Рунный практик (Альфа–12)
За это время источник информации далеко умчаться успеет, и мне будет сложно отправиться в погоню. Это и потеря времени, и хозяева лагеря непонятно как воспримут столь затяжную отлучку.
Да к тому же в столь острый момент.
Сообщить им о найденных следах — никуда ни годный вариант. Мне с этими некромантами или некромантом тет-а-тет следует пообщаться, в максимально интимной обстановке.
Некоторые вопросы, что вертятся на языке, южанам слышать не обязательно.
Но делать нечего, активировал Взор. Кто знает, вдруг повезёт, и на следы наткнусь прямо сейчас, в первые минуты поисков.
И это решение оказалось правильным. Нет, свежие следы я не нашёл, и даже не успел начать их искать. Потому что после активации навыка не забыл покрутить головой, пробегаясь взглядом по округе. Дело привычки, всегда стараюсь так поступать, ведь чем больше контроля окружения, тем дольше проживёшь.
И потому увидел, как по почти вертикальному склону уверенно движется весьма удивительный всадник.
Лишь слышал о таких.
Вместо коня хищное животное, которому я, по своей излюбленной привычке, подобрал земной аналог и назвал его (разумеется) варгом. И то, что местный зверь больше похож на росомаху-переростка, а не на волка, не имеет ни малейшего значения.
Вот захотелось так назвать, и назвал.
Варгов традиционно используют в глубинах континента, вдалеке от прибрежных территорий, причём даже там они редкость. По слухам, лишь в племенах горных дикарей их можно встретить пусть и не в больших количествах, но по несколько особей запросто. Почти такие же дикие, как их наездники, они не могут сравниться в скорости с хорошим скакуном, зато абсолютно неприхотливы и способны проворно пробираться по таким чащобам и скалам, где не всякий пешеход сумеет дорогу найти.
Не самый лучший выбор для степи, но именно здесь и сейчас такой зверь весьма полезен. Ещё бы чуть-чуть, и всадник меня опередил. А там, даже найди я свежие следы когтистых лап, не факт, что догадался бы, кто их оставил. Варгов до сих пор ни разу не видел, да и встретить их ни с того, ни с сего посреди Мудавии — это почти как на марсианина наткнуться. Так что скорее поверишь в какого-нибудь редкого степного хищника, чем в диковинного наездника.
Сам наездник тоже интересный: одет во всё черное, капюшон надвинут низко, скрывая лицо. Не понимаю эту «моду» у тёмных, они ведь здорово ограничивают себе поле зрения, не говоря уже о том, что издали выдают себя характерной и заметной особенностью. Однако всё равно при первой возможности тут же напяливают на себя любимую хламиду и пытаются спрятаться в ней полностью.
Это определённо тот, кто мне нужен.
Я не стал торопиться. Подождал, позволяя всаднику спуститься ещё ниже, до последнего обрыва. Там мне не придётся прилагать усилия, чтобы до источника информации добраться, и заодно, пока тот движется, можно осмотреть склон. Мало ли, вдруг за этим товарищем следует коллектив коллег, а его просто вперёд послали, вместо полноценного дозора. Займусь им, и тут же толпа сообщников на голову свалится.
Я, конечно, дико крут, но непобедимым себя не считаю, и потому, если это возможно, стараюсь сводить риск к минимуму.
Вроде никого нет.
Вытащив жезл, выпустил россыпь Каменных пуль, и следом такую же россыпь Льдинок. Варг рухнул тут же, а вот всадник лишь окутался эффектами сработавших артефактов или защитных навыков. Мне повезло, и злобное животное, заваливаясь, придавило наездника. Тот, падая, порывался куда-то отпрыгнуть, но чуть-чуть не успел.
Пользуясь этим, я добавил Каменным и Ледяным копьями. Навыки более мощные, и, к сожалению, шумные. Однако деваться некуда, защита у противника оказалась не из простых.
Знал бы, начал с лука. Артефактные стрелы на такой дистанции получше магии со многими щитами расправляются. Но менять оружие счёл ненужным, чувствовал, что вот-вот, ещё немного, и додавлю.
Каменное копьё снова заставило сработать защиту, а вот от Ледяного противник прикрылся неожиданным образом. Извернулся, сгибая зажатую ногу, и распрямил её с такой дурью, что тяжеленная туша полетела в мою сторону, оказавшись на пути магического заряда. Тот лишь выбил облако из клочьев шерсти и фонтан кровавого фарша, так и не добравшись до намеченной цели.
