СССР: бригада

Сталин понимал, что такие союзнички – временные. Строить крепкий мир с капиталистическими странами всё равно, что совать руку волку в пасть. Рано или поздно проголодается. Оба лагеря вскоре вновь станут непримиримыми врагами. Англосаксы чужды «красным» идеям и далеки от идеалов всеобщего равенства. Как далеки они и от желания смотреть в одном направлении с восточным союзником на мир прогрессивного будущего для всей планеты.

Большевики прекрасно помнили, что именно Великобритания и США четверть века лет назад пытались уничтожить носителей новой мировой идеи – коммунизма. А кто забывает историю, тому придётся пережить её вновь и вновь. Тогда состоялась широкая интервенция всего буржуазно-демократического мира, начиная от десанта американцев, французов, британцев, японцев, немцев на русские земли, и плоть до поддержки ангольских стрелков и чехословакского корпуса при вторжении на территорию России. Все «цивилизованные страны» в едином порыве выступили против «красной угрозы», не желая появления чуда и любого проявления самой новой Идеи для нового мира. Что это вообще значит – общество равных? Вы там, советы, совсем с ума посходили? А как рабовладение? Как же колонии? Как же отношения митрополий и доминионов? Как же мир, где для того, чтобы кто-то всегда был сыт, кто-то обязательно должен голодать.

За ответом на эти и другие вопросы и шли интервенты, втаптывая в грязь алое знамя, стоило появиться новой Идее. Войска высаживались в каждом порту СССР, переходили сухопутную границу, прорывались через железные дороги, не допуская и мысли о том, что нарушают границы суверенного государства. Ведь признавать советов никто не собирался. А раз так, то какие могут быть границы? Покромсать их на кусочки и дело с концом.

Вели себя интервенты на территории СССР ничуть не лучше диких захватчиков из степей. Подобно гуннам в Риме, каждый мировой капиталист видел почившую Российскую Империю поделённой на колонии под внешним управлением. Монархи, канцлеры, премьер-министры и президенты не скрывали планов по внешнему управлению богатой на ресурсы территории, где они обязательно наведут порядок. Сами, без советов с их странными идеями. И мнтервенция была не прикрытой. Кто урвёт кусок побольше – тот и прав.

Но прошло два с половиной десятка лет и мир стал другим. Однако, Сталин помнил, что именно англосаксы, а не кто иной, выделяли деньги Временному правительству Керенского. То хоть и сместило царя в ходе Февральской революции, но за полгода не смогло остановить распад некогда могучей и великой страны и само было смещено со страниц истории, как не дееспособное. Но пока смещали, много чего произошло. Англичане поддерживали кадетов, эсеров и меньшевиков. Но ни один конкурент во внутрипартийной борьбе для большевиков так и не смог взять на себя ответственность за новую страну.

А большевики смогли.

В попытке взять реванш, англосаксы обеспечивали оружием и финансами всех белых генералов, начиная от Деникина и Юденича, и заканчивая Корниловым и Шкуро, что грабили страну и вывозили золотой запас туда, где по их мнению лучше сохранится. Например, в Японии, Лондоне, Париже. А люди и без золота проживут. Куда им золотой запас? Вот мародёрство, грабёж, разбой – это дело по ним. А как устанут, так своё правительство поставят. Но хоть сколько-нибудь устойчивую территорию так и не создал ни один из белогвардейских предводителей. Сотни потенциальных «белых правителей» новых формирований так и не смогли предложить основообразующих Идей для всей бывшей территории Империи. Ничего нового, вокруг чего могли бы сплотиться массы – не было. Всё – труха и перетасовка колоды прошлого. Играя в неё, вся «белая масса» лишь решительно тянула страну назад, к истокам, не понимая или не желая понимать, что пути назад уже нет. Как нет смысла и в отрёкшемся от престоле императоре.

