Друид. Том 4. Исток Жизни
– Держись, внучок! – кряхтел Валерьян. – Твой план работает. Но мы ещё только начали. Если… Если вдруг поймёшь, что это конец… Если сердце не выдержит – не бойся. Я тебя сразу же подхвачу. Оба станем призраками! Раньше времени. Это не так уж и скучно. Поверь моему опыту!
– Спасибо за оптимизм, дед! – выдавил из себя я.
А затем перешёл к последнему этапу. Моя кровь, магия соратников, скверна аномалии и Исток связались воедино внутри меня.
Вот и всё. Решающий этап.
– Сейчас! – рявкнул я.
Я собрался с духом и направил весь собранный концентрат в дуб.
В этот момент Ярина и Валерьян отдали мне последние капли своей энергии и сразу же разорвали связь.
А затем…
Произошло то, чего не должно было случиться. Вернее, то, во что мы верили всё это время. Но даже не надеялись, что затея увенчается успехом.
Чёрная каменная корка отлетела от дуба. Он вспыхнул ярким светом и покрылся множеством кривых рун, значение которых мне было не известно.
Они сами себя нанесли. Помогла память Валерьяна и воля Истока.
И самое главное – моя воля.
Выброс энергии был настолько мощный, что умелые маги запросто могли зафиксировать его даже в сотнях километров отсюда. Не исключено, что какой-нибудь архимаг в Саратове только что выронил чашку чая.
Всего один раз, но я смог сотворить магию высшего друида. Создал жизнь из ничего, а затем поместил её в новую печать. И теперь она находится в самом сердце этого дуба.
– Получилось? – вымотанная Ярина упала на колени.
Даже призрак деда казался мне уставшим. Мы не могли поверить увиденному.
Туман скверны с громким шипением начал растворяться, а из дуба вырвалась сияющая струя магии, которая и положила конец ритуалу. Эта сила соединила между собой края барьера. И он полностью восстановился.
Дышать было трудно, но чувствовал я себя гораздо лучше, чем думал. Даже порез на руке зарос. Видимо, этот поток хоть и доставил мне сильную боль, но при этом в конце восстановил все полученные телом повреждения.
Рано мне умирать. Ещё повоюем!
– Живой? – удивился Валерьян. – Чёрт меня подери, Всеволод. А мне даже немного жаль! Я ведь успел придумать, где тебя поселить можно. У призраков есть свои укромные убежища.
– Обойдусь, дед, – усмехнулся я. – У меня осталось слишком много незаконченных дел.
Пушок спрыгнул с ветки и, гордо задрав хвост, зашагал по очищенной от скверны траве.
– Ну? Что я говорил? – хмыкнул он. – С таким помощником, как я, всё возможно! Слышал меня, Всеволод? Придётся проставиться. Ты у меня в долгу. Эй, хватит меня игнорировать!
Пушок, конечно, сыграл сегодня важную роль – нашёл причину разлома. Но тешить его самолюбие я не стал. Вместо этого я подал Ярине руку и помог ей подняться.
Друидка смотрела на меня с нескрываемым восхищением.
– У тебя получилось, – прошептала она. – Ты сделал невозможное, Всеволод.
– Знаю, – улыбнулся я. – Но без вас двоих… – я заметил угрожающий взгляд Пушка и тут же рассмеялся. – Ладно-ладно, без вас троих я бы точно сгорел в этом потоке. Это была хорошая командная работа.
Пока что я не знаю, кто точно стоит за прорывом – Тенелист, кто-то другой или сразу несколько человек. Но факт остаётся фактом, этот раунд за мной.
Теперь я связан с этим лесом ещё плотнее, чем прежде.
Триумф! Никак иначе произошедшее и не описать.
В особняк мы возвращались чуть ли не вечность. Усталость давала о себе знать. Мне приходилось поддерживать Ярину, чтобы она не упала.
– Ну что, высший друид, – решила подразнить меня она. – Подкашиваются ноги, да? Не переживай, я тебя держу.
– Вообще-то, это я тебя держу, – усмехнулся я.
– Да вы просто со стороны себя не видите! – хохотнул Пушок в моих мыслях. – Упёрлись друг в друга, как два упавших дерева. Оба еле на ногах стоите!
Вскоре мы подошли к особняку. Я уж думал завалиться спать, но…
Нас ждал сюрприз. Только на этот раз – приятный.
Вместо гнетущей тишины поместье ревело от десятков голосов. Похоже, Валерьян вернулся домой раньше нас и всё уже растрепал Лизе. Иначе я не могу объяснить, почему люди начали праздновать нашу победу раньше времени!
