Фаза 3. Адаптация
След несколько раз свернул, то направо, то налево, без какой-то видимой логики — будто бы водителю просто захотелось повернуть именно здесь, — и оборвался. Спустя полчаса неспешной пешей прогулки я оказался в трех-четырех кварталах от своего старого дома, если я правильно сориентировался, конечно. Единственным местом здесь, откуда могла взяться фура, здесь был терминал транспортной компании в виде огромного ангара из листов профнастила. Вполне себе типовой ангар, местами тронутый ржавчиной, особенно в тех местах, где листы наслаивались друг на друга.
Перед ангаром была большая бетонированная площадка, на которой местами застыли маленькие погрузчики, а в дальнем углу стоял еще один полуприцеп, только на сей раз без броневых листов, вообще без какого-либо металла, тентового типа.
В ангар вели большие железные двустворчатые двери, в одной из которых была прорезана небольшая калитка. Двери были закрыты, а вот калитка наоборот — приоткрыта. И, так как всех этих доказательств было уже достаточно для того, чтобы сделать выводы, я проверил патрон в патроннике и двинулся к ангару.
Я вошел внутрь, внимательно прислушиваясь и готовясь включить невидимость, едва только раздастся какой-то подозрительный шум. Остановился возле входа, уйдя с освещенного места, и осматривая окружение через прицел дробовика.
Когда-то внутри ангара стояли ряды высоких стеллажей, на которых хранились товары, переданные в работу транспортной компании. Сейчас все эти товары были сняты с полок и зверски распотрошены в поисках чего-то полезного. Везде валялись кучи упаковочного картона, пленки и обломки жесткой опалубки. Какие-то упаковки бросали, едва только надрезав — видимо, в них не было ничего интересного.
Местами между стеллажами были натянуты какие-то тряпки, и пленка, разделяющие пространство между ними на какой-то жалкий аналог комнат. В них лежали какие-то матрасы, стояли закопченные бочки, и лежал кучей всякий хлам, наворованный все из тех же коробок, предназначенных для перевозки.
Короче говоря, свинарник просто лютый. Здесь и в лучшие времена был далеко не Вернисаж, но сейчас быдлота разного калибра превратила склад в хлев. Не удивлюсь, если на самом деле это место не планировалось как постоянная база, а только перевалочный пункт для того, чтобы склепать себе бронированное чудовище с крупнокалиберным пулеметом, после чего собрать все, что приглянулось, и поехать дальше грабить и убивать. Люди конечно бывают отчаянными свиньями, но все равно с трудом верится, что можно так сильно гадить в том месте, где ты собираешься остаться жить на постоянной основе.
Запах дыма и копоти перемешивался с вонью пота и старых носков, в некоторых местах к этому амбре примешивался отчетливый душок гнили. Нет, определенно здесь не планировали долго жить. Возможно даже они как раз вчера доделали все, что хотели и нам «повезло» стать первыми, на кого напали эти «нео-кочевники», и, если бы мы их не остановили, то они бы поехали дальше, пожирая все, что встретят на своем пути. Как саранча.
«Саранча»... Тоже, кстати, неплохое название для банды.
Тем не менее, я все же решил немного пройтись по ангару. Из звуков здесь только ветер гулял, да мои шаги глухо стучали по бетонному полу, так что волноваться о том, что кто-то тут остался не приходилось.
Я обошел весь ангар, но не нашел ничего интересного — один хлам. В основном помещении ангара поживиться было нечем, поэтому я перешел к «десерту» — решил заглянуть в небольшой «вагончик», собранный все из того же профнастила, недалеко от входа. Перед ним на полу располагались плоские весы, а в самом вагончике раньше располагался старший смены, который принимал и выдавал товары. Во всем этом ангаре это самое подходящее место для того, чтобы там разместился предводитель всего этого хавоза.
Каптерка была закрыта на навесной замок, который я снес ударом приклада, после чего вошел внутрь. Да, здесь царила совсем другая атмосфера. Даже несмотря на то, что места тут было кот наплакал, украшено оно было прямо богато. Стены были увешаны разными предметами искусства, начиная от холодного оружия, покрытого позолотой, и заканчивая репликами известных на весь мир произведений искусства. Вдоль одной из стен прямо на пол был кинут матрас не из дешевых, до сих пор в упаковочной пленке, застеленный белоснежным бельем. Задумался бы, откуда у них тут стиральная машинка, но и так ясно, что никто стиркой не морочится — просто выкидывают старое и берут из коробок новое.
Брали. Правильно говорить «брали».
Кое-что интересное тут все же нашлось. На небольшой полочке прямо над входом лежал еще один кошелек с валютными дисками и отдельно — целая коробка сплайса. Даже от своих делают заначки, впрочем, ничего удивительного, в их обществе по-другому никак.
