Сказки Лисы
Конюшни располагались за трактиром. Обогнув здание, я целеустремлённо полетела вперёд, забежала в конюшню и почти сразу увидела стройную фигуру.
– Ар… – радостно окликнула его и тут же осеклась. Когда он отступил и выпрямился, перед ним оказалась девушка.
Совсем молоденькая, свежая и улыбающаяся. Глядя на пунцовые от смущения щеки, я живо поняла, что именно Змей мог шептать ей на ухо.
«Серьезно?!»
Заметив меня, девушка расхохоталась. Мне показалось, что ее звонкий смех увеличен трехкратно – и это смех надо мной. В голове помутилось, а сердце сжалось в точку, защищаясь, словно стремясь занимать как можно меньше места.
Ариас с улыбкой обернулся.
– Можно с тобой поговорить? – вслух автоматически вежливо спросила я, уже не очень четко представляя содержание беседы.
Сейчас я действовала на автомате.
– Разумеется, разумеется, лисичка, – проворковал он и, ничуть не снижая голоса, ласково сказал девушке. – Погуляй немного и возвращайся ко мне, сладкая милашка.
«Сладкая. Милашка».
Словно молния ударила в меня, а затем вторая.
Дура.
Какая же я дура.
Девушка с заливистым смехом побежала к выходу, а я окончательно застыла на месте. В глазах Змея не отразилось и толики сожаления.
– Я подумала, тебе не понравилось, что я сказала про происшествие… – с трудом произнесла я, все ещё надеясь, что… Уже не знаю, на что я надеялась. На что-то.
«Убеди, что мне показалось… Что это не то, о чем я думаю. Пожалуйста…»
Змей удивленно поднял брови.
– О, нет. Ты выступила отлично, возможно, я и сам не сказал бы лучше.
«Тогда что?» – одними глазами спросила.
– Прости, лисичка. Не хотел, чтобы ты это увидела, – ничуть не смущаясь, непринужденно продолжил Ариас. – Но, может так и лучше. Выглядишь удивленной… Неужели забыла о нашем договоре? Мы ведь с тобой закончили игру, и очень приятно закончили.
«Закончили… игру?»
Ещё две молнии прошили меня насквозь. По ощущениям в груди были уже несколько сквозных обуглившихся дыр.
Он продолжил, мягко подступая ко мне:
– О, я вижу, что ты совсем забыла, о чем мы договаривались? Напоминаю, мы договорились на один день и провели его вместе, как и условились. Это был действительно прекрасный день, лисичка! Ты великолепна, лучше, чем я мог ожидать, это правда. Я был на вершине блаженства с тобой и тоже запомню все, что у нас было. Увы, день закончился с новым рассветом. Ты огорчилась? Нет, не расстраивайся. Ты играла с очень коварным и опытным противником. Змей, конечно, выиграл у кролика. Это закономерно, согласна? Собственно, иначе быть и не могло, ты ведь знала, умница. Таков Порядок: кролики не выигрывают у змеев.
Рука коснулась моей щеки, утешающе поглаживая. Голос Ариаса звучал совсем не торжествующе, скорее ласково, даже заботливо. Будто мудрый взрослый разговаривает с маленьким непонятливым ребенком.
– Только не грусти. Не воспринимай все так серьезно, побереги себя. Не стоит переживать из-за каждого негодяя, хорошо? Позавтракаешь?
– Я не верю… – прорезался мой голос. Он звучал отдельно от моего тела, как чужой.
Я. Не. Верю.
Ты. Не. Такой.
Я отчаянно ждала, когда он рассмеется и скажет, что пошутил. Скажет, что это была наука для доверчивых кроликов.
Но он не смеялся. Ариас смотрел на меня сочувственно, все ещё бережно поглаживая мою щеку.
– А поверить стоило бы. Ты подумаешь и обязательно поймёшь, что все логично и иного быть не могло. Так уж случилось, что я родился великородным, а ты – человеком. Мы не ровня друг другу, ты ведь понимаешь. Понимаешь?
