Моя сказочная ошибка

Глава 4. Экскурсия с препятствиями и драконья этика

Катерина Волкова

Очередное утро после моего эпичного попадания в этот мир началось не с кофе. А с того, что меня пытались утопить в ванне с лепестками роз три служанки, которые щебетали на непонятной смеси французского и птичьего. По их заостренным ушкам и утонченным личикам я причислила их к эльфийкам. Когда я наконец-то отбилась от них и натянула штаны, которые пришлось выбивать с боем, так как местная мода признавала только юбки в пол, я решила, что мне крайне необходим свежий воздух. И ответы. Последнее в приоритете.

Валиан пришел за мной сам.

Он стоял в дверях моей золотой клетки, опираясь плечом о косяк, скрестив руки на груди. В дневном свете он выглядел еще более внушительно и опасно. Черный камзол сидел как влитой, подчеркивая размах плеч, а в янтарных глазах плясали насмешливые бесята.

— Выжила? — спросил он вместо приветствия. — Я ставил три к одному, что ты утонешь в пене.

— Мечтай, генерал, — огрызнулась я, зашнуровывая ботинки. — Я из России. Нас пеной не напугаешь, у нас и не такое в воду подмешивают. Куда мы идем?

— На прогулку. Его Величество приказал показать тебе владения, чтобы ты прониклась величием и поняла, как тебе повезло стать частью… всего этого.

Он обвел рукой коридор.

— Повезло стать частью декораций к фильму ужасов? — Я вышла из комнаты, демонстративно игнорируя предложенную им руку. — Веди, Сусанин. Показывай свое величие.

Мы шли по бесконечным галереям замка Драконьего Предела. И, должна признать, это было впечатляюще. Высоченные своды, витражи, через которые лился разноцветный свет, гобелены, изображающие битвы с какими-то тварями.

Но больше всего меня впечатляло отношение местных.

Слуги вжимались в стены, издалека завидев нас. Стражники вытягивались в струнку так, что, казалось, лопнут от напряжения. Валиан же шел сквозь этот строй как ледокол, не поворачивая головы.

— Тебя здесь любят, — ехидно заметила я, когда очередной паж уронил поднос при виде генерала. — У тебя есть фан-клуб?

— Меня боятся, — поправил он спокойно. — Это надежнее. Любовь — валюта нестабильная. Сегодня любят, завтра подсыпают яд в вино. А страх постоянен.

— Пессимистично.

— Реалистично.

Мы вышли на крепостную стену и соленый ветер тут же ударил в лицо. Отсюда открывался вид на город внизу и море вдалеке.

— Красиво, — вырвалось у меня.

Город был похож на муравейник, высеченный из скалы. Узкие улочки, черепичные крыши, дым из труб. А дальше — поля, леса и горы с белыми шапками.

— Это Драконий Предел, — в голосе Валиана прозвучало что-то новое. Гордость? — Последний оплот магии на континенте. Мы держим оборону против Пустоши уже триста лет.

— А от кого обороняетесь?

— От чудовищ и немного от соседей.

Генерал подошел к краю зубчатой стены и посмотрел вниз.

— Не кружится голова, Волкова?

— Я живу на семнадцатом этаже. Для меня это так, цоколь.

Он хмыкнул.

— Дерзкая. Мне нравится. Обычно невесты Элариона на этой высоте начинают визжать и падать в обморок и их приходится ловить.

— Часто ловишь? — прищурилась я, немного ревнуя. — Много их было?

Валиан повернулся ко мне. Ветер трепал его темные волосы. На секунду маска сарказма спала, и я увидела в его глазах печаль.

— Достаточно, Катя. За десять лет службы я видел уже несколько…

Он вдруг шагнул ко мне. Чересчур близко и нарушая всевозможные правила приличия.

— Зачем ты здесь? — спросил он тихо. — Ты не похожа на них, не мечтаешь о власти и богатстве. Не боишься короля и дерзишь ему, споришь со мной. У тебя в глазах нет покорности.

— А должна быть?

— Для твоего же блага — да. Эларион ломает непокорных.

— Я не вещь, чтобы меня ломать, Валиан. Я человек. И я найду способ вернуться домой.

Он усмехнулся, но как-то грустно.

Вдруг внизу раздался рев. Громкий, вибрирующий, от которого задрожали камни под ногами.

— Что это?! — Я рефлекторно схватилась за его кисть.

