Время есть – точи топор!

1. Кристалл

Кристаллбыл красивого синего цвета, светло-синего, ещё немного и можно будет сказать,что он голубой. А ведь это мой цвет! Цвет моей магии! Хотя понятно, что магияльда отличается от моей очень сильно и возможно это просто совпадение, однакоэто грело мне душу.

Насколькохватало моих знаний о кристаллах, сам он не должен был быть заряжен всем вотэтим колдовством. Лёд, холод и прочее – скорее всего, были наносными,навязанными извне, искусственно подсаженными сюда особенностями. Впрочем,думаю, что скоро это выяснится.

Есличестно, когда я говорил снегурочкам, что сейчас всё улажу, то сам в этом не былуверен. Конечно, надеялся и даже представлял, что нужно делать… но весь мойпредыдущий опыт связан с кристаллом Барбинизатора, так что был, мягко говоря,не очень большим. Я понятия не имел, насколько эти кристаллы могут различатьсямежду собой и как их «программа» может относиться к внешнему вторжению ипопытке изменить настройки.

Такчто, пытаясь выглядеть уверенным и всезнающим, на деле я испытывал кучусомнений, однако это был не повод, чтобы отказаться от попытки влезть вкристалл и посмотреть, что у него внутри.

Итак,я подошёл к кристаллу и положил на него руку!

Произошлоприблизительно то же самое, что и тогда, в Барбинизаторе, хотя и выглядело всёиначе. Но, несмотря на все различия, мне было совершенно ясно, что по сути, этото же самое. Я не ошибся и это такой же кристалл, только по-другомунастроенный.

Мгновенновозник контакт, и я почувствовал себя висящим в голубом тумане. Как и в прошлыйраз, я чётко осознавал, что тело моё стоит возле кристалла, положив на негоруку, но в то же самое время мой разум находился внутри. И наши разумысоприкасались!

Мнепоказалось, что этот кристалл мощнее, чем Барбинизатор. Не знаю, отчеговозникло такое чувство, возможно, кто этот был более старым и развитым, поэтомуи казался сильнее.

Каки тогда, формулировать словами ничего было не нужно, общение шло на уровнеобмена образами. Тут же вспомнилась и Дракайна, с которой общение происходилоподобным образом. Возможно, такой способ телепатической связи используетсявсегда, когда существует возможность невербального общения.

Яподумал, что нужно переходить к делу, и спросил у кристалла, Карачун ли он.

Кристаллподтвердил это, дав понять, что это просто название, которое ему дали. Япредложил ему поменять название и возражений не встретил.

Посколькуя вошёл внутрь, кристалл, видимо, считал, что я имею на это право. Он был готовслушаться меня во всём, что не могло не радовать.

Япока что не знал, какое имя ему дать вместо Карачуна, для этого предстоялоразобраться в том, как я буду его «перепрограммировать». Идей пока что не было,поэтому я сначала решил изучить то, что уже заложено в кристалл.

Оказалось,что программа была довольно простой. Будучи подвижным существом, Карачун долженбыл проникнуть в Москву и, найдя хорошее место, пустить здесь корни. В прямомсмысле этого слова!

Теуходящие вниз от тела Карачуна серебристо голубые трубы, были своего родакорнями, которые шли дальше, глубоко под землю. Через них кристалл питалсяэнергией земли, перерабатывая её в магическую энергию холода, которая влияла наокружающую среду, чем дальше, тем больше. Да, всё это было связано и с маной втом числе, но не в чистом виде.

Детив колбах были нужны на первом этапе как источники маны. Кристалл могзначительно простимулировать выработку энергии детскими организмами. Для этогодаже шаманы были не нужны. Со взрослыми это получалось хуже, но тоже работало.Впрочем, перед взрослыми стояли другие задачи.

ИногдаКарачуна под прямое управление брал хозяин, особенно часто он это делала наначальных этапах. Тогда же были через похищение детей завербованы снегурочки.Хозяин пообещал им, что если они будут верно ему служить, то дети вернутся,после того, как главные цели будут достигнуты. А именно, Карачун так закрепитсяв регионе, что повредить ему уже никто не сможет.

Правдуговорил хозяин или нет, кристалл не знал, потому что не мог оценивать действиялюдей.

