Фаза 3. Адаптация
Что ж, глупо было предполагать, что стрелок там один. Его-то я подстрелил, возможно, даже наглухо, но там явно были еще бандиты, один из которых продолжил обстрел. И ждать, когда откатится “усиленный выстрел” нельзя, иначе Сэма, гранатометы, а вместе со всем этим - и нашу надежду на уничтожение этой бронированной коробки, - просто распылит на атомы пулями с мой палец длиной.
Надо придумать какой-то способ заткнуть пулемет или хотя бы сделать так, чтобы они не смогли обстреливать казарму и крышу, с которой Сэм сможет сжечь их залпами из РПГ!..
И, кажется, у меня есть идея, как это провернуть.
Я несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, нагоняя кислорода в кровь и заставляя сердце биться быстрее, и выскочил из-за угла, только уже не с дробовиком наперевес, а зажав приклад под мышкой, готовый бежать максимально быстро.
И тут же в меня ударили пули.
Бандиты внутри явно срисовали, откуда я стрелял, но не стал переводить на меня пулемет, решив, что гранатометчик на крыше - приоритетная цель. И хорошо, что не стали, хорошо, что встретили меня огнем из обычного стрелкового оружия, а не то оторвало бы мне ногу нахрен, ведь модули защиты были в откате…
Две пули с разницей в долю секунды вошли мне в левую ногу. Ощущение было такое, словно меня ткнули двумя раскаленными кочергами, да не просто ткнули, а прямо засунули их в мясо и там еще и провернули!
Нога резко отказала, подломилась и я упал на битые кирпичи. Над головой щелкнули пули, и я, стараясь не обращать внимания на боль, толкнулся руками и откатился из пролома назад, снова под защиту стены.
Нога не шевелилась, и, судя по неприятной выпуклости под кожей, еще и была сломана. Штанина в районе бедра пропитывалась кровью, но боли не было - только навязчивое жжение, словно кочерга все еще находилась на своем месте.
Все так же лежа, я открыл инвентарь, быстро нашел бустер регенерации, вкатил себе прямо через штанину как можно ближе к ранам и приготовился к настоящей боли.
Спустя мгновение агонии из-за вспыхнувших в ранах двух сверхновых, спустя секунду непередаваемых ощущений из-за встающей прямо внутри организма на место кости, скрежещущей обломками сама по себе, я снова был готов действовать. Штанина все еще была пропитана кровью и противно липла к ноге, но никаких последствий кровопотери я не чувствовал - бустер восстановил и ее.
Что ж, намек понятен - здесь я не пройду. Мне нужна защита, чтобы прорваться через рой пуль… Или время, чтобы дождаться, когда боеприпасы у врагов кончатся. Но время играет против меня, так что ставка на защиту. У меня все еще есть активная способность модулей защиты, которая на секунду защитит меня от совершенно любого урона, но секунды мне не хватит.
Если только я не появлюсь у них на виду всего на секунду. Или не появлюсь вообще.
Я поискал глазами Йоку и обнаружил ее в двадцати метрах, кромсающей двух зомби.
- Йока! - крикнул я. - Быстро сюда!
Азиатка оказалась рядом так стремительно, словно опять применила умение своего меча.
- За мной! - велел я, поднимаясь на ноги, и побежал вдоль стены к углу. К тому углу, возле которого на территории части располагался гараж.
- Тут! - я остановился. - Ударь меня своим умением!
- Каким? - не поняла Йока.
- Которое землю раскалывает! - я махнул рукой. - Быстро!
- Ты уверен? - все же не удержалась от глупого вопроса Йока.
- Черт возьми, да!
- Это плохая идея… - Йока покачала головой, но все же отошла на два шага назад и треснула мечом по земле, пуская вперед волну.
Я чуть присел, наблюдая как невидимый подасфальтный крот летит ко мне, оставляя за собой взрытую борозду, и в тот момент, когда она коснулась ботинок, прыгнул вверх, как на батуте.
Только вот это совсем не было похоже на батут.
Импульс, пришедший снизу в ступни, был не мягким и плавным, как я ожидал, а очень даже резким - как будто я жестко приземлился на пятки с большой высоты… Только идущий в обратном направлении.