— Это причина, по которой мы держимся. — Валиан не отдернул руку. Наоборот, накрыл мои пальцы своей горячей ладонью. — Хочешь познакомиться?

Заинтересовавшись, я кивнула, и мы спустились во внутренний двор, к огромным загонам, огороженным магическими барьерами.

Там был он. Дракон.

Не картинка из книжки, не спецэффект в кино, а настоящий. Гора мышц и чешуи обсидианового цвета. Он лежал, греясь на солнце, но, когда мы подошли, открыл один глаз. Вертикальный янтарный зрачок сфокусировался на мне.

Я перестала дышать. Хотя я же видела ящера и даже на нем каталась, логично, что и драконы здесь имеются.

— Это Аракс! — Валиан представил его так, словно знакомил меня с любимой собакой. — Мой боевой партнер. Аракс, это Катя, и она не еда.

Дракон фыркнул, выпустив облачко дыма.

«Мелкая. Костлявая».

Вдруг прозвучал недовольный голос у меня в голове. От неожиданности я подпрыгнула.

— Твою дивизию! Он говорит?!

Валиан рассмеялся. Впервые я видела, как генерал не ухмыляется, а именно искренне смеется. Морщинки разбежались от уголков глаз, серьезность исчезла и лицо стало моложе лет на десять.

— Аракс телепат. Но обычно он говорит только со мной. Похоже, ты ему понравилась, раз решил почтить тебя беседой.

— Понравилась?! Он назвал меня костлявой!

— Для драконов это комплимент. Значит, жилистая, трудно жевать. Выживаемость выше.

— Спасибо, утешил так утешил.

Валиан подошел к дракону вплотную и почесал его за ухом, там, где шипы переходили в мягкую кожу шеи. Гигантский ящер зажмурился и заурчал, как трактор.

Это зрелище, как суровый цепной пес и смертоносное чудовище нежатся на солнышке, заставило меня по-другому взглянуть на генерала.

— Можно… потрогать? — спросила я шепотом.

Валиан посмотрел на меня с интересом.

— Не боишься руку потерять?

— Боюсь. Но любопытство сильнее.

— Тогда иди сюда.

Он взял мою ладонь и положил ее на морду дракона.

Чешуя была теплой и гладкой, как нагретый камень. Под ней пульсировала жизнь. Аракс открыл глаз и посмотрел на меня уже без презрения. Скорее с любопытством.

«Теплая. Пахнет странно. Не страхом, — прокомментировал дракон. — Яблоками».

— Он говорит, ты пахнешь яблоками, — перевел Валиан, хотя я и так это слышала.

— Это шампунь, — пробормотала я, не в силах оторвать руку.

Валиан стоял рядом, и его плечо касалось моего.

— Ты удивительная, Волкова. Большинство людей при виде Аракса убегают в ужасе прочь, а ты лезешь гладить. У тебя напрочь отсутствует инстинкт самосохранения.

— Я училась в Москве, и он атрофировался. Там каждый день — битва с бабулями за место в вагоне метро. Виверны отдыхают, поверь.

Валиан вдруг стал серьезным.

— Катя. — Он развернул меня к себе. — Слушай меня внимательно. Эларион бывает очень… мил. Обаятелен. Он предложит тебе все: власть, драгоценности, вечную молодость.

— И в чем подвох?

— Подвох в цене: она может быть слишком высокой для тебя.

Я хотела расспросить подробнее, но генерал опять замкнулся в себе. Его лицо стало непроницаемым, как каменная маска. Он отошел к седельной сумке, проверяя крепления.

— Залезай, — бросил он коротко.

— Куда? — Я недоверчиво посмотрела на хребет Аракса, который возвышался надо мной метра на полтора. Лестницы не наблюдалось.

— На дракона, Волкова. Или ты думала, мы пойдем пешком? До Северных ворот три часа ходьбы, а на крыльях доберемся за десять минут.

— А лифта нет? — с надеждой спросила я.

Валиан вздохнул и, подойдя ко мне, подхватил за талию и легко закинул в седло. Хоть я и ощущала себя мешком с картошкой.

— Эй! Поаккуратнее! — возмутилась я, цепляясь за выступ седла.

— Держись крепче, — запрыгнул следом сам Валиан, только усаживаясь позади меня. Теперь я сидела в кольце его рук, прижатая к нему спиной. От него исходил жар, и это было совсем не успокаивающе. — Аракс любит резкий старт.

