Марионетка Тьмы-4. Отлученные
Мужчина ослабил хватку, но руки не отпустил. Ведьма высвободилась ценой ссадин на коже и, бросив на стол свою визитку, удалилась с независимым видом, обогнув охранника по широкой дуге. Никто ее не остановил, но она таки почувствовала пристальный мужской взгляд не только на своей спине, но и на попке. Что ж, этой частью своего тела она всегда заслуженно гордилась, хотя и личина не подводила.
Ищейка резво проталкивалась к выходу, но не успела. Двое огромных парней в черном недвусмысленно перекрыли ей дорогу так внезапно, что она не успела затормозить и буквально влетела к ним в лапы. Еще по двое встали по сторонам и сзади. Во всю зажигающий народ не обратил на это никакого внимания. Она оказалась в коробочке.
– Ну и? – спросила девушка. Ей не ответили, но первые двое внезапно расступились, пропуская кого-то поважнее. Длинные светлые волосы, острые уши, прикрытые замысловатыми косами, высокомерное выражение бледного красивого лица, дорогой деловой костюм. Господин Белый Лис собственной персоной. Владелец единственной в стране независимой от Управления конторы, занимающейся поиском артефактов. Такой вот “папочка” для Свободных Ищеек, частенько вставляющих ей палки в колеса и перехватывающих заказы. Когда они виделись в последний раз, эльф активно подбивал под нее клинья и переманивал на свою сторону за двойной процент. Рыженькая не согласилась, и ей негласно запретили шастать по столице. Она ослушалась, теперь вот пожинает.
– Ну, здравствуй, милая. – Тхалон расплылся в приветственной улыбке. – Вот мы и свиделись. Скучала? В машину ее!
Ищейку с готовностью подхватили под белы рученьки и потащили на выход мимо бездействующей охраны. Самый здоровенный громила, от которого как-то странно попахивало смесью одеколона и собаки, вытолкнул ее на улицу и, за руку протащив по стояке, впихнул на заднее сиденье черного джипа, где к ней с двух сторон сразу же подсели еще двое. Тхалон комфортно развалился напротив, допустив к себе громилу. Последним запрыгнул водитель, и джип плавно двинулся в ночь. В темноте зажглись четыре пары фосфоресцирующих точек.
– Какие у тебя милые собачки, – усмехнулась рыженькая. – Дрессированные?
– Еще раз откроешь рот без разрешения, сразу узнаешь, – пообещал эльф. Здоровяк рядом оскалился уголком рта, наглядно демонстрируя слишком внушительные для человеческой ипостаси клыки. – И что мне с тобой делать?
– Например, отпустить?
– Это был риторический вопрос, – поморщился Тхалон. – Тебя ведь предупреждали, не суйся в столицу. Твое присутствие здесь не желательно.
Сидевший справа от нее оборотень бросил взгляд на здоровяка и, получив утвердительный кивок, двинул девушке по ребрам. Не сильно, но намек был понятен.
– Еще аргументы будут? – выдохнула она. – С каких пор ты тут распоряжаешься?
– Никаких объяснений, – рыкнул здоровяк. – Ты немедленно сваливаешь в свое приграничье, а чтобы не было соблазна остаться, мы тебя проводим.
– Надо же, какой почет, – хмыкнула она. – Я под защитой Управления.
Эльф раздраженно поджал губы, но снова заговорил оборотень.
– Не искушай судьбу, Ищейка, теперь столицей правят Ночные Волки. И пристрелить тебя мы всегда успеем, что бы там нам не запрещала Инквизиция.
Сидящие с девушкой оборотни глухо зарычали, подтверждая сказанное.
– Пока ты под защитой, но этот мир теперь наш, – усмехнулся Тхалон.
– И вы его доите, – пробормотала рыженькая. Вот и первые цветочки пошли. Она подняла руки. – Что ж, хорошо, отвезите меня в гостиницу, и я уеду домой.