Вверх толкнуло так резко, что пришлось согнуть колени чуть ли не до ушей, чтобы меня не закрутило в неконтролируемое сальто. Кое-как удержавшись в вертикальном положении, я взлетел над забором и тут же хлопнул рукой по нагруднику, инициируя активный защитный режим.
Вокруг меня вспыхнула полупрозрачная сфера, слегка размывающая контуры всего, что находилось за ней, и на ее поверхности тут же начали появляться концентрические окружности, похожие на то, как реагирует лужа на падающие в нее капельки.
Не дожидаясь, когда гравитация потянет меня вниз, а тем более - когда кончится выделенная мне секунда неуязвимости я воткнул взгляд в угол гаража, и применил “Скачок”.
Да, я мог бы применить его раньше, чтобы забраться на стену, и не пришлось бы прибегать к помощи Йоки. Но тогда я остался бы без навыка в тот момент, когда оказался на стене. Под прицелом нескольких стволов.
“Скачок” исправно вынес меня из-под огня, и я юркнул за угол гаража, окончательно укрываясь от пуль. Полупрозрачная сфера активного щита погасла, и нагрудник ушел в окончательный откат. Теперь все, что у меня осталось из защитных средств - второй модуль защиты, у которого еще есть неиспользованный активный режим.
Но даже он мне сейчас не нужен.
Я пробежал вдоль задней стены гаража, свернул за угол и дернул дверь второго входа, расположенную по короткой стороне здания. Дверь не подалась - ну конечно, сам же велел в тот раз все заблокировать!
Бронебойный патрон вынес замок вместе с куском полотна, и я, вторично дернув дверь, наконец попал внутрь. Попал - и тут же побежал мимо инвалидов-грузовиков к тому единственному, который выглядел работоспособным.
Надеюсь, что он не только выглядит таким…
Я дернул дверь, для чего пришлось аж вытянуть руку вверх, закинул в кабину дробовик, и, ухватившись за ручку, забрался внутрь сам. Ключи обнаружились прямо в замке зажигания, который располагался не на привычном месте, а слева, в районе колен. Их наличие не удивительно, если вспомнить, что машины тут стоят ради ремонта.
Я глянул на коробку передач - конечно же, механика… Как хорошо, что я умею водить машины на механике!
Я подергал кривой рычаг, убедился, что он стоит на нейтрали, и крутанул ключи, прислушиваясь.
“Урал” захрипел и зачихал, задрожал, прокручивая коленвал, но не завелся. Я оставил ключи в покое, подождал несколько секунд и крутанул снова…
Да! Со второй попытки мотор подхватил, запыхтел и загудел, наполняя кабину крупной дрожью.
- Вот и славно… - пробормотал я, закрывая дверь. - Вот и отлично. Черт, давно не водил…
А такие огромные машины - вообще никогда.
Взявшись одной рукой за рулевое колесо размером с половину моего размаха рук, вторую я положил на рычаг коробки передач, выжал сцепление и кое-как воткнул первую передачу. Чуть отпустил сцепление, убеждаясь, что передача действительно включилась - “Урал” чуть дернулся и угрожающе забухтел, грозя заглохнуть. Я выжал сцепление обратно, останавливая попытку тронуться, и перенес вторую ногу на газ.
Осталось только выжать его до конца, и все. Даже передачи выше первой мне не понадобятся. Даже руль крутить почти не надо.
Глубоко вдохнув, я посмотрел на закрытые ворота перед собой, нажал на газ, заставляя двигатель реветь, а кабину - чуть покачнуться, и плавно, как спусковой крючок, наполовину отпустил педаль сцепления, до тех пор, пока “Урал” не начал трогаться.
Я потом резко бросил ее.
Грузовик прыгнул вперед, вынося мощным бампером ворота, как фанерную дверь! Столкновение резко бросило меня вперед, чуть не приложив о рулевое колесо грудью, я кое-как удержался, крутнул руль, заставляя грузовик увалиться на правый борт и повернуться носом в сторону стоящего посреди двора полуприцепа…
А там меня уже заметили. Пулемет внезапно прекратил обстрел крыши, и начал поворачиваться в мою сторону. Я сжал зубы, все-таки переключил на вторую, попав в передачу только с третьего раза, и изо всех сил надавил на газ, утапливая педаль в пол! Грузовик слегка приподнял нос, заревел и помчался на фуру, как таран!
