(Dragon age) Резонанс: Ведьма и Волк
Эльф слушал внимательно, не перебивая. Когда Вика замолчала,он несколько секунд молчал, обдумывая.
— Значит, мир без магии, — произнёс он наконец. — Без другихрас. Без богов, в которых можно убедиться.
Пауза.
— И при этом вы создали историю, в которой всё это есть. Выпридумали нас.
Он повернул голову, встретился с ней взглядом. В его глазахне было обвинения — только любопытство. Чистое, холодное, изучающее.
— Зачем?
Вика пожала плечами.
— Мой мир достиг той точки развития, когда людям сталоскучно. Появился спрос. Стала быстро развиваться индустрия развлечений. Ну исоответственно люди стали придумывать разные миры, чтобы потешить публику.
Солас смотрел на неё ещё несколько секунд. Потом отвёлвзгляд к огню.
— Вы придумываете миры, — сказал он тихо. — Для развлечения.Целые вселенные с историями, войнами, богами. Просто потому, что вам скучно.
Он помолчал.
— А мы здесь живём. Рождаемся, страдаем, умираем. И для васэто... развлечение.
В его голосе не было обиды. Только утверждение— и, можетбыть, лёгкое удивление перед абсурдностью этого факта.
— И ты, — он снова повернул голову в ее сторону, — ты знаешьнашу историю. Наши тайны. Мои тайны. Потому что кто-то в твоём мире сел ипридумал их.
Еще одна короткая пауза.
— Зачем вы выбрали именно такую историю? Мрачную. С войнами,предательствами, богами, которые... не идеальны.
— Я не знаю, Солас. Учёные в моём мире сами на многое немогут дать ответов с научной точки зрения. Может, мы и не придумываем миры, алишь создаём их из эха вселенных, которое доносится до наших мыслей. Но фактостаётся фактом: Тедас существует на самом деле, и я каким-то образом оказаласьздесь.
Солас замер. Не шелохнулся, не моргнул — просто замер, глядяна неё.
— Эхо вселенных, — повторил он медленно, пробуя каждоеслово. — Которые доносятся до ваших мыслей.
После небольшой паузы, обдумав свои слова, он продолжил.
— В Тедасе есть Тень, мир снов, отражение реальности. Духинаблюдают за смертными, впитывают их эмоции, их мысли, их истории. Иногда ониначинают верить в эти истории настолько сильно, что... меняются. Становятсятем, кем их видят.
Эльф смотрел на неё внимательно, изучающе.
— Ты говоришь, что ваш мир придумал нас. А если... — он чутьсклонил голову, — если всё было наоборот? Если Тень дотянулась до ваших мыслей?Если вы не придумали нас, а увидели?
Вика молчала, переваривая.
— Я не могу объяснить, как это работает, — продолжил Солас.— Но я знаю, что Тень связана со всеми мирами. Со всеми, кто спит и видит сны.Если ваш мир существует, если в нём есть спящие... возможно, они видели нас. Иназвали это выдумкой.
Он сделал паузу.
— Возможно, вы не создатели. Вы — свидетели.
Мужчина отвёл взгляд к огню, давая ей время осмыслить.
— Но это не отвечает на главный вопрос, — сказал он тише. —Что ещё ты знаешь? Обо мне. О том, что будет.
Вика задумалась, двигая губами в стороны, перебирая вариантыи не зная, с чего начать.
— Прости, — сказала она наконец. — О будущем говоритьопасно.
Солас чуть склонил голову, ожидая пояснений.
— Если я расскажу, это создаст непредсказуемые последствия.Нарушится хронология. Я не могу рисковать.
Она сделала паузу, собираясь с мыслями.
— Будущее Тедаса весьма хрупкое. Из-за некоторых…обстоятельств.
Тишина. Эльф смотрел на неё — спокойно, внимательно, но Викавдруг поймала себя на мысли, что не чувствует угрозы. Он слушал. Принимал.