– Весьма благоразумно, – оскалился оборотень. В установившейся тишине было слышно, как шуршат шины по асфальту. Вскоре джип остановился и двое оборотней поднялись с ней в номер. Девушка побродила по комнатам, собирая вещи, каждый раз умиляясь, как эти двое напрягаются, стоило в ее руках оказаться какому-нибудь предмету, более-менее подходящему для убийства.
– Спокойно, ребят, это всего лишь пинцет, – фыркнула она, складывая косметичку. – Вот тебе, бровастый, – она махнула орудием пыток в сторону оборотня со сросшейся растительностью над глазами, – явно не помешает. Хочешь помогу?
Тот дернулся и обернулся на напарника. Ведьма издевательски расхохоталась и закрыла чемодан. После ее отвезли в аэропорт и, не пожелав даже счастливого пути (хамы!), запихнули в самолет. Только оказавшись дома спустя пару часов она поняла, что опять вернулась практически к тому, с чего начинала. Впрочем, отравить Александра Воронцова она все-таки успела. Оставалось дождаться, когда инстинкты сами приведут его к понравившейся самочке.
Воронцов-младший собирался в поездку словно в тумане. Ему предстояло непростое выездное совещание с промышленниками, а перед глазами стояли только зеленые глаза и совершенно ни о чем не думалось. И говорить с отцом, который внезапно заявился к нему домой без приглашения, тоже не было ни малейшего желания. Все, что тот хотел сказать, и так было ему известно.
– Эта девка Ищейка, говорю тебе, сын! – уже начал горячиться Вилен Борисович, видя, что отпрыск его совершенно не слушает.
– Да, отец, – сказал тот, укладывая в чемодан несессер и закрывая молнию.
– Ну что да?! – Он схватил сына за плечо. Несмотря на возраст, силы у него еще были. – Виктор уже не раз докладывал, что маги активизировались. Что-то начинается, как и предупреждали Первые! И сейчас нужно быть осмотрительными, как никогда. А ты…
– Что я, отец?! – внезапно вышел из себя Алекс. – Я узнал об этом раньше тебя! Сейчас время активных действий, и я все сделаю правильно. Ищейки такие же бабы, как и все остальные, только к ним нужен особый подход.
– Порой ты слишком самоуверен, – проворчал Великий Хранитель Черной Крови.
– И я ни разу не ошибался, отец, – усмехнулся его сын. – Что с выставкой? Все готово?
– Разумеется. А пока Чистильщик продолжает работу. Мы почти собрали координаты базы.
– Тогда нам не о чем беспокоиться. Я на связи. – Он вышел из комнату, кивнув охране, чтобы забрали чемодан. Ассистентка тут же подсунула ему папку с документами по совещанию, но она так и пролежала рядом с ним на коленях, вплоть до аэропорта. А потом ему все-таки пришлось встряхнуться.
С момента второй встречи с “загадочной незнакомкой” прошла неделя. Люди Хранителей нашли ее как раз там, куда он собирался по рабочим делам. И как только самолет опустился в аэропорту, Алекс вышел на трап и… сразу же ощутил ее присутствие в городе. Ветер принес с собой аромат ее духов и отголоски тихого вздоха наслаждения. Девушка манила его, словно огонь мотылька, и это была магия Ищейки, которую он должен был поймать в свои сети.
Глава 7. Золотое пламя
Флор не спалось. В огромном доме, больше похожем на военную базу с вышками и вертолетной площадкой, было тихо. Сквозь занавески на стеклянных панорамных окнах спальни виднелись очертания заснеженных горных пиков и яркие ночные звезды. Абсолютно неприступная крепость с красивым видом во все четыре стороны на все те же горы да небольшие лесочки. Где именно они сейчас находились, муж говорить не желал, объясняя это соображениями безопасности. Впрочем, он обещал ей все рассказать, как только будет полностью уверен, что ей и детям ничего не угрожает. Хотя что могло им угрожать здесь, в этой горной пустыне?!