И в этот момент пулемет начал стрелять.
Но я уже толкнул дверь от себя и выпрыгнул на бетон, инициируя защитный режим второго модуля и надеясь, что он защити меня и от таких повреждений тоже.
Защитил. Несмотря на то, что я катился по бетону, как перекати-поле, я ничего не сломал и даже не отбил, и каждое касание ощущалось словно через толстенное одеяло.
Остановившись, я быстро сел и нашел взглядом грузовик, которому до фуры оставался какой-то метр. Пулемет стрелял уже практически засунув ствол в кабину… В которой меня уже не было.
Грузовик врезался в фуру, сдвигая ее в сторону, и заглох. Фура покачнулась на своих колесах, опасно накренилась, замерла в таком положении, словно не была уверена, стоит ли ей падать, но в итоге все же приняла решение и с феерически грохотом рухнула набок!
Ствол пулемета остался торчать задранным в небо и явно уже не представлял ни для кого угрозы.
И в следующую секунду прямо в борт фуре прилетела граната РПГ, скрывая его под плотным черным облаком. А еще через пять секунд - еще одна. И еще. И еще.
Всего Сэм выпустил пять гранат, не оставляя тем, кто был внутри, ни единого шанса. Там, наверное, сейчас был пылающий ад, наполненный осколками и дымом.
- Хорошая работа, Сэм… - передал я по рации, и поднялся на ноги.
- Ага… - тяжело выдохнул тот. - Я… Старался…
Как-то тяжело он говорил, словно ему воздуха не хватает. Надо подняться и проверить, как он.
Но только я сделал шаг по направлению к казарме, как наверху фуры что-то зашевелилось. Откинулась неприметная дверь и прямо на бок прицепа, теперь ставший крышей, выбралась темная фигура в глухом плаще.
В руке фигура сжимала хорошо известный мне дробовик.
Глава 3. С концами
Что ж...Глупо было бы думать, что Робин не заявится самолично на разборку со мной. Глупо было бы считать, что он упустит такое представление, как захват целой военной базы, на которой, к тому же, прописался лично его злейший враг. Глупо было бы полагать, что он, как предводитель всей этой шайки-лейки (а я уже не сомневался, что это именно так) будет тусить где-то еще, кроме как в самом защищенном и одновременно — мобильном и угрожающем виде транспорта.
И глупо бы надеяться, что эта тварь умрет так легко.
Но я и не считал.
Поэтому я прямо с бетона кинулся к своему дробовику, который отлетел прочь, когда я кувыркался из кабины грузовика, и в кувырке подхватил его. Вскочил на ноги, уже вкладываясь в приклад и ловя в диоптр фигуру противника.
Но его на месте, конечно же, уже не было. Он пробыл там ровно одну секунду, которая требовалась, чтобы оценить обстановку и быстро запомнить все окружение, включая укрытия и опасные зоны, и спрыгнуть куда-то. Наверняка по другую сторону перевернутого дырявого прицепа.
Я скрипнул зубами, поводя стволом налево-направо, но так и не увидел противника и потянулся левой рукой к рации:
— Сэм, ты видишь этого урода?! Который на фуре был?!
Сэм ничего не ответил. Рация равнодушно шипела на меня помехами, так что дело было не в ней — дело в самом Сэме.
— Этого еще не хватало... — выдохнул я, отпуская рацию и снова хватаясь за цевье дробовика. — Ладно... Танцевать так танцевать.
И я не торопясь пошел в сторону намертво слипшихся «Урала» и фуры, не сводя с них взгляда. Зрение при этом я максимально расфокусировал, чтобы оно не скатилось в туннельное, чтобы даже малейшее движение, возникшее на периферии, тут же привлекло мое внимание. В патроннике ожидал своего часа пулевой патрон, готовый вырваться из ствола, едва только мне попадется на глаза Робин.
Но Робин не попадался. Было бы странно, если бы он, зная, что находится на чужой территории и в уязвимом положении, вылез прямо под выстрел мне и еще неизвестному количеству противников! Наверняка закрысился сейчас за фурой и соображает, что делать!
Ибо нехер. Кто к нам с чем, тот тем и затем.