— Но, — она усмехнулась, — вот о прошлом могу рассказатьвсё, что знаю.
Гостья откинулась на спинку стула, чуть расслабляясь.Предложение было честным — и, кажется, Соласу оно тоже показалось интересным.
— Прошлое, — повторил он. — Ты знаешь прошлое Тедаса. Моёпрошлое.
— Да.
Древний помолчал, обдумывая.
— Тогда расскажи мне, что ты знаешь об эванурисах. О том,что было до Завесы.
Вика кивнула, собираясь с мыслями. Дрова в камине тихопотрескивали, тени плясали на каменных стенах.
— Хорошо. Но предупреждаю сразу: я знаю это всё из книг иигр. Могу ошибаться в деталях.
— Я учту, — сухо ответил Солас.
Она усмехнулась и начала:
— Сначала не было эльфов. Были духи. И титаны — огромныесущества из камня и лириума, древнее всего.
Солас слушал неподвижно, но Вика заметила, как при слове«титаны» его взгляд стал чуть острее. Пальцы, лежащие на колене, едва заметносжались.
— Эльфы появились позже. Духи принимали физическую форму —использовали лириум, кровь титанов, чтобы обрести плоть. Так появились первыеэльфы. И ты среди них.
Она посмотрела на него.
— Ты был духом Мудрости. И принял облик по просьбе Митал.Она нуждалась в тебе.
Солас молчал. Секунду. Две. Пять. В свете камина его лицоказалось высеченным из камня.
— Ты знаешь это, — сказал он наконец со спокойнойуверенностью.
— Знаю.
Он перевёл взгляд на огонь. Вика не могла прочитать его —злость, удивление, боль? С ним вообще невозможно было понять.
— Титанам не понравилось, что их кровь используют, —продолжила она. — Началась война. Долгая, кровавая. Эльфы проигрывали, пока выс Митал не придумали, как победить.
Девушка сделала паузу.
— Вы создали кинжал. Лириумный. И с его помощью отделили снытитанов от них самих.
Солас чуть заметно напрягся. Видела бы она это раньше — незаметила бы. Но сейчас, после часа в его обществе, научилась читать этимикродвижения.
— Сны обратились в скверну, — сказала Вика тише. — А титаныпали.
Тишина. Только искры взлетали от камина.
— Эльфы победили, — продолжила гостья. — Самые сильные изних стали называть себя эванурисами. Им понравилось быть богами. Онивозгордились, поработили собственный народ. А тебе это не понравилось.
Она глядела на него в упор.
— Ты покинул пантеон. И возглавил восстание.
Солас долго молчал. Так долго, что Вика начала думать — несказала ли она что-то не то. Потом он перевёл взгляд с огня на неё.
— Ты знаешь больше, чем я ожидал, — сказал он ровно. — Ноесть одна проблема.
— Какая?
— Всё, что ты рассказала... Это правда. Почти.
Эльф сделал паузу.
— Но ты говоришь об этом так, будто я был героем. Будто яушёл, потому что был лучше них.
Он чуть склонил голову.
— А ты знаешь, что было дальше? Что я сделал, чтобы ихостановить?
Вика сглотнула.
— Ты создал Завесу, — сказала она тихо. — И запер их в Тени.В черном городе, как его называют сейчас.
— Да. — Его голос был спокоен, почти безэмоционален. —Я непросто запер богов. Я — тот, кто разрушил империю, чтобы спасти её от тиранов.И ты...не боишься?
Вика молчала несколько секунд. Потом ответила.
— Боюсь. Но не поэтому.
— А почему?
— Потому что я знаю, что ты сделаешь дальше.
Солас смотрел на неё не мигая. В свете камина его глазаказались тёплыми, почти человеческими — но Вика знала, что это обманка.
— И что же? — спросил он тихо.
Девушка выдержала паузу. Слова давались тяжело — не потому,что она не знала, что сказать. А потому, что знала слишком хорошо.
