Курсант Империи – 10

– Левое крыло. – Палец скользнул к западной оконечности «Линии Пилсудского», где укрепления упирались в предгорья. – Первый и второй батальоны. Комбриг-один – полковник Барятинский. Задача: обход через предгорья, выход на фланг, удар с запада. Ожидаемое сопротивление – среднее. Рельеф сложный, но укрепления на этом участке слабее.

Барятинский слева от Кнутова чуть кивнул. Движение подбородка – уверенное, привычное. Фланг через горы – не прогулка, но и не самоубийство. Терпимо.

– Правое крыло. – Палец переместился к восточному участку, вдоль реки. – Третий и четвёртый батальоны. Комбриг-два – подполковник Воронов. Задача: форсирование реки, удар с востока. Ожидаемое сопротивление – от среднего до высокого.

Воронов – тот, с усами, справа от Кнутова – кивнул коротко, без эмоций. Форсирование реки под огнём – серьёзно, но выполнимо. У него два батальона, тяжёлое вооружение, сапёрная рота.

Палец Ли остановился.

Центр карты. Южный участок «Линии Пилсудского». Два километра открытого пространства перед укреплениями – ровное поле, ни одного естественного укрытия, ни холма, ни рощи, ни оврага. За полем —ад. Самый укреплённый, самый защищённый, самый смертоносный участок обороны.

– Центр, – сказал Ли. – Фронтальный удар. Тринадцатый отдельный штрафной батальон.

Слова упали в тишину конференц-зала, как камни в колодец. Без эха. Без дна.

Кнутов не вздрогнул. Не моргнул. Не пошевелился. Его лицо оставалось тем же, каким было последние двадцать лет, – единственная броня, которую армия не выдаёт со склада и которую нельзя прострелить.

Но внутри – тихо, точно и необратимо – что-то оборвалось. Тот тонкий, ненадёжный тросик надежды, который он тянул от самого БДК, – лопнул. И тишина, наступившая после, была не пустотой, а ясностью. Той страшной, кристальной ясностью, когда падает всё лишнее и остаётся только голая правда.

Центр. Фронтальная атака. Два километра чистого поля под перекрёстным огнём огневых точек. Полосы минных полей. Без артиллерии – у штрафного батальона её нет. Без воздушной поддержки – «Гусары» закрывают небо. Без резерва – четыреста человек, и это всё.

Он посчитал.

Двенадцать огневых точек, каждая – два-три пулемёта или автоматические пушки. Суммарная плотность огня на два километра фронта – примерно тысяча двести выстрелов в минуту. Минные поля – триста метров, при плотности одна мина на два квадратных метра – каждый третий шаг. Три линии траншей – значит, даже если прорвёшь первую, тебя встретят на второй, а потом – на третьей.