Дракон под нами напрягся. Мышцы под чешуей перекатились стальными буграми.

— В небо! — скомандовал Валиан. Или подумал это так громко, что я услышала.

Расправив огромные кожистые крылья, Аракс присел и мощным толчком оттолкнулся от земли.

Мир провалился вниз, а мой желудок остался где-то на брусчатке внутреннего двора. Ветер ударил в лицо, выбивая воздух из легких. Мы взмыли вертикально вверх, разрезая облака.

Я зажмурилась и вцепилась в руки Валиана так, что, наверное, оставила синяки на коже даже через мундир.

— Открой глаза, — прорычал он мне на ухо, перекрикивая свист ветра. — Смотри, Волкова. Это мой мир!

Я приоткрыла один глаз и громко ахнула от восторга.

Мы парили над замком. С высоты он казался игрушечным, вырезанным из черного обсидиана. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались горы с белыми шапками, зеленые долины, изрезанные серебряными нитями рек, и густые леса, похожие на мох.

Это было невероятно. Страшно, величественно и до боли красиво.

— Нравится? — спросил Валиан. Теперь, когда ветер свистел в ушах, ему приходилось наклоняться ко мне, и его щека касалась моего виска.

— Очень! — оборачиваясь к нему, прокричала я. — Это лучше, чем вид из Москва-Сити!

— Не знаю, что такое Москва-Сити, но сочту за комплимент нашему зодчему.

Аракс сделал вираж, закладывая крутой поворот. Меня прижало к Валиану центробежной силой. Я почувствовала, как спокойно бьется его сердце. Он совсем не боялся полета, видимо, для него это было так же естественно, как дышать.

— Валиан! — крикнула я. — А дракон не уронит нас?

— Аракс? Никогда. Он скорее умрет сам, чем потеряет всадника. Мы связаны. Я чувствую то, что чувствует он.

— И что он чувствует сейчас?

Валиан помолчал.

— Голод. Он хочет сожрать вон ту стаю горных козлов на склоне. И… любопытство. Ему интересно, почему ты такая теплая. И почему твое сердце колотится, как у кролика.

— Потому что я боюсь высоты!

— Врешь, — усмехнулся он. — Ты боишься не высоты, а падения. Это разные вещи. Высота — это легкость и свобода, а падение всегда ошибка. Небо ошибок не прощает.

Мы пролетели сквозь низкое облако. Оно было влажным и холодным, как туман. Капли росы осели на моих ресницах и на волосах.

— Знаешь, — сказала я, когда мы вынырнули обратно на солнце, — ты другой в небе.

— Какой другой?

— Живой. Там, внизу, ты как статуя. Этакий каменный генерал. А здесь… ты улыбаешься.

Он не ответил. Только направил Аракса ниже, к горам.

Мы пролетели над ущельем, где водопад срывался в бездну. Брызги создавали радугу. Аракс пролетел прямо сквозь нее. Я рассмеялась от восторга, забыв о страхе.

«Самка радуется, — пробурчал голос дракона у меня в голове. — Шумная. Но смешная. Оставим ее, Двуногий?»

— Заткнись, ящерица, — буркнул Валиан, но я почувствовала, как его плечи дрогнули в беззвучном смехе.

Мы начали снижение. Аракс плавно, кругами, опускался на широкую площадку Северных ворот.

Когда лапы дракона коснулись камня, я выдохнула, но ноги и руки дрожали. Снимая с седла, Валиан придержал меня, не давая упасть, и мы снова оказались лицом к лицу. В его глазах все еще отражалось небо.

— Спасибо, — тихо сказала я. — Это было волшебно.

— Это было просто патрулирование, — отмахнулся он, возвращая на свое лицо привычную маску. — Не привыкай. В следующий раз пойдешь пешком, чтобы не расслабляться.

Он развернулся и пошел к стражникам, отдавая приказы отрывистым, командным голосом.

А я стояла, гладила Аракса по теплому боку и думала: «Врешь ты все, генерал. Тебе тоже понравилось».

Дракон приоткрыл глаз и подмигнул мне вертикальным зрачком.

«Понравилось. Он даже забыл про козлов. Ты опасная женщина, Яблочная».

Я улыбнулась. Кажется, у меня появился первый союзник в этом замке. И пусть он весит больше двух тонн и дышит огнем, зато он честнее всех этих лордов. Да и две тонны в данном случае тоже преимущество.