Мелодичный голос нежен. Голубые глаза совсем близко. Ласково-сочувственная полуулыбка на губах.
– Я уносил тебя к звёздам и не раз, – шепнул. – Лучше помни об этом. А боль уйдет как сон. Скоро все изменится и обязательно наладится. Думай о хорошем, лисичка…
Назад.
Передо мной жестокий убийца, который наносит смертельный удар, а затем заботливо делает истекающей кровью жертве перевязку и проводит бесплатный сеанс психотерапии.
Я отступила.
Ариас наблюдал за мной.
– Змей остаётся Змеем, Лиса. Всегда, – он не двигался.
Ещё один шаг назад.
– Я взял тебе отдельную лошадь. Смирную-смирную. Уверен, у тебя хватит навыков, чтобы справиться.
Скорее.
Я молча развернулась, чтобы уже его не видеть, и быстро зашагала прочь.
Убежать.
Скрыться.
Спрятаться.
Пока могу идти.
Пока не захлестнуло.
– Куда бежишь, красотка? Постой со мной, – огромные руки перехватили меня за плечи.
На секунду подняла затуманенный взгляд. Какой-то мужчина. Потёки грязи на мощной шее. Я плохо видела.
– Я тороплюсь, бэр… – с трудом прошептала.
– Ты общая девочка? Или чья-то? Чувствую метку, – он шумно принюхался. Да, это Бык. Лысый, большой, небритый. Очень похож на Ардана.
«Метку», – с отвращением подняла на него глаза. Ненавижу это слово.
– Ничья, – уже твёрдо ответила в глубоко посаженные светлые глаза.
– Милашка – моя, – однозначно раздался сзади голос Ариаса.
Ещё один удар. Теперь в спину.
– Ничья… – безжизненно повторила я.
– Ну-ну, не капризничай, – нежно прозвучал мелодичный голос и с вежливой серьезностью добавил, обращаясь уже к Быку. – Настоятельно рекомендую убрать руки с моей собственности. Бэр.
«Собственности…»
– Змей, – утвердительно произнёс мужчина и подумал ещё пару секунд.
– Змей, змей, – согласно пропел Ариас. – Который не будет долго ждать.
Я знала, что в этот момент он гладит рукоять кинжала. Белую костяную рукоять узкого лезвия, закреплённого на пояснице. Гибкой золотистой пояснице.
Недовольно буркнув, Бык разжал стальные пальцы.
– Моё почтение великому роду.
– Мое уважение, – мягко ответил Ариас, но я уже не слушала и не обращала ни на кого внимания. Я стремительно шагала наверх, в спасительную комнату, в которой можно скрыться от взглядов, закрыть дверь, перестать, наконец, контролировать лицо, руки, ноги: сесть и скорчиться от боли.
Хотя бы ненадолго.
Ещё было немного времени.
Глава 5
– Лиса, – стук в дверь и голос Таора вывели меня из прострации. – Выходи, выезжаем.
– Иду! – наспех вытирая глаза, подскочила к двери, тщетно пытаясь проморгаться. Все напрасно. Глаза были жалкие и заплаканные настолько, что, когда Таор увидел меня, он тут же зло поднял верхнюю губу, обнажая волчьи заостренные клыки.
– Обидел? – коротко спросил, вонзая в меня тяжёлый взгляд. Он сжал кулаки.
Я знала, что Таор должен прекрасно чувствовать запах и понимать, что я теперь… не очень приличная миса. Мне даже не было стыдно. Более сильные чувства прекрасно заслонили меня от этих мелочей. Хоть какой-то плюс.
Отрицательно помотала головой, опять вытирая глаза.
– Не в этом смысле… Все было по взаимному согласию, – нейтрально ответила и даже попыталась улыбнуться, но вышло жалко.
– Тогда что?
