Призрачные узы

– Я же тебе уже сказал, что у тебя ничего не выйдет, – повысил голос Андрей. – Смысл тратить время впустую? Лучше иди и займись делом – например поимкой этих ублюдков, убивших мою семью. Поверь, так от тебя будет куда больше пользы.

– А я тебе уже говорил, что здесь от меня мало чего зависит, – огрызнулся Иван. – У нас есть кому заниматься этим делом. Так что я вполне могу заняться вытаскиваем друга из задницы.

– Делай, что хочешь, – махнул рукой Андрей. – Мне плевать.

С этими словами он встал и, насколько позволяла больная нога, поковылял в гостиную. Надежда на то, что Иван не пойдет следом, была слабой, но все же Андрей решил рискнуть.

Оказавшись в гостиной, он вновь уселся на диван, откинулся на спинку и машинально закрыл глаза. К несчастью, уже через пару минут в коридоре послышались шаги, оповестившие о том, что Иван не захотел оставаться на кухне или еще лучше – уходить из квартиры.

– От меня не сбежишь, – ехидно произнес он, усевшись на диван рядом с другом.

– Я и не пытался, – не открывая глаз, с безразличием ответил Андрей. – Знаю, что ты как заноза в заднице – так и будешь мне мозг выносить.

– Очень приятно, дружище, – вновь засмеялся Иван. – Ты как всегда – сама любезность.

В ответ Андрей лишь пожал плечами. Ему было глубоко наплевать на мнение друга по поводу своей дерзости. Андрей готов был дерзить до потери пульса, если бы это помогло его спровадить.

– Может поговорим? – предложил Иван.

– О чем? – недовольно спросил Андрей. – В психологи решил податься? Очень зря. Хотя, учитывая ваши успехи в деле с убийцами-сектантами, то многим из вас не мешало бы сменить профессию.

– Просто промолчу, – закатил глаза Ивана, которому уже изрядно надоели камни, летящие в огород полиции.

– Вот и молчи, а я пока посплю, – едва заметно улыбнулся Андрей. Про «посплю» он нисколько не соврал. Учитывая, что спал Андрей мало, порой шастая по квартире по пол ночи, не было ничего удивительного в том, что сон мог напомнить о своем существовании посреди дня.

– Дружище… – начал было Иван.

– Не вздумай! – рявкнул Андрея, моментально догадавшись, о чем сейчас пойдет речь. – Только скажи про них, и я не посмотрю на то, что сейчас ты физически сильнее меня. Врежу как следует!

Андрей хоть и пытался угрожать, но все же понимал, что в таком состоянии ничего не сможет сделать. За последние несколько месяцев он и в самом деле физически ослаб, а действие алкоголя лишь усугубляло его положение. Если бы Андрей и решился ввязать в драку, то выглядело бы это как нападение Моськи на слона, что вызвало бы у соперника очередную ухмылку на лице или же приступ смеха. Понимал все это и Иван, поэтому мнимые угрозы со стороны друга никоим образом не влияли на него.

– Я все равно скажу это, – спокойно произнес Иван. – Дружище, ты должен жить дальше. Понимаешь? Да, ты пережил настоящее горе, но жизнь на этом не заканчивается. Пора взять себя в руки.

– Жизнь на этом не заканчивается? – распахнув глаза, взревел Андрей. – Да как ты можешь такое говорить? Я потерял все – ты это понимаешь? Все! У меня нет ничего! Жизнь моя закончилась тогда, когда мне сообщили о смерти Арины с Даней. В тот момент я потерял все!

– У тебя есть родители, которые тебя любят и переживают за тебя, – продолжал Иван гнуть свое. – Есть друзья, которым ты тоже дорог…

– О да, друзей у меня полно, – перебив друга, саркастически засмеялся Андрей. – Дайка подумать, кто же из них мной дорожит? О-па, да похоже никто! Вот так облом.

– Не смешно, – с нотками обиды ответил Иван. – Вообще-то я твой лучший друг. Если бы мне было наплевать на тебя, то я бы не сидел сейчас тут и не пытался тебя вразумить.

– Спасибо тебе, дорогой друг, – снова с сарказмом произнес Андрей. – Ты так великодушен, раз тратишь свое драгоценное время на меня. Лучше бы убийц шел искать.