ПосколькуКарачуну нужны были «руки» и «глаза» снаружи, было несколько уровнейпомощников. Самые полезные и мотивированные были снегурочки. Полезные, потомучто они были не изменёнными до патологии людьми, а сохранили все свои навыки.Любые сильные вмешательства в природу человека часто вели к деградации.Нарушение баланса и усиление одних качеств, часто заставляло деградироватьдругие.

Наэтом месте я подумал про себя, про свои силы и про то, не начал ли я ужедеградировать, просто пока что этого не замечаю! Шанс такой был, и, надосказать, немаленький. Это всё требовало дополнительного осмысления.

Вторымуровнем были «ледяные духи», это содержащиеся в колбах взрослые люди, сознаниекоторых получалось разделять с телом, и в таком бесплотном виде оно могло тожерешать некоторые задачи… впрочем, здесь рассказ огненных птиц полностьюсовпадал с версией кристалла.

Проблемабыла в контроле. Духи были очень нестабильны психически, и, хотя этотинструмент Карачуном продолжал использоваться, однако всё меньше и меньше.Проблем зачастую было больше, чем пользы.

Следующийуровень это были Йети. Просто грубая рабочая и боевая сила. Массовка, длярешения самых примитивных задач.

Всякихледяных магических уродцев можно вообще не считать, потому что они, по сути, неимели постоянного физического воплощения.

Ноэто на начальном этапе был такой расклад. Дальше вершиной эволюции в этойэкосистеме должны были стать как раз дети, содержащиеся сейчас в колбах. Из нихпланировалось вырастить мощных ледяных магов, во всём покорных хозяину. Такчто, убивать их, в самом деле, не собирались, но и оставлять людьми в полномсмысле этого слова тоже не планировалось. А уж тем более возвращать родителям!Снегурочек фактически обманули и заставили служить Карачуну, а точнее, егохозяину.

Явидел сейчас всё внутреннее устройство Карачуна, все его известные инеизвестные до этого момента части, всю его «инфраструктуру», весь алгоритм егодействий, который использовался, в том числе против меня.

Чтоинтересно, Карачун понимал, что это именно я его чуть не убил, но не испытывалпо этому поводу ни обиды, ни зла. Хотя некоторые эмоции в нём присутствовали,однако они, видимо, не распространялись на того, кто сумел войти в «интерфейс».Меня уже, судя по всему, записали как одного из управляющих. Раз я что-то здесьполомал, значит, так было нужно, потому что я имею на это право.

Яподозревал, что одной из причин такого доверия является моё дружелюбие.Кристалл общался не словами, он мог смотреть в мой разум и видеть мои истинныемысли. А я не желал ему зла. Когда я пришёл, у меня было желание не уничтожить,а исправить! Починить, улучшить, усовершенствовать, но ни в коем случае ненавредить. Кристалл это видел и потому мне доверял. Думаю, что если бы я желалнавредить, встретил бы противодействие со стороны этого биологическогокомпьютера.

Яв принципе уже понял всю схему происходящего здесь. Не понял, зачем это былонужно хозяину, почему сильные маги так рвутся в Москву, в то время как обычныелюди из неё бегут, но происходящее в парке в целом было ясно.

Неяснопока что было, что мне с этим делать и как исправлять ситуацию. Холод мыотменим, это точно… к тому же генератор я уже уничтожил, так что с этим всёпонятно. Непонятно, куда денется вода, когда вся эта хрень начнёт стремительнотаять! Деревья столько не выпьют.

Явспомнил уходящие от Карачуна вниз трубы, которые тоже чем-то были похожи накорни дерева, да и функцию выполняли, по сути, ту же самую.

–Хм… – задумался я, – а это уже интересно!

Когдая начал думать про «корни» Карачуна, он любезно нарисовал мне схему себя, горы,корней и окружающего пространства. Я разглядывал эту схему, и у меня в головепостепенно начинал формироваться образ. Образ красивый, но я пока что непонимал насколько осуществимый.

Япопытался визуально представить свою идею, и Карачун подхватил её, дорисовал, ипоказал процесс трансформации из того, что есть сейчас, в то, что должнополучиться в итоге. Кристалл несколько раз прогнал картинку туда и обратно,чтобы я как следует разглядел, как это будет происходить.

Я спросилего, где он будет брать энергию на всё это, и он ответил, что ему достаточноэнергии земли. Но он никогда не забирает больше, чем необходимо для развития.

Слово,которое очень подходило нашему проекту, вертелось в голове, но я никак не могего вспомнить. И вдруг как вспышка, как озарение, оно выскочило откуда-то изглубины и засияло в тумане.