Соскочив с седла, я ринулся к противнику, на ходу поливая его низовыми магическими ударами. Всем, что есть бил, лишь Огонь не применял. Язычок свечи в ночной степи человек с ничем не примечательным зрением за километры способен разглядеть, а мне здесь свидетели не нужны.
«Тёмный» на месте не стоял, мастерски прыгал туда-сюда, прикрываясь кустами и редкими валунами, и в какой-то момент вдруг взял и исчез.
Ну это он так подумал. Откуда ему было знать, что исчезнуть в видимом диапазоне не самая удачная идея, если имеешь дело со мной. Мне даже не пришлось анализировать поведение потоков ци. Взор Некроса, активированный ради поиска следов, всё ещё действовал, и потому чёрная фигура лишь преобразилась, а не скрылась.
Я охотно подыграл «невидимке», всем своим видом демонстрируя, что весьма растерян и не представляю, что теперь делать. Похоже, не переигрывал, потому что противник не суетился, спокойно пятился вбок, следя за тем, чтобы не задевать ветки и пучки травы. Очевидно, его навык скрытности обладал типичным для этого класса умений недостатком — плохо работал в движении. Медленно перемещаться позволял, но стоит чуть ускориться, и рискуешь лишиться маскировки.
Я тоже спешить не стал. Выбрал удобную позицию, примерился, и, до последнего стараясь не коситься в сторону невидимки, выхватил лук.
Но даже артефактная стрела, выпущенная с двадцати шагов, с защитой не совладала. Хотя врезала по ней знатно, на это указывало то, что щит сработал с яркой вспышкой, чего раньше не наблюдалось.
Это скверно. Южан в лагере тысячи и тысячи, не только мне могла прийти в голову идея поискать поводырей здесь. К тому же немало людей на последнем периметре видело, в какую сторону направился вражеский десница. Да и про возможных наблюдателей на холмах не надо забывать. При всём том бедламе, что воцарился после нападения, полагаю, новости о непонятной стычке во мраке постараются без промедления доложить наверх.
В общем, работать надо быстро, пока лишние глаза и уши не набежали.
Выпускать вторую стрелу — слишком долго. Противник, выдержав неожиданную атаку, не стал бежать вприпрыжку, а потянулся куда-то в глубины своей хламиды. А ну как достанет какой-нибудь огненный артефакт, и устроит тут иллюминацию на гектар. Низовой магией, как я понял, его долбить можно неизвестно сколько, а ведь время не ждёт.
Потому применил Лезвие.
Запас этих штуковин ограничен, но очень уж удобная вещь для сложившейся ситуации. Даже если сразу щиты не проломит, заскучать не позволит.
Сделав тёмное дело, я отскочил навыком назад, не переставая контролировать врага. Как и предполагал, тот быстро перехотел копошиться за пазухой. Может уже сталкивался с такими «подарочками пустыни», или очень уж необычно выглядело Лезвие, всем своим видом намекая на некие невиданные доселе неприятности.
Щит у «тёмного» оказался не из простых, он выдержал даже это, отбросив поблёскивающую в свете звёзд «трапецию» на несколько шагов. Та тут же снова ринулась на цель и опять отлетела. Видимо защиту эти удары просаживали здорово, потому что нервы у противника не выдержали, и он задал стрекача.
Догнав его, Лезвие достало, наконец, до цели, но как-то неполноценно, частично. И вместо того, чтобы рассечь тело на уровне поясницы, разворотило бок. Впрочем, этого хватило. Видимо повредило позвоночник, потому что «тёмный» упал, не проронив ни звука, и даже не дёрнулся ни разу в агонии.
А вот теперь надо торопиться.
Ещё ничего не закончено.
Старец из снов мою задумку вряд ли одобрит, но куда прикажете деваться? Я не мастер полевых «экспресс-допросов», плюс у тёмных репутация тех ещё молчунов. Некоторых хоть на куски режь, ни слова не выдавишь.
Так что для надёжного общения оставался единственный вариант, потому я и не пытался взять противника живьём.
Задрав капюшон, открыл нездорово-бледное лицо. Видимо при жизни этот человек не любил подставлять кожу солнцу, да и огромная кровопотеря сказывалась.