– Очень тяжелый случай, – вздохнул Иван. Желание хорошенько врезать другу, дабы тот сменил тон, у него по-настоящему зашкаливало, но все же здравый смысл взял вверх. Успокоив взбунтовавшиеся нервы, он продолжил. – Давай без сарказма. Психолог из меня и в самом деле никудышный, но я все равно хочу тебе помочь. Мы с первого класса дружим – дума это о многом говорит.

– Так ты что от меня хочешь? – на этот раз без сарказма и в более спокойно форме спросил Андрей. – Хочешь, чтобы я взял и забыл Арину с Даней? Чтобы продолжил жить так, будто ничего не произошло? Этого вы все от меня хотите?

– Нет, конечно, – категорически замотал головой Иван. – Никто не просит тебя забывать про родных тебе людей. Сейчас самое главное, чтобы ты перестал деградировать. Посмотри на себя… Я с трудом тебя узнаю. Ты должен взять себя в руки.

– Хорошо, – буркнул Андрей. – Если я пообещаю взять себя в руки, то ты оставишь меня в покое?

– Больше похоже на то, что ты пытаешься от меня избавиться, – усмехнулся Иван. – Я за порог, а ты снова бухать, да?

– Нет, я просто лягу спать, – ответил Андрей. Разумеется, он врал. Желание избавиться от псевдопсихолога, пусть и в лице лучшего друга, так никуда и не делось. Андрей не нуждался в чье-либо компании, особенно в той, что пыталась промыть ему мозги. Поэтому он начал хитрить, дабы Иван наконец-то ушел.

– Прости, но я слишком хорошо тебя знаю, – раскусил друга Иван. – Не забывай, что мы лучшие друзья, и я знаю тебя как облупленного.

– И что с того, будешь теперь сидеть тут до скончания веков? – снова включил режим сарказма Андрей.

– Сколько понадобится – столько и буду, – спокойно ответил Иван.

– Хорошо, давай тогда выпьем, – выпалил Андрей. Если уж Иван ни в какую не хотел уходить, то оставался один вариант: напоить его. По крайней мере на нетрезвую голову обычно он не был такой занудой, которая совала свой нос, куда не следует. Да и в целом такой расклад показался Андрею самым приемлемым. Так сказать, лучше сидеть и пить, дабы все существенное начало казаться несущественным, чем сидеть и выслушивать бесконечные песни про Арину с Даней. – Либо сидим и пьем, либо попрошу вас покинуть мою квартиру.

– Прости, дружище, но я не пью, – неожиданно выдал Иван, отчего у Андрея брови самопроизвольно полезли на лоб. Как оказалось, удивить его все-таки можно.

– С каких это пор? – удивленно посмотрел на друга Андрей. Нет, назвать Ивана каким-то там алкоголиком, язык не поворачивался. И все же Андрей знал, что, по крайней мере раньше, он выпить любил. Чаще всего Иван прибегал к алкоголю, когда нервничал. Чего только стоит их последняя встреча в баре в день пропажи Арины с Даниилом, когда он нервничал настолько, что умял сразу несколько коктейлей.

– С тех пор как перестал трястись по всяким пустякам, – пояснил Иван. – Это раньше я успокаивал нервишки с помощью алкоголя. Теперь они у меня крепче стали.

– С чего вдруг такие резкие перемены? – все никак не мог понять Андрей. Он очень хорошо знал друга. Даже, как ему казалось, слишком хорошо. Иван всегда был нервным парнишкой, способным трястись по любому пустяку. Даже в школе, стоило ему получить плохую оценку, начиналось целое представление из его постоянно пляшущих нервишек. К слову, поэтому многие очень сильно удивились, когда узнали, что Иван стал полицейским. Почему именно полицейским? На это вопрос ответа так никто и не узнал – в том числе Андрей, который удивлялся больше всех. Скорей всего Иван таким образом хотел стать, так сказать, мужиком со стальными нервами. К несчастью для него самого, это не помогло. Хоть Иван и способен был броситься под летящие пули, проблемы с нервами так никуда и не делись. Не делись до сегодняшнего дня, когда Иван вдруг заявил, что это чудо произошло – нервы у него все-таки стали стальными. Если бы не алкоголь в крови и чувство безразличия ко всему происходящему вокруг, то удивлению Андрея не было бы предела.

– Мы вроде бы пытаемся тебя из одного места вытащить, – попытался увильнуть от ответа Иван. – То, что происходит со мной, не так уж и важно сейчас.

