глины сильно отличалась цветом от прочей земли. Кроме того, когда я влез на кучу грунта рядом, заметил, что внизу драгоценного ресурса имеется еще довольно много. Можно было серьезно ускорить процесс.
Найдя ближайшую бригаду, которая была ответственна за этот участок, я попробовал перераспределить усилия, намекая, что гораздо проще будет вынуть глину полностью, а второй слой грунта закидать обратно в яму, чтобы не делать двойной работы. Двоих работников с лопатами из Валема я попросил обустроить погрузочную зону, чтобы человек с ручной тележкой в один заход сваливал глину сразу в телегу с лошадью.
Получалось все равно долго – не то что с той машиной, которая существовала пока что лишь в моей голове. И после того, как все поняли, что нужно делать, я дождался, когда загрузят телегу окончательно и отправился в Валем.
Производство кирпича там не стояло, но народу было немного.
- Я чувствую себя тем сапогом, который пинает людей, - негромко сказал я Маринеку. – Нам нужен кирпич. И много. А ты заставляешь своих работников тратить время на погрузку глины, чтобы везти ее издалека, когда половина Валема – это и есть глина?
- Бавлер, - мординец смутился, но сразу же выпрямился, сделавшись прямым, как палка. – Мы делаем, что можем. Ресурсов немного, а если глина высохнет, размочить ее очень сложно. Как и привезти, разбить и обратить обратно в какое-то подобие материала. Я увидел, когда шел недавно в Рассвет, сколько накопали глины. И решил, что она нам нужна. Парней только моих не ругай, они не виноваты.
- Я их и не ругал, - ответил я спокойно, сам удивляясь своему поведению. – Мы немного наладили систему, чтобы твои парни могли тратить меньше времени за пределами Валема. И быстрее занимались своими прямыми обязанностями.
Маринек рассыпался в благодарностях. Я же осмотрел их импровизированные цеха и склады, чтобы понять, что для строительства чего-то большего, чем основание для форта близ Рассвета, требовалось обновить здесь все давным-давно.
Но прямо сейчас ускорять процесс я не собирался – дома не успеют достроить, если за три недели кончился весь материал. И, убедившись, что хотя бы часть людей вернулась к работе, уточнил – получу ли хотя бы послезавтра кирпич?
- Даже завтра! – ответил Маринек, убедив меня в том, что за день я умудрился благополучно завершить еще одно дело.
После этого я вскоре направился обратно. Вымотанный дорогой, уставший, но спокойный за отдельные моменты развития Рассвета и за Леверопа, который благополучно весь день занимался своими делами. Ему можно было дать выходной – не каждый решит оставить прежнюю жизнь, чтобы заделаться телохранителем к какому-нибудь мало-мальски известному правителю.
В столице я тоже решил, что пора передохнуть. Зашел к Мати перекусить, потратив там не меньше получаса времени. Солнце еще не село, когда я выбрался на улицу и заметил, что возле кузницы Орека стоит несколько человек и телега, на вид совершенно не нагруженная, хотя никаких других, кроме как из Горняка, сейчас возле кузницы быть не должно – поленница и вовсе полная, а другие ресурсы там не требовались.
- Что случилось? – я поспешил к кузнецу, опасаясь самого худшего.
Ведь только после того, как я раздал всем задач и был уверен в успехе каждого нового начинания, обязательно должно было случиться то, чего никто не ждал – беда.
- Пустая телега, - Орек сунул молот в стойку, провел руками по деревяшкам, словно показывая мне, что внутри телеги ничего нет. – А этот ничего сказать не может. Трясет его, напуганный. Знай только, Бавлер – я его не пугал и дурного ему не делал.
Я обернулся на извозчика, человека, который лицом был белее, чем продукция каменоломни. Губы плотно сжаты, но подрагивали, как от судорог, пальцы стиснуты в кулаки, точно он до сих пор поводья у лошади держал. Осторожно положив ладонь ему на плечо, я спросил:
- Что случилось?
Тот вздрогнул, прикрыл на секунду глаза, а затем, когда открыл снова, в них вернулась ясность. Сомнительная, едва ли здравая, но ясность.
Никто из рядом стоявших не был в Горняке. Если кто и знал, что там происходило, то лишь на словах, из историй, пересказанных уже дважды или трижды. Я догадывался, почему телега пришла пустой.
- Они… Орки. Десятка два, - почти прошептал возница, хватаясь за телегу. – Горняк цел, но работать нельзя. Бавлер… Правитель…
И рухнул на землю, потеряв сознание.
Глава 3. Реформа армии
- И что делать будем? – Орек словно для большей уверенности схватился за молот, который в его руке казался игрушкой.