Николай Второй сдал свою страну под роспись, рассчитывая на родственников в лице младшего брата – Михаила Александровича. Но тот прекрасно понимал, что слишком много предстояло сделать и поменять, и просто умыл руки. Романовы опустили знамя Империи незадолго до победы в Первой мировой войне. И вместо Константинополя и проливов Босфора и Дарданеллы, страна получила грязь смуты, где болтыхались члены Временного правительства, что тоже не видели реальности дальше кабинета.

«Спасти страну от распада, это дело», – повторяли они друг другу на заседаниях: «Но как? Неужели что-то ДЕЙСТВИТЕЛЬНО придется делать»?

Почти полгода временно правительство предпочитало стагнацию, почти не предпринимая конкретных действий. Ситуация продлилась вплоть до октября 1917 года, когда пришли те, кто знал, что ДЕЛАТЬ НАДО. И мам, где царил чёрный хаос анархии, заалели флаги. Там, где зелёные махновцы, белые имперцы и прочие движения свободных от уз совести и чести временных собраний топили землю в крови, и все воевали против всех, большевики смогли подать саму Идею, которая устроила то население, что раньше и не подозревало, что может подняться наверх, минуя социальные лифты.

Идея была проста: власть тем, кто не боится запачкать руки в работе. И возликовали люди физического труда. Лозунги были просты и известны: землю крестьянам, фабрики и заводы рабочим! Бери всё в свои руки, человек с трудовым потом, мозолями на руках и грязью на лбу. Решай вопросы на местах, сам. Кому, как не тебе виднее, что нужно твоей области, краю, веси и дому, где ты живёшь? Неужели государю-императору виднее, или тем, кто рядом с тобой?

Рабочие и крестьяне, как основная масса на бывшей территории империи, от подобной идеи пришла в восторг. В едином порыве она с ноги вынесла дверь на социальную лестницу и решительно передала власть в руки большевикам. Сами большевики для всеобщего порядка тут же организовали рабоче-крестьянскую армию для выдворения интервентов. Ведь порядка на земле не будет, пока на ней орудует идейный и фактический враг народа.

Большевики не стремились собрать воедино прошлую империю, но собранные земли в основном совпали с территорией бывшей Империи, как само собой разумеющееся. Ведь там жили те же люди – люди труда, которые на дворцы господ любовались лишь издалека, теперь же каждый дворец вдруг стал общественным достоянием. Смотри, развивайся, мотай на ус.

Новое государство строилось уже по совершенно иным принципам. Кануло в лету само разделение на сословия. Никакого больше духовенства, дворянства. Все вокруг – трудящиеся, что сами поднимут себя в интеллектуальном, культурном и нравственном плане и другим помогут подняться. Потому образование – массово и бесплатно. Медицина – для всех и каждого. Равные условия труда и службы на благо Родине. Не за «веру, царя и отечество», отныне, но за «добровольность, равноправие и сотрудничество». Идеи, на основе пролетарского интернационализма. Понятия, о которых ранее и не подозревал мир.

Каждый может стать коммунистом, уверяли большевики. Идея, что объединит разрозненный мир, витала в воздухе. Дыши им полным грудью, да воплощай по мере сил и возможностей.

Однако, когда создаётся что-то хорошее, всегда появится тот, кто спать не ляжет, пока у соседей появляется что-то новое. А значит, надо приводить его в чувство, чтобы снова «жили как все». Потому и – интервенция. Потому – принуждение. Потому – ломка, диверсии, саботаж.

Рабочие и крестьяне всё же не лучшие бойцы. Люди с серпом, вилами и молотом в руках утёрлись и сделали выводы. Не строя иллюзий и прекрасно понимая, что новый мир нужно ещё защитить, большевики привлекли для обучения вчерашних пахарей и слесарей ни много, ни мало – офицеров старой гвардии. Тысячи из них идут на сотрудничество ради построения нового государства. Тот же генерал Брусилов, что служил царю, а затем Временному правительству, как правопреемнице Отчизны, пошёл за идеями Ленина, так как не видел никакой другой силы, способной удержать страну от полного распада. А страна в начале 1920-ых годов – территория полной неопределённости. По-старому жить уже нельзя, а лучше жить никто не будет, пока сами не возьмут всё в свои руки.

