
Р. Баргос
Атониды: Объятия Тёмных Вод
Предисловие от автора
Настоящая книга предназначена исключительно для зрелой аудитории старше 18 лет и содержит сцены насилия, употребления наркотических веществ и другие элементы, которые могут вызывать дискомфорт или неприятие у некоторых читателей.
Автор категорически осуждает любые формы насилия, злоупотребление наркотиками и нарушение закона. Данный художественный текст не предназначен для пропаганды указанных явлений и носит исключительно художественно-образный характер. Любые упоминания наркотиков, насильственных действий или незаконных поступков служат исключительно целям художественного повествования и отражают специфику сюжета, действующих лиц и выдуманного мира, в котором происходят события.
Просьба воспринимать изложенное в тексте как художественное творчество, никак не призывающее повторять действия персонажей и поступать подобным образом в реальной жизни.
Часть I. Глава 1
Чьи-то руки ритмично надавливали мне на грудь, помогая лёгким избавиться от воды. Я перевернулась на бок, исторгая из себя всё, что можно. Каждая попытка вдохнуть отзывалась болью в рёбрах. То, что я ещё дышу, должно было приносить облегчение - это означало, что я жива.
Однако вместо этого моё тело, кровь и нервы охватил паралич. Мне стало трудно дышать, хотя вода больше не забивалась в нос.
Я лежала, распластавшись на чём-то зелёном и мягком. И этот свет... неужели солнце? Может, я потеряла сознание и очнулась спустя пару часов? Ведь я отчётливо помню: была ночь, когда...
Когда меня пытались убить.
Приподнявшись на руках, я охнула от того, как прострелило виски. Я крепко зажмурилась, отчаянно желая прогнать тошноту. Губы растрескались и жгли от соли, но меня заботило только одно: жив ли Габриэль?
Он остался один на один с теми, кто бросил моё тело в воду.
Стоп.Кто-то спас меня и вытащил на берег.
Я напрягла все мышцы, пытаясь встать.
Плечи затряслись, и я упала лицом вниз. Пальцы вцепились в траву.
Игнорируя стук сердца, я наконец заставила себя поднять голову.
Что я надеялась увидеть? Спасителя? Или того, кто собирается добить меня?
Когда мой взгляд встретился с голубыми глазами, внутри вспыхнула надежда. Но стоило зрению проясниться, как я перестала что-либо понимать.
Эти глаза принадлежали не Габриэлю.
Я понятия не имела, где находилась и кто этот человек. И какого чёрта сейчас светит солнце?
Он потянулся ко мне рукой, но я отшатнулась, часто моргая.
Мужчина в странной голубой шапкой наблюдал за мной. Его силуэт раскачивался, как на гребнях волны. Контуры тела раздваивались, затем сливались воедино.
— Спасибо, — сказала я.
Точнее, попыталась сказать. Даже столь крохотное движение горла обожгло.
Дрожь покинула моё тело. Я замерла и напрягла слух. Но сквозь пелену белого шума пробивались лишь смазанные, ворчащие звуки.
— Я не понимаю, — прохрипела я и замотала головой, о чём тут же пожалела. В мозг вонзилась сотня острых иголок.
Как я ни пыталась, разобрать речь незнакомца не удавалось. Затем я ощутила мягкое прикосновение: будто тёплая волна ударилась о моё тело. Всхлипнув, я отпрянула. Локти столкнулись с землёй.
Мужчина сидел неподвижно в шаге от меня.
— Эй? А так теперь слышишь? — его пальцы щёлкнули прямо перед моим лицом.
— Что? — моргнула я.
— Я говорю: ты меня слышишь?
— Да, — во рту пересохло.
Зрение прояснялось, но вместе с тем мне скрутило живот.
— Спасибо, что вытащил меня из воды...
Я запнулась. Пусть с трудом, но мозг начал соображать.
Солнце. День. Сейчас светило солнце, хотя только что была ночь.
— Никто не любит нарушителей, особенно чужаков, — мужчина поднялся на ноги и теперь грозно нависал надо мной. — Где остальные?
Я перевела взгляд на воду: волны лениво ударялись о берег, поросший густой травой. Раскинувшийся передо мной горизонт не был похож на Волху, нашу городскую реку.
Это было бескрайнее море.
Всё вокруг было мне незнакомо. Глаза расширились при мысли, что я потеряла память, но страх тут же отпустил. Это было исключено. Я помнила всё, вплоть до того момента, как оказалась в воде.