Я засмотрелся, представив, как кузнец крошит черепа врагов махиной весом около шести килограммов. Еще бы ручку побольше, да вес удвоить – и с орками можно распрощаться.
- Собирать войска, идти в Горняк, - ответил я. – Без металла мы ничего не сможем сделать. А в постоянной угрозе жить тоже не есть хорошо. Ты же представляешь о ком речь?
- Орки? Слышал, - коротко сказал кузнец. – Считал сказками и не более. Как и многое, увиденное здесь.
Пришлось отвлекать других людей. Иерипона я нашел у него дома, Мьелдона нашли в таверне Мати. Обоих я привел к себе.
- И снова ты минуешь собрание Совета? – проговорил старик. – Рано или поздно это обернется против тебя. Поход к Горняку – событие важное.
- Знаю, но я не ради одобрения похода собрал вас обоих. Мне нужны сведения о нашем новом враге. Отшельник? Прежде всего, вопрос к тебе. Что ты знаешь про них? Мьелдон, тебя это тоже касается – в Монастыре много сведений, которых нет у простых смертных.
- Во всяком случае, я ничего особенного о них не знаю, - ответил монах. – Слышал, что есть, слышал, что водятся где-то далеко на юге. Но далеко, не в одном дне пути от нас.
- Может, разведчики? – продолжил расспросы я.
- Разведчики не собирают руду, - заметил Иерипон.
- Возничий сказал о двух десятках орков. Едва ли это разведка, - я задумался. – Хуже, если это и правда так – и они могут позволить себе разведчиков в количестве двадцати орков. У нас… - теперь я и вовсе замялся. – Нам нужен Перт. В идеале – Анарей, как еще один армейский.
- Так Левероп был офицером в армии Мордина, - напомнил Иерипон.
- Точно, - я встал с места и стукнул в стену дважды, вызывая телохранителя.
Тот явился практически сразу же, не особенно удивленный поздним запросом. Его больше удивило то, что не нужно сию же секунду никуда ехать или бежать. Но он обошелся без комментариев и просто сел рядом с Мьелдоном и Отшельником. Потом осмотрелся, понял, что все ждут его комментариев, и спросил:
- Каков вопрос?
- Отля с Сеноком хорошо строят, - кивнул Иерипон.
- Угу, - поддакнул Мьелдон.
– Вопрос наш касается преобразования армии. Нужно на коленке придумать за вечер что-то работоспособное, эффективное и смертоносное, - сказал я. - И универсальное, - добавил, посмотрев на собравшихся, и оценил их взгляды: - Вы еще заявите, что универсальных единиц не бывает?
- Как тебе сказать, Бавлер… - внезапно заговорил Левероп. – Воин, который и мечом махать может, и стреляет метко – это хорошо. Но ты попробуй сперва намахаться вдоволь, а потом иди занимай оборону от контратаки врага. Легко?
- Не знаю, - честно признался я.
- Нелегко совсем, - ответил мординец. – И дело не в том, что воин устал. Он, может, на своих двоих еще до вечера прошагает так, что мозоли натрет. А вот руки его будут никакие. Взять самострел – одно. Зарядить – уже другое. Выстрелить и попасть – третье. Скорее всего, человек после серьезного боя даже не поднимет тяжелый самострел. Легкий – вероятно. Но меткость его будет хромать. А слабое оружие не подойдет против тяжеловооруженной пехоты, которую обычно пускают в контратаку.
- Что ты тогда предлагаешь? – спросил я. – Почему вообще нельзя сделать универсальную единицу, способную на все?
- Единицу? – уточнил Иерипон. – Тогда ты говоришь не про одного человека, а про полноценный отряд. Это немного другое.
Глянув на старика, Левероп ухмыльнулся. Мне показалось, что они понимали друг друга без слов. Тем не менее, мне требовался четкий ответ, с которым я мог бы запросто задать жару оркам и любым своим врагам.
- Ты понимаешь тактику Пакшена или Мордина, Бавлер? – спросил меня Левероп.
- Судя по последнему, что я видел… бандитская. Или в лоб.
- Бандитская тактика – это наемники, более чем уверен – если ты говоришь про попытку сжечь Нички в прошлом году. Наемники не стесняются в методах, как порой не стесняются этого и регулярные войска. Когда стоит задача сжечь деревню, многие не отправляют туда человека переговорить, чтобы люди хоть уйти успели. И жгут, как есть.
Я поежился. На такую тактику в борьбе с соседями мне переходить не хотелось. Требовался иной подход.