Дойдя до «Урала», я наступил на колесо и залез на капот. Выпрямился, осторожно выглядывая за перевернутую фуру, но все еще ничего не увидел. Эх, жаль гранат нет, сейчас бы просто катнул одну по изрытой дырами от кумулятивных гранат боковине фуры, и путь себе падает по ту сторону, прямо под ноги Робину.
Но гранат у меня не было, и не было даже их заменителя, то есть гравипода — свой я уже потратил, да и не помог бы он мне здесь, на открытом пространстве особенно. Даже наоборот — вполне мог сделать хуже. Мне пока что хватит и одной твари внутри защитного периметра.
Цепляясь руками за горячие колеса фуры, я залез на ее борт, который сейчас стал для меня полом, и пошел по нему вперед, не сводя взгляда с бетона, который медленно выплывал из-за границ поля зрения. Еще немного, еще чуть-чуть... Когда там уже «взор охотника» подхватит?!
И «взор» подхватил. Подхватил и высветил мне силуэт Робина, что скорчился возле стальной стены у самого бетона.
Я не стал пытаться прострелить фуру насквозь — «усиленный выстрел» еще не откатился, а без него я уже пробовал — фигня получилась.
Вместо этого я просто вытянул вперед руки, вынося дробовик за пределы угла, соединяющего крышу прицепа и его борт, направил его вертикально вниз и выжал спуск.
И услышал, как пулю поглощает модуль защиты.
— Да сколько у тебя их?! — вырвалось у меня.
— Сколько нужно. — глухо донеслось из-за угла голосом Робина.
А потом он распрямился, одновременно отпрыгивая от прицепа, разворачиваясь вокруг своей оси и выжимая спуск.
Уловив его движение и заранее ожидая какой-то подлости, я присел и прыгнул в сторону, растягиваясь на борту прицепа и тоже выжимая спуск.
В итоге мы выстрелили одновременно, и ни один не попал, даже несмотря на картечные патроны — слишком быстро мы оба двигались. И в слишком неудачном положении мы по итогу оказались. Я, хоть и слегка прикрытый углом прицепа, лежу на боковине, растянувшись в полный рост, и не могу двигаться. Робин, даром что на ногах и мобилен — прямо посреди открытого пространства, на котором его подстрелить как нехер делать.
И все же мое положение было чуть хуже. Потому что мои модули защиты были полностью разряжены. А вот у этого сукина сына, несмотря на то, что пять минут назад вся его защита должна была разрядиться, спасая от роя раскаленных осколков, еще оставалось. И сколько их оставалось — неизвестно.
Поэтому я бросил короткий взгляд на левую руку, с удовольствием убедился, что «Скачок» уже откатился и прижал его, одновременно вскакивая на ноги. Рывок — и я практически вплотную к Робину, между нами меньше метра! Ствол его дробовика — только руку протянуть!
Я и протянул, набрав в грудь побольше воздуха и приготовившись к шипению горящей от контакта с раскаленным стволом кожи. Схватил, отвел в сторону, чтобы выстрел, если он будет, прошел мимо, и выбросил вперед вторую руку, в которой уже была зажата отнюдь не рукоять длинного и неудобного дробовика, а удобная ребристая ручка Лизы.
Ствол рявкнул у меня над ухом, чуть не лишив меня слуха, а потом Робин отпустил его и каким-то невероятным движением выпутался из ремня, отскакивая назад!
Лиза вспорола воздух, не достав до противника, но зато и сам Робин оказался без оружия. Его дробовик остался у меня в руке, и, кстати, вопреки ожиданиям, ствол был совершенно холодный. Даже после двух выстрелов подряд (не говоря уже о том, что я не знаю, сколько было сделано выстрелов до этого) он не потеплел ни на градус, так что я обошелся даже без ожогов.
Робин вскинул левую руку и быстро потыкал пальцем в воздух, активируя интерфейс. А потом взялся за невидимую мне рукоять и вытянул из пространства длинный нож. Намного длиннее, чем мой, длиной примерно как Луч, который я оставил на торговой площадке. Робин его вытянул, поднял к глазам, приложил сложенные вместе указательный и средний пальцы левой руки к плоскости клинка и развел руки в стороны, словно двумя пальцами снимал невидимые ножны.