Прошла неделя в этом холодном заточении, и девушка уже начала задумываться, а не был ли незнакомец на черном мотоцикле ею просто выдуман. Что, если ей просто почудилось, что он был опасен, а муж слишком сильно повелся на ее страхи. В конце концов, покидать родной дом из-за призрачной угрозы было глупо, тем более забираться так далеко и высоко. Да уж, человек в черном на фоне белого снега будет сразу заметен.
Единственным утешением и оправданием сложившейся ситуации для Флор были дети. Она все так же не чувствовала к ним ничего, но раз уж они были рождены ею, то их безопасность была для нее в приоритете. Но вот Майя… За свою крошку девушка переживал искренне и всем свои существом. Сейчас она спала в соседнем помещении, обставленном как обычная детская, остальным отвели большую “детскую” со всеми удобствами.
Она снова прислушалась к тишине, разбавленной звуками дыхания. Ильхар спал рядом, едва прикрытый одеялом. Белые волосы разметались по подушке, а между бровями снова застыла глубокая складка. С тех пор как они уехали из дома, выражение напряженного ожидания не сходило с его лица. Он часто и подолгу всматривался в очертания гор или переговаривался с охраной. Но все было тихо, и ее терзало чувство вины, что она стала причиной его беспокойства. А еще между ними двумя слово пробежала черная кошка, забрав с собой что-то особенное. Она не могла вспомнить что, но что-то очень важное.
Флор рассматривала спящего мужа, а потом поняла, чего ей хочется. Снова забыться в его объятиях хотя бы ненадолго. Самой перестать терзаться мыслями о случившемся и позволить его рукам и губам подарить ей блаженство. И плевать, что ночь, этот мужчина никогда не бывал против ее внимания.
Девушка подползла к мужу поближе и коснулась губами его красивых губ. Поцелуй был совсем невесомым, и муж даже не шелохнулся. Она прикусила его нижнюю губу зубками, и маленькая ручка спустилась вниз по мощной груди, кубикам пресса и забралась под резинку черных пижамных брюк, тут же отыскав, что хотела ощутить.
Всего несколько проверенных движений, и Ильхар заворочался во сне, мгновенно перехватив ее руку. Его пальцы сомкнулись на ее запястье с такой силой, что она вскрикнула. Муж навис над ней темной скалой и, внезапно вздернув ее перекрещенные руки над головой, всем весом придавил к постели. Его глаза словно пылали синевой, но взгляд был пустой. Через секунду он все-таки очнулся и выдохнул, но рук ее не отпустил.
– Флор… – хрипло сказал он. – Это ты…
– Я, – сказала девушка, стараясь не двигаться. – Прости, я не хотела тебя разбудить. Я просто…
– Что просто? – прищурился Ильхар, пристально ее рассматривая. – Ну же, отвечай, родная.
– Я… хотела… тебя, – тихо ответила она. – Я больше не буду, прости.
Муж покачал головой и уткнулся лицом в ее шею, резко выдохнув, а потом отпустил ее руки и поднялся над ней, рассматривая еще пристальнее.
– И ты хочешь только меня и больше никого другого? – спросил он очень серьезно. – Я единственный для тебя? Самый любимый и желанный? Скажи мне?
Флор замерла. Его взгляд не отпускал. Такой близкий и родной, что она наконец все поняла. Что бы не происходило в ее голове и вокруг, он это тот маяк, который всегда поведет ее за собой.
– Да, – прошептала она. – Я люблю тебя, Ильхар. Я твоя.
Он довольно улыбнулся, а потом поцеловал, лаская ее тело. Флор задыхалась от его тяжести, мечтая, чтобы эти волшебные мгновения никогда не заканчивались, но вот ее тело изогнулось в последний раз и замерло. Она рассеянно наблюдала за золотыми искрами под потолком и слушала звуки удовольствия своего мужчины, почему-то зная, что очень скоро их семья станет еще больше. А потом ее страсть снова ожила, отвечая неутомимости любимого. Ночь среди снегов могла быть очень долгой, но с ним она осталась бы во тьме навсегда.