Веки дрогнули, поднялись, безучастный взгляд мертвеца уставился в небеса.
— Ты меня слышишь? — спросил я.
— Да.
— Ты слаб, как ты смог поднять такое умертвие?
— Не... не понял.
— Умертвие, которое на лагерь напало, ты поднял?
— Не... не поднимал.
— А кто поднял?
— Не... нет умертвие. Это не умертвие. Нет.
— Голем плоти? Это был голем плоти, а не умертвие? Ты это хочешь сказать?
— Да. Голем. Плоти.
— И как ты, слабак, который даже не попытался мне чем-то ответить, смог создать голема плоти? О них сотни лет никто не слышал. Как это вообще возможно?
— Не... не знаю. Не... не создавал.
Как-то неправильно разговор идёт, а время между тем не терпит. Разговаривать с мертвецами — особого рода искусство, где самые простые вопросы могут натыкаться на стену полнейшего непонимания.
Ладно, попробуем зайти с другой стороны.
— Тебя послал Эйцих?
— Да.
— Экзарх?
— Да.
— Что он тебе приказал?
— Следить за тобой. Ждать часа нужного. Выпустить голема плоти.
— Как ты его выпустил?
— Мне был дан дар Голоса.
Похоже, я и здесь не в ту дверь зашёл. О чём вообще?
— Что за Голос?
— Голос... Голос... Он говорит.
— Ну я об этом первым делом подумал, как только о нём услышал. Вот только мне нужные детали. Кто стоит за Голосом, где, как. Говори всё, что знаешь. Чёрт! Ты же, балда дохлая, не понимаешь ничего... Голос, это человек или нет?
— Голос это Голос.
— Хорошо, пусть так. Голос дал тебе дар?
— Голос не... не даёт дар кому-то. Голос даёт дар для чего-то.
— И для чего же он дал его? Чтобы меня убить? Какое-то сложное убийство получается...
— Голос называет имя. Голос даёт дар. Дар надо вручить тому, чьё имя названо. Назвали тебя. Познавший дар Голоса умирает от его дара.
— Ты решил, что одного демона плоти достаточно? То есть тысячи солдат вокруг меня тебя не смутили?
— Количество защитников того, кого назвал Голос, не имеет значения. Они лишь пища для роста могущества голема плоти. Он особый. Он существует недолго. Он полностью защищён от магии. И его очень трудно повредить оружием. Голем появляется недалеко от того, кого назвал Голос. Голем плоти идёт к тому, кто должен умереть, усиливаясь по пути. Голем плоти создаёт особую тьму, в которой люди теряются. Голем плоти дохо...
В темноте сверкнуло, и голова мертвеца разлетелась полностью вместе с частью шеи. Лишь кусок оголившегося хребта остался торчать.
Я это наблюдал краем глаза, потому как при вспышке меня так сильно толкнуло в спину, что даже сработавшее Игнорирование не помогло удержаться на ногах.
Прокатившись по земле, вскочил, разворачиваясь к неведомой угрозе.
— Добрый вечер, господин Гедар! — издевательски произнесли из мрака.
Глава 13 Банда мстителей и внезапно найденная «пропажа»
Глава 13
Банда мстителей и внезапно найденная «пропажа»
Не знаю, чем меня и говорящего мертвеца приложили, но сверкнуло так здорово, что прокачанное зрение дало сбой. Говоря проще, я не видел говорившего, и не знал, один ли он во мраке скрывается или их там толпа. Взор Некроса ушёл в откат ещё при начале допроса, и до нового применения придётся немного подождать.
Однако уши мои от вспышки ничуть не пострадали, и голос я не только прекрасно услышал, я его ещё и узнал.
Старый знакомый, и не сказать, что знакомство у нас тесное и дружеское. Однако продолжения атаки не последовало, значит, всё ещё можно объяснить недоразумением.
Хотя в это ни капли не верится.
— Интересно, вашим любимым мудавийцам известно о вашей привычке с мертвецами разговаривать? И как они к этому относятся?
Демонстративно стряхнув сор с предплечья, я спокойно ответил:
— И вам доброго вечера, господин Уго Акке. Вам что, действительно интересно мнение мудавийцев? Что-то сомневаюсь... Может лучше о погоде разговор заведёте, как при первой нашей встрече? Или снова сдаться предложите, чтоб уж полностью её повторить. А может, как на последней встрече, жалобно попросите о перемирии или попытаетесь подкупить, чтобы я вас больше не беспокоил?