– Как знаешь, – пожал плечами Андрей и вновь откинулся на спинку дивана. Хоть он и сделал вид, что ему безразлична эта тема, все же внутри него проснулось чувство любопытства. Да, изменения в образе жизни и поведении Ивана сложно назвать кардинальными – скорее они малозначительные, но по какой-то непонятной для себя причине Андрей все равно заострил на этом внимание. Вернее даже не он сам, а его подсознание, которое внезапно начало бить тревогу. Из-за этого Андрей даже приоткрыл глаза, дабы более внимательно посмотреть на друга и выяснить, не произошли ли в нем какие-то внешние изменения. Только вот сделать это ему так и не удалось. Стоило Андрей приоткрыть глаза, как он тут же поймал на себя пристальный взгляд Ивана, который следил за ним так, будто перед ним сидел особо опасный преступник.

– Что такое? – усмехнувшись, поинтересовался Иван. – Что-то хочешь мне сказать?

– Все нормально, – отвернув взгляд, соврал Андрей. На самом деле все было далеко не нормально, но говорить об этом он не стал, дабы не обострят ситуацию. На самом деле ему теперь еще больше захотелось избавиться от друга, от которого у него мурашки забегали по телу. – Слушай, давай ты зайдешь ко мне в другой раз. Сейчас я и правда хочу поспать. Думаю понимаешь, что сон для меня теперь штука неподвластная. Зачастую я целыми ночами не сплю, зато потом днем валюсь с ног.

Врал Андрей как мог, надеясь, что друг не сможет распознать лжи в его словах. На самом деле сон у него улетучился сразу, как подсознание забило тревогу из-за подозрительного поведения Ивана. В данный момент Андрей не желал что-либо выяснять, а просто хотел успокоить обезумевшее подсознание, из-за которого начало просыпаться чувство страха.

– Темнишь ты, дружище, – не убирая с лица ухмылки, сказал Иван. – Но так уж и быть, оставлю тебя сегодня в покое. Завтра в это же время зайду – будь готов к серьезному разговору.

– Договорились, – Андрей готов был сказать все что угодно, лишь бы друг поскорее ушел.

Неспешно поднявшись с дивана, Иван пробежался взглядом по покрытой пылью мебели, снова усмехнулся, а затем наконец-то направился в прихожую. Андрею же ничуть не стало легче. Подсознание продолжало бить тревогу, а страх нарастал так, что сердце уже билось раза в два быстрее.

«Да что, черт возьми, происходит?» – мысленно задался вопросом Андрей. Да, Иван вел себя странно, но не до такой степени, чтобы испытывать страх, находясь рядом с ним. Андрей пытался понять этот странный феномен, но пока что упирался в огромную кирпичную стену непонимания, которая преграждала ему путь к разгадке этой тайны.

– Так и будешь сидеть? – раздался из прихожей громкий голос Ивана, прервавший размышления Андрея. – Может проводишь меня.

– Иду, – недовольно бросил Андрей. Из-за охватившего его чувства страха, идти и провожать друга ему совсем не хотелось. Не хватало еще, чтобы тот заподозрил неладное. А заподозрить он вполне мог, ибо не зря служил в полиции. Чуйка у Ивана действительно была обостренной – это ни для кого не являлось секретом.

Собравшись с духом, Андрей все-таки встал с дивана. Когда он вышел в гостиную, то Иван уже стоял одетый.

– Я уж думал ты там спать лег, – засмеялся он при виде появившегося друга.

– Да с тобой поспишь тут, – попытался выдавить из себя улыбку Андрей. Получилось или нет – этого он так и не понял, понадеявшись, что Иван не начнет задавать глупых вопросов.

– Ладно, я побежал, – сообщил Иван и, отперев входную дверь, выскочил из квартиры.

Андрей уже было обрадовался, что все закончилось и друг наконец-то ушел, но, к несчастью, выводы оказались преждевременными. Уже на лестничной площадке Иван развернулся и пристально посмотрел на стоявшего в дверном проеме Андрея.

– У тебя в последнее время ничего странного не происходило? – леденящим душу голосом спросил он.

– Ты о чем? – испуганно уточнил Андрей, тут же вспомнив о сегодняшнем звонке от якобы Даниила и Арины. Под категорию «странное» подходило только это.

– Ничего не мерещилось или что-то в таком духе? – продолжал Иван допрос все тем же жутким голосом.