– Просто… Просто увидела его с другой и расстроилась… – я не стала отпираться и выдумывать. – А я думала, что он… Что мы…
Честное объяснение и причина моих слез звучали так незначительно, что я сама удивилась, когда произнесла это вслух.
– В общем, глупо, знаю… – совсем жалко произнесла я, глядя в пол.
– Да уж, глупый кролик… – с некоторым облегчением сказал Таор и положил тяжёлую руку на моё плечо. – Обычное дело. Знаешь, чем наш брат порой думает?
Кивнула, хлюпнув носом.
– А ты думай, чем полагается, – он потрепал меня по волосам. – Идём.
Мы вместе вышли из трактира.
– В принципе, ему всегда можно вырвать какую-либо ненужную часть. Хочешь займусь? Я не буду терзаться по этому поводу, – Таор подсадил меня на лошадь. – Мне слов не надо, просто кивни.
Я благодарно посмотрела на него и опять отрицательно помотала головой. Как ни странно, кивать совершенно не хотелось. Я представляла, насколько может быть опасен Ариас. А смотреть, как они убивают друг друга, мне совершенно не улыбалось. Ещё не хватало новой потасовки…
– Нет, нет. Не вздумай, – добавила, чтобы меня поняли однозначно.
– Все мои части крайне нужные и готовы к любым встречам, – весело сообщил Ариас, успевая материализоваться сзади. – Кстати, Волк. Искренне тебя уважаю, однако очень прошу не трогать моё. Я не буду два раза предупреждать.
Под внешней мягкостью его слов пряталась твердая сталь. Ариас не шутил.
Таор молча кивнул и отошёл к своей лошади. Я с тоской проводила его взглядом, понимая, что Волки ко мне уже не подойдут: великородные свято соблюдают все эти глупые метки. Я слышала, что пока они чувствуют чужой запах, не имеет право прикасаться к женщине. Это сродни воровству, грабежу, оскорблению…
Ариас будет охранять свою собственность из принципа, даже если она ему не нужна.
В глазах опять защипало.
«Метка». Какое всё-таки отвратительное слово…
– Лисичка, – непринужденно прозвучал голос Ариаса. – Помнишь мои уроки? Поводья, ноги, наклон. Пускай лошадь вперёд, я посмотрю.
«Ты преподал мне много уроков…»
Не глядя на него, ударила пятками по упругим бокам. Всхрапнув, лошадь послушно двинула вперёд.
– Славно, – одобрил Змей, махом взлетая на черного нервного коня. – Веди твердой рукой. Не бойся, я пригляжу сзади.
От обычного легкого тона у меня засаднило в груди. Ариас вел себя как обычно, будто ничего не было.
«Может это я чего-то не понимаю?»
Время потянулось нестерпимо медленно, почти как в тот первый день, когда Дрей посадил меня на волка и я изнывала от боли и неудобства. Только сейчас все было хуже.
Я опять чувствовала боль и страх, и они были в разы сильнее тех чувств. Мне казалось, что я вижу дурной сон. Такое ощущение приходило ко мне уже много раз – точнее, почти каждый день, когда я просыпалась в своей каморке у Быка и мечтала о том, чтобы проснуться дома.
«Я вижу сон, скоро проснусь дома», – говорила я себе и шла подавать морс гостям таверны.
Сейчас, безнадежно мечтая о том, чтобы проснуться, я пыталась усмирить боль, страх и панику.
Как тогда в пещере, я начала считать:
«Раз, два, три, четыре…»
На какое число станет легче? Кольцо, сдавившее грудь, должно же разжаться рано или поздно? Должно?
«Тысяча двадцать пять, тысяча двадцать шесть…»
Ариас ехал за мной, и от взгляда иглой кололо у основания шеи. Стараясь держать спину прямо, я не опускала голову. Теперь я знала, что не должна показывать слабость. Хотя бы не всю…
«Десять тысяч один, десять тысяч два… На какое-то число станет легче, обязательно».