- Смотри, Бавлер. Есть легкая и тяжелая пехота. Легкая – это как мы с тобой. Кожаный доспех, меч, самострел, как правило, короткий – или узкий, все по-своему его называют, - иногда щит. Щит тоже маленький. Прикрыть голову или тело от стрелы на излете, такого же легкого самострела или удара мечом. Найди легкий щит, который не расколется от удара топором – и тебя озолотит любая сторона конфликта.
- Легкость – она же буквальная? – уточнил я, не опасаясь в этом собрании показаться дураком. – Поймите, все сражения, в которых я участвовал, тут больше Мьелдон не даст соврать, были выиграны при помощи магии.
Я продемонстрировал маленькую черную руну, которую я недавно отыскал в складке кармана. Руна, которая вызывала молнии, широкие, ветвистые, способные обращать песок в стекло, а людей – в поджаренные тела. На большем расстоянии она лишь оглушала, но все равно не менее эффектно выводила вражеских бойцов из строя.
- А хочется честного боя, - кивнул мне Левероп. – Тогда универсальной единице, о которой ты говоришь, прежде всего, нужен хороший командир.
- Откуда мы быстро возьмем столько людей? – тут же выдал я. – По хорошему командиру на отряд – это очень много.
- Хороших командиров надо учить, - тут же отозвался Иерипон и мой телохранитель согласно закивал. – Понимаешь же, Бавлер, что не придет к тебе толпа обученных воинов. Им платят. Уже кто-то платит. Экономика Рассвета не предусматривает всего этого. Если ты начнешь платить наемникам, будут просить денег и регулярные войска…
- Я не об этом, - спешно ответил я, слегка раздраженный, что старик перевел разговор на деньги. – Наша экономика пока еще не встала на нужные… рельсы, - я выдал очередное слово, которое болталось в моей голове.
Бросив на Мьелдона умоляющий взгляд, им, впрочем, незамеченный, я продолжил:
- Но остановиться на универсальной единице, как на отряде – нужно. И сперва отработать на орках. Отточить мастерство и… - тут я понял, что за ночь едва ли все научатся вести себя так, как я хочу, строиться, как я хочу, и воевать, как я хочу. Но было уже поздно идти на попятную.
- Ты сразу хочешь поубивать всех? – нахмурился Отшельник. – Несмотря на все твои опасения, которые ты только что высказал – позволь тебе напомнить, что если сторона может выставить двадцать человек в разведку, то передовой отряд только может состоять из сотен бойцов. При соотношении сторон как два к трем в нашу пользу орки однозначно победят даже голыми руками.
- Два к трем? Спасибо за подсказку. Тогда сделаем два к пяти. И посмотрим, что они противопоставят.
- Бавлер, остерегайся таких мыслей. Ты уже скольких смог убить? Шестерых?
- Троих, - выдал я, ничуть не стесняясь того, что соотношение сторон в тот раз было больше похоже на один к десяти.
- Пускать залпы болтов и стрел в лесу – не лучшее решение, - дал очередной бесполезный совет мординец, и тут я уже не сдержался:
- Это я вас всех собрал и я поставил перед вами всеми четкий вопрос: универсальная единица. Только Левероп попытался убедить меня в том, что нельзя создать солдата, воина, который может быть одинаково эффективен в любом сфере деятельности, захоти он мечом помахать или с холма из самострела отстреляться. И это притом, что ни про снаряжение, ни про оружие пока еще речи не заходило вовсе. С чего вы решили, что мой универсальный солдат вообще вооружен самострелом или носит щит?
- Но это же логично! – воскликнул Иерипон.
- Вот и давайте отталкиваться от логики, - я слегка повысил голос, потому что мне хотелось побыстрее с этим делом закончить, хотя спинным мозгом я понимал, что только что еще сильнее запутал всех. – Логика солдата? Иметь оружие и защиту, необходимую и достаточную… - я запнулся на ровном месте, потому что мысль моя прекрасно пошла дальше, а вот выразить ее не удалось, потому что слова показались смутно знакомыми. – И достаточную, - повторил я, надеясь, что паузу никто не заметит, - чтобы отразить вражескую атаку, самому пойти в атаку, убить врага или вывести его из строя, но при этом не умереть самому.
- Это не универсальная единица, а идеальная единица, - усмехнулся Мьелдон. – Такого просто не бывает. Вот легкая пехота. Она перед тяжелыми не устоит – она убежит. Она не устоит перед конными. Но если надо добить остатки врага – она идеальна. Если надо провести разведку боем – она хороша. Если стоят две армии, и обе они состоят из легкой пехоты – дальше в дело вступит тактика и снаряжение.