— Я скажу только то, что ты планируешь, — начала онамедленно. — Ты проснулся. Увидел, что случилось с миром. С Арлатаном. Сэльфами.
Она сглотнула.
— И теперь ты хочешь разрушить Завесу. Чтобы вернуть всё,как было. Ценой целого, нового мира, созданного на пепелище твоего.
Тишина.
Абсолютная. Даже огонь, казалось, перестал трещать.
Солас сидел неподвижно. Слишком неподвижно. Вика вдруг остроосознала, что он может сделать с ней одним движением пальца. Что никто непридёт на помощь. Что она сидит в его логове, в мокрых джинсах и футболке, иговорит древнему богу, что знает о его планах уничтожить всё.
— Я права? — спросила она тихо.
Мужчина долго молчал. Потом очень медленно, почти незаметно,кивнул.
— Права.
Вика выдохнула — и только тогда поняла, что всё это время недышала. Пальцы вцепились в край стула так, что костяшки побелели.
— И ты всё ещё сидишь здесь, — сказал он. — Рядом со мной. Иговоришь это вслух.
— Ты обещал не трогать меня, — напомнила она. Голос дрогнулсильнее, чем хотелось бы.
— Я обещал выслушать. — Он сделал паузу. — И я слушаю.
В его лице не было угрозы. Не было гнева.
— Ты не первая, кто знает, — продолжил он тихо. — Но первая,кто сказал это мне в лицо.
— И?
Солас смотрел на огонь. Долго. Потом перевёл взгляд на неё.
— И я пока не решил, что с этим делать.
Они сидели в тишине. Тени от пламени играли на стенах,выхватывая из темноты то край стола, заваленного свитками, то узкую лежанку вуглу, то силуэт Соласа, неподвижный, как каменное изваяние.
Его мысли текли медленно, но цепко. Он привык анализировать,взвешивать, просчитывать варианты. Сейчас их было немного. Убить её — просто,безопасно, но… глупо. Она знает слишком много, и если она говорит правду о том,что его история — всего лишь «выдумка» в её мире, то убийство ничего не решит.Информация уже вышла за пределы этого убежища. Но она здесь, одна, беззащитная.
Значит, надоиспользовать.
Эльф покосился на неё краем глаза.
Девушка сидела на стуле, поджав босые ноги. В свете каминаеё лицо казалось спокойнее, чем несколько минут назад. Но пальцы сжимали крайстула — она не расслаблялась до конца. Умно.
Странная. Вся её одежда, манера говорить, этот странныйпредмет, который она курила…Она не лгала — он чувствовал ложь, когда её видел.А здесь лжи не было. Только страх, смешанный с отчаянной смелостью.
Что ты такое, Вика издругого мира? И что ты здесь ищешь?
Она поймала себя на том, что тоже поглядывает на него. Впрофиль, при свете огня, он казался… почти обычным. Уставший эльф средних лет.Но она знала, кто он на самом деле. Фен'Харел. Ужасный волк. Тот, кто разрушилцелую цивилизацию. И тот, кто собирался сделать это снова.
Странное чувство шевельнулось в груди. Она знала его такдолго — по играм, по обсуждениям на форумах, по фанфикам, по спорам о том,герой он или злодей. И сейчас, глядя на живого, настоящего Соласа, она вдругпоняла, что все эти споры были глупостью. Он не герой и не злодей. Он просто…уставший. Очень уставший. И такой же сломанный.
Глупо, — одёрнулаона себя. — Жалеть того, кто собираетсяуничтожить мир. Смотреть на него и видеть…
Она не додумала.
Резко встала, обжигая ступни холодом камня. Напряжениетребовало движения, не давало сидеть на месте.
— Я не знаю, как убедить тебя, что я тебе не враг и не шпионкакой-то, — сказала девушка, начиная медленно ходить туда-сюда. — Ты, наверное,думаешь, что я опасна. Или что я сошла с ума.