«ИГГДРАСИЛЬ»

Ясказал Карачуну, что это его новое имя. Он не обрадовался и не расстроился, авоспринял это как данность. Просто теперь его зовут Иггдрасиль, и всё. Вот такпросто!

То,что получалось, мне очень нравилось! Карачуну предстояло стать деревом! Но непросто деревом, а Иггдрасилем! Это было что-то из мифологии, кажется изскандинавской, но это не точно.

Мировоедрево! Исполинский ясень!

Впрочем,именно на ясене я не настаивал. Вид дерева вообще значения не имеет. Вернее, недерева, а древа!

ПовторятьБарбинизатор мне не хотелось, к тому же никто не говорил, что это идеальноерешение для создания микромира вокруг кристалла. Огромное древо было ничуть нехуже.

Яочень хорошо себе представил его внутреннее устройство. Оно будет не простокусочком местной природы, это будет дом для симбиотов. В древе, прямо в стволе,будут жить люди, которые будут заботиться о нём, а оно будет заботиться о них.

Входыв могучий ствол, внутренние коридоры, помещения для жизни, склады, мастерские итак далее. Дома в ветвях для тех, кто владеет левитацией, подземные помещениядля тех, кто предпочитает темноту.

Местностьвокруг древа тоже сильно изменится. Оно будет влиять на весь парк и дажедальше. И здесь, это однозначно, будет территория порядка и справедливости. Такя решил!

Многораз прокрутив все эти планы и идеи, мы с кристаллом зафиксировали окончательныйвариант «проекта». После этого пришло время переходить к населению.

Дети,которых сейчас Снежана извлекала из колб, а процесс уже заканчивался, должныбудут стать первыми жителями вместе со снегурочками. Просто куда ещё деватьвесь этот детский сад я даже предположить не мог. Но кристалл меня уверил, чтодаже сейчас они здесь будут в безопасности. Трансформация будет идтиэволюционно, хотя он и постарается провести её максимально быстро.

Останетсяещё уговорить снегурочек взять на себя роль воспитательниц всей этой оравы,потому что родителей этих детей, скорее всего, уже нет в живых… большинстванет!

Явспомнил про огненных птиц. Их ребёнок вполне может находиться среди остальных.Вот только как замирить их со снегурочками после всего того, что было? Да и то,это возможно только в том случае, если их ребёнок уцелел. А выжили не все, яэто сам видел. В общем, проблем на горизонте было полно, но все они казались неочень серьёзными по сравнению с тем, что уже было сделано.

Асделано было немало! По сути, я одолел монстра генерирующего холод в округе, инаправил развитие региона в другую сторону. Правда, попутно нажил себе оченьмогущественного врага… но об этом думать сейчас не очень хотелось. Потом будуразбираться с новыми проблемами… или вообще не буду. Ещё неизвестно, где этотстарик находится и собирается ли вообще сюда.

Явспомнил про Йети и решил заняться их судьбой. Очень многие, как оказалось,сейчас по-прежнему находились в шарах слизи в процессе трансформации. И«желудок», где я их видел, как выяснилось, был не единственным. Сейчас в этомсостоянии находилось несколько сотен человек!

Какоказалось, вернуть их полностью к человеческой жизни кристалл не может, потомучто процесс трансформации необратим. Да, у кого-то изменения произошли сильные,у кого-то не очень, но отменить это просто так нельзя. Зато можноперенаправить!

Яинициировал трансформацию этих бедолаг в «лесных воинов». К сожалению, онибудут поглупее обычных людей, потому что когнитивные функции — это первое, чтоотбиралось при помещении пленников в «трансформатор».

Этивоины будут слугами древа – верными и преданными. Также они будут защищать всехтех, кто ещё кроме них будет здесь жить. А в том, что от желающих не будетотбоя, я не сомневался. Как только где-то возникает территория порядка, таклюди начинают туда тянуться. Главное, чтобы у древа хватило сил выстоять вместесо своими защитниками перед агрессивной внешней средой.

Ато картинки картинками, а нагрянувшая сюда вооружённая банда вполне можетпоставить крест на всех этих планах. Нужно, чтобы Иггдрасиль было комузащищать, особенно в период трансформации, пока он будет наиболее уязвим.

Хотяскоро здесь образуется такое болото, что вряд ли кто сюда полезет по добройволе. Вода на некоторое время создаст естественную преграду.

