Корабль Мертвецов
Он растерянно замолчал, не понимая, как и мы, что делать, если зелье окажется опасным. Другого способа исцелить девушку от проклятия не было, по крайней мере, о нём никто не знал, а она и так… я мотнула головой, прогоняя страшные мысли.
– Поэтому в лес мы отправляемся, как и запланировали, вместе с котлом, и действуем по заранее оговорённому плану, дальше видно будет. В крайнем случае, прихватим запас трав из леса, изучим вдоль и поперёк, перероем архивы и побеседуем с умными людьми, проявим настойчивость и найдём способ, как вернуть им былые целебные свойства, – закончила я. – Алину, конечно же, берём с собой…
– Берём, – кивнул Лёшка. – За её состоянием в любом случае необходимо присматривать. Придётся по прибытии в лес ей рассказать правду, обнадёживать понапрасну жестоко.
Мы с Максом согласно покивали. Лёшка отошёл от котла и нагнулся над картой. Я взглянула туда же и охнула. Назвать это картой можно было лишь с очень большой натяжкой: размытые границы территории, несколько пунктирных линий, одна кривая, волнистые линии деревьев и несколько кривоватых небольших кругов, подписанных как: «колодец» и «руины». Ох, карта острова сокровищ и то была прорисована более подробно.
– Вот! Колодец! – воскликнул Лёшка, тыкая в карту мешалкой. – Он нам и нужен! Я прочёл в старой тетради о лекарственных растениях из сундука, описание нужных нам трав: каменник, он произрастает в местах болотистых и тенистых. Призрачный, конечно, шанс, река в этом смысле нам не подойдёт. За редким исключением, река – это проточная вода и песчаный берег.
– Что насчёт второй травы? – уточнил у него Макс, он отвёл Лёшкину ложку в сторону от карты. Тот спохватился, опустил ее в котелок и продолжил помешивать зелье и говорить.
– Вторая трава: белая звездчатая, она, по описанию, растёт в низинах и оврагах. Карта нам с этим, как оказалось, не поможет. Придётся хорошенько поискать.
– Поищем, – кивнула я, примерно прикидывая, как переместиться поближе к колодцу и не промахнуться. Перемещение в никуда – та ещё задачка. – Лёшка, приготовь зелье в дорогу и зови Алину, мы перенесёмся из академии сюда с котлом и сразу же к колодцу, каменюку необходимо перемещать быстро.
– Да, конечно, – он перестал мешать варево, сверился с записями и, кивнув, уменьшил под котелком огонь.
– Всё в порядке, я уже сама пришла. Дракона мы ведь не возьмём с собой? – спросила Алина, войдя на кухню в моём сером платье и лёгкой тёмной накидке. Судя по её безмятежному лицу, она не услышала наше обсуждение безопасности лекарственных трав леса.
– Это ему решать! – отмахнулся Макс. – Он существо самостоятельное, приказам не подчиняется.
Он сложил карту, сунул её в карман и крепко вцепился в мой локоть. Я сосредоточилась, вспомнила двор академии, ряд теплиц, где-то за ними был дальний, тёмный угол… Макс не шевелился, молча ждал, пока я соберусь с мыслями и сфокусируюсь на перемещении. Не сразу, но мне удалось, я выстроила тропинку в нужное место (весьма условно, как вы понимаете).
Глава 9 Котел и лес
Переместились мы точнёхонько к искомому каменному монстру, распластавшись у кирпичной стены родной академии и её ограды, едва дыша. Ох, чудом не ухнули в сам котёл: он занимал почти всю площадь узкого пространства. Солнце парило, отражаясь от стёкол ближайшей теплицы, и в закутке стоял непереносимый зной.
– Ох, – застонал Макс едва слышно. – Ничего себе котелок, его с места-то сдвинуть возможно? Такое ощущение, что он врос в землю.
– Ты тоже не был посвящён в тайну его наличия во дворе академии в дальнем углу за теплицами? – спросила я.
Макс отрицательно помотал головой. На его лоб упали влажные тёмные волосы, он смахнул их рукой. Я и помыслить не могла, что котёл окажется настолько огромным, да нас туда всех можно было запихать вместе с мелким, и припорошить найденными в сундуке записями лекаря! Духота давила на плечи могильной плитой, глаза слезились от ослепляющих солнечных лучей, в голове поплыло. Академические боги, где мне взять сил и магии на обратный путь? В отчаянии огляделась по сторонам, чуть не уткнувшись носом в запотевшее стекло теплицы, двигаться здесь было сложно. Кусок двора между стеной академии, оградой и теплицей – примерно метр на полтора, казалось, что котёл стоял на этом месте с доисторических времён, а академию и ограду выстроили вокруг него. Толстые стенки заросли снаружи мхом, внутри сплел паутину паук, но, так и не дождавшись жертв, от скуки давно её забросил: тонкую сеть засыпало жёлтыми сухими листьями и ветками. Край котла был мне практически по пояс.
