В моей комнате

Я чувствую ее тепло. Оно исходит от нее волнами, осязаемое, почти жаркое. Она такая горячая, что мне хочется подвинуться ближе. И мое тело двигается. Она замирает, видя это. На ее губах играет расслабленная улыбка. Она подается вперед. Ее нос почти касается моего. И самое страшное, что ее это ничуть не смущает. Я ругаю себя за то, что меня тоже.

Мне нравится ее маленький носик. И небольшие веснушки на нем — россыпь, которую хочется пересчитать. Я ловлю себя на мысли, что если кто-то еще выйдет из-за той двери, я просто не смогу дать команду своему телу оторваться от нее. Ее тело поддается ближе и слегка трется носом о мой нос.

Внутри меня просыпается маленький мальчик. Тот, которого никто не обнимал. Тот, кто прятался под кроватью от материнских криков. Тот, кто выл в подушку от одиночества. Тот, кто искал нежность — и никогда не находил.

Я опускаю веки и позволяю себе почувствовать ее тепло. Ее дыхание на моих губах. Ее присутствие. Я молчу, потому что слова здесь бесполезны. Потому что если я открою рот, я скажу что-то, что нельзя будет забрать обратно. Потому что если я открою рот, я попрошу ее не уходить. Это неправильно. Но ее нос все еще касается моего. И она не отстраняется.

Она купается в этом мгновении так же блаженно, как чувствую себя я. Я чувствую ее эмоции. Чувствую ее желание. Чувствую себя дома сейчас, когда искал его всю жизнь. Она ничего не говорит, да и не нужно. Ее глаза слегка приоткрыты и не отрываются от моих, когда ее нос делает легкие движения, скользя по моей щеке. Будто она не только что узнала мое имя. Будто мы старые любовники, что встретились после долгой разлуки.

Ловлю себя на том, что мне это нравится. Я чувствую себя опьяненным ее присутствием. Мне хочется больше ее внимания, больше ласки.

Я даже не замечаю, как она отводит руку и ищет что-то позади себя, а когда находит — протягивает мне руку, и мне приходится уронить взгляд на то, что она показывает. На ее ладошке лежала одинокая конфета. Я снова взглянул на нее, молча спрашивая, зачем она показывает ее мне. Она же, невинно улыбнувшись, протягивает ее мне.

— Подумала, ты любишь клубнику. — Она нашла мою руку и, перевернув ее ладонью вверх, бесцеремонно вложила конфету. Как будто не ожидала отказа.

Конфета в моих руках таяла, но от этого было не менее приятно, что она дала мне ее. Я вспомнил, как Лора заботилась обо мне, когда я был маленьким, говоря, что так люди проявляют внимание к тем, кого любят. Лора любит меня, но ее любовь — другая. Чувствую это внутри. Наконец, когда я нашел, что ей ответить, я открываю рот, но моим словам не суждено было из него выйти.

Грохот двери позади нас — и Мейв ошарашенно отпрянула от меня. Нахмурившись, я почувствовал себя виноватым. Как будто забираю чужую игрушку. Я никогда так не чувствовал себя. В особенности потому что никогда не отступал. И сейчас, когда Саймон окинул меня подозрительным взглядом, под которым Мейв поднялась и тихо извинилась передо мной, он взял ее под локоть, уводя обратно в гостиную дома. Я позволил ей уйти, потому что она была добра ко мне. В особенности потому что я сам не знал, что мне делать. Мне нужно самому разобраться: ведь я дома не один. Мой взгляд проводил их и остановился на Лоре, которая вышла ко мне с хитрой ухмылкой, говорившей мне, что она знает мои мысли.

— Она хорошая. Нам нужен план по избавлению от Саймона. — Прищурившись, посмотрела она на меня.

Очевидно, в моих глазах был шок, и она, тихо посмеявшись, бросила взгляд, который говорил: «Ты не понимаешь шуток». Напротив, я подумал: она уже знает мои методы по избавлению от людей. Камень с плеч упал, когда она добавила:

— Ладно, может, я выразилась неправильно, но ты же понял меня. — Она слегка понизила голос, как будто кто-то мог подслушать разговор. — Пока вы вдвоем дышали воздухом, Саймон рассказывал мне, как скучает по жизни в городе. Сказал, что приехал из чувства долга по отношению к Мейв. Они довольно давно вместе. Странно, что они еще не поженились, но полагаю, это даже лучше. Джейк, — встряхнув меня за плечи, она серьезно посмотрела на меня, — соберись, вы должны подружиться. Я вижу, она нравится тебе. Так... Завтра я приглашу ее друга, скажу, что мне нужна помощь, а пока ты вытаскиваешь Мейв из дома.

— Куда? — перебил я.

— Это вы уже сами придумаете. Я даю тебе толчок, а ты веди. — Ее палец отбивает ритм на подбородке, что говорит о ее размышлениях, и она продолжает: — Завтра в пять. Если не воспользуешься возможностью, я сама приду и выкину твою задницу из дома.

Я никогда не слышал, чтобы Лора так разговаривала с кем-то, но я понимал, что это не со зла. Я видел ее стремление свести меня с Мейв. Но не знал, как сказать ей о Джули, потому что ответ уже был у меня. Мне оставалось только кивнуть и, положив руку ей на плечо, повести нас к дому.

— Я хочу, чтобы ты был счастлив. Ты ведь знаешь это, правда, милый?

Я остановился в шаге от двери, только для того чтобы взять ее руку и оставить поцелуй на ней, вкладывая в него всю свою благодарность. Она понимает меня без слов, предлагая в ответ свою нежную улыбку. Открыв дверь, жестом приглашая ее войти. А сам, задержав последний взгляд на зеленых глазах, оборачиваюсь и иду к дому, разжимая ладонь, в которой таяла моя сладкая надежда.