Три шага в одну сторону, разворот, три шага обратно. Каменьхолодил пятки, но это помогало думать. Или хотя бы не смотреть на него.
— Только если… — она остановилась и повернулась к нему. —Как насчёт сделки?
Солас поднял голову. В его глазах мелькнуло что-то — может,удивление, может, ирония.
— Сделки? — спросил он ровно.
— Да. Сделки. — Вика снова пошла, но теперь медленнее,собираясь с мыслями. — Что, если я буду давать намёки о ближайшем будущем включевые моменты? Это и не нарушит временную линию, и даст тебе некотороепреимущество.
Она замолчала, ожидая реакции.
Древний долго разглядывал ее. Потом чуть склонил голову.
— И ты будешь решать, что для меня ключевой момент?
— Мы будем решать, — поправила гостья. — Я не собираюсьиграть в бога. Только… подсказывать. Иногда.
Он кивнул — медленно, обдумывая.
— Ты предлагаешь мне информацию о будущем. В обмен на что?
Вика остановилась и встретила его взгляд.
— Взамен я прошу лишь одно условие. Не убивать меня и помочьвыжить в этом мире.
Тишина.
Солас молчал так долго, что девушка начала замерзать — наэтот раз не от холода.
— Ты просишь защиты, — произнёс он наконец. — У того, когосчитают богом лжи и предательства.
— Я прошу сделку, — поправила она. — Ты получишь информацию,я — шанс не сдохнуть в ближайшие дни. А там видно будет.
Он усмехнулся — едва заметно, одними уголками губ.
— Ты действительноверишь, что я сдержу слово?
Вика пожала плечами.
— Я знаю, кто ты на самом деле. Фен'Харел умеет плестиинтриги, ждать и наносить удар, когда нужно. Но предавать того, кто может бытьполезен, прямо сейчас, без причины... — она покачала головой. — Это было быглупо. А ты не глуп.
Солас какое-то время сидел молча, взвешивая все риски, потомнаконец поднялся и подошёл к ней. Теперь они стояли лицом к лицу — она босикомна холодном камне, он в своих странных одеждах, высокий, спокойный, древний.
— Хорошо, — сказал он. — Я согласен.
Вика моргнула.
— Вот так просто?
— Ты права: выбор у тебя небольшой. Но и у меня его не такмного. — эльф сделал паузу. — Ты знаешь то, чего не знает никто. Ты можешь бытьполезна. А если окажется, что ты врёшь… — он чуть склонил голову, — я всегдамогу передумать.
— Утешает, — буркнула девушка. — По рукам?
Она протянула руку — машинально, по привычке. И только когдаэльф посмотрел на её ладонь с лёгким недоумением, поняла, что ляпнула.
— А, прости. У нас так принято. Скреплять сделку
Солас чуть склонил голову, разглядывая жест
— Любопытно. Прикосновение как знак доверия.
— Ну... да.
Он помедлил, потом коротко кивнул.
— Я запомню. Но позволь мне ответить так, как принято уменя.Он встретил её взгляд и сказал просто.
— Ты получишь мою защиту. Пока будешь полезна — и пока непредашь. Я даю тебе слово.
Вика убрала руку и неуверенно продолжила.
— Ну вот…. Теперь мы официально напарники. Или как этоназывается?
— Пока не знаю, — ответил Солас. — Но, полагаю, узнаем.
Они стояли друг напротив друга — девушка из другого мира идревний эльф, за плечами которого были тысячи лет, войны, предательства и однаразрушенная цивилизация.
Огонь трещал.
Тишина больше не была напряжённой.
Глава 2. Путь и Предупреждение
Солас смотрел на неё внимательно, оценивающе. Его взгляд скользнул по лицу, задержался на глазах. Даже в полумраке убежища он видел их цвет — ярко-голубые, с тёмно-синей каёмкой по краю радужки. Необычно.