Я понимала, что должна просто признать новое положение вещей. Надо принять, что нам иногда встречаются и мерзавцы. Следует простить себя за ошибку, напрасную надежду, подсчитать потери, проанализировать случившееся и идти дальше.
Но это как-нибудь позже, а пока приходилось терпеть ноющую боль, которая не интересовалась тихими словами разума. Где же Крис с его магическими искрами? Я бы не отказалась, чтобы он заговорил мне сердце. Хотя бы немного.
Больно.
И опять страшно.
Я снова спряталась где-то внутри себя. Залезла там под одеяло и сквозь щёлочку наблюдала за происходящим.
Не надо было…
Не надо было просыпаться этим утром. Ночью было так хорошо… Почему день настолько жесток?
***
Ужасное утро превратилось в отвратительный день со скоростью самой медленной улитки. Но, полдень всё-таки пришёл, и вместе с ним наступило время привала. Нам предстояло напоить лошадей, отдохнуть, размяться, перекусить, переждать жару.
Мы остановились недалеко от дороги, там, где, огибая пышные деревья, бежал неглубокий весёлый ручей.
Я поспешно начала слезать с рыжей лошади опасаясь, что мне начнут помогать, а точнее – боясь, что подойдёт Ариас. Я не была уверена в том, как именно перенесу его прикосновения. Слезть не успела. Знакомые руки подхватили меня за пояс, насильно оторвали от седла, за которое я держалась, и аккуратно поставили на землю.
– Не глупи, лисичка, – отчётливо произнёс над ухом мелодичный голос Ариаса. – Упасть и подвернуть ногу – плохая затея. Как переносишь дорогу?
Какой заботливый мерзавец…
– Волнуешься о своей собственности? – саркастично спросила, ожидая, когда меня отпустят. Он не спешил убирать руку.
– Разумеется, моя милашка, ты мне дорога, – нежно ответил Змей. – Очень за тебя переживаю. Разве ты не знаешь, что бесценна?
Его забота невыносима. И кажется, у меня аллергия на слово «милашка».
– Меня зовут не милашка. И я не твоя.
– А твой запах и моя память говорят об обратном, моя немилашка, – немедленно ответил Ариас и нагло прижался носом к моим волосам, явно вдыхая запах.
Стиснув зубы, промолчала. Он все ещё держал меня. Я подождала немного, нервы были на пределе.
«Почему все ещё держит?»
– И? – не выдержала я и дернулась.
– И? – передразнил он и удержал.
– Ты меня выпустишь? Я хочу отойти, – голос предательски дрогнул. К глазам опять подступили слёзы. Я не хотела, чтобы он видел их.
– Обязательно. Как только ответишь на вопрос.
– Какой вопрос?!
– Как переносишь дорогу?
Я почувствовала, что схожу с ума. Да какая ему разница? Какая. Разница. Теперь?!
От подступивших чувств скрутились в узел все органы в груди. Мне стало трудно дышать.
– С тобой гораздо хуже, – с трудом ответила. – Пожалуйста, отпусти.
– Печально, печально, – с насмешливой грустинкой ответил мне Змей, немедленно убирая руку. – Уверен, вторая половина пути пройдет лучше.
Я отшатнулась, так и не посмотрев на него, и почти бегом удрала в кусты.
«Что же ему нужно от меня?! Может просто развлекается с испуганным кроликом? Ему нравится пугать…»
Сходя с ума от кипящих в голове мыслей и одновременно шарахаясь от Ариаса, как от чумы, я увязалась за Дреем, который наполнял свежей водой свой бурдюк.
– Дрей… Как ты себя чувствуешь?
Я ощущала вину, что со своими печалями совсем забыла про него. С учетом того, что Дрей проявлял ко мне знаки внимания, разговаривать с ним казалось несколько неловким. Но я не могла не узнать о его состоянии, чувствовала свою ответственность.
Окинув меня традиционным совершенно нечитаемым взглядом, Дрей молча пожал плечами, придерживая горлышко сосуда под водой прохладного ручья.