– Мы новый мир построим! – сказали вожди.

– Есть! – ответил народ.

И за основополагающей идеей коммунизма остановился общий распад. Первый и единственный союз социалистического лагеря устоял, изгнав сначала интервентов, а затем окрепнув за неимоверно малый срок истории. Двадцать лет на всё про всё. Четыре трудовые «пятилетки», где с энтузиазмом форсируя сроки, «давали пятилетки за четыре года». Вот он рывок, который начал менять саму карту мира.

Всего два десятилетия понадобилось большевикам, чтобы из разрухи создать новые заводы, восстановить былые фабрики, поставить новые и поднять промышленность на новый уровень, чтобы выдать блага для всех трудящихся в действительно массовом порядке внутри своей страны, а не только завозом для привилегированных сословий из «цивилизованных стран».

А спустя двадцать лет развития, когда набросятся стервятниками на молодое государство враги со свастиками, СССР уже хватит сил дать отпор. Изгонят немецко-фашистских захватчиков красноармейцы и обратно проводят до столицы Третьего Рейха.

«Дойдём до Берлина»! – в 1945 году уже не мечты и фантазии, но быль и «Сталин принял страну с сохой, а вернул индустриально-развитую державу с ядерной бомбой», – так будут отзываться о Сталине даже явные недоброжелатели впоследствии.

Вождь сделал всё, чтобы развить и реализовать красную теорию на практике, подстроив под современные реалии идеи Ленина. Однако, Великая Отечественная война далась союзу рабочих и крестьян нелегко. После неё СССР откатился назад на те же двадцать лет в плане ресурсно-технического обеспечения. И стране советов теперь вновь строить заводы, возводить города, восстанавливать жизнь из руин, как уже бывало.

Но ведёт СССР вперёд крепкий духом идейный человек, которому чуждо личное обогащение. Среди руин он уже видит новые города, среди обломков – ракеты, что откроют дорогу в космос. Много трудностей впереди, но вождь мирового пролетариата – провидец. И ещё 6 ноября 1941 года, отправляя войска на фронт, что вплотную приблизится к Москве, он уже уверял всех, что немецкий Блицкриг вскоре потерпит крах. Впереди полный разгром нацизма и скорое освобождение всей Европы. И люди верят, бросаясь под танки с коктейлями Молотова или прыгая в снег без парашюта при десантировании. Себя не жалея, но лишь для того, чтобы остановить врага, люди делают всё, чтобы страна устояла.

«Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами»! – звучало от Сталина то на выступлениях, то по радио. Те же слова произносил и Молотов. Одни слова на двоих, согласованные в единой партии, которую давно покинул Троцкий и больше нет противоречий касательно вражеского лагеря.

Простые и ясные слова Вождя нравились людям. Они были подхвачены и растащены на отдельные цитаты и вновь и вновь повторялись в народе. Ведь если все речи Троцкого привели к одной единственной поговорке в народе «пиздишь как Троцкий», то Сталин свои слова сдержал. И уже спустя четыре года после парада в Москве огромная, надломленная, но так и не несломленная страна, праздновала Победу, четыре года, (с 1941 года), слушая до дыр один и тот же текст – «Священная война», на стихи Василия Лебедева-Кумача:

Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой

С фашистской силой темною,

С проклятою ордой!

Пусть ярость благородная

Вскипает, как волна, —

Идёт война народная,

Священная война!

Как два различных полюса,

Во всем враждебны мы:

За свет и мир мы боремся,

Они – за царство тьмы.

Дадим отпор душителям

Всех пламенных идей,

Насильникам, грабителям,

Мучителям людей!

Не смеют крылья чёрные

Над Родиной летать,

Поля её просторные

Не смеет враг топтать!