— Тебе нужно поспать, — сказал он ровно.
Вика замерла, не сразу поняв смысл слов.
— Что?
Он кивнул в сторону угла, на узкую лежанку, застеленной явно самодельным одеялом.
— Ты выглядишь так, будто вот-вот упадёшь. Синяки под глазами, кожа бледная... — он сделал паузу. — И ты до сих пор дрожишь. Хотя огонь давно должен был согреть тебя.
Она невольно коснулась пальцами под глазами. Действительно, после нескольких бессонных ночей дома она выглядела… ну, примерно так, как чувствовала себя последние полгода.
— Я в порядке, — привычно соврала она.
— Ты врёшь, — так же привычно ответил он. — И делаешь это часто.
Вика хмыкнула, но спорить не стала.
— Но ведь это твоя лежанка, — девушка зачем-то оглянулась на неё, будто ища поддержки. — Может, я лучше на стуле как-нибудь? Посижу, подремлю...
Эльф повернул голову, глядя на неё с усмешкой.
— Я не сплю. По крайней мере, не так как, смертные. Мне достаточно короткого отдыха раз в несколько дней. Лежанка простаивает.
Девушка хотела возразить, но поняла, что сил на споры нет. Она только неуверенно кивнула.
Солас отошёл к столу, развернувшись к ней спиной, и углубился в свитки. Жест был слишком демонстративным, чтобы быть случайным. Он давал ей пространство, не смотрел, не вторгался.
Девушка подошла к лежанке. Остановилась, глядя на неё. В мокрых джинсах ложиться было глупо. Простыни намокнут, да и самой будет мерзко. Она покосилась на Соласа. Тот сидел к ней спиной, перебирая бумаги, полностью поглощённый работой. Или делал вид.
Вика вздохнула, быстро стянула джинсы, оставшись в длинной футболке, повесила их на спинку стула рядом с ветровкой. Пусть сохнут. Потом нырнула под одеяло. Оно пахло травами и чем-то древесным — странно, но уютно.
Она лежала, глядя в потолок, на котором плясали отблески огня. Тело требовало отдыха, ныло, тянуло в сон, но мозг отказывался выключаться. Слишком много всего навалилось за пару часов.
Девушка покосилась на Соласа. Он по-прежнему сидел спиной, перебирая свитки. Не смотрит. Но она всё равно прислушивалась к каждому его движению, к шороху бумаги, к потрескиванию дров.
— Не спится, — сказала она в пустоту.
— Я знаю. — Солас не обернулся.
— Откуда?
— Твоё дыхание. Слишком частое для спящего.
Она перевернулась на бок, подложив ладонь под щёку.
— А ты всегда такой наблюдательный?
— Когда нужно.
Помолчала, глядя на его спину. Потом решилась:
— Может, просто поговорим? Пока я не устану настолько, чтобы отключиться.
Эльф слегка в профиль повернул голову. Помедлил.
— О чём?
— Ну, не знаю... — Вика задумалась. — Например, чем ты занимался после того, как очнулся? От утенеры, я имею в виду.
Он отложил свиток и не полностью повернулся к ней, но так, чтобы видеть.
— Изучал. Наблюдал. Слушал.
— И что скажешь? Как тебе современный Тедас?
Он смотрел на огонь, и пламя отражалось в его глазах, делая фиолетовый оттенок у зрачка почти незаметным.
— Люди... суетливы, — произнёс он наконец. — Они живут так мало, что пытаются вместить в свою жизнь как можно больше. Торопятся, шумят, спорят о вещах, которые забудут через год. Это утомляет.
Вика устало зевнула.
— А ты ожидал, что все будут сидеть и медитировать?
Он чуть повернул голову.
— Я ожидал, что короткая жизнь сделает их мудрее. Что они будут ценить время, а не тратить его на пустое. Но оказалось, наоборот. Спешка заглушает тишину, в которой рождается мысль.