После знакомства с драконом Валиан повел меня в королевский сад. Мне бы не хватило слов, чтобы описать его великолепие. Лабиринты из живой изгороди, фонтаны с кристально чистой водой, в которой плавали золотые рыбки размером с упитанного карпа.

Мы сели на скамейку под огромным вязом.

— Расскажи о своем мире, — попросил Валиан неожиданно. Он вытянул длинные ноги, и немного расслабился.

— О чем рассказывать? Магии нет. Драконов нет. Есть машины — это такие железные прямоугольные кареты на колесах, которые ездят сами. Еще есть интернет — такая мировая паутина знаний и котиков.

— Котиков?

— Да. Мне кажется, мы поклоняемся котам. Смотрим на них часами через светящиеся экраны. Вероника так вообще постоянно волонтерит и помогает приюту, я ездила с ней несколько раз.

Валиан хмыкнул.

— Звучит как секта. А мужчины? Тот, который тебя бросил… Кирилл. Он кто? Воин? Маг?

Я скривилась.

— Менеджер по продажам. Продает воздух. И еще он козел.

— Козел? В смысле, животное? Оборотень? — Валиан удивленно поднял бровь.

— В смысле, моральный урод. Он изменил мне прямо на нашей свадьбе, вернее, за полчаса до нее.

Наступила тишина. Только ветер шелестел листвой.

— И ты сбежала? — спросил Валиан. В этот раз в его голосе не было насмешки.

— Сбежала. Села в метро и… вот я здесь. В платье за три зарплаты и с разбитым сердцем.

Валиан посмотрел на свои руки.

— Измена — это всегда грязно. Я не понимаю этого. Если выбрал женщину, то будь с ней, а разлюбил — скажи честно и уйди. А врать… это удел трусов.

Я посмотрела на него. Сейчас он не казался мне жестоким генералом, а виделся надежным. Как скала.

— А у тебя? — спросила я. — Кто-то есть? Жена? Любовница? Дракониха?

Валиан усмехнулся.

— Я женат на армии. Моя любовница — война, а дети — новобранцы, которых надо учить, чтобы они не подохли в первом бою. Нет времени на романы, Волкова.

— Врешь, — немного подумав, сделала вывод я. — Ты просто боишься.

Он дернулся, как от удара.

— Чего?

— Привязаться. Ты боишься стать слабым.

Генерал резко встал. Маска безразличия вернулась на место.

— Нам пора. Тебе нужно учиться этикету. Мадам Тюрпен ждет, чтобы затянуть твою талию в корсет так, что глаза на лоб полезут.

— А без этого не обойтись? — скривилась я, спросив с надеждой.

— Пойдем, Ошибка. — Он протянул мне руку. — Представление должно продолжаться.

Я схватилась за ладонь.

— Пойдем, трусишка.

Генерал сжал мои пальцы чуть сильнее, чем нужно.

— Я запомню это, Катя. Никто еще не называл Валиана тар Рейна трусом и не оставался живым после этого.

— Ну, я планирую жить долго. И счастливо. С тобой или без тебя.

Мы шли обратно к замку. Солнце садилось, окрашивая стены башен в кровавый цвет. Впереди меня ожидала полная неизвестность, но мне уже не было так страшно.

Ведь рядом шел мужчина, который пах металлом и скрывал свои чувства за броней из сарказма. А таких мужчин, как знала любая русская женщина, мы любим вскрывать, как консервные банки.

Глава 5. Сапфиры, яблоки и драконья диета

Катерина Волкова

— Значит, вы хотите сказать, что я теперь не просто попаданка, а стратегически важный ресурс? — уточнила я, кружась перед зеркалом и расправляя подол нового платья.

Оно было великолепным: глубокий агатовый бархат, расшитый золотыми нитями, которые, казалось, светились сами по себе, перемигиваясь, как светлячки в летнюю ночь. Никаких корсетов, ломающих ребра, только магия, идеально подгоняющая ткань по фигуре. После того рваного свадебного кошмара, в котором свалилась в этот мир, я наконец-то чувствовала себя человеком. Ну, или принцессой из диснеевского мультика, случайно попавшей в режиссерскую версию сериала про троны и драконов.