Позже выяснилось, что я оказался прав. Весь этот сюрприз был затеян Валерьяном, но организацией занимались все мои соратники.
Кирсанов и Грач вместе с Архипом проделали колоссальную работу. Следы утреннего сражения полностью убраны. Они вывезли сломанные ветви, а тела монстров отнесли в лес – там их мои деревья поглотят за одну ночь.
На широкой площадке перед особняком уже расставляли длинные столы.
– Всеволод Сергеевич! Ну наконец-то! Вернулись! – первым нас заметил Кирсанов. – Поздравляю от души с достойной победой, – он крепко пожал мне руку. Чуть все пальцы не переломал, вояка! – Ну так что. Стало быть, печать эта ваша снова на месте?
– Да, мы всё исправили, – мы с Яриной, наконец, расцепились, и она, не сказав ни слова, устало побрела к столам в поисках пищи. – Больше никаких проблем не было? Как люди?
– В приподнятом настроение, барин, – из тени вынырнул Грач. Странно, что я даже не заметил его присутствия. Должно быть, внимание притупилось из-за усталости. – Ваш Степан там такое затеял! Говорит, раз барон Дубровский спас нас от очередного прорыва, значит можно закатить пир на весь мир!
Идея-то хорошая. Но мне всё равно захотелось напомнить, что всё ещё стоит сохранять бдительность. Однако сказать я этого не успел. Из дверей особняка появился мой распорядитель Сухомлин. В парадном костюме и со скрипкой в руках.
Всё ясно. Процесс уже необратим. Празднику быть, даже если я усну прямо за столом. Что ж, может, оно и к лучшему. Мы все заслужили хороший отдых.
– Барон! Какая радость! – просиял Сухомлин. – Не извольте беспокоиться, всё организовано по высшему разряду! Я лично контролирую каждый шаг. Всё будет идеально. Степан на кухне творит чудеса, а Лизавета Павловна… – он несколько раз цокнул языком. – Ох и строгая же дама! Она лично изучила каждое блюдо. Половину привезённых мной специй забраковала. Говорит, что пациенты, которые изволят прийти на ужин, должны питаться только здоровой пищей.
Молодчина, Лиза. Я бы отдал такой же приказ. Ещё не хватало, чтобы половина гостей отсюда с гастритом или панкреатитом уехала!
Спустя час мы приступили к празднику. Все мои сотрудники, а также часть пациентов, которые ещё не улеглись спать, расселись за столами прямо на улице. Фонари, заказанные Сухомлином, ещё не привезли, но я приказал светлячкам и фосфоресцирующим растениям сконцентрироваться вокруг нашей площадки. Светло стало как днём!
– Никакого жареного мяса в масле! – командовала Лиза, заглядывая в каждую тарелку. – И соусы только на основе трав. Я же говорила, Степан! – она перевела взгляд на меня. – А вам, барон – двойную порцию отвара из корня живицы и крапивы. Сами себя магические каналы не восстановят.
– Спасибо, Елизавета. И Ярине обязательно налей того же, – подставляя миску, попросил я. – Она вымоталась не меньше меня.
Все приступили к трапезе. Даже Пушок получил приличную порцию орехов. Которые, к слову, такими темпами у нас скоро закончатся.
Сухомлин, быстро отужинав, забрался на постамент и украсил вечер своей музыкой. Стоит отметить, мой распорядитель оказался настоящим виртуозом. От его музыки даже еда стала вкуснее.
Пока что он справлялся сам, но в будущем пообещал нанять сюда целую группу музыкантов, которые будут приезжать к нам раз в неделю.
Быстрее всех от нас удалился Виктор. Я поймал его взгляд, охотник коротко и с благодарностью кивнул, а затем скрылся в особняке. Я знал, куда он идет. В отдельную комнату в восточном крыле, где сейчас приходит в себя его брат Павел. Виктор от него старается не отходить. Постоянно дежурит рядом. Но больше всего меня радует состояние моего главного охотника на монстров.
Виктор заметно оживился. Его главная цель достигнута. Он нашёл брата. Осталось только найти способ, как вернуть ему человеческий облик.
– Барон, а можно вопрос? – обратился ко мне один из пациентов. Пожилой дворянин, который заехал к нам ещё вчера. – Это правда, что вы смогли залатать брешь голыми руками? Тут такие слухи ходят…
– Лес сам захотел жить, – уклончиво ответил я. – Я лишь немного подтолкнул его.