Бронерез
Хрен знает, что это за бронерез такой, но мне уже заочно не нравится это название. Ничего безопасного таким словом явно бы не назвали. А еще этот клинок длиннее моего раза в два, так что мои дела вдвое хреновые.
Я мог бы пытаться развернуть прикладом в плечо дробовик Робина, я мог бы попытаться схватить с ремня свой собственный, но я прекрасно понимал, что ни того, ни другого не успею. Разделяющее нас расстояние было слишком мало, чтобы надеяться на удачный исход какого-то из этих планов. Пока я вожусь с длинными дурами, он просто подскочит и махнет своим ножом, и это плохо для меня закончится.
Поэтому я открыл свой инвентарь, и, не сводя взгляда с Робина, убрал туда его собственный дробовик. Под сплошной маской навроде моего собственного пси-рассеивателя не было видно его лица, но я был уверен, что он злобно стиснул зубы. Я этого и добивался.
Никто не стремился атаковать первым. Оба понимали, что навыки обращения с холодным оружием у нас такие себе, поэтому оба ждали, когда атакует кто-то другой, чтобы подловить его на ошибке. И я решил, что пусть первую ошибку совершу я. Или, вернее, пусть Робин так думает.
Я резко переложил нож в левую руку, а правой потянулся к дробовику, висящему на ремне. Робин тут же рванулся вперед, занося свой мачете для мощного режущего удара, уверенный, что я попытаюсь выстрелить, но он ошибся. Я даже не думал пытаться привести оружие в боевую готовность. Вместо этого я схватил дробовик за ствольную коробку, слегка надавил, чтобы ремень натянулся, и чиркнул по нему ножом. Ремень лопнул, освобождая оружие, и резким движением снизу вверх я швырнул его прямо в Робина!
Нас разделяло всего полметра, так что увернуться Робин не успел. Вращаясь в воздухе, дробовик врезался ему в грудь стволом, довернулся, приложив еще и прикладом по маске. Само собой, серьезных повреждений так не причинить — он весь в защите, как и я, но на секунду Робин все же остановился и взмахнул рукой, отбрасывая мое оружие в сторону.
И этой секунды мне хватило. Я прыгнул вперед сразу за дробовиком, вытягивая вперед руку, и жало Лизы вошло точно между маской и воротником плаща противника. Туда, где вероятность наличия брони была минимальна.
Воткнув нож, я шагнул еще ближе, перехватил рукоять двумя руками и разогнул их, загоняя клинок еще глубже. Робин глухо булькнул, взмахнул руками, я почувствовал, как бок обожгло болью и холодом... Но это была лишь агония. Противник уже умирал. Он уже был мертв, просто не хотел с этим мириться.
Я вырвал нож из шеи противника — за ним следом выплеснулась струя ярко-красной крови и буквально в ту же секунду силы оставили меня. Адреналин прогорел в крови, ноги подкосились и я в полной мере почувствовал боль, терзающую мой бок. Выпустив из пальцев Лизу, я прижал ладонь к боку и обнаружил, что чуть ниже ребер торчит оружие Робина. Уже умирая, он успел все же его воткнуть, и, пусть воткнул довольно неглубоко, но попал он в самое плохое место, в какое только можно придумать. Там ведь всякие кишки и прочая требуха, а длины этого клинка достаточно, чтобы повредить их все скопом.
Несмотря на то, что нельзя вытаскивать из раны предметы, которые в ней торчат, я все равно сжал зубы, закрыл глаза, чтобы искры из них не высыпались на бетон, и на выдохе выдернул торчащий клинок. Тут же прижал рану ладонью, чтобы кровь не сильно сочилась, и достал из инвентаря очередной за сегодня бустер регенерации. Воткнул его рядом с раной, в очередной раз на секунду обезумел от жгущей боли, но буквально через десять секунд снова почувствовал себя человеком. Причем целым, здоровым и даже относительно дееспособным. Уперся окровавленными и от того скользкими пальцами в бетон и кое-как поднялся, пошатываясь. Поглядел на валяющийся под ногами бронерез и даже соизволил нагнуться, чтобы его поднять.
Бронерез
Холодное оружие
Уровень 7
Качество: Уникальный
Способности: отсутствуют
Активные способности: После активации способен разрезать один любой предмет, независимо от его линейных габаритов и прочности. Откат способности — 24 часа.