В теплице что-то зашуршало, до нас донёсся шум шагов, плеск воды и мелодичный свист. Мы с Максом в панике переглянулись и замерли, не смея шевельнуться. Мотивчик был мне очень знаком, любимая морская мелодия преподавателя по лекарственным травам. Когда я на третий день обучения в академии впервые отправлялась на занятие в теплицу, представляла преподавателя совершенно иначе (милой, несколько рассеянной дамой средних лет). С изумлением узрела сквозь стекло здоровенного мужика с повязкой на глазу, окладистой чёрной бородищей, кустистыми бровями и серыми глазами, вдобавок ко всему сильно прихрамывающего на левую ногу. Весь урок вместо того, чтобы слушать его рассказ о Болотной огнице (у него ко всему прочему был низкий раскатистый бас), размышляла, кем же он был до поступления преподавателем в академию: пиратом, разбойником, воякой, стражем, дознавателем из особого отдела?
Выяснить хоть толику информации о его прошлом никому не удалось, хотя попыток было не сосчитать, но он оставался для адептов неразрешимой загадкой (даже в его личном деле, которое выкрали в деканате предприимчивые адепты-старшекурсники, нашлась только скромная записка о зачислении пирата в штат академии, и на этом всё). Проработал он в академии магии на момент моего в ней появления лет десять, растения любил бескрайне и самозабвенно, рассказывал о них на лекциях увлекательно (и, кстати, не только по теме предмета, часто баловал нас историями о морских приключениях, но понять, произошли они с ним самим или нет, было невозможно), не забывая подкидывать нам бесконечные проекты по проращиванию и уходу за дико капризными травками, большую часть из которых поначалу все адепты проваливали. Пока некоторая часть адептов-первогодок (прямо скажем, небольшая, и я в том числе), строго сверяясь с учебниками по «Ботанике и лекарственным травам», постепенно настропалились их растить, то другая часть нашла иной выход, они отважились на хитрость – закупали в лавках горшки с уже пророщенными растениями. Об этом каким-то образом проведал на втором курсе наш академический пират. Поступил он весьма умно, находчиво и коварно: упросил декана выделить одно из пустующих помещений в подвале, и все проекты мы с тех пор – с посадки семечка до взращивания полноценного растения – проводили под неусыпным присмотром преподавателя в этом самом каземате. Выносить горшки с растениями за дверь, как, собственно, и вносить, строго запрещалось.
Шаги зазвучали совсем близко, звякнуло стекло. Сверху, на крыше теплицы, распахнулось окно, на нас посыпалась пыль. Я затаила дыхание и прижалась к каменной ограде, дёрнув за рукав Макса, который стоял в полный рост возле стены академии, и его из теплицы было бы прекрасно видно. Он, пригнувшись, спрятался за котёл. Свист стал гораздо громче, пират выдал особенно заковыристую руладу, но постепенно начал удаляться, к моему несказанному облегчению.
– Я помогу, – шепнул Макс, косясь на раскрытое окно теплицы. Он тоже обучался у академического пирата и знал его трепетное отношение как к растениям, так и к академическому имуществу. – Давай!
Одновременно мы обхватили руками холодный камень. Пальцы скользнули по шершавому краю котла, внутри, в районе солнечного сплетения, я ощутила невесть откуда взявшийся прилив сил. Котёл, несмотря на громоздкий вид, подозрительно легко поддался действию чар, и спустя секунду, со стонами и причитаниями, достойными самого старательного призрака, вместе с Максом мы переместили его на пол кухни. Ох, я едва не свалилась рядышком с дурацким котлом пластом от напряжения, по спине градом катился пот. Перемещение в пространстве прошло на удивление просто, но честно заработанная ранее наша с Максом усталость никуда не делась. Лёшка уже маячил неподалёку с переносным котелком в одной руке, из которого торчала деревянная ложка, и с исписанными бумажками в другой. Алина в обнимку с драконом стояла рядом, на сгибе её локтя висели длинные непромокаемые плащи. Хм, интересно, где она их нашла… Они оба ошарашенно таращились на каменную посудину.