– За барона Дубровского! – тут же пробасил Кирсанов, встал из-за стола и поднял над головой кружку с еловым соком.
– За хозяина леса! – подхватили остальные.
Мы засиделись допоздна. Закончили ужин уже после полуночи. Лиза долго ворчала насчёт режима сна и здоровья пациентов, но тут уж мы решили позволите себе такую вольность. Повод был весомый.
Всем хотелось насладиться победой и нашим общим триумфом. И просто качественно отдохнуть. Думаю, гости санатория ещё долго будут вспоминать этот вечер, когда разъедутся по домам.
***
На следующий день я проспал до обеда. И проснулся не сам, а от грохота в коридоре. Оказалось, что это Степан почти полчаса долбился в мою дверь, пытаясь привести меня в чувство.
– Барон, вы уж не пугайте так. Я думал, с вами что-то случилось, – распереживался он. – Так ещё и дверь заперта была. Я уж было решил позвать Ярину, чтобы она пролезла в ваше окно, как обычно. Но она тоже не отвечает!
– Устала она, Степан. Успок… Погоди, что? Так ты в курсе, что она лазала ко мне в окно? – вскинул брови я.
– Барин, ваша личная жизнь меня не касается! Я случайно заметил, честно, – затараторил он.
– Брось, лучше расскажи, что случилось. Чего так срочно будить меня пришёл?
– Так там ваш партнёр приехал.
– Который из?
Странно, я сегодня никого не жду.
– Ладыгин Антон Алексеевич, – ответил Степан. – У него что-то срочное.
Ладыгин только что получил свои поставки. Растения, кору, листья и прочие магические элементы, не нужные лесу. Зачем ему приезжать ещё раз?
Я быстро оделся и прошёл в малый кабинет, куда Степан уже сопроводил моего гостя. Как только я запер за собой дверь, Ладыгин тут же подскочил ко мне. Даже не думал здороваться. Сразу перешёл к делу.
– Всеволод Сергеевич, дело срочное. Вы помните… Я заключил с вами договор, потому что должен был барону фон Штерну? Вы вообще помните это имя?
– Конечно. “Часовщик”, – кивнул я. – Человек, который забирает у людей время за долги. Причём, как я понял, буквально. Помню такого. И к чему вы клоните?
– Он хочет видеть вас, – прошептал Ладыгин. – Срочно. Он просил меня передать, чтобы вы немедленно явились к нему в Саратов. И учтите, господин Дубровский… Йозеф фон Штерн – не тот человек, который принимает отказы.
Глава 4
Антон Алексеевич Ладыгин выглядел так, будто сам только что побывал в аномальной зоне. Неделю назад, когда я в последний раз с ним виделся, этот человек показался мне куда более здоровым и жизнерадостным.
Сегодня же передо мной стояла его тень. И я понимаю, в чём тут проблема. Он только-только избавился от всех связей с Часовщиком, но Йозеф фон Штерн снова вышел на него.
А Ладыгин до одури его боялся – я это сразу почувствовал. Ростовщик, который забирает время, а не деньги – очень суровое наказание за невозвращение долгов. Хотя, быть может, это просто слухи.
– Давайте по порядку, Антон Алексеевич, – предложил я и присел напротив Ладыгина. Мой гость суетился и никак не мог найти себе место, поэтому пришлось строгим взглядом убедить его расположиться в одном из кресел. – Вы же прекрасно понимаете, что эта новость вызывает у меня много вопросов?
– Конечно, понимаю, Всеволод Сергеевич. Но и вы меня поймите, – пожал плечами он. – На большую часть из них я вам ответ дать не смогу.
– Потому что не знаете или потому что не можете? – уточнил я.
– И то, и другое, – проглотив застрявший в горле ком, сообщил Ладыгин. – Прошу вас, моя задача – лишь передать сообщение. Не задавайте мне лишних…
– Так дело не пойдёт, – отрезал я. – И мы оба это понимаем. Вы хорошо знаете, как я веду дела. Если вы по своим причинам не можете ответить на какие-то вопросы – просто молчите. Итак… Господин фон Штерн не сообщил, зачем он хочет меня видеть? Довольно странно, что меня так срочно вызывает к себе ростовщик. Я пока что не нуждаюсь в займах. В плане финансов у меня всё хорошо. А если вдруг что-то изменится, на случай чёрной полосы в своём деле я лучше найду другого ростовщика или обращусь в банк.