Я провела ладонью по мягкой ткани. Совсем не похожая на колючий дешевый тюль моего свадебного платья из салона, которое теперь валялось где-то в углу как напоминание о моей прошлой, неудачной жизни. Желание возвращаться в унылый Питер таяло с каждым днем.

— Вы не ресурс, Катерина, — мягко поправил меня правитель. — Просто ваш дар будет помогать королевству.

Короля звали Эларион, и за прошедшие три дня я узнала о нем три вещи: во-первых, он почти бессмертен и очень хорошо сохранился для своих трехсот лет, во-вторых, он безупречно воспитан и пахнет чем-то дорогим и неуловимым вроде сандала, и в-третьих, он твердо намерен сделать меня своей женой.

И теперь он сидел в глубоком кресле в моих новых покоях Восточной башни и представлял собой само совершенство: серебряные волосы уложены волосок к волоску, манжеты белоснежные, улыбка такая теплая и понимающая, что хотелось замурлыкать и свернуться клубочком у его ног. Полная противоположность Кириллу. Тот вечно сутулился, забывал даты и считал, что подарком может быть скидочный купон на суши.

— Совет Старейшин полагает, что появление девы с Камнем Истинной Крови — знак свыше, исполнение пророчества, — продолжил Эларион, извлекая из кармана камзола небольшую бархатную коробочку. — Магия мира нестабильна, стихии бушуют, а наш союз успокоит их. И, признаюсь честно, это первый раз за столетие, когда я искренне рад политической необходимости. Вы очаровательны, Катя. В вас есть огонь, которого так не хватает нашему двору.

Слегка дрожащими пальцами я взяла футляр. На белой подушечке лежало кольцо — тонкое переплетение золотых лоз, удерживающее бриллиант размером с лесной орех. Он сиял так ярко, что мне пришлось прищуриться.

— Я не тороплю вас, — быстро добавил Эларион, заметив мою растерянность и, вероятно, жадность в глазах, ведь бриллиант был просто неприличный. — Вы только что пережили предательство, вам разбили сердце. И я хочу ухаживать за вами. Показать, что не все мужчины… такие, как ваш бывший жених. Чтобы вы почувствовали себя королевой не по титулу, а по ощущениям.

Его слова пролились бальзамом на открытую рану в моей душе. Мое уязвленное самолюбие, растоптанное изменой жениха, жадно впитывало эти слова, как сухая земля воду. Меня ценят, мной восхищаются, и я нужна.

Я почти сказала: «Да» — или что там говорят в таких случаях? «Благодарю вас, Ваше Величество»?

Однако идиллию нарушил громкий, демонстративно хрустящий звук.

Хрум.

В углу комнаты, в тени портьеры, привалившись широким плечом к стене, стоял генерал Валиан тар Рейн. Он подбрасывал в руке зеленое яблоко, от которого только что откусил огромный, сочный кусок.

— Трогательно, — почти прочавкал он, ничуть не стесняясь присутствия монарха. После проглотил кусок и вытер рот тыльной стороной ладони в перчатке. — Просто слеза наворачивается. Мой лорд, вы забыли упомянуть, что брак с источником магии добавит вам лет триста жизни, разгладит морщины лучше любого зелья и увеличит резерв силы вдвое. Но, конечно, дело исключительно в ее очаровании.

Не повернув головы, Эларион снисходительно улыбнулся.

— Генерал, я думал, ты проверяешь периметр.

— Я проверяю личную безопасность ресурса, — лениво отлепился от стены Валиан и подошел ближе. — Вдруг она подавится от восторга? Или решит сбежать через окно, как со своей свадьбы? У нее, знаете ли, богатый опыт побегов.

Я почувствовала, как к щекам приливает кровь. Невыносимый генерал! Все три дня он ходил за мной тенью. Дежурил за дверью, когда я спала. Врывался без стука под предлогом проверки магического фона и пробовал мою еду, причем, что характерно, съедал он исключительно половину эклеров и лучшие куски мяса, мотивируя это проверкой на яды.

— Опыт побегов помогает выживать рядом с хамами, — парировала я, разворачиваясь и глядя прямо в его наглые янтарные глаза. — И я никуда не сбегу. Здесь меня кормят, одевают и, в отличие от вас, говорят приятные вещи.

Валиан хмыкнул, окидывая меня взглядом. И там не было восхищения, как у Элариона. Только колючий, оценивающий интерес. Словно он прикидывал, сколько я продержусь в бою или сколько стою на рынке рабов.