«Не мерещилось?» – промелькнуло в голове Андрей. Ему так и захотелось закричать на весь подъезд, что он в каждом второй девушке видит Арину, а в каждом втором пятилетнем пацане – Даниила. Если Иван имел ввиду это, то тогда да – галлюцинаций в жизни Андрея было предостаточно. Но, совладав с нервами, он в итоге лишь отрицательно помотал головой.

– Понятно, – вздохнул Иван и, подойдя к лифту, нажал на кнопку вызова. Тот находился на нужном этаже, поэтому створки распахнулись сразу. Только вот Иван шагнул в лифт не сразу, а снова посмотрел на друга, который продолжал стоять в дверном проеме своей квартиры. – До завтра, дружище. И перестать уже трястись от страха – я ничего плохого тебе не сделаю. По крайней мере пока что…

С этими словами он зашел в лифт и скрылся из поля зрения оцепеневшего от страха Андрея.

Глава 14

Захлопнув входную дверь настолько громко, что содрогнулся весь подъезд, Андрей запер ее на все замки и только после этого выдохнул. Выпустив весь воздух из легких, а затем вдохнув полной грудью, он попытался хоть как-то успокоиться, но это никак не помогло. Страх, который полностью охватил его, так никуда и не делся. Сердце бешено колотилось, пытаясь проломить грудную клетку, ноги стали ватными, а по всему телу со скоростью света носились мурашки. Дабы хоть как-то прийти в себя, требовались более кардинальные меры. Разумеется, первое, о чем подумал Андрей – это алкоголь, но, к сожалению для него, все оставшиеся запасы были вылиты в раковину другом-предателем. Оставался лишь другой – менее эффективный вариант.

Вытащив из кармана куртки пачку сигарет и зажигалку, Андрей поковылял в сторону балкона на подкашивающихся от страха ногах. Слушаться они его ни в какую не хотели, будто таким образом пытались оградить своего хозяина от пагубной привычки, но тот упорно не жалел сдаваться и в итоге все-таки оказался на балконе.

Как только Андрей открыл окно, его сразу же обдало морозным воздухом, от которого временное помутнение в голове ослабило хватку. Трясущимися руками он с большим трудом вытащил сигарету из пачки, вставил ее в рот и, сумев зажечь зажигалку лишь с шестой попытки, закурил.

Первый клуб дыма вылетел в окно и, подхваченный ветром, умчался куда-то наверх восвояси. За ним же отправился второй, третий и четвертый. В целом Андрею понадобилось меньше минуты, чтобы прикончить первую сигарету. Следом за ней сразу пошла и вторая, так как расшалившиеся нервы не успокоились, а чувство страха никуда не делось – лишь немного ослабло.

После второй сигареты мозг Андрея хоть как-то начал работать. Первая мысль, которая посетила его голову, была о поведении Ивана. Что он имел ввиду перед тем, как скрылся в лифте? Неужели Иван что-то знал или хуже того: был причастен к странному звонку с того света? Если да, то зачем ему все это? Вопросы один за одним посыпались на Андрея, нагоняя на него новую порцию страха. Пока что ни на один из них у него не было ответа. Лишь одно Андрей знал наверняка: Иван изменился. Если до ухода друга ему казалось, что изменения незначительные и не требовали столь акцентированного внимания, то теперь он был уверен на все сто, что эти самые изменения очень весомые. Иван вел себя так, будто в него кто-то вселился.

– Что за бред? – нервно усмехнулся Андрей, посчитав эту мысля бредом сумасшедшего.

Единственное, что хоть как-то могло оправдать странное поведение Ивана – это их с Андреем редкое общение. За последние несколько месяцев они действительности виделись крайне редко. Виной тому был сам Андрей, который после смерти Арины с Даниилом оградился практически ото всех. За это время Иван вполне мог измениться. Все-таки порой людям свойственно меняться – даже столь кардинально.

Ухватившись за эту мысль обеими руками, Андрей старался верить в нее, но что-то по-прежнему препятствовало этому. Внутреннее я продолжало настаивать на том, что с Иваном было все не так просто. Возможно, в его жизни что-то произошло, а из-за своего безразличия ко всему происходящему вокруг Андрей ничего об этом не знал. Это тоже казалось некой спасительной соломинкой, оправдывающей Ивана. В целом этих оправданий можно было придумать целую уйму, но существовало ли среди них хотя бы одно реальное – в этом был большой вопрос. Как бы Андрей не пытался оправдать лучшего друга, сомнения все равно никуда не девались. Все варианты хоть и казались реальными, но при этом имели оттенок чего-то такого, отчего они казались маловероятными.