Но утро все-таки настало. Ворвалось в их спальню ярким розовым лучом и отразилось на стене рубиновыми пятнами. Флор проснулась первой. Поднялась и потянулась, улыбаясь новому дню. Муж спал рядом, и его красивое лицо впервые за долгое время было безмятежным. Он даже чему-то улыбался.
Девушка тихонько сползла с кровати, стараясь не разбудить его, и подошла к окну, чтобы распахнуть занавески. Солнце только вставало, высвечивая на окне какую-то черную грязь, в наличие которой на фоне девственной белизны снегов было невозможно поверить, но тут солнце окончательно выглянуло из-за горной гряды и на окне один за другим вспыхнули ужасные алые узоры.
Поняв, что видит, Флор не удержалась и, попятившись, отчаянно закричала. Это был ее оживший кошмар. Кровавые знаки вокруг перевернутого Древа и стекающие по стеклу капли крови, окрасившие снег алым.
Вуд скучала. Она прилетела в огромную и шумную Москву несколько дней назад, с удобством устроилась в хорошей гостинице, наконец выдохнула и… все. Что делать дальше и зачем она вообще это сделала, девушка не знала. Экскурсии ее пока не интересовали, романы не писались, а чем занять себя, помимо похода в ресторанчик на первом этаже гостиницы, она так и не придумала. Похоже, она напрасно поддалась своему внезапному порыву. Пора было возвращаться домой, во Флориду.
– Ваш заказ, – сказала симпатичная девушка на хорошем английском, и перед писательницей встала вторая тарелка с приятным глазом салатиком. – Что-нибудь еще?
– О, нет, спасибо, – улыбнулась Вуд. – Пока ничего не нужно.
Официантка ушла, а она осмотрелась по сторонам. Симпатичный современный интерьер, столики наполовину пусты, а в затененном уголке все еще сидит широкоплечий незнакомец в дорогом костюме и смотрит на нее поверх бокала с янтарной жидкостью. Долго сидит, долго смотрит, вызывая у девушки неосознанный жар в животе. Прямо как в ее книгах.
– Какого дьявола… – пробормотала Вуд и резко поднялась, прихватив с собой свою тарелку и бокал с красным вином. Странность ситуации зашкаливала. Будь это дома, она бы подумала, что ее ждет приключение на одну ночь, но здесь, в России, куда она приехала, повинуясь странному порыву, незнакомец в тени вызывал непонятные чувства. А так как писательница никогда не страдала излишней скромностью, выяснить причину внимания она была просто обязана.
Через пару секунд она поставила свою тарелку на столик мужчины и села напротив с самым заинтересованным видом. Тот отставил бокал и тоже посмотрел на нее. Красивый, но какой-то грубоватой красотой. Темные волосы, темные густые брови, темные глаза, четкий нос с горбинкой, хорошо обозначенные скулы, жесткие губы, а на щеках темная щетина, резко контрастирующая со светлыми рубашкой и пиджаком. От этого человека прямо-таки веяло силой и опасностью, но писательнице не стало страшно ни на мгновение, скорее, даже наоборот. Они молча рассматривали друг друга, и это, кажется, никого из них не напрягало.
– Мы знакомы? – все-таки спросила Вуд, отпивая вина из бокала. – Или вам понравился мой салат?
– А вы смелая, – сказал мужчина на отличном английском. Голос у него оказался под стать внешности. Очень глубокий, многогранный, с рычащими нотками. – Хотя нет, обычно вы не такая. Верно?
Писательница улыбнулась, стараясь утихомирить дыхание, которое внезапно сбилось.
– Не угадали, я всегда одинакова, – сказала она. – Вы не ответили на мой первый вопрос.