— Приятные вещи — это фасад, Волкова. Дешевая штукатурка на гнилой стене, — сказал он тихо. — А я твоя суровая реальность. И, кстати, желтый цвет тебе не идет. Делает тебя бледной, как моль, которая умирает от недостатка шуб в организме.

— Валиан! — одернул его король, но в голосе не звучало настоящей злости, только усталость, как у родителя, отчитывающего нерадивого подростка. — Ты забываешься. Леди Катерина с этого времени считается моей избранницей. Будь добр, прояви уважение. А то я забуду о нашей родственной связи и казню тебя.

Генерал шутливо отсалютовал огрызком яблока.

— Как прикажете, мой лорд и любимый троюродный дедушка. Мое уважение безгранично. Просто я переживаю, чтобы леди не ослепла от блеска вашего величия.

Эларион встал. Он был выше Валиана всего на пару сантиметров, но казалось, что занимает все пространство комнаты своей аурой власти.

— Валиан, это лишнее. А мы увидимся вечером, Катя. — Он взял мою руку и поцеловал пальцы. Губы у него были прохладными и сухими. — Как будете готовы, мы объявим о помолвке. А пока отдыхайте, генерал проводит вас в сад, если захотите подышать воздухом.

Он вышел, за ним тянулся шлейф дорогого парфюма. Дверь закрылась.

Мы остались одни. Я, генерал и огрызок яблока.

— Бледная, как моль? — переспросила я, скрестив руки на груди. — Серьезно? Это лучшее, что ты смог придумать?

Валиан швырнул огрызок в камин. Тот попал идеально, подняв сноп искр.

— Я сказал правду. Ты выглядишь как фарфоровая кукла. Красивая, хрупкая и пустая. Эларион любит таких, ведь они не мешают ему править и заглядывают в рот.

— Я не пустая! — возмутилась я. — У меня высшее образование и ипотека, которую я закрыла раньше срока! И я управляла отделом логистики из сорока человек!

— И как это поможет тебе здесь? — Он шагнул ко мне, нависая всем телом. — Как ипотека спасет от яда в бокале? Или как логистика поможет, когда враги придут за Камнем Крови? Ты в клетке, Волкова. Золотой, но клетке. А Эларион — паук, который плетет паутину из комплиментов.

— Ты просто ревнуешь, — не подумав, брякнула я.

Валиан замер. Его брови удивленно взлетели вверх.

— Ревную? — переспросил он вкрадчиво. — Тебя? И к кому? К трехсотлетнему старику, который питается жизненной силой девственниц?

Он рассмеялся. Низким, грудным смехом, от которого у меня внутри почему-то все сжалось.

— Не льсти себе, иномирянка. Меня раздражает твоя наивность. Ты смотришь на него как на спасителя, а на меня — как на тюремщика. Хотя все ровно наоборот.

— Тюремщик не ел бы мои пирожные! — заявила я. — Пойдем в сад. Король разрешил. Мне нужно проветриться: здесь воняет твоим снобизмом.

Прогулка по саду напоминала конвоирование особо опасного преступника. Я шла по гравийной дорожке, любуясь розами размером с капустный кочан, а Валиан тащился на шаг позади, гремя шпорами.

— Там, у нас, это называется сталкинг, — бросила я через плечо.

— Здесь это называется охраной королевского имущества, — отозвался он. — И не обольщайся, Волкова. Если на тебя нападет белка-убийца, я подумаю дважды, прежде чем доставать меч. Белки мне нравятся больше.

Я фыркнула и остановилась у фонтана, в центре которого каменная русалка лила воду из кувшина. Вода была настолько прозрачной, что я видела каждую монетку на дне.

— А белки-убийцы здесь правда есть? — спросила я с опаской, оглядываясь на пышные кроны деревьев.

— Есть, но они предпочитают орехи. Человечину любят гарпии, которые гнездятся на западных стенах, но иногда залетают и сюда, если кухня забудет их покормить.

— Прекрасное место, — пробормотала я, садясь на край фонтана и опуская руку в воду. — Драконы, виверны, гарпии. Прямо курорт «Все выключено».

Валиан сел рядом, но на почтительном расстоянии. Он снял перчатку и тоже зачерпнул воды, плеснув себе в лицо. Капли стекали по его подбородку, по шее, скрываясь за воротником мундира. Я поймала себя на том, что смотрю на это слишком пристально.