На ум начали приходить названия ближайших городов, и ни одно из них не подходило. Горло опалило, когда я сглотнула. Я догадывалась, что со мной происходит.
Я провела рукой по траве, поражаясь, насколько реалистична эта галлюцинация. Последний раз такую яркую зелень я видела в раннем детстве и уже забыла, каково это - проводить кончиками пальцев по гладкой, щекочущей текстуре.
— Ты что, головой ударилась? — голос незнакомца вторгся в мои мысли. — Где остальные, я спрашиваю?
— Я... — моё внимание попыталось сконцентрироваться на нём.
После того, как мне что-то подмешали, я едва была способна ясно мыслить.
— Прости, что ты сказал? Мне... — я прижала ладонь ко рту, удерживая содержимое желудка внутри.
Холод, никак не связанный с погодой, прошёлся снизу вверх по позвоночнику.
Мужчина со странным взглядом почесал щёку. Тёмно-синяя рубашка прилипла к его телу.
— Меня... кажется, меня пытались убить, — выпалила я, не подумав.
— Как, говоришь, тебя звать? — вокруг его глаз появились морщинки.
Назвать ли своё настоящее имя? Узнав его, он наверняка захочет нажиться на моей семье.
Зато это ускорит спасение.
— Теодора Сейнт, — представилась я.
Его губы недоверчиво поджались. Тяжело вздохнув, мужчина сказал, что я могу звать его Парксом, и протянул руку, помогая встать. Оказавшись на ногах, я ощутила, как дрожат колени и плывёт перед глазами.
С полной уверенностью могу сказать: если бы меня не пытались утопить - это был бы лучший кайф в моей жизни.
— Сколько ты хочешь? — спросила я заплетающимся языком.
— О чём ты? — недоумённо отозвался он.
— Назови сумму. Я заплачу, лишь бы ты доставил меня обратно в город.
Во время нашего плавания на яхте мы отдалились от Биррена. Было неясно, сколько займёт обратный путь. В любом случае, лучше поспешить.
— Ты не похожа на человека, у которого есть деньги, — он хмуро оглядел меня.
Несмотря на то, что меня покачивало, я сумела выпрямиться и с вызовом посмотреть ему в глаза.
— Идём, — добавил он и мотнул головой.
— Куда?
Плечи поникли. Я пошатнулась, но устояла.
— Ты ведь хотела обратно в город? — складка между его бровями, казалось, никогда не исчезала.
— Да.
— Значит, туда и попадёшь.
Паркс наблюдал за тем, как я вскинула руки ладонями вверх и выдохнула через рот, пытаясь поймать равновесие. Яркий свет заставлял щуриться. А тело отказывалось повиноваться.
— Я не могу идти, — пожаловалась я.
— Хочешь в город - не отставай, — хмыкнул Паркс.
Праведный гнев отразился на моём лице, но парень уже повернулся спиной, вынуждая идти следом. Я тяжело вздохнула - воздух царапнул лёгкие - и засеменила за ним.
— Далеко нам идти? Пусть кто-нибудь нас заберёт.
Я икнула, но тут же взяла себя в руки. Не хватало ещё, чтобы в газетах написали, как дочь Сейнтов выловили из воды пьяной, да ещё накачанной наркотиками.
— Чтобы тебя забрали, нужно дойти до поста.
— Ясно, — вздохнула я и козырьком приставила ладонь к глазам, заслоняясь от солнца.
Нетрезвые шаги постепенно обрели твёрдость. Оставив береговую поляну позади, мы углубились в лес. Паркс шёл на два шага впереди. Я выставила перед собой ладони и ощупывала воздух - на случай, если мой отравленный мозг замаскирует фонарный столб под нависшую ветку, в которую я непременно врежусь.
Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Несмотря на хмель в крови, сердце по-прежнему гулко стучало, напоминая о пережитом.
Нас подставили.Меня пытались убить, а Габриэль... Он жив. Я знаю.
Чем быстрее я приду в себя, опишу нападавших охранной гвардии и прослежу за их поимкой - тем лучше. То, что за меня не потребовали выкуп, лишь подтверждало: это были любители, а не профессионалы. Профессионалы знают, сколько можно выручить за кого-то вроде меня.
Мы шли по тропинке, хорошо знакомой моему спутнику. Под платьем и на лице выступил пот, а любой шорох в лесу отдавался в ушах хрустом ломаемых костей.