Вика кивнула, хотя он вряд ли видел это в полумраке.
— Знаешь, я, кажется, понимаю…. В моём мире тоже вечно все бегут, стремятся, доказывают... А я просто хотела тишины.
Усмехнулась своим мыслям.
— Получается, я как древний эльф. Только без длинных ушей.
Солас едва слышно хмыкнул, но она уловила.
— Ты первая, кто делает такие... сравнения.
— Плохо?
— Необычно.
Он снова повернулся к столу, но продолжил говорить.
— Я ходил по городам. Смотрел на людей.
— И что увидел? — Вика прикрыла глаза, вслушиваясь в его голос.
— В Орлее слишком много церемоний. В Ферелдене слишком много грязи.
Она сонно улыбнулась краешком губ.
— А в Тевинтере?
— А в Тевинтере слишком много магов, которые считают себя лучше всех.
— Тоже мне новость.
Она улыбнулась в темноте.
Эльф рассказывал дальше — О Диких землях, о духах, которых встречал в Тени, о том, как изменилась магия. Девушка слушала, и постепенно мысли перестали метаться. Тяжесть в теле сменилась приятной истомой, веки начали слипаться сами собой. Голос Соласа лился ровно, как вода, огибая камни и унося с собой напряжение.
—…у кунари интересная культура, но слишком жёсткая. Слишком много правил и…
Он замолчал.
Девушка лежала на боку, поджав колени к груди. Ее дыхание ровное, глубокое, а лицо расслабленное. Уснула.
Эльф смотрел на неё несколько секунд.
Странная. Шумная внутри, но тихая снаружи.
Он отвернулся обратно к свиткам.
***
Сон девушки провалился в пустоту.
Ни образов, ни звуков, ни ощущений. Будто просто выключили рубильник, а потом снова включили. Вика открыла глаза и несколько секунд смотрела на каменную стену перед собой, пытаясь сообразить, где находится и почему здесь так тихо.
Слишком тихо.
Она медленно повернулась на другой бок. Пещера была пуста. Огонь в камине почти догорел, только красноватые угли тлели под слоем пепла. За столом со свитками никого. Солас исчез.
Девушка села, зевнула, потянулась. Тело чувствовало себя отдохнувшим, но каким-то чужим, словно после долгого забытья. Сколько она проспала? Судя по свету, пробивающемуся у входа, явно не пару часов.
Спустила ноги с лежанки, коснулась ступнями камня — холод уже не казался обжигающим, просто бодрящим. Подошла к стулу, где на спинке висели джинсы, носки, ветровка. Потрогала. Сухие. Оделась быстро, без спешки: джинсы налезли легко, кеды зашнуровались почти сами.
Вика обвела взглядом пещеру. Небольшая, но обжитая. Сундук в углу, полки с какими-то склянками, свёртки ткани. И стол, заваленный бумагами, который так и манил подойти.
Но сначала — выход.
Двинулась к проёму, откуда они вчера вошли. Сделала несколько шагов и замерла.
Вход перекрывала мерцающая, полупрозрачная, с лёгким голубоватым отливом плёнка. Магический барьер. Сквозь него просвечивал дневной свет, слышалось пение птиц, но наружу было не выйти.
Вика улыбнулась. Глаза загорелись любопытством.
Осторожно протянула руку и коснулась барьера пальцами. Плёнка чуть прогнулась под кожей, тёплая, упругая, как мыльный пузырь, который не лопается. По кончикам пальцев пробежала лёгкая вибрация.
— Интересно, — прошептала она.
Убрав руку, развернулась и направилась обратно. Солас явно скоро вернётся — раз поставил защиту, значит, не планировал оставлять её надолго.
Пока ждала, подошла к столу.