- И откуда простой монах все это знает? – покосился на Мьелдона Иерипон, изображая подозрение.
- Хорошо, уперлись в тактику! – воскликнул я. – Но в тактике же возможны группировки и перестроения?
- Не только возможны, но и нужны, - ответил Левероп. – Предлагаю поступить проще. Скажи, что ты представляешь в своей универсальной единице. Это точно не тяжелая пехота, потому что на одного человека нельзя навесить металлический доспех, дать ему меч и здоровенный самострел с запасом болтов. Это все будет весить около пятидесяти килограммов и пока воин не наденет все – он бесполезен.
- Легкая пехота, хорошо… - протянул я и задумался. – А если посмотреть в сторону отряда? Допустим, тридцать человек, трое старших, один офицер. Для начала. Для затравки.
- Ты не слишком-то долго думал над всем этим, - ответил Мьелдон. – Ходят слухи, что нечто подобное было уже в Заречье.
- Возможно, - согласился я.
- Почему тридцать? – спросил Иерипон. – Не по двадцать пять, например?
- По три десятка, - пояснил я. – Так проще считать. Если взять двадцать пять, то может показаться, что проще поделить на пятерки, если в пятерке есть старший. Но тогда в полной единице будет пять старших и один главный – один из пятерки или сам по себе, вот еще в чем вопрос! А разделить три вида солдат, как это я вижу, на пятерых человек поровну никак не получается.
- Выдели некоторых в поддержку, - предложил Левероп.
- Не смеши. Ты сам говорил мне про тактику, а теперь «поддержка» - кто будет делить и вычленять на поле боя, когда надо за секунды принять решение? – спросил я.
- Дисциплина поможет, - спокойно ответил мординец.
- Выучка, - добавил Иерипон.
- И когда у старшего спросят – почему он не успел выполнить приказ, я услышу, что он «считал». Или вычленял. Потому что дисциплину мы можем насадить среди простых солдат. Каждый, кто хоть сколько-то будет выделяться, непременно сочтет свое мнение превыше прочих. Те же старшие. Они ведь не будут офицерами, - закончил я.
- Ладно, тридцать, - Мьелдон попробовал свести наши споры к конкретной точке. – Как они делятся?
- Короткие топоры или короткие мечи плюс щиты – первая десятка. Они в защите. Щиты можно спокойно брать тяжелые или средние, возможно, в полный рост, но так, чтобы имелось окно для прострела.
- Щитники не смогут стрелять, им бы только свои деревяшки носить, - прокомментировал Левероп.
- Поэтому у них будет относительно легкое, но достаточно острое вооружение. Топоры, ножи, короткие мечи, - добавил я. – Отверстия в щитах – не для них. А для стрелков – для другого десятка. То же вооружение для ближнего боя, но с самострелами.
- Щитники же будут мешаться, - заметил Иерипон, а я подумал, что в делах тактики и снаряжения в этом мире все очень и очень плохо, что бы ни говорил мординец.
- Вообще, я представлял себе подвижные опоры, как если бы у моего стула, - я встал, взял его в руки и продемонстрировал, что можно было бы сделать для создания упора.
- А-а-а, - протянул Левероп и обернулся на старика-Отшельника. – Интересное решение!
- Сколько может весить такой щит? – спросил я его.
- Это надо спрашивать у мастеров. Я офицер, и не щитник вовсе, не знаю. Килограммов шесть, восемь – едва ли больше. А, может быть, и больше, - он пожал плечами.
На столе трещала свеча, отбрасывая тени на лицах собравшихся. Я еще раз внимательно посмотрел на всех, понимая, насколько сложна тема, которую я собрался решить в один вечер.
- Знаете, - решил признаться я, - это все ведь надо разрабатывать, создавать, внедрять, - и вновь ощутил мурашки на спине, необъяснимые, странные, - в течение какого-то времени. А я вот так хочу. За вечер. Создать, сгруппировать и чтобы завтра с утра наши отряды при виде врага не куч со страху понаделали, а слезли с телег, выстроились, как надо – и перестреляли всех. Чтобы после команды «залп» от двадцати осталась половина – и тогда мы выйдем на один к пяти-шести.
- В очередной раз замечу, что в красноречии Бавлеру не откажешь, - посмотрев за окно, выдал Мьелдон. – И сроки жмут, согласен. Но надо сделать. Хотя бы сформировать. Построить.
- Против щита ничего не имею. Но таких у нас нет, - ответил Иерипон. – Лучше бы тебе это прояснить с Пертом, конечно, но…
- Я и сам видел, чем вооружены наши люди. Таких щитов действительно нет. Должны появиться. Пусть не в рост – тоже складные. Как вариант, - предложил я. – А в остальном вроде бы ничего сложного: стандартные самострелы, стандартные мечи.