Красавец усмехнулся и положил руки на подлокотники кресла. Вуд бросила на них быстрый взгляд. Длинные пальцы, маникюр, только на коже виднеются какие-то белесые шрамы. Точно, очень опасный мужик, но встать и уйти она просто не могла.
– Отвечаю: мы не знакомы. Я всего лишь наслаждался видом того, как вы едите.
– Просто я немного проголодалась, вот и… – Она обвела вилкой тарелку.
– Да, здесь неплохо готовят, – кивнул он, бросая украдкой взгляды по залу. – Советую взять мясо. Повар знает свое дело.
Вуд вздохнула. Что она себе возомнила? Зачем помешала этому человеку наслаждаться его выпивкой? Ей почему-то захотелось немедленно уйти к себе и закрыться ото всех. Стянуть это треклятое платье, вымыться в ванной с пеной и заказать билет на самолет. Она посмотрела на мужчину, который, недобро прищурившись, рассматривал вход в ресторан. Наверняка он кого-то ждал, а тут она.
– Я, пожалуй, пойду, – сказала девушка поднимаясь. – Приношу свои извинения, что побеспокоила.
– Останься, – просто сказал он, и она, сама не понимая почему, вернулась на место. – Я никого не жду.
Незнакомец повернулся к ней и улыбнулся. У него была довольно мрачная улыбка, обнажившая слегка удлиненные клыки. Такой улыбки можно было испугаться, но Вуд неосознанно потянулась к его лицу рукой и одернула себя.
– Тебе нравится в России? – спросил он. – Ты ведь американка, верно?
– Да, я американка, – кивнула Вуд. – Нравится ли мне здесь? Я не знаю, я нигде не была, кроме гостиничного номера. И не побываю. Я хочу уехать обратно.
– Тогда зачем прилетела?
– Я не знаю. Прилетела, и все.
– У всего в этом мире есть свои причины, – пожал мужчина плечами.
– Даже разговаривать с незнакомцем за тысячи миль от родного дома? – фыркнула писательница.
– Меня зовут Бартлер, – представился он. – Теперь мы знакомы.
– Просто Бартлер?
– Да, просто Бартлер. Можешь звать меня Барт.
– Тогда я просто Вуд. Будем знакомы? – Она подняла свой бокал, и Бартлер взял свой. Звякнуло стекло. Они выпили.
– Будем знакомы, – улыбнулся мужчина, и тут в кармане его пиджака завибрировал телефон. – Прости, но мне нужно ответить. – Вуд кивнула, и он принял звонок. – Он здесь? Уверен? Хорошо, я готов. – Он дал отбой и спрятал телефон.
– К чему готов? – почти шепотом спросила писательница. На кого ее угораздило нарваться?!
– Например, проводить тебя в твой номер, – без тени улыбки сказал Барт. – Покажешь, где это?
– Покажу, – ответила девушка на автомате, хотя и сама не понимала, как она могла согласиться на это спустя пятнадцать минут знакомства!
– Тогда идем? – Он встал и подал ей руку.
– Идем. – Девушка отложила вилку, которой так и не воспользовалась, и тоже встала. Мужчина был очень высок, и она едва доставала ему до плеча. Вон, как под тканью костюма перекатываются мышцы. Значит, опасен. А она? Такая мелочь по сравнению с ним. Да он свернет ей шею одним движением!
– Не сверну, не переживай, я здесь не за этим, – сообщил он, будто прочитав ее мысли.
– А з-зачем? – Она вложила ладошку в его огромную ладонь. Их пальцы переплелись, и Бартлер, бросив на стол несколько бумажек, повел ее прочь из ресторана и быстро подвел к лифту. Нажал кнопку, осматриваясь по сторонам. Вуд тоже осмотрелась как во сне. Был уже вечер, и в холле гостиницы почти никого не было. Стало быть, кричать особого смысла не было.