Скрывая неловкость, села рядом, умывая лицо и руки. Вода освежала голову, стало немного полегче. Мимо на полном ходу носились зелёные стрекозы. Дрей продолжал молчать. Мысленно сетуя на мужскую немногословность, поняла, что придётся выпытывать.
– Давай так, что ты чувствуешь? Что-то изменилось?
Дернул щекой.
– Дрей, я правда беспокоюсь! Скажи мне хоть что-нибудь. Пожалуйста…
Он бросил на меня серый взгляд и нехотя заговорил.
– Не знаю я, Лиса. Живой, как видишь. Пока чувствую слабость. Но магии…
Он щелкнул пальцами и сделал круг рукой.
– Да, ничего. Магии нет. Это уже неплохо.
– А волчьи… особенности есть?
Опять пожал плечами.
– Не уверен? Нет? – я не успокаивалась, вглядываясь в него, силясь прочитать хоть что-то на невозмутимом лице.
Дрей молчал, не выдав себя ни одним движением, ни один мускул не дрогнул. Я поняла, что информации не добиться.
– Если сердишься, извини. Просто волнуюсь за тебя… – огорченно отступила, неловко залезая ботинком в воду.
Закрыв бурдюк, Волк выпрямился, тяжело вздохнул и уже свирепо посмотрел мне в глаза.
– Женщина… – с рыком сказал он, вложив в слово максимальное количество истинно мужского недоуменного раздражения. – Я не понимаю, почему ты решила, что я должен на тебя сердиться. Ты сделала то, что я попросил. Я – благодарен. Сказал правду: магии нет, чувствую слабость. Всё. Я могу сердиться на кого угодно, на что угодно, но я не сержусь на тебя.
Беспомощно глядя в хмурые серые глаза, я в очередной раз осознала, что женское восприятие мира может быть крайне далеко от реальности.
«Глупая ты, Алиса. Волков твоя внутренняя Санта-Барбара не интересует».
Выдохнула, ткнула носком ботинка камешек.
– Я тут подумала: может волка надо как-то пробудить? – робко заговорила. – Иногда ведь нужно внешнее воздействие. Что может проявить волка? Запах? Добыча? Охота? Битва? Инициация? Хоть что-то, чтобы подтолкнуть.
Мне казалось, что идея простая, поверхностная, что он сейчас усмехнется, но Дрей неожиданно замедлился, замер. Задумался.
– Х-м-м… Не подумал об этом. Может ты права, – он сделал пару широких шагов, явно соображая. – Хорошая идея. Я знаю, что можно попробовать.
Резко повернулся на меня и посмотрел исподлобья.
– Ты сама как, Лиса?
Я поняла, о чем он спрашивает.
– Думаю, что очень глупая, – честно ответила. – Но все нормально, я справлюсь. Правда, – Дрей в ответ кивнул, и я поспешно добавила, стараясь слезть с неприятной темы. – Ты, главное, почувствуй хоть что-то волчье, Дрей. Я добавлю тебе Силы.
Он кивнул еще раз.
– Я не хотел… этого для тебя. Змеи хитры… С ними худо дело иметь… А гаденыш хуже всех… У великородных с людьми один путь… Так и знал… – Волк недовольно вздохнул, явно с трудом выдавливая из себя слова, и отдал мне бурдюк. – Забери, я отлучусь. Когда вернусь, попробуем.
Резкой пружинистой походкой он пошел в сторону леса, а я осталась у ручья, трогая пальцем холодные камни. Я уже решила – когда вернусь домой, не буду укладывать в аквариум камешки, называть их и выпускать над ними рыбку Лису. Нет уж. Такое захочешь – не забудешь.
Я ещё раз умыла лицо, мысленно перебирая сказанное и сделанное. Временно или нет, боль немного отступила и в голове прояснилось.