Вытащив из пачки уже третью по счету сигарету, Андрей вставил ее в рот, а вот закурить так и не смог. Желудок, в который еда поступала крайне редко – от силы раз в день, быстро напомнил о себе. Рвотные позывы вынудили Андрея выбросить сигарету и помчаться в туалет, дабы извергнуть то, что находилось внутри.

Добежать, если так можно выразиться, он едва успел. Только Андрей распахнул дверь туалета, как рвотные массы тут же устремились на свободу. Виски и пол пачки сигарет на голодный желудок – смесь явно достойная того, чтобы оказаться на корточках перед унитазом.

Выплеснув все скудное содержимое желудка, Андрея почувствовал себя гораздо легче. Отчасти ему даже удалось протрезветь, отчего голова стала еще более ясной. Новых мыслей по поводу Ивана в ней правда не появилось, но по крайней мере теперь Андрей начал здраво мыслить.

– Так больше нельзя, – произнес он, поднимаясь на ноги. – Надо что-то делать.

Перебравшись из туалета в ванную комнату, Андрей хотел было умыться, но так и застыл перед зеркалом как статуя. Ужас – это первое, о чем он подумал, детально рассмотрев свое лицо. В этом плане Иван действительно был прав – со всеми этими запоями и безразличием ко всему Андрей запустил себя настолько, что стал похож на уродливое создание, которое напрочь забыло, что такое следить за внешностью. Бледная кожа, огромные синяки по глазами, страшная борода, волосинки которой торчали в разные стороны, растрепанное птичье гнездо на голове – это лишь малая часть того, что могло напугать практически любого, если бы он встретил такого человека где-нибудь в темной подворотне.

Отвернув взгляд от отвратительно зрелища, Андрей повернул кран, из которого в раковину хлынула холодная вода. Получив порцию бодрости благодаря водным процедурам, он потянулся за полотенцем, дабы вытереть лицо, но так и застыл как вкопанный. Взгляд Андрей вновь пал на зеркало, которое находилось в аккурат над раковиной. Только на этот раз его внимание привлекло не свое жуткое выражение лица, а нечто другой – то, что находилось позади – прямо в дверном проеме ванной комнаты. Вернее, не что, а кто.

– Дорогой, ты должен… – заговорила Арина, которая и стояла позади Андрея, сверля его окровавленными глазами. – Ты должен это остановить.

Глава 15

– Твою мать! – заорал Андрей как резаный и резко обернулся, едва не поскользнувшись на кафельном полу. – Что за херня?!

Никого! Лишь дверной проем и частично видневшаяся прихожая позади него. Никакой Арины с жутким лицом со множеством вырезанных символов на нем и окровавленными глазами там не оказалось.

Пытаясь унять дрожь в ногах и внезапно появившееся головокружение, Андрей, со скоростью улитки, вновь повернулся к зеркалу. И здесь никого, если не считать перепуганной небритой физиономии с жуткими синяками под глазами. На этот раз Андрей не обратил на нее никакого внимания, уставившись на отражение дверного проема. Хотел ли он снова увидеть там Арину – вопрос на миллион. От пугающей картины несколькими секундами ранее у него до сих пор бешено колотилось сердце, а в голове продолжали звучать слова: «ты должен это остановить». Остановить что – еще один вопрос на миллион.

– Полный бред! – громко выкрикнул Андрей зеркалу, будто оно могло понять человеческую речь. – Что за чертовщина?

Андрей все никак не мог прийти в себя, отчего здравое мышление отошло на второй план. Чтобы понять, померещилось ли ему это, необходимо было хоть немного успокоиться. Но как успокоиться в ситуации, когда твоя мертвая жена пытается тебе что-то сказать через зеркало? Да и как вообще такое возможно? Сначала странный звонок якобы с того света, теперь вот это, а дальше что? Да, Андрей многократно видел Арину с Даниилом в проходящих мимо него людях. Видел их и у себя дома, особенно когда напивался до чертиков. В те моменты он вел с ними настоящие беззаботные беседы, благодаря которым забывал о том, что их больше нет. Но все это не шло ни в какое сравнение с событиями сегодняшнего дня. Впервые Андрей увидел Арину наяву в истинном обличии. Том самом, из-за которого ее и Даниила хоронили в закрытых гробах, дабы не шокировать родственников.