– Тебе не нужно бояться, Вуд, просто держись ко мне поближе, – сказал Бартлер, прижимая ее к себе. – И все будет хорошо. В лифт.
Они зашли в кабину, он сам нажал кнопку с номером ее этажа. У писательницы дрожали ноги, а сердце трепыхалось так отчаянно, что готово было выскочить из груди. И тут мужчина достал из кобуры под пиджаком пистолет с глушителем. Мамочки!
– Это не для тебя, Вуд, не беспокойся.
– Ага, – только и пискнула девушка. – А для кого?
Дверцы лифта разъехались, и они вышли. В конце коридора стояла черная мужская фигура в мотоциклетном шлеме с затемненным стеклом и с таким же пистолетов в руках. Почему-то Вуд сразу поняла, что это снова по ее душу. Тот самый негодяй, который пытался прикончить ее дома.
– Это же он! – воскликнула она. – Он уже хотел меня убить!
– Спрячься за меня. – Бартлер буквально запихнул ее к себе за спину, лишая обзора, и поднял руку с пистолетом. Он заговорил на какой-то гортанной речи, явно обращаясь к незнакомцу. Что-то звякнуло над ее ухом, и она увидела аккуратную дырочку в стене. В ответ Бартлер выстрелил дважды, и наступила тишина.
Девушка стояла ни жива ни мертва. Вот это она слетала в дикую Россию! Вместо медведей в ушанках ее встретил обалденно красивый наемный убийца, или кто он там был?! И куда ей теперь бежать?!
– Вуд, ты как? – Бартлер развернулся к ней, убирая пистолет в кобуру под пиджак. – Чистильщик ушел, и тебе ничего не грозит. Ты слышишь меня, девочка?
– Какой еще Чистильщик? – пискнула Вуд, начиная пятиться. – Ты сам вообще кто?!
– Тебе этого знать не нужно, – поморщился он. – Сейчас ты заснешь, а утром ничего не вспомнишь.
Внезапно Бартлер притянул ее к себе и буквально впился в ее губы поцелуем, но в этом не было ничего романтического. Он словно выпивал ее дыхание, и перед глазами девушки появился туман. Не осознавая, что она собирается сделать, Вуд ответила ему сама. Ее язычок скользнул по твердым мужским губам, едва не порезавшись о клык, но она не остановилась. Глаза Бартлера удивленно распахнулись. Он попытался оторвать ее от себя, но девушка уже обвила его шею и притянула к себе еще плотнее. Зачем она это сделала, она не могла сказать и сама, но тело вдруг вспыхнуло золотым пламенем и она поняла, что не отпустит его. Никогда и ни за что.
– Мой номер 302, – шепнула она.
– Ты не понимаешь… – зарычал было мужчина, но хрупкая американка легко тащила крупного зверя в свое логово. Он схватил ее за руку, чтобы остановить, но карточка уже пискнула и осветилась зеленым, и Вуд буквально втолкнула его в темную комнату. – Остановись, черт возьми!
– Нет! – отрезала девушка, и толкнула его на кровать. Откуда только силы взялись?! И она стянула с себя платье прямо через голову, оставшись в черном кружевном белье и чулках.
– Это не игра! – рявкнул Бартлер. Такой огромный и злой, он выглядел ошарашенным. Усмехнувшись, Вуд вытащила из волос шпильку, и локоны с красными искрами рассыпались по ее белым плечам. – Остановись, или я использую дар! Я умею делать людям больно!
– Насколько больно? – Девушка опустилась на пастель гибкой пантерой и оседлала его. Секунда, и она буквально разорвала его рубашку, намереваясь, наконец, добраться до такого желанного тела, и застыла. Кожа на груди мужчины представляла собой пугающее зрелище. Вся его мощная грудь была покрыта рубцами ужасных шрамов и черными татуировками. Рисунок, словно живой, двигался перед ее глазами.