— Ни то, ни другое, господин Гедар. Я пришёл, чтобы свершить месть.
Глаза быстро приходили в норму, и я, наконец, различил собеседника. Да, тот самый старший переговорщик, который вместе со своим племянником Нондом Акке общался со мной перед битвой у Козьей скалы. Оба тогда нисколечко не сомневались в скорой победе и бесхитростно предложили мне бросить армию и сдаться в плен, чтобы в последующем стрясти с императора хороший выкуп.
Уже через день, пережив унизительную трёпку, этот спесивый аристократ повёл себя куда покладистее. И общался уже без племянника, потому что молодого человека я лично прикончил на поле боя. Не из-за ненависти, а просто потому что тот под руку подвернулся.
Как и многие другие.
Уго заявился не один, рядом с ним я насчитал ещё четыре фигуры. Расстояние невелико, Баланс любезно подсказал, что все они «красные». Оттенки от бледных, чуть желтоватых, до чистых, но ненасыщенных. Один одет по магической моде, да и жезл в руке вряд ли для красоты держит, трое других воины. И цвет и оружие подсказывают, что запросто с ними справиться вряд ли получится. Я почти не сомневаюсь, что поодиночке и даже по парам сделаю их всех, а вот насчёт всей группы не уверен.
Сюрпризов у меня, скорее всего, больше, зато у них больше численность. В той или иной степени эти преимущества друг дружку компенсируют.
— Месть? — спросил я и тут же сам ответил: — За Нонда, что ли? Да что с вами такое? То Меннай, то Доумай... Жалкое солнце юга особым образом пропекает мозги, и вы начинаете искать обиды там, где их нет? Господин Уго, ваш племянник погиб на поле боя. Честная смерть, и мстить за неё, вот так, нарушая законы переговоров, это позорить его память.
— Доумай сами решают, что позор, а что нет, — спесиво воскликнул Уго и наставил на меня палец. — Тебе по-хорошему предлагали завершить эту никому не нужную войну. Ты не просто отказался, ты таким отказом высмеял наши слова. И ты убил члена нашей семьи. Теперь ты умрёшь, северянин!
Я закатил глаза:
— Великий ПОРЯДОК, прошу тебя, хоть иногда давай мне какие-нибудь достижения, когда кто-то произносит такие слова. Господин Уго, да если бы мне при каждом обещании скорой смерти давали монетку, я бы их уже пару мешков насобирал.
— Глаза твои мы монетками прикроем, псина северная! Убейте его!
Я не великий любитель болтать, поэтому всё это время готовился, прекрасно понимая, что враги занимаются тем же самым. И как только Уго выговорился, схватка закипела в то же мгновение, бурно и шумно, с теми самыми нежелательными вспышками, далеко видимыми в ночи.
Маг с дивной быстротой выпустил в меня Огненный шар, Искру и Каменную пулю. В теории и я способен такую скорость выдавать, но, увы, не всё в этом мире подчиняется одним лишь цифрам, частенько требуется и опыт. Лишь научившись концентрироваться на навыках полностью, можно выжимать из них тот максимум, что на голом ПОРЯДКЕ недостижим.
Этот мститель, похоже, тренировался десятилетиями. Он даже почти подловил меня, несмотря на то, что я переместился скачком назад. И хотя такие навыки среди воинов не редкость, именно обратное направление движения чаще всего застаёт врасплох.
Этого не застало, но я всё же оказался чуть быстрее.
Прекрасно, все Игнорирования пока что на месте.
Три воина одновременно переместились ко мне. Точнее — туда, где я только что находился. Но меня там уже не было, я снова переместился, и на этот раз вперёд, чуть-чуть перед этим повернувшись.
Ни я, ни они не пытались как-то атаковать, из всех участников лишь маг продолжал «спамить» меня всякой низкоуровневой ерундой. При его «красноте» это выглядит странно. Или из сильных навыков у южанина лишь Чёрное солнце и подобные ему умения, неприменимые в такой схватке, или просчитывает меня, выжидая момент для использования чего-то особенного, «коронного».