– Я понятия не имею, зачем вы ему понадобились, Всеволод Сергеевич. Сжальтесь вы надо мной! – взмолился Ладыгин. – Он лишь сказал, что хочет с вами серьёзно поговорить – и всё. Больше мне ничего не известно, клянусь!
Он говорит правду. Боится, что я буду допытывать его ещё активнее, но мне это незачем. Я и так прекрасно вижу, когда человек пытается навешать мне лапши на уши. Ладыгин откровенен со мной, хоть и даётся ему это с трудом – сквозь страх.
– Понял вас, Антон Алексеевич. На эту тему больше копать не буду. Но мои вопросы на этом не закончились… – признался я.
Ладыгин тяжело вздохнул и прикрыл лицо руками. Согнулся пополам и, не отрывая ладоней от глаз, выдавил из себя:
– Спрашивайте.
– Почему Йозеф фон Штерн решил передать сообщение именно через вас? Он ведь вполне мог пригласить меня лично. Ему бы не составило труда найти мой номер. Либо… прислать сюда своих “людей”. Уж они сюда дорогу знают.
Никогда не забуду этих существ, которые приезжали ко мне, чтобы забрать “Живые слёзы”. Называть посланников барона фон Штерна людьми у меня язык не поворачивается, даже мысленно.
Это несомненно были живые существа. И наверняка они и вправду когда-то были людьми. Причём любого из их от обычного человека и не отличить. Но вблизи они больше напоминали пустых кукол. Будто из их тела достали что-то важное – то, что делает человека живым. Например, душу.
О Йозефе фон Штерне ходит много недобрых слухов. И в тот раз я убедился, что они могут оказаться правдивыми.
Интересно… Может быть, барон хочет увидеться со мной, чтобы обсудить вопрос новой поставки “Живых слёз”? Мы тогда договорились, что я буду передавать эту эссенцию раз в три месяца, чтобы не навредить своему лесу. Часовщика это явно не устроило, но я был непреклонен.
Есть вероятность, что он хочет поболтать со мной лично, чтобы ускорить поставки. Но сказать наверняка заранее не получится. Не узнаю, пока сам с ним не встречусь.
– Погодите, Всеволод Сергеевич, – Ладыгин долго переваривал мой последний вопрос. – Вы меня в чём-то подозреваете? Почему вы спросили, зачем он послал именно меня? Честное слово, я не двойной агент! Никакой информации о вас к фон Штерну от меня не…
– Господин Ладыгин, если вы сейчас же не успокоитесь, мне точно придётся отвести вас к моей целительнице и напоить магической валерьянкой, – я чуть повысил голос. – Только учтите, после этого вы как минимум сутки проспите без задних ног. Не надумывайте себе. Просто отвечайте на вопросы.
– Мне кажется, что он просто решил подойти к вам через общего знакомого. Подумал, что так вы точно откликнитесь, – заключил Ладыгин. – Либо решил, что я – именно тот человек, который сможет вам пояснить, что бывает, если фон Штерну отказывают.
– Дайте отгадаю, – решил предположить я. – Если что-то пойдёт не так, он и меня в одну из своих “кукол” переделать попытается?
– Ох, не напоминайте мне про них… – поёжился Ладыгин. – Не знаю, как вы, а я больше никогда в жизни не желаю пересекаться с этими, не побоюсь этого слова, тварями. Они – наглядный пример того, что происходит с должниками. И никто не может доказать, что… Ой, проклятье! – выругался он. – Зря я это сказал. Ой зря…
Всё, хватит мучить моего делового партнёра. Похоже, он уже выжал из себя всё, что мог. Больше допрашивать его не стану.
– Спасибо, что передали сообщение, Антон Алексеевич, – заключил я. – С вас только адрес и время, когда Йозеф фон Штерн сможет меня принять.
Ладыгин выдохнул, да с таким облегчением, что чуть со стула не сполз – настолько его тело расслабилось, скинуло скопившееся напряжение.
– Это вам спасибо, господин Дубровский. Я бы больше не выдержал ни минуты этого разговора. Конечно, сейчас я вам всё напишу… – он потянулся к листку бумаге, что лежал на моём столе. – Господин фон Штерн принимает у себя дома. Так что, думаю, вы можете заглянуть к нему в любое время. Но только не в час дня. Почему-то в это время он всегда… – Ладыгин снова осёкся. – Впрочем, не важно. Как я понял, у него обеденный перерыв.
Что-то тут не так. На этот раз Антон Алексеевич целенаправленно не стал рассказывать детали. Он знает куда больше, чем показывает. Но я сдержу слово – больше задавать вопросов не стану.