– Мне почему-то раньше казалось, что он немного поменьше, – протянул друг.
– Ну, какой есть, ложечку прихвати с ручкой подлиннее, – с сарказмом посоветовал ему Макс, едва переводя дыхание.
Лёшка, ещё разок оценив размер посудины, внял доброму совету, заметался по кухне и, покопавшись в шкафу, выудил впечатляющих размеров половник, который длинной ручкой идеально подходил к стыренному котлу.
– Натягиваем плащи, друзья, так, на всякий случай. Я над ними немного поворожил, поставил защиту, нашёл старинное заклинание «От ворогов» в сундуке! Поможет ли оно от чёрных туманов, не знаю, ну а вдруг, чем академические боги не шутят.
– Когда только успел! Нас, кстати, чуть пират не заловил на месте кражи, он в теплице цветочки поливал! – пожаловалась я.
– Он же на летних каникулах в замке живёт, не может бросить растения, – запоздало припомнил Лёшка и, покраснев, промямлил: – Присматривает за ними.
– Спасибо, что ты вовремя нам об этом сказал! Ладно, мы не попались, отлично, отправляемся в лес, – простонала я, натягивая плащ.
Подняв брови, я посмотрела на друга.
– Алине я рассказал о записи в дневнике лекаря, много времени на это не ушло, как видите, – покаянно признался Лёшка.
– Ребят, не переживайте, вы и так сделали больше чем кто-либо, понимаю, – вымученно улыбнулась девушка, она была бледна, но бодрилась.
На месте Алины, я бы бесилась от лютой обиды на злодейку судьбу, вновь издевательски превратившую вожделенные рецепты в хлам. А она понимает… Я вздохнула, выдохнула и, порывшись по закромам души, откопала зачатки терпения.
– Нет, новости и нас оглушили, а о тебе и говорить нечего, столько надежд, сил, и опять препятствие, почти у самого финиша. Одно могу сказать, не сдавайся, мы уж точно руки опускать не собираемся, – девушка печально кивнула, ничего не ответив, шмыгнула носом. Я откашлялась и закончила мысль: – И не будем забегать вперёд пригородного дилижанса, – попыталась я подбодрить её хоть немного. – Пока вообще ничего окончательно не ясно, ни с травами, ни с зельем.
– Обещаю, мы используем все возможности, в крайнем случае вполне можно на основе рецепта создать зелье для сдерживания распространения проклятия, это поможет выгадать время… – Лёшка был серьёзен как никогда.
Девушка, взглянула ему в глаза, покраснела. Макс преувеличенно заинтересованно уставился на котёл. Лёшка говорил искренне и с пониманием того, насколько он вообще был вправе давать подобные обещания. Друг всегда держал слово, был отличным лекарем и, как оказалось, не в первом поколении. Вот и отлично, тем более никто из нас с Максом тоже руки опускать не собирался.
– Лёш, я подумала, пока мы воровали котёл, давай-ка после того, как наберём травки в лесу и доварим зелье, перенесёмся в академию с котлом, Алиной и травками, покажем их нашему академическому пирату, попросим помощи. Он знает о растениях гораздо больше нашего, может, подскажет что-то дельное. Заодно, кстати, и готовое зелье тоже оценит на пригодность. Даже если заклинание покажет, что оно безопасно, в таком деле лучше не пренебрегать советами, а вернуться в лес мы сможем в любой момент, – внесла я дельное предложение, когда пауза начала несколько затягиваться.
– Да, неплохая идея, я не раз видел, как он со знанием дела растолковывал особенности сбора и варки некоторых сложных составов нашему молодому профессору по зельям, – лицо Лёшки просветлело. – За котёл он нас, конечно, не похвалит, но поймёт, что иного выбора у нас не было. Того запаса трав, что вы купили в лавках, хватит на пару попыток, а это лучше, чем ничего. Но, кстати, у Игната Тиниевича наверняка обширные запасы лекарских трав, не придётся бегать по лавкам.
Лёшка и Алина подошли к котлу, я протянула руку другу и тут же закрыла глаза, вспоминая пародию на карту Края чёрных туманов. Удерживая в голове картинку, попыталась переместить нашу дружную компанию вместе с каменной посудиной в неизведанный лес.