Изуродованное некогда очень симпатичное личико и окровавленные глаза – все это по-прежнему стояло перед взором Андрея, никак не давая успокоиться бешено колотящемуся сердцу. До этого он видел Арину с Даниилом в таком образе лишь в кошмарах, которые, особенно первые месяца три после их смерти, беспокоили его чуть ли не каждую ночь. Как и сегодня, во снах они также пытались что-то донести до Андрея, но что именно – ему так и не удалось понять. Лишь одно он четко помнил: чаще всего речь шла о каких-то вратах, которые, якобы, вот-вот должны открыться. Что за такие эти загадочные врата – Андрей не имел ни малейшего понятия. Да и, если честно, не пытался этого понять, сваливая все на игру подсознания, которое таким образом издевалось над ним.

Повернув кран до упора в сторону так, чтобы текла только холодная вода, Андрей опустил голову и сделал несколько больших глотков. Из-за резко возникшего приступа страха у него пересохло в горле. Напившись, Андрей вновь умылся все той же ледяной водой, от которой лицо довольно быстро онемело. Несмотря на небольшой дискомфорт, ему все же стало лучше. Сердце замедлило темп, а руки и ноги перестали трястись. Все это позволило Андрею наконец-то покинуть ванную комнату. Правда на выходе он все же остановился и выглянул в коридор, дабы убедиться, что никакой мертвой Арины поблизости нет. На его счастье путь до гостиной был чист. Никаких ходячих мертвецов – лишь пустая квартира, которой она являлась на протяжении вот уже нескольких месяцев. Осознание столь печального явления помогло куда лучше, чем холодная вода. Страх быстро испарился, уступив место тоске по Арине с Даниилом.

Вернувшись в гостиную, Андрей упал на диван, закрыл глаза и погрузился во тьму, стараясь вообще ни о чем не думать. Первые пару минут это ему удавалось, отчего сон вновь начал им овладевать, но затем тьма рассеялась и перед его взором материализовалось зеркало, в котором отражалась мертвая Арина. Ее рот открывался и закрывался как у рыбы, но никаких звуков из него не доносилось. Складывалось впечатление, что она что-то говорила, но кто-то ради прикола убавил звук до минимума, поэтому ничего не было слышно.

Дабы избавиться от жуткого образа, Андрею пришлось открыть глаза. Зеркало с мертвой Ариной сразу же исчезло, а на его смену пришел белоснежный потолок.

– Такими тепами я точно сойду с ума, – пробормотал Андрей со слезами на глазах. Проявлению эмоций он никогда не препятствовал. Если ему хотелось плакать, то слезы могли течь рекой. Каждый раз Андрею казалось, что если хорошенько выплакаться, то от этого станет легче. Только вот легче никогда не становилось. Спустя восемь месяцев боль утраты ни на йоту не ослабла, продолжая разрывать молодого парня изнутри на мелкие кусочки.

Мысль о том, чтобы снова выпить, Андрей отмахнул сразу. Во-первых, все остатки Иван вылил в раковину, а во-вторых, у него попросту не было желания. До Андрея наконец-то начало доходить, что жить так больше нельзя. Медленно – с черепашьей скоростью, но все же стало доходить. Сейчас он хотел лишь одного: погрузиться в глубокий сон, в котором вновь мог встретиться с Ариной и Даниилом. Андрей даже попытался снова закрыть глаза, но тут же был вынужден их отрыть. Образ мертвой жены в зеркале никак не давал ему покоя. Подсознание буду специально напоминало ему о моменте в ванной комнате, пытаясь не допустить его встречи с миром сновидений.

– Ну чего ты от меня хочешь? – не выдержав, закричал Андрей. – Что тебе нужно? Что я должен остановить?

Крик был скорее от отчаяния, чем от попытки получить ответы. Хоть частичка его и пыталась поверить в возможность связи с потусторонним миром, сам он в это верить отказывался. Даже во всех своих книгах Андрей выстраивал одну линию – главные герои до последнего не верили в существование нечисти, стараясь объяснить все логическим путем. Вот Андрей сейчас и склонялся к тому, что появление Арины в зеркале – это лишь игра воображения. Только это не отменяло того факта, что ее жуткие образ в зеркале никуда не девался, отпечатавшись в памяти подобно клейму.

Разумеется, крик отчаяния ничем не помог. От того, что, скорей всего, благодаря таким воплям вздрогнул кто-то из соседей, не было никакого толку – Андрею ничуть не стало легче. Наоборот, к отчаянию добавилась еще и режущая боль в горле, от которой он какое-то время не мог даже сглотнуть.