– А когда, если не секрет, вы собираетесь к нему поехать? – записывая адрес ростовщика, поинтересовался Ладыгин.
– Завтра утром, – ответил я. – Если мне не изменяет память, сегодняшний поезд до Саратова отбудет из Волгина только вечером. Не беспокойтесь, я не заставлю часовщика ждать.
Вскоре после отъезда Ладыгина я стал прикидывать план на следующий день. Нужно подготовиться к отъезду. Резко бросать поместье и санаторий – плохая затея. Нужно заранее раздать указания своим егерям и охотникам. Убедиться, что лесу больше ничто не угрожает, а затем – пообщаться с природой. Сообщить, что примерно сутки меня здесь не будет.
Я уже давно не выбирался за пределы своих угодий, а значит, лес может забеспокоиться, если исчезну. Долго за пределами своей территории я пробыть в любом случае не смогу – это чревато не то что дискомфортом, но и угрозой моей жизни.
Нужно рассчитать всё до малейшей детали и провести поездку с пользой. Ехать в Саратов из-за одного только приглашения Йозефа фон Штерна – пустая трата времени. Как бы иронично это ни звучало в контексте встречи с часовщиком.
Не помешает ещё посетить несколько мест, чтобы закупить для своего санатория то, чего нельзя приобрести в Волгине. А заодно поискать независимого эксперта, который может сказать, что за механизм я обнаружил около пролома в барьере.
Можно было бы заглянуть в университет, но к академикам и студентам я пока что больше лезть не желаю. Уж кто-кто, а они сразу же под любым предлогом отнимут у меня этот штырь, чтобы досконально его изучить. А уже после пришлют новых учёных, чтобы обследовать мою территорию. Может, ещё у князя запросят разрешение, чтобы не оставить мне выбора.
Нет уж, мне и студентов с головой хватило. Лучше найти более подходящего специалиста.
А потому я сразу же набрал номер Горенкова, который сейчас снимает квартиру в одном из доходных домов Волгина, и дал ему задачу найти такого человека.
Специалиста, который разбирается и в магии и в механизмах. Другими словами, артефактора. У Михаила есть много знакомых. Да и в Саратове он раньше часто бывал. Должен кого-то разыскать.
И лишь после этого звонка до меня дошло, что у меня УЖЕ есть нужный человек. Артефактор…
Барон Николай Семёнович Нефёдов. Ещё один мой союзник. Коллекционер и распространитель информации о моём санатории среди местных дворян.
Но обращаться к нему раньше времени я не хочу. Если вдруг в Саратове никто не найдётся, тогда уж переговорю с ним. Но зная Нефёдова, этот тип, скорее всего, захочет забрать этот штырь в свою коллекцию. А мне он ещё может пригодиться.
Кто знает? Быть может, мне ещё судиться предстоит, если я найду виновника.
Остаток дня я посвятил организационным делам и подготовке к отъезду. На этот раз лес не стал сопротивляться и быстро принял тот факт, что мне придётся отбыть на сутки. Но я чётко знал, что задерживаться на больший срок не стоит. Не хочется мне обманывать лес и лишний раз вызывать у него беспокойство. За такое всегда в итоге приходится платить.
Потом Пушок пытался навязаться мне в попутчики, но я его легко отговорил, пообещав привезти из Саратова таких орехов, которых здесь нет.
Однако в Саратов в итоге я собрался не один.
– Обещаю, что буду хорошо себя вести, Дубровский! – заявила Ярина сразу же, как только узнала, что я отправляюсь в большой город.
Опять со мной решила увязаться друидка. В последнее время от неё вообще никуда не скроешься. Следуем за мной по пятам, будто мы с ней наручниками друг к другу прикованы.
Но на этот раз я даже спорить не стал. В Саратове меня может ожидать неприятный сюрприз. Может, встреча с фон Штерном и вовсе является хорошо подготовленной ловушкой. Я уже привык предсказывать все наихудшие варианты.
Другими словами, ещё один сильный маг под боком мне не повредит. Лизу взять с собой не получится – у неё и в санатории работы навалом, пациенты продолжают прибывать. А охотников и егерей я тем более не хочу лишний раз дёргать. Пусть лучше лес прочёсывают.
Правда… одного из них я всё-таки с собой прихвачу. Но об этом переговорю со своим новым союзником чуть позже.
– Зачем ты так в город рвёшься? – спросил Ярину я. – У тебя тоже какие-то дела в Саратове появились?