Гнилой фашистской нечисти

Загоним пулю в лоб,

Отребью человечества

Сколотим крепкий гроб!

Встает страна огромная,

Встает на смертный бой

С фашистской силой темною,

С проклятою ордой.

Пусть ярость благородная

Вскипает, как волна, –

Идет война народная,

Священная война!

Однако, Победа победой, а враг оставался рядом. Милитаристская Япония захватила большую часть Китая и Корею. И всё ещё оказывала влияние на Тихоокеанский регион. Спаслись и наследники идей Степана Бандеры, что выступал проводником идей Симона Петлюры, а тот в свою очередь считал своим идейным вдохновителем – гетмана Мазепу. И это тоже головы гидры. Все трое ненавидели всё русское. Им был чужд и противен русский мир. Ярые русофобы, они мечтали о независимой всех от всех, но управлялись кукловодами. Идея фикс – уйти от влияния Москвы и отрезать себя от общей истории, исключить само славянское родство и обрезать общие корни. И режут бандеровцы по живому, пытая и убивая местных, лояльных русскому миру даже после Победы.

После разгрома Гитлера бандеровцы частью бежали на запад, частью сидели по лагерям, уцелев в плену, но не меняя своих взглядов. Немало ушло и в леса западной Украины, продолжая диверсионную деятельность, терроризируя как солдат, так и местных крестьян. Уцелело и немало нацистов. Недобитые идейные пособники Гитлера отчасти уплыли в Южную Америку. Сохранив верность Третьему Рейху, они спокойно поселились на просторах Аргентины, Чили и Бразилии. Южная Америка широка. Укрыть могла всех при наличии золота. А награбленного в Европе у нацистких преступников хватало.

Американцы также не давали расслабиться СССР. Вступив на территорию Германии под само окончание войны с новыми силами, они предались любимому делу – захвату материальных ценностей, на этот раз – немцев. США эвакуировала к себе целые заводы с территории Западной Германии. Они вывозили всё, действуя ровно также, как и колонизаторы-англичане, грабя доступные колонии. Действия без каких-либо согласований с союзниками по Антанте, включая бессмысленную бомбардировку Дрездена – города, не имеющего военного значения, американцы брали всё, что плохо лежит.

Немало утекало за рубеж волей американцев и фашистских учёных с инженерами. Среди особых приобретений звёздно-полосатых можно было отметить будущего отца американского ракетостроения – Вернера Магнуса Максимилиана фрайхерр фон Брауна. Его вместе с группой учёных, работавших над проектами по ракетостроению, эвакуировали прямиком в США. При том все немецкие учёные на западе Германии, что совсем недавно запускали ракеты ФАУ, бомбя Великобританию, и делали всё в научно-исследовательском плане, чтобы поработить советских народ, избегут трибунала в Нюрнберге, что состоится в 1945-1949 годы. Их не осудят как военных преступников, надёжно укрыв от постороннего внимания. И отчёта за это действие США тоже не даст никому, в том числе и союзникам. И глядя на чёрно-белую фотографию символов победы над Рейхстагом, Сталин радовался в душе Победе, но лицо оставалось хмурым.

Одной победы будет мало! Надо ещё и…уцелеть.

Он знал, что вчерашние союзнички уже составляли планы по уничтожению Москвы, Киева, Минска и других крупных городов СССР для окончательного угасания потенциала «страны советов». Их, «союзные» бомбардировщики, ждут на аэродромах прямо сейчас. Их корабли поблизости. Все вновь спят и видят, как бы покорить ощетинившийся, воспарявший СССР.

Капиталисты не умеют дружить без выгоды для себя. Они показывали нутро – покупать подешевле, продавать подороже. А что может быть дешевле, чем трофеи? И вот уже огромное количество трофеев вывозится с тех территорий, которые и войны-то толком не знали. Те же предметы искусства, включая картины, никогда не вернутся на территорию Германии, оседая в Вашингтоне, Лондоне и Нью-Йорке. Тогда как красноармейцы спасут и вернут многие произведения искусства на их родину, хоть немцы за это «спасибо» не скажут.