Кстати,о воде!

Помоей информации, кристалл лучше всего развивается в окружении воды. ПоэтомуОрден и устраивал свои базы и лаборатории на островах, чтобы процесс шёлбыстрее. Барбинизатор опять же… хотя это тоже изначально проект Ордена. Да издесь, создание вокруг Карачуна ледяной горы, тоже было чем-то подобным.Кристалл окружала вода, просто в твёрдом состоянии.

Япоинтересовался об этом у кристалла.

Оказалось,что вода ему нужна! Она хороший проводник, да и вообще используется во многихпроцессах. А теперь, если ему предстоит трансформироваться в древо, так темболее! И заболачивание местности в этом случае пойдёт даже на пользу!

Ледяныхклопов и големов я просто отменил. И со льдом скоро проблемы начнутся, и споддерживающей их энергией беда, да и вообще эти существа слишком…бесчеловечны, что ли? Какая-то мёртвая магия! Нет, они здесь точно не нужны!

Яочень погрузился в перенастройку кристалла, стараясь ничего не упустить. Такчто в какой-то момент поймал себя на мысли, что нахожусь в этом контакте ужеочень давно, а также что у меня просто горит огнём низ живота.

Тамнаходилась чакра, и при контакте с кристаллом она как будто нагревалась! Видимо,очень сильно участвовала в процессе подключения к «интерфейсу». В Барбинизаторебыло то же самое, возможно, даже сильнее. Мои силы растут, чакра тоже,наверное, «тренируется», так что в этот раз я не замечал это жжение значительнодольше.

Решивпрервать этот сеанс и вернуться сюда, если вдруг что-то вспомню, я дал мозгукоманду, и он убрал руку от поверхности кристалла.

Снегурочкисидели на полу, привалившись к стене, и терпеливо ждали. Не знаю, что они тамсебе думали, но хорошо, что дали мне возможность закончить и не мешалипроцессу. К тому же я ведь предупредил, что буду заниматься делом, а онивосприняли это всерьёз.

Новид у них был, надо сказать, утомлённый. Впрочем, ничего удивительного. Денёксегодня у всех выдался, можно сказать, судьбоносный. У всех в жизни произошлипросто колоссальные изменения.

–Ну что? – устало спросила Юки.

–Девочки, есть работа! – сразу перешёл я к делу.

–Что? – удивилась Юки, – ты вообще о чём?

–Вставайте, пойдём к вашим детям, – сказал я, – а по пути я расскажу, чем вытеперь будете заниматься в этой жизни.

–Мы будем сваливать из этого места как можно быстрее и как можно дальше, –сказала Юки, – только возьмём малышей! Идём, Гурка!

–Не так быстро! – сказал я, – то есть, идём за детьми, здесь ждать нечего, но сваливатьне спешите. Я предлагаю вам остаться здесь и продолжить служить этомукристаллу, но на совершенно иных условиях, это будет полезно и вам, и вашимдетям!

–Ты издеваешься? Мы никогда больше не будем служить Карачуну! – резко сказалаСнегурочка.

–Карачуну и не нужно, – улыбнулся я, – предлагаю вам служить великому древумира! Знакомьтесь, Иггдрасиль!

Ия сделал жест двумя руками в сторону кристалла.

Совершеннонеожиданно для всех, и для меня в том числе, кристалл мигнул, как быприветствуя нас.

2. Неразрешимые противоречия

Хотькристалл любезно и поделился со мной схемой внутреннего устройства, однакозапомнить её и уже тем более начать вот так с ходу ориентироваться оказалось нетак-то просто. Мы несколько раз заходили в тупики, потом вроде бы «нащупали»верное направление, но снова заблудились.

Радикальныеметоды вроде прожигания себе сквозного прохода я больше не использовал, потомучто теперь это был наш кристалл, наше будущее древо и наш центр притяжения длянормальных людей. Применять к нему силу рука не поднималась, хотя и выгляделоздесь всё пока что по-прежнему.

Девочкиуже сильно нервничали, им не терпелось увидеть своих детей, ведь больше дляэтого не было никаких препятствий. Ну, кроме запутанной системы внутреннихпереходов бывшего Карачуна, а теперь Иггдрасиля.

Витоге спуститься вниз у нас не получилось, и мы вылезли наверх, снова в туполость, где происходила моя битва с энергетическим ядром Карачуна.

–Я не могу больше! – нервно сказала Юки, – это просто невозможно!