Босые ноги ступали по земле и палой листве. В кожу впивались мелкие камушки. Ноготь большого пальца пульсировал болью после удара о торчащий корень. К сожалению, когда меня бросили в воду, туфли в комплект с расправой не входили.
Дрожащая рука сама потянулась к ветке и сорвала листок. Зелёный, с одной стороны гладкий и глянцевый, с другой - матовый и шероховатый. Что я вообще трогаю? Надеюсь, это не выброшенный презерватив. Растерев лист в пальцах, я поднесла его к носу и осторожно вдохнула.
Кровь прилила к щекам. Я споткнулась, но не остановилась. Лист пах свежей, молодой зеленью. Я отбросила его и снова поднесла ладонь к носу: ничего не изменилось, на подушечках пальцев остался отчётливый травяной запах.
Волосы на руках встали дыбом, и в голову пришла безумная мысль. А что, если всё это настоящее, а не результат отравления?
Странная пустота разлилась в голове, и сердце на миг словно остановилось. Быстро присев, я сгребла в ладонь горсть земли с веточками и сухими листьями и поднесла к носу. Продолжая идти, я шумно вдохнула. Паркс обернулся и наградил меня странным взглядом. Но мне было не до него - и не до его необычной причёски. То, что я сперва приняла за шапку, оказалось его волосами. Насыщенно-голубыми волосами.
Земля пахла именно так, как я помнила. И оставила на руках вполне реальный грязный след.
Воздух тоже был другим - тяжелее, но несравнимо чище, чем в Биррене. Несмотря на солнце и тепло, одежда и волосы сохли мучительно медленно.
Мышцы и лёгкие снова стянуло напряжением, и я ускорила шаг.
— Прости, — окликнула я идущего впереди парня. — А где мы находимся?
— На прибрежном восточном посту, — ответил он, не оборачиваясь.
— Посту чего? Как называется это место? — слова царапали горло, как будто до этого я долго кричала.
— Не притворяйся, что не знаешь, — он обернулся через плечо, не сбавляя шага, и отчеканил: — Это земли э́нзов.
— Кто такие энзы? — я поймала его хмурый взгляд.
— Ты ещё спроси, кто такие ки́риды или дикра́мы. Про них ты, наверное, тоже не слыхала?
Сарказм я улавливала в любом состоянии.
— Вообще-то я понятия не имею, кто это, — я почесала липкую шею и нервно сглотнула, чувствуя, как кости делаются полыми, едва способными нести меня дальше. — Здесь всегда так жарко?
Паркс перестал отвечать.
— Я что-то сделала не так? Ты чем-то недоволен? — продолжала я. Нервное напряжение нарастало, и голос разума уже не справлялся с ним.
Даже его ответы ничего мне не объясняли, но с ними я хотя бы не чувствовала себя сумасшедшей.
— Конечно, недоволен.
Он резко остановился и повернулся ко мне лицом. Я чуть не налетела на него.
— Мне пришлось вылавливать тебя из воды, как раз в мой караул.
— Прости? — я вскинула брови.
Он оглядел меня с ног до головы. Раздражение угасло так же быстро, как вспыхнуло. Паркс поджал губы и мягко сказал:
— Идём. Мы почти на месте.
Я обхватила себя руками, сдерживая дрожь, и пошла дальше. Всё вокруг было слишком реальным. Паркс. Этот лес. Мои перепачканные ноги. Земля под ногтями...
Где я, чёрт возьми, оказалась?
Голова раскалывалась от страха. Наконец мы вышли к небольшому домику, вокруг которого расступался лес. Я собралась шагнуть за Парксом внутрь, но он остановился и неодобрительно оглядел меня. Босая. Спутанные волосы. Грязное, местами порванное кружевное платье, которое когда-то было белоснежным. Ах да, наверняка ещё и тушь размазана по всему лицу.
Он покачал головой:
— Ладно, заходи.
Обволакивающая зелень сменилась деревянными стенами. Укрывшись от солнца, я ощутила мгновенное облегчение.
В комнате сидел парень. Он читал книгу, закинув ноги на стол.
— Паркс? — он поднял карие, похожие на оленьи, глаза. — Ты почему... — он запнулся, увидев меня. — Кто-то из сбежавших молненосцев опять бегал по лесу?
Не оценив шутку, мой провожатый подошёл к кувшину с водой. У меня удивлённо расширились глаза: мои волосы и платье оставались влажными, а Паркс стоял совершенно сухой. Голубые пряди мягкими локонами завивались вокруг его лица.
Когда он успел высохнуть?
