Тень мага

Лисандра не ответила. Прислушиваясь к происходящему в мансарде, она ждала. Опыт показывал, что мало кто из людей, преодолев природное любопытство, сможет не выглянуть, желая увидеть неведомого гостя.

Ага, вот слышны шаги у окна, щелкнула задвижка. Вот с протяжным скрипом ставни открылись.

– Ты кто?

Лисандра молчала.

– Да входи, чего там!

Удача!

Приготовившись обнажить клыки, она скользнула в мансарду и вдруг остановилась, словно наткнувшись на невидимую стену. В руках у впустившего ее юноши оказался изящный серебряный топорик.

Ничего, ничего, подумала Лисандра, главное, он открыл окно и пригласил внутрь. Теперь она должна что-нибудь придумать, теперь все зависит от ее хитрости.

– О… – сказала она. – Этот топор! Вы не могли бы положить его куда-нибудь? Или испугались одинокую, заблудившуюся в этом ужасном ночном городе девушку?

Юноша тряхнул головой, словно бы смахивая попавшую на лицо невидимую паутину, но топорик из руки не выпустил.

– Как вы попали на крышу?

– По пожарной лестнице. Там, на улице, эти ужасные всадники…

– Врете. У этого дома нет пожарной лестницы.

Лицо молодого человека словно бы отвердело, в глазах мелькнуло подозрение. Еще немного – и он догадается, кто перед ним. Следовало немедленно что-то предпринять.

Бросившись на стоявшую возле окна тахту, она закрыла лицо руками и, выдержав небольшую паузу, прерывистым голосом, словно в отчаянии, сказала:

– Вы правы, лестницы здесь нет. Но все-таки… жуткая, таинственная история… как я очутилась на крыше, что со мной произошло…

Она рассчитывала, что после этих слов юноша подойдет поближе, но он не сделал в ее сторону и шага.

Скверно, очень скверно. Конечно, можно, понадеявшись на быстроту и неожиданность нападения, броситься на него прямо сейчас, но не в таком отчаянном положении она находилась, чтобы рисковать подобным образом. Кроме того, парень держал топорик слишком уверенно, а рана, нанесенная серебром, будет затягиваться долго и болезненно, может десятки лет.

– Я слушаю.

– Все объясняется очень просто. – Она оторвала руки от лица и коротко рассмеялась. – Конечно, я попала на крышу не по пожарной лестнице, а через окно. Знаете ли, у меня тут живет дружок… И как бы вам сказать… короче, его супруга вернулась слишком рано. Мне пришлось уйти. Всего-то…

Он несколько расслабился, но топорик не выпустил.

– Ах, этот красавчик Сенк. Вот бы никогда не подумал, что он способен на такие безумства. Гляди-ка…

– Еще как способен, – сообщила она.

После этого юноша сел на большую двуспальную кровать, занимавшую почти весь дальний от окна угол, положил оружие на колени.

Уже что-то! Теперь нужно его заставить про этот топорик забыть.

Придав лицу озабоченное выражение, Лисандра встала.

– Ну ладно. Где я могу привести себя в порядок?

– Там! – Не сделав даже попытки встать, он ткнул рукой в сторону ширмы, закрывавшей один из углов мансарды.

– Мило, очень мило, – промурлыкала Лисандра и поспешила спрятаться за раскрашенным шелком.

Там стоял допотопный рукомойник. Побренчав им, послушав, как вода стекает в стоявшее под ним ведро, Лисандра осторожно провела мокрыми ладонями по лицу. Вода неприятно щипала кожу, но вампирша хорошо понимала, что, вернувшись из-за ширмы с сухим лицом, вызовет у барашка новые подозрения. А ей надо было его успокоить. Пока то, к чему она стремилась, было сделано лишь наполовину. Она заставила парня разоружиться, но он мог схватить топорик в любой момент.

Когда она вышла из-за ширмы, жилец мансарды сказал:

– Итак, до утра еще далеко, а на улицу вам нельзя. Чем мы будем заниматься дальше?

Лисандра одарила его многообещающим взглядом.

Похоже, он уже забыл про оружие, но время для нападения еще не настало.

Все они просто барашки, почти с сожалением думала Лисандра, глупые, наивные барашки… хотя и воображают себя черт-те кем.

Томно улыбнувшись, она двинулась к кровати, на которой сидел парень.

Барану – баранья судьба. Приходит время, и ему пускают из горла кровь. Когда ножом, когда зубами. В зависимости от обстоятельств.

И все-таки что-то было не так. Что-то в этом человеке настораживало ее. Возможно, отсутствие на его лице тупого, бараньего желания схватить, сжать в объятьях, раздавить, наслаждаясь собственной силой и властью? Пока же он смотрел на нее со странным, немного отстраненным любопытством. Это мешало, но имело ли большое значение, когда их разделяет один шаг?

Лисандра даже остановилась, чтобы в полной мере насладиться последним мгновением. Прочувствовала его, пропустила через себя и двинулась дальше, стараясь делать плавные, успокаивающие движения. Вот она потянулась к голове барашка, стала опускаться на колени, чтобы удобнее было дотянуться до его шеи.

Вот сейчас, сейчас, очень спокойно и холодно думала она, я запрокину ему голову, одним движением, привычно и отработано укушу.

Она уже почти прикоснулась к его щекам своими узкими, холодными пальцами – и вдруг замерла. В руках у барашка снова был серебряный топорик, причем парень держал его на замахе, так, что мог в любую секунду пустить в ход.

Что за сюрпризы?

– Нет, – покачал головой тот, кого она напрасно посчитала барашком. – Так не пойдет. Еще одно движение, и я развалю тебя от плеча до пояса. Кстати, никакого красавчика Сенка в этом доме нет. Совершенно точно. Поэтому спрашиваю еще раз: как ты попала на крышу?

И это было все. Надлежало уйти, но она еще секунду, невероятно длинную секунду, думала, колебалась на грани, не зная, то ли ретироваться, то ли надеясь опередить удар топориком, напасть на того, кого только что считала жертвой. Скорее всего, она прыгнула бы, но в этот момент у нее за спиной раздался голос:

– Робооборотни, они близко! Готовьте крючья и топоры. Они не далее двух снов. Вперед!

Лисандра обернулась. Голос доносился из угла, в котором стоял странный конусообразный предмет, накрытый черной тряпкой.

– Тише, Змора!

Крикнув это, юноша метнулся в угол и сдернул тряпку. Лисандра увидела сплетенную из почти прозрачных прутьев клетку, внутри которой копошилось нечто косматое, похожее на кусок тумана.

Повернувшись к Лисандре, молодой человек сообщил:

– Она у меня беспокойная, хотя и совершенно безобидная… гм… пока сидит за решеткой.

В окно влетела белая птица, размером с ворону, и уселась ему на плечо. Змора зашипела, съежилась и забилась в самый дальний угол клетки.

Змора и белая птица, сообразила Лисандра. Скорее всего, это инспектор снов. Почему я не догадалась сразу? Впрочем, визитеры из страны Гипноса в наших краях не появлялись давненько.