Свитки, книги, разрозненные листы пергамента. Вика склонилась над одним из них. На листе пергамента были какие-то рисунки. Зарисовки. Она узнала очертания эльфийских руин, какие-то символы, схемы. Рядом лежал другой лист с текстом. Красивые, витиеватые буквы, совсем не похожие на латиницу или кириллицу.
Попыталась прочитать и не смогла.
Буквы плыли, не складывались в слова. Вика нахмурилась, провела пальцем по строке.
Странно. Я понимаю речь Тедаса, но письменность... почему? Может, магия переводит только устную речь? Или это какая-то особенность моего попадания?
Задумалась, прикусив губу. Надо будет спросить у Соласа. Если, конечно, он вообще захочет отвечать.
Сзади послышался тихий гул.
Вика обернулась. Барьер исчез, и в проёме показался эльф. Он шагнул внутрь, стряхивая с плеч утреннюю влагу. В руках пучок каких-то трав, перевязанный бечёвкой.
Их взгляды встретились.
— Ты проснулась, — заметил он, проходя к столу.
— Только что. — Вика кивнула на вход. — Я коснулась барьера. Ты ведь почувствовал?
— Да. — Солас положил травы на край стола. — Для того он и нужен.
— А если бы я захотела выйти?
Он мельком глянул на нее.
— Не захотела бы. Ты любопытна, но не глупа.
Вика замерла. Она не знала, куда деть глаза — в пол, в стену, куда угодно, лишь бы не встречаться с ним взглядом. Похвала? Вроде бы. Или просто сказал очевидное? Но всё равно это было приятно и одновременно неловко.
— Ну... спасибо, — пробормотала неловко. — Наверное.
Солас, кажется, ничего не заметил или сделал вид. Просто продолжил разбирать травы.
— Сколько я проспала? — спросила девушка, чтобы сменить тему.
— Больше двенадцати часов. Солнце уже высоко.
Глаза девушки расширились от удивления. Вот это отрубилась.
— Мы уходим, — сказал эльф, не дожидаясь вопроса. — Мне нужно осмотреть несколько мест силы, руины, проверить некоторые эльфийские артефакты. — Он сделал паузу. — И у меня есть кое-какие мысли насчёт тебя. Хочу проверить.
— Какие мысли? — девушка подалась вперёд, заинтригованная.
— Позже расскажу. — Он уже отвернулся к сундуку, роясь внутри. — Сначала тебе нужно сменить одежду.
Вика посмотрела на свои джинсы и футболку.
— А что с ними не так?
— Здесь так не ходят. — Солас выпрямился, держа в руках свёрток. — Привлечёшь ненужное внимание. В часе ходьбы отсюда есть деревня. Там можно купить подходящую одежду и всё необходимое.
Он протянул ей свёрток. В нем оказалось был походный рюкзак, видавший виды, но крепкий. И спальник, скатанный в рулон.
— Возьми. Пригодятся.
Вика приняла вещи, прикидывая вес. Нормально.
Солас тем временем подошёл к стене, где стоял простой, деревянный посох без украшений. Взял его, накинул на плечи плащ с глубоким капюшоном. Обернулся, проверяя, всё ли взял.
— Готова?
Девушка кивнула, надела свою ветровку и закинула рюкзак за спину.
Они вышли из пещеры. Солас пропустил её вперёд, жестом указав на тропинку, а сам задержался у входа. Вика отошла на несколько шагов и остановилась, наблюдая.
Эльф повернулся к скале. Поднял посох и огромные каменные глыбы, словно живые, пришли в движение. С глухим скрежетом они поползли к проёму, послушно смыкаясь. Ни единого слова, ни шепота — только тихая сила, текущая из его пальцев. Через несколько секунд на месте пещеры была только монолитная стена, поросшая мхом.
Вика смотрела во все глаза. В груди шевельнулся детский восторг, который она давно забыла. Магия. Настоящая, живая магия. Она чувствовала, как по коже бегут мурашки, и не могла сдержать улыбки.
— Впечатляет, — выдохнула она.