Осушив стакан, он ответил:
— Выловил её из воды. Назвалась Теодорой Сейнт. Не местная. Говорит, её пытались убить, — и, окинув меня критическим взглядом, добавил: — По-моему, у неё не все дома.
Мои брови взлетели вверх.
— Прошу прощения?
— Ей нужна помощь? — заговорил второй парень одновременно со мной.
Паркс облокотился о столешницу и скрестил руки на груди; на щеках заиграл румянец.
— Девчонка была совсем одна. Ни одного корабля поблизости. И ничьего присутствия я не уловил, — он достал из кармана нечто вроде компаса, взглянул на него, захлопнул и убрал обратно. — Неисправности быть не может. К тому же она уверяет, что на неё напали. Думаю, кто-то зло пошутил над блаженной...
— Я не сумасшедшая! — слабым голосом перебила я. — И мне действительно нужна помощь. Ты обещал доставить меня в город, — напомнила я.
— На тебя напали в воде? — спросил Паркс, не обращая внимания на мои слова.
— Да. Точнее, на судне.
— Как я и сказал, рядом никого не было. Только ты, — он многозначительно посмотрел на меня.
Я вздохнула и уставилась на него, лихорадочно соображая, что делать.
Но тело решило быстрее мозга: ноги подкосились, и я рухнула на пол, больно ударившись локтем и плечом. Распущенные волосы упали на лицо. Раздался деревянный скрип, и второй парень стремительно подскочил ко мне. Из меня вырвался жалобный стон, когда он принялся ощупывать моё лицо.
— Чёрт, Паркс! У неё жар, а губы сухие, как у мертвеца. Принеси воды!
У меня жар?
Меня легонько похлопали по щекам и поднесли к губам стакан. Именно то, что нужно: я жадно сделала несколько глотков. Как же это было вкусно.
— Спасибо... — едва слышно выдавила я.
— Как ты себя чувствуешь? — с неподдельной тревогой спросил кареглазый.
— Голова раскалывается. И тошнит.
Чистая правда.
— Встать можешь?
Я кивнула. Незнакомец помог мне подняться и усадил за стол.
— Тебя ведь зовут Теодора? — обратился он ко мне почти как к ребёнку, отчего я нахмурилась, но кивнула. — Я Ки́ро.
— Послушай, — начал Паркс, теряя терпение. — Я верю, что ты попала в беду. Дождись, пока тебя заберут отсюда.
Киро смотрел на меня со смесью любопытства и сочувствия. Плечи слишком узкие для мужчины, зато осанка идеальная, выверенная - в ней угадывалось хорошее воспитание. Рукава светло-зелёной замшевой рубашки были закатаны.
— Связаться с людьми архонта? — спросил он.
Оторвав от меня взгляд, он перехватил шнурком длинные каштановые волосы и собрал их в низкий хвост.
— Пусть пришлют кого-нибудь приятного, — мрачно проворчал Паркс.
— Выбор невелик, — парировал Киро и ухмыльнулся.
— Люди архонта? — я непонимающе переводила взгляд с одного на другого.
Происходящее всё больше походило на ловкий розыгрыш, смешанный с мощной галлюцинацией. Поначалу это казалось почти забавным. Теперь пугало до смерти. Я буквально ощущала, как душа вот-вот выскочит из тела.
— Это те, кто доставит тебя в город. Я ведь обещал, что ты туда попадёшь.
— А потом? — подыграла я.
— А потом они заглянут в твои воспоминания, чтобы понять, как тебе помочь, — Паркс провёл рукой по щеке с двухдневной щетиной. — Если ты помнишь своё имя и то, что на тебя напали, значит, с тобой что-тосделали. Чтец докопается до истины.
Я медленно кивнула.
Киро закрыл глаза. Медитировал он или попросту задремал, я так и не поняла. Паркс тем временем уселся напротив и нетерпеливо забарабанил пальцами по столу.
— Готово, — глаза Киро раскрылись. — Не уверен, что меня правильно поняли, но информацию скоро передадут архонту, и минут через десять-пятнадцать пришлют Шагающую.
Паркс раздражённо выдохнул. Мой взгляд задержался на его напряжённых плечах, и я отвела глаза. Я молчала и гадала, не угодила ли к двум преступникам. Оба выглядели и вели себя странно, хоть и делали вид, что пытаются помочь.
— Можно ещё воды? — я облизнула пересохшие губы.
Киро тут же поднялся, подал стакан и навис надо мной, наблюдая, как я медленными глотками осушаю его.