Прогресс: 0
Нет ничего лучше для вскрытия толстой брони, чем искусственно сгенерированная квантовая струна. Нет ничего лучше для создания квантовой струны, чем бесконечный источник очень мощной энергии, которой, увы, бронерез не обладает.
Классная хрень, однако. Раз в сутки можно прорезать все, что угодно, хоть треножнику ногу отхерачить, хоть злосчастный бронированный полуприцеп пополам распилить. Мне бы пораньше эту штуку, не пришлось бы таранить фуру грузовиком... Я поднял голову и огляделся, пытаясь понять, что же происходит вокруг. Бесконечный треск выстрелов сменился на редкие одиночные щелчки — судя по всему, бой если не закончился, то был близок к тому. Присев возле тела Робина, я подобрал свой дробовик, проверил у него пульс на запястье, убедился, что его нет, и пошел помогать своим.
Буквально через полчаса все было кончено. Бандиты потеряли, по предварительным подсчетам, двадцать два человека, мы — семь с половиной. Половиной стал Сэм, которого я обнаружил на крыше казармы в позе эмбриона, в луже крови и без сознания. И хорошо, что у меня внутри шевельнулся нехороший червячок, и я решил сперва вколоть ему бустер, а потом пытаться выяснить, что именно с ним. Если бы я нарушил этот порядок, то, возможно, это убило бы раненого, поскольку выяснилось, что у него была пробита рука с внутренней стороны, возможно даже по артерии. Вряд ли пулеметной пулей, скорее каким-то вторичным осколком, которых от погрызенного очередями парапета валялось на крыше великое множество. Потому Сэм и не ответил мне на мой вопрос по рации, что уже потерял к тому времени сознание от потери крови. К счастью, перед этим он успел отстегнуть от автомата магазин, зажать его вертикально под мышкой и навалиться сверху всей массой, повернувшись на бок, передавив углами кровеносные сосуды и максимально, как можно, уменьшив потерю крови. После того, как я вколол ему бустер регенерации, рана прямо на глазах затянулась, но в себя Сэм не пришел,хоть и стал дышать ровнее и чаще.
А вот его напарнику, который был на крыше с ним, повезло намного меньше. Сразу несколько тяжелых крупнокалиберных пуль попали в него, так что умер он, скорее всего, моментально. Да и вообще все потери у нас были из-за того самого клятого пулемета, ни один человек не пострадал от личного стрелкового оружия, если не считать легкие царапины и синяки от всяких вторичных осколков, которые поди еще пойми как и от чего появились.
Йока и Кобра не пострадали совсем. Они остановили волну прущих к части тварей, не позволяя им пройти через пробитую в стене дыру, а, когда все закончилось, мы подогнали вплотную к дыре один из бандитских фургонов, перекрыв ее, и решили, что на первое время этого хватит. Эту идею предложил Сэм, который к тому моменту пришел в себя и первой фразой, еще не открывая глаз, выдал «Я все же его достал, ублюдка...»
Даже не нужно было дальше расспрашивать, чтобы понять, что речь идет о его брате. Заодно отпал вопрос, как Робин нашел меня — благодаря ему и нашел. Узнав, что Сэм заодно с нами, он сделал логичный, что немного странно для одурманенного наркотой мозга, вывод о нашем местонахождении, и побежал к своему бугру. А тот — к своему, и в итоге эта цепочка закончилась на Робине, чему я, собственно, не сильно-то и удивлен.
После боя стали приходить системные логи, но я их особо не читал — и так понятно, что я получил кучу репутации и немного опыта за скайдера. Единственное, что порадовало, так это сообщение об очередном увеличении инвентаря.
После того, как с делами первостепенной важности было покончено, мы принялись за сбор трофеев. С бандитов, конечно, ничем интересным поживиться не удалось — только всякий хлам, который был хламом еще даже до Основания, а сейчас и вовсе превратился в игрушки. Какие-то двустволки, гражданские карабины, пистолеты, а у одного вообще травмат.
Системных вещей на них тоже было негусто, единственные, кто был худо-бедно одет — пятеро тел, что нашлись внутри фуры с пулеметом. Видимо, в этом джаггернауте по задумке Робина должно было сидеть «высокое командование» с ним самим во главе, а задачей всех прочих было только отвлекать на себя внимание.