В лицо ударил ледяной ветер, портальный амулет, висевший на моей шее, напротив раскалился, прожигая кожу сквозь ткань платья. Я зашипела от боли, дно котла с глухим стуком ударилось о землю. Скривившись, я сдёрнула с шеи амулет, осмотрела его, удерживая за тесёмку, он был ярко-алым, но мало-помалу начинал потемнеть. Осторожно коснулась пальцем стекла, амулет уже не обжигал, и сунула в карман плаща, провела ладонью по больному месту, стало полегче.
– Ну, ничего себе! – крякнул как-то странно Лёшка.
Когда в глазах перестали плавать мутные разводы, я огляделась по сторонам и полностью с ним согласилась. Действительно, ничего себе! Мы очутились на поляне, в общем-то вполне обычной: зелёная трава, высокие деревья, вечерние сумерки и гробовая тишина! Ветер утих, но по земле стелился густой туман, его щупальца змеились, переплетались, огибая стволы деревьев, ныряя в траву. Посмотрела на свои ноги, два щупальца уже оплели их практически до колен, я молниеносно вскочила, даже не ожидала от себя такой прыти, опираясь обок котла, туманные путы тут же скрылись в траве. Впереди, в паре шагов от нас, виднелся старый колодец, выложенный из крупных серых камней, кое-как подогнанных друг к другу, но выглядел он прочным, превосходно сохранившимся. Отлично, я могу собой гордиться, в который раз за сегодняшний день переношу всю нашу компанию в неизвестном направлении и не промазала с перемещением. И, несмотря на дурную репутацию, Край чёрных туманов пока что агрессии по отношению к незваным гостям не проявлял, хоть и пугал изрядно чересчур подвижными дымными завихрениями.
– Давай, дружище, объясняй, что там за трава, – нервно оглядываясь по сторонам, спросил Макс, он подошёл ко мне ближе, с подозрением щурясь на клубящийся туман.
Лёшка судорожно зашелестел бумажками, одновременно разжигая под котлом магический белый огонь. Он нагревал зелье, но для нас, испуганно жавшихся к котлу, как к родному, был не опасен.
– Хм, каменка: вьюнок, тёмно-зелёные округлые листья, мясистые, с небольшим ворсом по стеблю, не цветёт, новые отростки идут от корня. Белая звёздчатая: длинные листья, невысокий ствол, сантиметров десять, мелкие белые цветы, махровые.
– Ой, каменка, по-моему, вон там растёт, возле колодца, ого! – Алина начала с воодушевлением, а вот закончила тихо, с дрожью в голосе.
Щупальца тумана, оказывается, перестали безобидно стелиться по земле и, клубясь, начали подниматься всё выше. Я сглотнула, и на всякий случай запахнула плащ поплотнее. Дракончик нашу панику не разделял и, закрыв глаза, преспокойно дрых на руках у девушки. Мне бы его железные нервы. Осторожно сунула руку в карман и ткнула в амулет пальцем. Ага, уже остыл! Я снова повесила его на шею, вдруг придётся споро уносить ноги.
– Ребята, разделимся. Мы с Ариной осмотримся вокруг и поищем Белую звёздчатую. Алексей, продолжай варить настой. Алина, стой с ним рядом, следи за туманом, пока он не нападает, но, возможно, это ненадолго, – шепнул Макс, и с подозрением покосился на мглистые завихрения. – Арина, не уходи от поляны вглубь леса.
– Хорошо, постараюсь, – откликнулась я.
Мы рассредоточились по поляне. Макс быстро дошёл до колодца и вернулся к котлу с пучком Каменки. После чего, беспрестанно на меня оглядываясь, двинулся к противоположному краю поляны. Я перевела взгляд на землю, высматривая похожие по описанию цветы, но ничего, даже отдалённо похожего на нужный нам цветочек, не находилось. Несмело прошла ещё немного вперёд, потом ещё. Постепенно я углубилась в лес. Силуэты друзей скрылись за стволами деревьев и вихрями тумана. Землю плотно затянуло густой непроглядной пеленой. Местный туман словно пытался помешать мне найти нужную для зелья траву. Остановилась, и задумалась, и как искать-то, если ничего не видно!
За моей спиной хрустнула ветка. Я подпрыгнула и, схватившись за сердце, обернулась. Мгла сгустилась, и приблизилась ко мне вплотную. Я, не глядя под ноги, по инерции шагнула вперёд, споткнулась обо что-то и чуть не упала, но смогла удержаться на своих двоих, вцепившись в ветку дерева и повисла на ней, едва переводя дыхание. Увидела, что туман рассеялся, никаких цветов я в округе не заметила. Отцепилась от ветки и, взглянув вниз, с изумлением уставилась на растущее у самого ствола дерева подходящее по описанию растение с белыми махровыми цветами, стараясь не думать о том, что пару секунд назад его здесь не было. Вырвала вместе с корнями несколько кустов и едва ли не бегом вернулась на поляну.