— Спасибо, — я снова облизнула губы, на этот раз нарочно, и крепче сжала стакан. — А перекусить что-нибудь найдётся?
Открытое лицо Киро засияло:
— Могу сделать сэндвич с вяленым мясом. Будешь?
Я осторожно кивнула, боясь спугнуть его радушие.
Покончив с едой, я почувствовала, как желудок недовольно заурчал, требуя добавки. Но сейчас не было ни времени, ни желания просить ещё.
— Могу я отойти в туалет?
Парни переглянулись. Пауза затянулась, прежде чем Киро бодро ответил:
— Без проблем, я провожу.
— Не стоит, — слишком поспешно сказала я. — Мне надо... в общем, побыть одной.
Киро лишь вскинул брови:
— Да... понял.
Я заглянула в глаза каждому:
— Найдётся что-нибудь вроде салфеток?
Мне всучили стопку белых салфеток, и я направилась к лесу, демонстративно прихрамывая. Скрывшись в кустах, я выждала пару секунд, бросила салфетки на землю и рванула со всех ног.
Адреналин вытеснил всю слабость из тела.
Глупее плана не придумаешь, но другого не было. Главное - убраться как можно дальше, пока я не угодила в передрягу, из которой не спасёт ни смерть, ни выкуп.
Я выскочила на тропинку и неслась вперёд, глядя под ноги и сверяя лес с тем, что запомнила по дороге сюда. Лёгкие обжигало. Ноги уже кровоточили. Я то и дело цеплялась за ветки и твердила про себя: «Давай, давай, давай! Быстрее. Только не упади...»
Я бежала без оглядки, а в голове роились десятки смутных подозрений.
Всё вокруг слилось в зелёную мешанину. Миг назад я бежала, царапая ступни о землю, а в следующее мгновение опора исчезла.
Сердце ухнуло вниз, в горле застрял крик. Я инстинктивно зажмурилась, отчаянно размахивая руками и ногами.
Я распахнула глаза и взглянула вниз. Вместо ужаса падения меня накрыло чем-то куда более глубоким и первобытным, и по разуму пошла трещина. Я просто болталась в воздухе в метре над землёй, словно жучок, пойманный невидимыми руками.
Из меня вышибло остатки воздуха, и измученные лёгкие отозвались новой болью. Как это возможно?
Должно быть, это сон.
Всё это - сон.
Спустя несколько секунд я рухнула на землю и вскрикнула. Удар о твёрдую поверхность был вполне реален.
Послышались приближающиеся голоса:
— Мог бы и поаккуратнее с ней.
— Она могла бы и не сбегать.
Паркс дёрнул меня за запястье, заставляя подняться. Я неловко одёрнула задравшееся платье.
— Хоть обделайся, но без присмотра ты теперь не останешься. Ясно?
Вместо ответа я тупо таращилась на него. Они ведь тоже видели, как я зависла в воздухе?
— Так и знал, что она попробует сбежать, — Паркс повернулся к Киро; локон вьющихся голубых волос упал ему на глаза. — Зачем так поступать тому, кому нечего скрывать? Пусть с этой шпионкой разбираются люди архонта и Верховного Правителя.
Эта новость ударила так, будто меня снова столкнули в воду. Слова осели внутри, сворачиваясь в тугой комок страха.
Киро лишь разочарованно покачал головой и промолчал.
— Никакая я не шпионка! — я попыталась вырвать руку, но хватка Паркса не ослабла. — Что вам от меня нужно? Деньги? Я могу заплатить!
— Лучше скажи, куда ты собиралась бежать. Тебя кто-то ждёт в лесу?
— Нет! Я... я... — я запнулась, не зная, что ответить, и почувствовала неприятное покалывание в носу и глазах.
— Иди спокойно, — он дёрнул меня за руку, заставляя следовать за ним.
Сглотнув, я уставилась вниз, на истерзанные побегом ноги, что пылали тупой, ноющей болью.
С каждым шагом на пути обратно головная боль становилась всё невыносимее. Неудавшийся побег отнял последние силы.
Похоже, был полдень: солнце висело высоко и нещадно палило. Ни облачка, которое спрятало бы от этого света. От рези в глазах и отчаяния я покорно позволяла Парксу вести меня за собой.
Киро, шедший позади, обогнал нас и быстро зашагал к домику. Я напряглась: единственный по-настоящему добрый ко мне человек уходил, оставляя меня наедине с Парксом.