–Я очень хочу вас привести туда как можно быстрее, но сама видишь, какой здесьхаос творится. Это туловище не было предназначено для того, чтобы людям былоудобно по нему перемещаться. Скоро всё изменится, но не за пять минут!

Юкиничего не ответила, а только взвилась стремительным вихрем вверх, по всейвидимости, желая сделать облёт, но тут же вернулась.

–Тревога! – прокричала она, – огоньки летят! Сейчас взрывать будут!

–Чёрт! – я нервно заозирался, – Юки, подними меня наверх, быстро! Я смогу ихостановить, но для этого нужен зрительный контакт. Я их из этой ямы просто невижу!

Яне успел договорить, как Юки уже ухватила меня под мышки и потащила наверх. Ейбыло нелегко, но ведь на кону стояла жизнь детей, в такие моменты материспособны и не на такое!

Ещёнаходясь в полёте, я сразу же стал посылать в небо шарики плазмы и когда онидостигали приличной высоты, взрывал их ярким салютом. А потом я увидел Феникса,он был уже на боевом курсе и похоже метился прямо в Карачуна.

Ага,как никогда вовремя! Так и хотелось сказать: где ж ты раньше был, родной?

Надним, высоко в небе, парило ещё две точки. Наверняка это Жара и Сирин. Когданачались взрывы фейерверков, одна из точек камнем устремилась вниз, вторая,более яркая последовала за ней. Думаю, это Сирин бросилась останавливатьФеникса.

Тотнекоторое время не менял курс, и мне уже даже начало казаться, что он настолькоотрешился от мира, готовясь умереть в очередной раз, что просто не реагирует навнешние раздражители.

Нопотом всё же его линия полёта стала слегка изгибаться, как будто он медленно,но верно начал отворачивать в сторону.

Юкипоставила меня на край возле дыры и исчезла, по всей видимости, отправилась заСнегурочкой.

Насколькоя понял из разговора с Фениксом, когда он воспламеняется, то не всегда можетостановить процесс. Иногда, если возгорание заходит слишком далеко, ему уженичего не остаётся, кроме как взорваться. Насколько далеко он зашёл на этотраз, я не имел ни малейшего понятия. Но, поскольку он продолжал полыхать,наверное, достаточно далеко!

–А что если… – пробормотал я и, выпустив свои щупальца, дотянулся ими доФеникса.

Мануя откачал мгновенно, а вместе с ней погасло и пламя. Фенис вновь стал обычнойсерой птицей. Сделав небольшой круг, он принялся снижаться. Я собрался быловернуть ему обратно ману, раз опасность взрыва миновала, но решил повременить.Мало ли что?

ЧтобыФеникс понимал, куда лететь, я продолжал взрывать в воздухе небольшие залпысалюта из плазмы. Две другие птицы летели сюда же. Одна абсолютно точно былаЖара, полыхающую в небе птицу можно перепутать только с её мужем. Ну а вторая,как я и предполагал, Сирин. Да, Фая обычно так высоко и далеко не летает.

Юкивернулась со Снегурочкой.

–Что-то у меня нехорошие предчувствия, – глядя на приближающихся птиц, сказалаСнегурочка.

–Да, проблемы буду, – сказал я, – прошлое никуда не делось. Но нужно с этимразобраться, и, возможно, чем раньше, тем лучше. А то такие неразорвавшиесянарывы, если их оставить, могут лопнуть в самый неожиданный момент.

Девочкиничего не ответили, видимо, понимали мою правоту… да и свою вину тоже. То, чтоих дети были похищены, не оправдывало похищение ими чужих детей. Учитываявспыльчивость Феникса, возвращать ему ману было, конечно, преждевременно.

Онсначала летел ко мне уверено, но потом, похоже, разглядел снегурочек и началделать круги в воздухе, ожидая жену. Разумеется, он не испугался, но, увидевменя в такой компании, понял, что сейчас будут переговоры, и хотел, чтобы впредстоящем разговоре участвовали все.

Этобыло хорошо, потому что Жара может его притормозить, если что. И путь у негонет маны, но он всё равно крепкий парень, а насилия нам желательно постаратьсяизбежать.

Огненныептицы приземлились напротив меня, а Сирин чуть в стороне. Я видел, что она нехочет вставать рядом с ними, потому что от птиц исходила агрессия, а Сирин еёне разделяла и не хотела выступать сейчас против меня. Но и рядом со мной покачто становиться не стала. Осталась стоять сбоку, как наблюдатель.