Пока меня не было, Лёшка успел вылить сваренную на моей кухне заготовку зелья в каменный котёл, предварительно убрав из него паутину и прочий сор. Как ни странно, но настой занял весь объем огромного котла. Теперь этого объема с лихвой хватит, чтобы напоить всю академию. Похоже, он перенимал характер местного тумана. Я на ватных ногах проковыляла к котлу и протянула Лёшке кустики. Он, не отрываясь от варки, схватил протянутые мной растения, сверил их описание с записями и довольно засопел.
Макса до сих пор не было на поляне. Нервничая всё сильнее, я ждала, когда он вернётся. Туман уже поднялся практически на пять метров. Я взглянула мельком на Алину и нахмурилась. Девушка, как загипнотизированная, смотрела на туманные завихрения, пригляделась к ней получше, меня беспокоила в ней какая-то странность. Наконец, с ужасом поняла, что она вновь стала полупрозрачной, сильнее, чем в прошлый раз. Ещё и дракончик куда-то исчез!
– Лёшка! – тихо позвала я друга.
– Вижу! Осталось немного, ещё минут пять! – также тихо ответил он, прибавив огня.
По поляне и клочьям тумана заплясали отражения огненных всполохов, стало ещё страшнее.
– Где дракончик? – прохрипела я.
– Не знаю, не могу отвлекаться! Макс не вернулся? – озабоченно спросил друг.
– Нет ещё! – меня начала бить дрожь, и я уж было хотела отправиться на его поиски, но словно в ответ на мои отчаянные мысли справа туман поредел, и на поляну, двигаясь как-то боком, выскочил Макс, зажимая в руке цветочки.
– Ну наконец-то, мандрагора туманная, – выдохнула я.
Макс был бледен и взвинчен, сунул цветочки Лёшке, дёрнул меня, привлёк к себе и крепко обнял. Я прижалась к нему, как испуганный котёнок, но состояние Алины мне совершенно не нравилось. Мягко отстранившись от Макса, я кивнула в сторону девушки. Лёшка что-то прошептал и сунул принесённые нами цветочки в котёл. Эликсир вдруг засветился тусклым бледно-зелёным цветом, очень похожим на гибельные болотные огни.
– Где мелкий? – Макс только сейчас заметил, что дракончика нет.
– Не знаю! – шепнула я.
Мы с Максом встали по обе стороны от Алины, приготовившись ставить защиту, если она понадобится. И я едва не заорала на весь лес, когда увидела, что глаза её подёрнулись белой поволокой. Оглядевшись, я заметила, что туман чернел и неумолимо приближался, затягивая маревом всё вокруг, поглотив очертания колодца. Мне в голову пришла дурацкая мысль, что мы вчетвером в проклятом лесу, стоя вокруг здоровенного котла, напоминали чокнутых колдунов, которые варят тёмные зелья в строго определённый день при полной луне.
Лёшка отчитывал, как я надеялась, последние повороты половником в настое. Густая, непроглядная мгла всё приближалась, она стала ещё подвижнее и темнее и уже клубилась совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. Алина как-то странно дёрнулась и попыталась шагнуть прямо в туман, но мы с Максом вцепились в неё, не дали этого сделать и усадили девушку на траву. Сердце у меня внезапно ушло в пятки. От тела Алины потянулись белёсые дымные полосы, растворяясь в тёмном мареве. Взмахом руки, я быстро выставила защиту, дым исчез. Макс пару раз позвал дракончика, но безрезультатно. Мгла заволокла лес вокруг, мы отступили на шаг. Я отчаянно пыталась придумать, что нам делать, если девушка вдруг начнёт преображаться в туман, но не возникло ни единой дельной мысли.
На землю перед нами прыгнул откуда-то сверху пропавший пернатый дракончик и грозно зашипел. Вояка!
Глава 10 Пират
– Что вы это тут делаете, негодяи? Зачем котёл-то спёрли? На спор или вредите? – услышала я раскатистый бас. – Химеры вы болотные, ишь, не побрезговали и котёл-то утянули, он же пару веков там преспокойно стоял. Нет, на такую древность позарились! Тягать-то его, не надорвались? И куда вы его притащили, изверги?