Чего ждать от капиталистов? Уж точно не благодарности. Идеи гуманизма, равенства и братства им чужды. Они охотно вцепятся зубами в то, что не в силах понять. Они же будут клеветать на то, что представляет угрозу для их меркантильных интересов. Советский Союз для них лишь территории новых возможных колоний, где они также, как и Гитлер, охотно истребят всех неугодных. Затем поработят оставшееся покорное население и заставят работать людей на себя.

Сталин понимал, что англосаксы мечтают разделить сплочённые одной идеей народы. Капитализм презирал и не понимал коммунизма, не желая блага для всего человечества, но мечтая лишь о доминировании одних элит. Их определяющая идея проста – финансы решают всё в мире. И сотня семей правит основными потоками капитала по миру.

Они давно разделили влияние в разных сферах, попутно меняя карту мира по своему усмотрению. Они взрастили, выкормили и спонсировали Гитлера. Они же свергали его чужими руками, когда окреп и стал опасен. А теперь они будут избавляться от Советского Союза, как от новой угрозы не для мира, но лишь для себя.

Миллиардеры как влиятельные лица мира сего не желали избавляться от идеи колониального прошлого. Во многих бывших колониях Британии даже в 20 веке процветает рабство. Королева посещает человеческие зоопарки, не видя различия между животным и человеком с тёмной кожей. Чего уж говорить о рядовых обывателях? Они не знают своих прав и трудятся на благо капиталистов просто для того, чтобы было что есть. Чем не рабство? При этом капитал никогда не делал ставку на Человека, но всегда поощрял его маленькие слабости, играл на страхах и отчаянье. При этом не забывал держать в ежовых рукавицах. «Больше трудись, давай больше прибыли капиталисту»!

Человек труда на западе мог только мечтать о восьмичасовом рабочем дне, о профсоюзах, о пенсиях, о льготах и оплачиваемом отпуске с выделяемыми путёвками на море или в профилактории каждый год. В то же время в социалистическом лагере даже за первые десятилетия становления вводили не только обязательное всеобщее начальное и среднее бесплатное образование, бесплатную медицину, но и начинали решать жилищный вопрос. Уже ставят в очереди и раздают бесплатно квартиры для сотрудников предприятий и передовиков. Уже поддерживают научные кадры и офицерский состав Рабоче-Крестьянской Красной Армии и флота. Стоит ли говорить о том, что большевики восстанавливают и будут строить новые железные дороги и аэропорты? Они же запустят в строй новые корабли и проложат новые дороги? Они сотнями поставят заводы за новые пятилетки, откроют немало количество шахт, создавали и ещё не раз создадут с нуля объекты энергетического обеспечения.

В сороковых годах СССР может всё. В том числе опрокинуть фашизм по всей Европе… Но кто там думает о последствиях? А Сталин – думал. И глядя на карту Европы в 1945 году, где серых и коричневых территорий больше не осталось, но доминировал красный цвет, он понимал, что в ближайшие месяцы Берлин будет разделён на зоны влияния из-за противоречий с капиталистами.

Но… не они брали столицу! На развалинах Рейхстага гордо реет именно алый флаг с серпом и молодом. Символ рабочих и крестьян. Знамя людей труда! Сама квинтэссенция веры в народы-победителей и Человека. Не по причине избранности по рождению, но как человека труда и прогресса, что сделал себя сам. Это много стоит.

Вождь считает, что каждый человек обучаем и может достичь высот, сначала подчинив себе природу, затем минимизировав потери для неё. А дальше он наверняка сможет покорить и необъятные просторы космоса. Там всем места хватит. Так считали великие умы Циолковского и его идеи развивать Королёву. Их идеи зародили искру в душе каждого мыслителя и теперь греть им сердца не одну тысячу лет. А «тысячелетнему» Третьему Рейху удалось разве что прогореть до золы за пару десятков лет. Так идея равенства и победила идею доминирования одной нации.