– Может, и появились. Пока не знаю, – хмыкнула она. – Я же в больших городах никогда не была, Дубровский. Забыл, что ли? С детства свои земли не покидала. У меня даже особняка не было своего, о чём ты вообще говоришь?
– Только учти, наша поездка – это не увеселительная экскурсия. Мы сделаем свои дела и отправимся домой, – предупредил я. – Тебя я с собой беру лишь потому, что мы за последние недели здорово научились прикрывать друг другу спины.
– К тебе даже близко никто не подойдёт. И от меня проблем не будет. Не боись, Дубровский, я буду лапочкой, – ухмыльнулась Ярина.
– “Лапочка”, ты уж не сочти за оскорбление, но раз уж решилась ехать в Саратов – приготовь на завтра приличную одежду, – усмехнулся я. – Если будешь выглядеть как дикарка, на нас будут обращать слишком много лишнего внимания.
– Хм? – вскинула брови Ярина и озадаченно взглянула на свою одежду. – А что со мной не так?
Да тут в двух словах и не объяснить… Не поспоришь, её порванное платье, состоящее из листьев, лозы и тряпок, определённо имеет свой шарм. Но оно точно не подойдёт для посещения губернского центра. А уж её привычка ходить босиком… Нет, так не пойдёт.
– Я прекрасно знаю, что у тебя есть приличное платье. Жёлтое, если мне память не изменяет, – подметил я.
– Дубровский, ты… – она раскраснелась, то ли от гнева, то ли от смущения. – Ты что, в моих вещах рылся?!
– Больно надо. Не моя вина, что твои чемоданы вечно разевают свои “пасти”. Весь твой гардероб всё время на виду, – рассмеялся я.
Уж не знаю, послушается она меня или нет, но если и завтра утром выйдет в таком прикиде, мне придётся её оставить.
Поздно вечером я прошёл к флигелю, где поселились егеря. Меня интересовал только один из них. Единственный человек, которого я не мог оставить здесь. И уж тем более наедине с моим лесом.
Данила, в котором всего пару дней назад окончательно пробудилась огненная магия, пришёл в себя лишь сегодня. Мне пришлось выделить ему время на отдых, так как он сильно перегрел свои магические каналы во время схватки с хитиновыми монстрами.
– Я всё понял… – вздохнул он, когда я озвучил предстоящую поездку. – Вы теперь мне не доверяете, Всеволод Сергеевич. Думаете, что я специально умолчал о своих способностях, да?
– Это не совсем так, – помотал головой я. – Дело не в доверии. Это обычная мера предосторожности. С момента пробуждения твоих сил мы не провели с тобой ни одного урока. Я знаю, что ты верен мне, но сомневаюсь, удастся ли тебе удержать в своём теле пламя без посторонней помощи. Если меня не будет рядом, а в тебе снова проснётся огонь… Ты ведь понимаешь, что запросто можешь одним щелчком пальца уничтожить весь мой лес?
Преувеличиваю, конечно. Пока его сил на такое не хватит. Но и мелкий поджог мне здесь не нужен.
– Тогда почему бы вам меня не выгнать? – пожал плечами он. – Я и сам прекрасно понимаю, что опасен, барин. Не знаю, как мне теперь и жить-то с этим проклятьем.
– Я бы не стал называть твою силу проклятьем. Скорее уж наоборот. Это – дар, – заключил я. – Тем более, насколько мне известно – ты не дворянин. Пробуждение магических способностей у простолюдина – большая редкость. Кем были твои родители?
– Обычные крестьяне, – ответил он. – Всю жизнь на поле трудились. И никто из них не умел выпускать пламя из рук.
Интересно… Тонкости передачи магии я уже хорошо изучил. Колдовством владеют только представители дворянской крови. Не стану задавать Даниле неудобные вопросы, но что-то мне подсказывает, что он не всё знает о своих родителях. Вариантов немного. Либо его мать всё-таки заводила роман с кем-то из знати, из чего следует, что Данила – бастард. Либо же родители парня очень хорошо скрывали его настоящее происхождение.
Ох и много же в моём поместье бастардов скопилось… Я, Виктор со своим братом Павлом, а теперь ещё и Данила. Не санаторий, а целое убежище для полукровок!
– Так или иначе, Данила, выгонять я тебя не собираюсь. Да, ты потенциально опасен для моего леса. Но в то же время у тебя есть все шансы стать достойным магом, если будешь внимательно слушать мои уроки, – заключил я.