–Что происходит? – резко спросил Феникс.

–Тебя ничего не удивляет? – спросил я его, – тебе всё кажется само собойразумеющимся?

–Меня удивляет, что ты спокойно стоишь рядом с этими тварями! – крикнул Феникс.

–Мы так не договаривались! – вскинулась Юки.

–Стоп! – я схватил её рукой, – мы вообще никак не договаривались пока. А надо быдоговориться.

–Феникс, постарайся обойтись без оскорблений, хотя бы до того момента, когдазакончится наш разговор. Ты сейчас не понимаешь, что происходит, но если будешьвести себя также агрессивно, то и не поймёшь. А понять, поверь, в твоихинтересах! – сказал я.

–Это мне решать! – выкрикнул Феникс.

–Милый! Давай выслушаем Алика. Наш опыт общения с ним пока что не принёс ничегоплохого, наоборот, только хорошее! – сказала Жара, гладя мужа по плечу.

–И что же хорошего он нам принёс? – крикнул Феникс, – думаешь, если ты забралмою ману, то можешь мне указывать?

–Прекрати вести себя как истеричка! – повысил я голос, – ты меня уже достал! Уменя был тяжёлый день! Если ты не заметил, я завалил Карачуна, ведь именно наего туше ты сейчас стоишь! У меня нет ни сил, ни желания тебя успокаивать иуговаривать. Нам нужно поговорить, но если ты к этому не готов, я это переживу.Или поговорю с тем, у кого в вашей семье есть голова на плечах.

–Ты нарываешься! – крикнул Феникс.

–Хватит! – сжав кулаки, прокричала Жара, – Алик прав! Просто выслушай, что онскажет! Он сделал то, что мы не смогли. И если он о чём-то договорился сэтими колдуньями, значит, есть на то причины.

–Причины есть, сил у меня больше нет, – сказала Снегурочка, – я больше не могуждать.

–Терпи! – резко сказал я, – не начинай ещё и ты! Все должны заткнуться,помолчать минуту, а потом я скажу очень важные вещи, которые касаются всехздесь присутствующих.

Феникссверкал глазами, но молчал. Вспышка жены его немного отрезвила.

Минутуя ждать, естественно, не стал. Ну не садист же я, в самом деле. Поняв, что всепослушались меня и теперь терпеливо ждут, когда я заговорю, я посмотрел нанебо, потом обвёл взглядом всех присутствующих и начал:

–Во-первых, снегурочки нам больше не враги. Они в решающий момент перешли нанашу сторону и помогли одолеть Карачуна.

–И что же, теперь нужно всё забыть и простить? – еле сдерживаясь, процедилФеникс.

–Во-вторых, Карачун это не совсем то, что мы раньше думали. Он был подчинён злойволе, но я его перепрограммировал, – сказал я.

–Что ты сделал? – удивлённо распахнув глаза, спросила Жара. Они с мужем, какобычно, после трансформации были совершенно голыми, но никто не обращал на этоникакого внимания.

–Перепрограммировал, – повторил я, – теперь его зовут Иггдрасиль. Это древомира, исполинский ясень. И постепенно он в него трансформируется. Этоквазиразумная сущность, которая умеет создавать вокруг себя экосистему. В нейдолжны быть и люди в том числе. Он будет заботиться о них, а они о нём.

–Допустим, но нам-то какое до этого дело? – медленно проговорил Феникс.

Яспециально оставил информацию о детях напоследок, справедливо полагая, чтопосле этого уже ни про какое древо ничего рассказать не смогу.

–В-третьих, чтобы вы понимали мотивы. Снегурочки действовали не по своей воле, апотому что их дети находились в заложниках, – Феникс хотел что-то резковозразить, но я вскинул руку и быстро продолжил, не дав ему такой возможности,– прежде чем обвинять, вспомни, из-за чего ты пытался взорвать гору, и пойми,что матери могут пойти на многое ради своих детей. Даже на такое. Я не прошутебя их просить, я хочу, чтобы ты просто понял, почему они это делали!

Жаравцепилась в плечо Феникса, чтобы он не вспылил, и ему удалось сдержаться.

–В-четвёртых, возможно, ваш ребёнок жив, – сказал я, – подчёркиваю, возможно!

–Что? Что ты такое говоришь? – растерянно произнесла Жара.