Напротив нас из тумана, как демон из тьмы, появился наш пират… хм… профессор ботаники Игнат Тиниевич Столесов. Пребывая в бешенстве, он, ругался во всё горло, сжимая в руке портальный амулет, очень качественный, на неограниченное количество перемещений. Единственный глаз профессора метал молнии, а повязка на втором понемногу сползала на щёку. Он поправил её и продолжил возмущаться:
– Все адепты на каникулы разъехались, думал, отдохну от ваших выходок, так нет! Не отдыхается кому-то!
Мелкий дёрнул назад и спрятался за котёл. Мы с Максом, уважительно вытаращившись на пирата, по инерции сделали шажок назад, уж больно грозно он выглядел, а академическая привычка – молча выслушивать лекцию и не отсвечивать, до поступления соответствующего распоряжения профессора – так просто не забывается. Судя по реакции Макса, даже спустя пять годков после выпуска. Лёшка, нависая над котлом с половником наперевес, покраснел и втянул голову в плечи. Надо же, наш профессор ботаники засёк пропажу котла с впечатляющей скоростью и, не откладывая на потом, примчался выяснять, кто и зачем его упёр из академии.
Я, напомнив себе, что нахожусь не в академии на занятии, собралась, сориентировалась: мы же хотели проконсультироваться с ним, ну вот, пожалуйста, пират явился совершенно самостоятельно и как нельзя вовремя. Но даже обдумать первый вопрос не успела, не то чтобы его озвучить.
Профессор наконец остановил поток слов и перевёл взгляд в сторону, набрал в лёгкие воздуха для новой тирады… да так и застыл, нелепо распахнув рот и моргая как заведённый. Вытаращил глаз, наблюдая за выкрутасами жуткого тумана. Закрыл рот, снова поправил повязку, что-то пробормотал, посмотрел на нас в упор, сведя брови к переносице. Внимательно осмотрел котёл, Алину. Увидев паршивое состояние девушки, очнулся, втянул живот, и его единственный карий глаз стал похож на буравчик. Командирским тоном пират спросил у Лёшки (всё-таки он был его лучшим студентом):
– Отвечай быстро и коротко. Судя по окружающей действительности, похоже, вы попали в нехорошую переделку. Это ведь Край чёрных туманов? Я прав?
– Да! – кивнул с придурковатым видом Лёшка, с явным трудом захлопнув отвисшую нижнюю челюсть.
– И вы сюда потащились из-за девушки, Алины? – предположил профессор.
– Да, но откуда вы…
Вот только продолжать Лёшка не успел. Пират его недослушал и тут же перебил, но, как ни странно, ответил на незаданный вопрос:
– При поступлении в академию о состоянии девушки поставили в известность деканат и профессоров. Многие были против обучения Алины в академии под тем предлогом, что её состояние не стабильно, если не сказать, на грани смерти, а нагрузки в учебном процессе огромны. Но лекарь академии совместно с директором встали на сторону девушки, убедительно заявив, что это не повод отказывать талантливой адептке, а лекарь к тому же вызвался тщательно контролировать состояние её здоровья. А вы, значит, помочь решили? И поняли, каким образом это сделать? Хвалю, вы просто молодцы, – одобрил пират и указал на котёл. – Зелье, я вижу, уже готово. Почему не лечите?
Лёшка наконец-то пришёл в себя, вздохнул, заглянул в котёл, хм, должно быть, собираясь с мыслями, и выдал:
– Травы этого леса, судя по записи в дневнике моего предка-лекаря, стали опасны, причём давным-давно, из-за чего он и спрятал все свои рецепты в сундуке на далёком острове. Узнали мы об этом буквально четверть часа назад, когда я уже приступил к варке зелья. Поэтому мы решили не бросать процесс на середине, но для начала, прежде чем лечить, необходимо проверить зелье на безопасность…
Пират прищурил глаза, переваривая полученную информацию. Другое было интересно: он ни чуточки не удивился, когда услышал о записях лекаря, это точно. Нет, информация, конечно, засекречена не была, если уж даже Алина смогла многое о них раскопать, но сам факт…
– Дела! Проверять знаешь как? – Игнат Тиниевич, о чём-то размышляя, почесал бороду.
– Да, я знаю надёжное заклинание для проверки безопасности лекарских зелий, мы его на практике частенько применяем. Кураторы-целители в академии нещадны, не доверяют болванам-адептам, – Лёшка кашлянул, покосился на профессора и забормотал над котлом.