- Ты про третий десяток бойцов ничего не сказал, - напомнил Левероп.
- А это уже активные воины, которые пойдут в атаку, - спохватился я. - Щитники выставили линию обороны – стрелки при необходимости из-за нее обстреляли врага. Щиты переставили ближе, потом еще ближе и так далее. Они же, то есть, щитники – поддержка.
- То есть получается, что из тридцати человек в отряде мечами махать будет только десять? – задался вопросом Иерипон. – И ты хочешь устроить людям при таком построении проверку боем с довольно серьезным противником?
- Я не идиот, Отшельник, - вполне серьезно проговорил я, радуясь поводу немного сбавить темп. – После разговора с вами я встречусь с Пертом, он соберет людей и ранним утром, пока еще только поднимается солнце, мы выдвинемся. Наш с вами проект, хоть и сиюминутный, все же не относится к мгновенно решаемым. Откуда я возьму новые щиты? Как будут строиться линии? Под каким прикрытием щитники будут выставлять защиту? Вопросов еще очень много. Если бы у нас было все в наличии, я бы с удовольствием раздал людям то, что нужно. Пока мой вопрос остается прежним: универсальная единица. Такая, которая могла бы действовать самостоятельно.
- Например? – Левероп внезапно оживился.
- Тридцать человек могли бы захватить наш Валем, пока он не превратился в полноценное селение. Тридцать человек могли бы удерживать Бережок. Вполне могли бы, но, вероятно, уже с потерями, пройти через Нички. Или образовать линейную защиту: щиты плюс самострелы с одной стороны и вылазки во фланг. Достаточно примеров? Подавить меньшее число врагов – однозначно, - продолжил я почти без остановки. – Атаковать как вблизи, так и издалека. Стрелки могли бы поддержать мечников. Щитники прикрыли бы стрелков или в зависимости от ситуации помогли бы мечникам.
Очередная тирада не вызвала быстрых ответов. Все трое задумались, возможно, каждый о своем, но несколько минут было настолько тихо, что из-за окна доносился шум несильного летнего ветра.
Свеча по-прежнему потрескивала на столе, жир таял, пах не слишком приятно, но стекал, застывая на глиняной тарелке.
- По сводным параметрам я могу сказать, - начал Иерипон, - что выглядит довольно эффективно. Люди на месте не заняты дележкой, каждый знает свое дело, приказы можно раздавать быстро и не задумываться о том, кто и как их будет выполнять – стрелки стреляют, щитники прикрывают, мечники бьют и добивают.
- Ты поддерживаешь? – почти требовательно спросил я.
- Это всего лишь легкая пехота, - тут же воскликнул Отшельник. – Бавлер, армия – это не сборище мужиков в рубахах!
- Что мешает мне использовать чуть более мощные самострелы? – предложил я.
- Универсальность твоей единицы. Если одно подразделение не сможет выполнить задачу, на которую в итоге пошлют другое – где универсальность?
- Ранги. Уровни, - ответил я, когда мне на ум пришло удивительно простое решение. – Тренировки. Переход от легкой пехоты к тяжелой будет постепенным. Например, в пять уровней, чтобы не слишком это все усложнять. Три – это грубо. Семь – много, - заключил я, уже не ожидая ни одобрения, ни отрицания с чьей-либо стороны.
- И это не относится к званиям никак? – уточнил Левероп.
- Вообще никак, - ответил я. – Первый ранг или первый уровень – абсолютные новички. Необстрелянные. Не слишком сильные. Не очень выносливые. Их доспех – базовая кожа. Типовые мечи, небольшие самострелы. Хороши против себе подобных. Стоит им чуть закалиться в бою – можно и мечи побольше, и самострелы помощнее.
- Бойцы тренируют силу и выносливость, получают лучшее снаряжение, получают доспехи получше, - заключил Мьелдон. – И постепенно превращаются из легкой пехоты в тяжелую? То есть, ты хочешь буквально вырастить крепких солдат? А если боев нет?
- Практика. Учеба. Если это только сила и выносливость, то почему даже без сражений я не могу получить крепкое и сильное подразделение?
- Можешь, - мирно влез Иерипон. – Но что ты видишь наверху, на пятом уровне?
- Металл. Шлемы. Щиты из дерева, но обитые металлом.
- А всадники? – встрял Левероп.
- Про них потом.
- Хорошо, вернемся к пешим, - тут же продолжил он, - Мечи?