Если верно последнее предположение, мне очень хочется узнать, что именно он придерживает. Вдруг у него завалялся какой-то редкий навык, который мне очень не помешает? В таком случае, несмотря на непростой расклад, есть смысл позволить ему его продемонстрировать. И если я сочту его полезным в хозяйстве, придётся разрядить «четвертушку» Рунного мародёра.
В преддверии большой битвы разбрасываться его «зарядами» ради одиночного мага с неизвестным набором навыков не следует. Надо убедиться, что среди его коллекции действительно есть что-то стоящее, и уже потом принимать решение.
Почти месяц на перезарядку кого угодно научит тонкой расчётливости. И то, что за этот срок я теперь могу применить конструкт четыре раза, мало что меняет.
В той битве, что намечается, и восьми применений может не хватить.
Переместившись, я не только мыслями голодного хомяка терзался, я попытался атаковать воинов. Запустил в них Огненный шар. Раз уж теперь можно не скрывать свою деятельность, так чего стесняться. Накрыть не рассчитывал, просто пускай знают, с кем дело имеют.
Маги — неприятные противники и требуют специфической тактики противостояния. А маги-универсалы — такая редкость, что даже опытный воин при встрече с ними запросто растеряется.
Вот и эти пусть озадачиваются, пока я провоцирую вражеского волшебника продемонстрировать всё, на что он способен.
Тот решил удивить меня Огненной стеной. И у него это самую малость получилось. Редкий навык, и впервые вижу, чтобы кто-то поднял его до такой величины. На меня будто пылающая сетка волейбольная налетела, увернуться никак не успевал, а перепрыгивать нежелательно, ведь в воздухе маневрировать нельзя, следовательно, три воина будут знать, где именно меня можно гарантированно подловить в ближайшее время.
На «красных» скоростях нельзя позволять противнику даже на четверть секунды в будущее заглядывать.
Сбив с меня одно Игнорирование, Огненная стена направилась дальше, поджигая кусты, траву, тушу варга и тело мертвеца, с которым мне не дали как следует побеседовать.
Чёртовы мстители! И, главное, за что? Никакого повода для мести не вижу, гибель родича в битве, это всего лишь эпизод войны, а не преступление против клана. Если о нападении на переговорщика такого ранга станет известно широким массам, их семьи грандиозно опозорятся. В таких случаях, бывает, свои же родные преступника убивают, чтобы смыть бесчестье с рода.
Вот как такие идиоты до «красноты» сумели дорасти?
Следом за Стеной мчался Уго Акке. Наверное, полагал, что под прикрытием огня до последнего останется незамеченным и обрушится неожиданно. Я встал так, чтобы он находился между магом и мною, и, проворно отступая от мстителя, принялся осыпать воинов нехорошими навыками, перегружая их защитные навыки и разряжая амулеты.
Вроде прекрасно устроился: воины вынуждены защищаться и маневрировать, опасаясь сближаться, маг не может работать, потому что при этом поразит союзника. Но мне нужно точно знать, на что он способен, а не оставлять его без работы.
Пришлось отправить в Уго Огненный шар. От удара амулеты спасли, а вот от пламени, что вспыхнуло вокруг, не защитили. Южанин заорал, пытаясь сбить с себя огонь, и тут же с хрипом повалился, когда я, проскользнув мимо, выхватил меч и чиркнул по шее.
Первая кровь. Противник самый слабый, но игнорировать его нельзя, так что нечего ему под ногами путаться.
Победа далась легко, однако на какой-то миг пришлось отвлечься, выпустить мага из поля зрения. И тот момент не упустил.
Земля ударила по подошвам, комья её рванули выше, обволакивая ноги до колен. На каждую несколько пудов каменистого грунта накрепко прилипло. Не паралич, конечно, но передвигаться со столь массивным и неудобным грузом непросто, и скорость моя резко упала. Надрываясь из последних сил, я попытался зигзагами рвануть к магу, одновременно стараясь освободить конечности. Воины дружно взревели, почуяв, что ещё секунда-две, и мне придётся отбиваться от всех троих.
Хреновая ситуация, но далеко не безнадёжная. Увы, придётся заканчивать игрища с провокациями. «Земляные валенки» от мага не впечатлили, так что ради них тратить заряд Конструкта не вижу смысла. Огненная стена да — навык хороший, вот только его можно развить из низовых. Да, дорого и долго, но ничего фантастического в такой эволюции нет, просто много трофеев вложить надо, да и Баланс изрядно загрузится.