— Наконец-то, — пробормотал Паркс, и я встревоженно вскинула на него взгляд.
Он смотрел куда-то вдаль, и у меня внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия. Я медленно проследила за его взглядом. У домика маячила золотая фигура, к которой уже спешил Киро, громко её приветствуя. Загнанная душа готова была провалиться сквозь землю.
Я закусила губу и старалась не дышать, сосредоточившись на одном: не отставать от Паркса и не споткнуться о собственные ноги.
— Не нашлось работы поважнее этой? — буркнул Паркс, когда мы подошли ближе.
Девушка проигнорировала и слова Паркса, и сам факт его существования. Она сияла, подобно солнцу. Я могла лишь на пару секунд прикрыть глаза, дать им отдых и снова открыть. Только так удавалось хоть немного отрешиться от ломоты во всём теле и слепящего света.
— Кто из вас, придурков, её нашёл?
Паркс отпустил меня и сложил руки на груди, без слов отвечая на вопрос.
— Всё ясно. Ты буквально притягиваешь проблемы, да, Паркси? — её густой голос обволакивал меня.
— Забирай её и проваливай. Я с вами не пойду.
— Ты мне и не нужен, — ласково отозвалась она, отбрасывая назад копну волос.
Незнакомка приблизилась. Шум в ушах нарастал, и я не сразу разобрала её вопрос:
— Ты понимаешь меня? Почему ты в таком виде?
Мой голос прозвучал тускло, но ровно:
— Я чуть не утонула, а потом пыталась сбежать и неудачно упала.
— Почему ты пыталась сбежать? — она не переставала меня изучать.
— Испугалась, — я слегка пожала плечами. Этот крошечный жест отнял уйму сил.
Глаза незнакомки подозрительно сузились, но рядом с ней меня охватило странное спокойствие. Оно подхватило и принялось укачивать на волнах блаженной тишины.
— Ясно, — коротко кивнула девушка.
Она подошла ближе и взяла мою безвольную ладонь в свою. Этот дружеский жест смутил меня, но в следующий миг тьма поглотила всё вокруг, размывая очертания зелёного мира. Я приняла это за обморок, но всё оказалось иначе. Тело сжалось до крошечной точки, растворилось в слоях пространства и времени, а затем снова собралось - таким, каким я его знала. Меня замутило.
Реальность начала обретать форму и цвет. Я всё ещё стояла на ногах рядом с незнакомкой, но уже совсем в другом месте.
Сквозь плотные бежевые занавески пробивались лучи и заливали тёплым жёлто-оранжевым светом комнату, похожую на уютную столовую.
Пространство снова закружилось, покрываясь тёмными искрящимися пятнами. На меня смотрели, что-то говорили. Чьи-то руки трясли за плечи, поднимали голову, пытались удержать.
Секунду спустя я окончательно провалилась во мрак.
Глава 2
То, что зовётся мной и моей личностью, снова собралось в единое целое в границах тела. Но возвращение к реальности вышло необычным.
Голову пронзила вспышка боли, отозвавшись отблеском где-то в глубине сознания. Когда я раскрыла глаза, то встретилась взглядом с чужими, широко распахнутыми карими глазами. И поразило меня не то, что лицо незнакомца оказалось так близко, а то, что моя голова была зажата между его ладоней.
Мужчина отдёрнул руки и шагнул назад, обращаясь к кому-то за спиной:
— Это... Не уверен, что такое вообще возможно.
Я безвольно сидела на стуле посреди небольшой комнаты с приглушённым светом - явно не той, в которой потеряла сознание. Придя в себя, словно от падения в холодную воду, я снова ощутила жар во всём теле: температура определённо зашкаливала. Из-за этого всё перед глазами расплывалось и снова обретало чёткость.
— Что ты увидел в её воспоминаниях, Фэйн?
За его спиной я различила золотой силуэт девушки, которую видела перед тем, как лишилась чувств.
Фэйн не сводил с меня глаз, в которых читались шок и недоверие.
— Сложно так сразу сказать. Я даже не уверен, что увиденное было правдой.
— Хочешь сказать, ей подменили воспоминания? — золотой силуэт выступил вперёд, скрестив руки на груди.
— Не исключено. Она не соврала Парксу о том, что тонула. Но всё, что было до этого, и то, как она оказалась на наших берегах... больше похоже на бред, чем на воспоминания.
От нервного напряжения меня едва не разобрал смех: вся боль и усталость отступили на второй план, пока я плавилась под взглядами этих двоих.