Ариас прав: в вечной любви мне никто не клялся. Он предложил мне провести вместе один день и сдержал слово – я получила почти целый день и одну ночь. Время, проведенное вместе, было обоюдно приятным, как и планировалось. Он несколько раз предлагал мне остановить себя, а согласие я дала сама. Контракт Змей решил не продлевать. Все казалось вполне логичным, кроме одного… Почему? Ариасу ведь понравилось. Он мог добыть ещё хотя бы полдня «обоюдно приятного», почему решил прекратить все так резко? Он же сам не хотел идти в столицу с тяжёлыми мыслями и на расстоянии. Врал? Но расставание неизбежно, не логичнее ли было спокойно расстаться сегодня в столице? Зачем, с чего такой финт на сто восемьдесят градусов с раннего утра?
«Нестыковка?!»
Мысли в голове заскакали галопом, а сердце опять забилось.
«Стоп, стоп, стоп! Давай-ка без надежд, Алиса!»
Стараясь не терять мысль, я перебрала факты, пытаясь рассуждать без эмоций.
Так нестыковка или обычная перемена решения при встрече свежей девушки в конюшне? Есть, конечно, вероятность, что, добившись своего, он подумал тем, о чем говорил Таор, но… Но это же Змей! Он демонстрировал мне свой ход мыслей. Ариас планирует, всегда планирует. И ещё… его поступок слишком резкий, вообще все слишком резко. Разве он так делает? Ариас предупредителен. Нет, это не похоже на него. Совсем, абсолютно, категорически не похоже!
Тихо трогая холодные камни в ручье, я застыла, глядя на водяные струи.
Все идёт вразрез с тем, что он говорил. Говорил, что увлекся, что ему «нравилось говорить с пугливой милашкой», что «если хотел использовать, то, что он здесь делает» и так далее. Да, если Змей врал – все сходится, а врать он мог. Да, своими теоретическими рассуждениями я легко могу обмануть сама себя.
Наблюдай за поступками и поймёшь, какое из слов истинно…
За каким же из твоих поступков мне наблюдать, Ариас? По какой причине ты поступил именно так?
Зная Змея, я понимала, что есть план. Но какой план на этот раз? В какую сторону он работает относительно меня? Не уверена…
Думай, как Змей, Алиса…
…
«Если рассуждать по-змеиному, сто процентов – с этим утренним объяснением что-то не так».
Глава 6
Мы ждали Дрея.
Ариас забрался на дерево так высоко, что его едва можно было разглядеть и, кажется, дремал. Я спряталась в теньке того же дерева рядом с Таором. Дрей ушел уже давно.
– Где заблудился этот бешеный? – Волк недовольно щурил янтарные глаза. Ему не нравилось ожидание.
– Дай ему время… – я старательно успокаивала Таора, заставляя себя дожевать пирог. Нельзя было забывать про еду. Надо было поддерживать себя.
Я уже объяснила, куда и зачем ушел Дрей, но Таор все равно хмурился и явно подумывал о том, что нужно немедленно найти и приволочь неугомонного соплеменника за шкирку. Я хотела, чтобы он дал Дрею время, и не хотела, чтобы он оставлял меня наедине с Ариасом.
– Лучше… лучше поучи меня, пока нечем заняться. Поучи защищаться, – я старалась отвлечь его от мыслей уйти за Дреем. Да и потянуть время заодно.
Таор молча поднял черные брови.
– Допустим, я столкнулась с мужчиной, и он схватил меня за плечи, за руки, за пояс, – я вспомнила утренний эпизод. – Что мне можно сделать?
Волк смерил меня скептически оценивающим взглядом. Ариас сверху внезапно хохотнул. Я не подняла на него головы, продолжая смотреть на Таора.
Явно призадумавшись, Таор ещё раз осмотрел меня с ног до головы, затем взял двумя пальцами мое запястье, оглядел руку и поморщился. Поднялся. Я с готовностью встала перед ним.
– Ну-ка, ударь меня в ладонь, – скомандовал Таор. – Изо всех сил.