Нет, не вижу смысла играться с этим магом дальше. Бой становится слишком рискованным.
Я уже почти активировал Лезвие, как вдруг не зрением, а ощущением энергии понял, что к схватке присоединился кто-то ещё. Очень уж характерная волна прошла, оставляя после себя завихрения, что направлены в ту сторону, откуда сейчас последует сильнейший удар.
Из мрака вынеслась человеческая фигура. Двигалась она так стремительно, что даже моё зрение не смогло за ней уследить. Лишь отдельные картинки удавалось выхватывать, из-за чего получилось своеобразное «слайд-шоу».
Проскользнув за спинами уже почти добежавших до меня воинов, фигура блеснула металлом, и сразу два противника переменились в лице, после чего покатились по земле, разделяясь на части и разбрасывая отсечённые руки.
В этот же миг со стороны мага послышался влажный звук и, чуть повернув голову, я увидел, как тот продолжает стоять, вскинув жезл над головой, вот только головы у него уже нет. Сердце ещё не поняло, что можно отправляться на отдых, продолжает качать кровь, и та картинно хлещет фонтаном из обрубка шеи.
Последний воин крутанулся, выставив меч, но убийца легко проскочил под клинком и снова сверкнул металлом. Южанин вскрикнул и начал падать, отсечённые выше колен ноги завалились в разные стороны.
Фигура, наконец, замерла, позволила себя рассмотреть. Над покалеченным стоял мужчина огромного роста. Я со своими габаритами «немного выше среднего» смотрелся на его фоне так себе. Тот на полторы головы возвышался, и в плечах шире раза в полтора. Причём одежда не мешала проводить сравнения, так как на верзиле её почти не было. Лишь подобие набедренной повязки, обмотки на ногах да головной убор, очень похожий на чалму. Кожа не просто загорелая, она почти чёрная, и черты лица характерные. Передо мной не просто южанин, а южанин, который пожаловал с весьма и весьма дальнего юга. Возможно даже того самого, дикого, о котором в Раве лишь на уровне сомнительных баек известно.
Почему-то сразу вспомнились именно те сказки, где чернокожие дикари кушают всё, что шевелится.
В том числе неосторожных путешественников, оказавшихся на земле их племени.
Присев над покалеченным воином, гигант стукнул его по затылку рукояткой здоровенного бронзового тесака. И по характерному звуку я понял, что столь небрежным на вид ударом тот расчётливо проломил кость и нанес фатальные повреждения мозгу.
Скосив взгляд, я обнаружил и второго убийцу. Такого же здоровенного, чёрного и скудно одетого. Не обращая ни на что внимания, тот с упоением рылся в одежде обезглавленного мага, со знанием дела избавляя труп от материальных ценностей.
После гибели волшебника мои ноги освободились от лишних тяжестей, но я не удержался, чуть нагнулся, стряхнул прилипшие комья глинистой почвы, не забывая при этом контролировать странную парочку.
Баланс показывал, что оба насыщенно-красные, а то, как играючи они выкосили неслабую группу противников, говорило о немалом опыте в подобных делах.
Очень опасные ребята.
Убийца тройки воинов тоже занялся мародерством и между делом указал на труп Уго:
— Этот твой, значит и его добро твоё. Мы тебе помогли, но на чужое не претендуем.
Я не стал отнекиваться, говоря, что на тот момент ситуацию по большей части контролировал, и мог обойтись без вмешательства не пойми кого. Все Игнорирования на месте, прокачанный Воздушный щит ещё не активировал, Лезвие вот-вот вылетит.
Скорее всего, я бы победил пятёрку мстителей быстро, но нельзя отрицать, что шанс у противника был. Ведь так и не понял, что ударило меня изначально, завершив разговор с мертвецом. Если маг применил какой-то непонятный навык, надо признать, этот навык неплохой, и если откат его невелик, он мог склонить чашу весов не в мою пользу.
Если действие какого-то атакующего амулета — другое дело. Столь эффективные, как правило, одноразовые, или обременены затяжным откатом, и потому второй раз меня бы им не приголубили.
В общем, ничего не ясно. Да и смысл возражать людям, которые секунды за три вырезали четвёрку опаснейших противников, из которых лишь один попытался неуклюже ответить, после чего принял жестокую смерть.
Интуиция