Бартлер тоскливо зарычал, вцепляясь в ее плечи, чтобы убрать с себя, но Вуд обхватила его талию своими бедрами с невероятной силой. Ее ручки легли на его грудь и погладили израненную кожу. А потом она наклонилась и легонько ее поцеловала.
– Зачем? – как-то обреченно спросил мужчина, отпуская ее плечи и смотря в потолок.
– Ты сам сказал, у всего есть свои причины, – прошептала девушка, прокладывая дорожку от его груди к шее, а потом к губам. – Давай не будем разговаривать сейчас? Мне жутко мешают мои трусики. А тебе?
Бартлер приподнялся на локтях. Его глаза сияли фиолетовым огнем, и зрачки у него были вертикальные. Ей бы испугаться, но этот мужчина словно сошел со страниц ее собственных романов.
– Я не умею быть нежным. Тебе будет больно, а потом ты меня возненавидишь.
– Это будет потом, – улыбнулась Вуд, и прижалась с нему киской, ощущая небывалое возбуждение от соприкосновения с мужским телом. Сильным, горячим, пугающим. Но она должна была вобрать в себя всю его страсть. А будет ли ей больно… да плевать!
Мужчина скинул ее с себя внезапно и так же быстро поставил на колени, попкой к себе. Его рука с острыми ногтями властно надавила на ее спину, вынуждая прижаться лицом к покрывалу. Трусики он просто разорвал. Сзади послышались сопки. Он нюхал ее белье?! Вуд хотела выпрямиться и сама это увидеть, но ее просто не пустили, а потом… Он просто вошел в нее. Сразу, заполнив всю, без остатка. Боли не было, это было что-то другое. Сжигающее тело и душу, но этого было так мало, что она сама задвигалась перед ним.
– Нет. – Бартлер сжал ее бедра железными пальцами, и Вуд покорилась, с нетерпением ожидая продолжения. А он все медлил, словно на что-то решаясь.
– Пожалуйста! – взмолилась она, ощущая, что еще немного и просто не сможет сдержаться, так и не познав его страсти. – Барт, пожалуйста!
Сзади раздалось какое-то грассирующее рычание, и мужчина задвигался в ней резко и быстро. Ее словно за что-то наказывали, но сейчас она бы не променяла это ни на что на свете. Еще немного, и она невероятно сильно сжалась вокруг него, потерявшись во времени и пространстве. А толчки и рычание все не прекращались, и ее тело снова и снова оживало, растворяясь в этом слиянии. Наконец они оба застыли, без сил рухнув на постель. Бартлер лежал на ее спине и глубоко дышал, а Вуд и вовсе застыла, не зная, как ей теперь быть и что это вообще было.
– Так нельзя, – выдохнул он и скатился на кровать. Он лежал на спине, снова смотря в потолок, и в его руке неестественно длинными когтями все еще были зажаты ее трусики.
– Он тебе понравился? – спросила девушка, укладываясь к нему на плечо. – Мой запах?
Мужчина выругался на том странном гортанном языке и попытался отстраниться, но она снова ему не позволила.
– Так понравился или нет? – настаивала она.
– Да, – ответил он. – Но…
– Никаких но, – потянулась Вуд. – Мне было очень хорошо. И я не хочу знать, кто ты такой и от кого ты меня там спасал. Сейчас немного передохнем, и ты все-таки покажешь мне, что такое больно. Хотя нет!
Девушка снова оказалась сверху и поудобнее устроилась у него на бедрах. Она сняла бюстгальтер, оставшись в поясе и чулках, и заложила руки за голову. Ей нравилась эта свобода и восхищение в мужских глазах.
– Продолжим? – улыбнулась она дикой ведьмовской улыбкой и… вдруг вскрикнула. Стена, которую она не заметила в порыве этой страсти была покрыта страшными кровавыми рисунками, а в самом углу стояла она сама с окровавленными руками. Эта страшная копия подняла руку и указала куда-то в даль.