Он выставил мне открытую ладонь. Сжав кулак, я, не стесняясь, со всей силы размахнулась и впечатала в нее свой кулак, вложив в удар всю свою ярость, боль и гнев.
Амортизировав удар ладонью, Таор моргнул. Я гордо подняла подбородок, хотя костяшки руки заныли.
– Всё? – разочарованно спросил Волк. – Это вся сила?
От такого вопроса мой подбородок обиженно опустился.
– Вся, – уныло признала.
– Что тебя удивляет? Одна кроличья сила, – смешливо прокомментировал Ариас, тут же спрыгивая с дерева к нам. Я не посмотрела в его сторону.
– Ладно. Вот сюда надо ударить, кулаком, – Таор показал на свой нос. – Сожми пальцы и бей.
Я испуганно попятилась.
– В смысле? – спросила, отступая. – Прямо в нос?
– Прямо в нос, – Таор даже наклонился, подставляя мне лицо. – Если схватят, надо уметь бить по слабому месту.
Я с ужасом посмотрела на нос. Как можно бить по носу живого человека? Тьфу, не человека, но все равно.
– Не буду! – категорично отказалась. – Давай в другое место!
– У противника того же просить будешь? – фыркнул Таор. Выпрямившись, он озадаченно почесал затылок. Ариас открыто улыбнулся.
– Представляешь, как она может защититься? – хмуро спросил Таор у него.
– Лисичка? Физически? Никак, – Змей говорил однозначно. – Лучшее, что ты можешь сделать, милашка —позвать на помощь, попытаться заговорить, обмануть. Всё.
Игнорируя Ариаса, я смотрела на Таора. Он медленно обошел вокруг меня. Затем озадаченно пожал широкими плечами.
– Да, с нами ты ничего не можешь сделать, Лиса, – заключил он. – Я не могу представить, как ты можешь меня остановить. Ну, допустим, поставишь синяк, поцарапаешь, укусишь… при удачном стечении обстоятельств. И что?
– В смысле «ничего»? – возмутилась я и подсказала непонятливому Волку. – А в пах, например, ударить, в горло? В глаза? Как освободиться от захвата? Есть же приемы?
У нас весь интернет завален правилами самообороны, а эти дремучие великородные смотрят на меня с круглыми глазами и говорят, что ничего нельзя сделать?
Может они специально не хотят показывать приемы против себя? Я подозрительно прищурилась.
– В пах… – Таор усмехнулся. – Ну, давай. Попробуй, ударь.
Я смущённо посмотрела на пах. Мужчины, не сговариваясь, весело оскалились.
– А если попаду? – заколебалась. – Тебе будет больно.
«А мне – неловко».
– Я готов попробовать попасть, – невинно сообщил Змей.
Таор показал ему неприличный жест, который выглядел здесь как знак v, двумя пальцами. Вкратце, это означало: «Пошел ты».
– Бей, Лиса, не бойся. Я уверен, – Волк широко улыбнулся и даже расставил ноги.
«Ну, раз уверен…», – прикусив губу, я выбросила ногу, как футболист, бьющий по летящему мячу. Таор мгновенно развернулся боком. Моя нога рассекла только воздух.
– Ещё раз, – Таор опять встал в позицию «ноги на ширине плеч».
Уже подозревая, что надежды нет, я старательно ударила второй раз. На этот раз Волк поднял и развернул бедро, так что на этот раз я попала, но по его бедру. И моей ноге стало больно.
– Ай!
Я поморщилась, ощупывая большой палец на стопе. Гиблая была затея… Таор только покачал головой.
– Ты практически ничего не можешь противопоставить стандартному здоровому мужчине. А против великородного твои шансы нулевые. Ну, может, если он будет серьезно ранен, почти убит… Тебе все равно будет лучше убежать. Или поступить так, как сказал Змей. Да как ты продержалась в трактире среди тамошнего сброда? Пряталась?
Он опять недоуменно разглядывал меня.