Глава 3 – Красное рождение

Среди шума многоголосья, пока система определяла кандидата-носителя, наиболее близкого мне по «звучанию» волн, я носился духом без плоти по пространству. То ли мгновение, то ли саму вечность от начала существования мира и до момента, когда произойдёт «взброс».

У каждого временного отрезка есть фигура влияния. Человек, который больше всего влияет на историю. В этом конгломерате это определённо был Иосиф Виссарионович Джугашвили. Закоренелый антисистемщик, который в борьбе с царизмом не гнушался и бандитизмом, а затем поднялся от самого дна до руководящих должностей при большевиках и так крепко взял всю новую систему за яйца, что прослыл Вождём в народе и среди ставленников новой политической системы.

Так что я не особо удивился, когда оказался рядом с ним в кабинете. А едва это произошло, система зондирования буквально пропиталась его мыслями и эмоциями. От Вождя исходили волны, а мы на пару с системой ловили их как волнорез.

К этому моменту жизни седой, с подсохшей левой рукой, которую среди людей он предпочитал прятать за китель, с неизменной трубкой в правой руке, он словно посмотрел на меня. А я на миг ощутил все его устремления в будущее.

Ощущая жар в груди от возможных перспектив в том будущем для нового мира, Сталин много курил и размышлял о грядущем. Лорд Уинстон Черчилль писал на этот счёт следующее.

«Сталин обладал большим чувством юмора и сарказма, а также способностью точно выражать свои мысли. Статьи и речи он всегда писал сам, и в его произведениях звучала исполинская сила. Эта сила настолько велика в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государств всех времен и народов».

Вот и сейчас, считая колоски в снопе зерна герба Советского Союза, и раз за разом вчитываясь в лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», Вождь уже помышлял о звёздах.

После смерти Рузвельта 12 апреля 1945, ярого противника фашизма, в новый путь вёл американцев Трумэн. Человек, который уверял американцев лишь в том, что стоит поддерживать как советов, так и фашистов. И всегда помогать ресурсами той стороне, что на определённом пути исторического отрезка будет слабее.

С такими новыми друзьями врагов не надо. И пока англо-саксонские союзники подсчитывали количество бомб и бомбардировщиков, чтобы окончательно уничтожить промышленный потенциал Советского Союза, стирая его города в пыль так же, как Дрезден, Сталин готов был разделить с «союзниками» Луну.

Эта мысль впервые прозвучит вслух на Потсдамской послевоенной конференции всё-того же 1945 года.

Идея о необходимости поделить территории влияния на «пыльном шарике» застанет всех врасплох.

– Простите, господин Сталин, вы, конечно, имеете в виду раздел Германии? – переспросит Гарри Трумэн.

Сталин неспешно затянется трубкой и внятно повторит:

– Луны. О Германии мы уже договорились. Я имею в виду именно Луну. И учтите, господин президент, у Советского Союза есть достаточно сил и технических возможностей, чтобы доказать наш приоритет самым серьёзным образом!

Одни воспримут это как шутку, другие впадут в осадок.

Черчилль на счёт Сталина добавит в своих дневниках следующее:

«Сталин производил на нас неизгладимое впечатление. Его влияние на людей было неотразимо. Когда он входил в зал ялтинской конференции, все мы, словно по команде, вставали и, странное дело, почему-то держали руки по швам».

Так что пока одни улыбнутся, другим будет не до улыбок. Непросто считать Вождя. Где сарказм, где планирование?

Одно могу сказать точно. К этому времени Советский союз уже обогнал англосаксов в тайном освоении Антарктиды и рассчитывал на лидерство в Арктике, до которой вообще не стоило допускать таких «союзников».

Они не понимали его. Они мыслили приземлённо. Какая Луна? Как до неё добраться? А Сталин знал. И понимал, что может осуществить эту задачу.