Забрав все, что нашел, я подошел к ближайшей закопченной бочке и заглянул внутрь. Нашел какую-то железку рядом, поворошил золу и убедился, что внутри еще есть пара тлеющих углей.
Вот и отлично.
Пинком перевернув бочку на ближайшую кучу мусора, так, чтобы угли попали на тряпье, я развернулся и пошел прочь из ангара.
Что ж, какой-никакой, а улов. Тем более, я убедился, что внутри никого не осталось и никому не придет в голову идея предпринять вторую атаку, чтобы отомстить за неудачу первой.
Обратно к военной части я двигался не тем маршрутом, которым пришел — интересно было разведать обстановку, да к тому же появилась интересная мысль поискать магазины, в которых продаются стройматериалы. Трухлявый ангар на роль замены нашей базы годился даже меньше, чем я предполагал, но в стене нашей военной части все еще зияла дыра, с которой надо что-то делать, поскольку вечно подпирать ее фургоном не выйдет — это не сильно надежнее, чем без фургона вообще. Стену надо залатать, это не обсуждается. А то и вовсе — достроить еще выше. Заодно с наблюдательными вышками, чтобы не приходилось ютиться на крыше казармы. Да и вообще надо подумать о том, чтобы попробовать системные здания, который вырастают из семени строения. У меня как раз теперь до хрена и сплайса, на котором эти здания надо выращивать, и валютных дисков для того, чтобы купить чертежи нужных зданий на торговой площадке.
Раздумывая о том, сколько всего нужно сделать и не забывая осматривать окружение, я топал по улице, отмахиваясь Лизой от изредка встречающихся зомби. По пути действительно попался магазин стройматериалов, и даже совершенно не разграбленный, несмотря на разбитые витрины, из одной из которых торчал помятый минивен. Забравшись в магазин, я приговорил зомби в синем полукомбинезоне, который, судя по бейджику, раньше тут работал, и, быстро пробежавшись по помещению, положил в инвентарь два мешка цемента и на этом пока что решил закончить. Придем сюда попозже, если не найдется подобного магазина поближе к базе.
Выбравшись из магазина, я продолжил путь по городу, и несколько кварталов даже прошел спокойно, ни разу не махнув ножом и уж тем более не выстрелив.
Зато внезапно я услышал чужие выстрелы. Редкие, очень плотные звуки, больше похожие на взрывы, даже плотнее, чем выстрелы моего дробовика. Как будто из... гранатомета, что ли, стреляют? Интересно...
Я слегка пригнулся, понижая силуэт, взял пушку на изготовку и двинулся на выстрелы. Очень уж хотелось посмотреть, кто там и кому объявил войну.
Квартал я преодолел быстрым шагом, поглядывая в ту сторону, откуда раздавались выстрелы. И, дойдя до ближайшего угла и выглянув из-за него, я наконец увидел, что происходит.
В половине квартала от меня было несколько зараженных собак, причем не таких, как я уже встречал, а, видимо, более высокого уровня. Сказать точно было невозможно — «ревизия» отсюда не дотягивалась, но они были полностью лысыми, а не наполовину, как те, которых я видел, поэтому и такой вывод. Парочка уже валялась на асфальте без движения, заливая его голубой кровью, а оставшиеся водили хоровод вокруг высокого внедорожника с капитально просевшей подвеской, на крыше которого стоял спиной ко мне и отстреливался от них высокий и широкий силуэт в зеленой броне. Очень высокий и широкий силуэт, как будто его обладатель в качалке просто живет. Пушка у него в руках тоже не поддавалась идентификации — она была короткая и толстая, словно ручная мортира. И звук такой странный издавала при выстреле — «боф-ф». И сами выстрелы тоже странные — во-первых, редкие, не чаще раза в секунду, а то и две, да еще и выглядят не как нормальный выстрел, а будто бы голубой полупрозрачный луч. Он настигал собак, пробивал в них сквозные отверстия, из которых лилась голубая кровь.
А потом силуэт, выцеливая одну из собак, повернулся в мою сторону. И я понял, почему он такой широкий и высокий.
Потому что это был не человек.
Глава 6. Новые лица
Если бы меня спросили, на кого это существо похоже, я бы сказал, что на гоблина. Очень сильно разожравшегося и раскачавшегося техногоблина в футуристической броне и с не менее футуристическим оружием. Его лысая бугристая башка была вытянута назад, напоминая формой яйцо, только яйцо с приделанной к нему огромной массивной челюстью с острыми кривыми зубами. Кожа желто-зеленого цвета местами была покрыта бородавками, из которых торчат волосы, толстые настолько, что я видел их даже за двадцать метров, а острые, загнутые назад уши напоминали эльфийские, если бы в мире существовали канализационные эльфы.
Существо было гуманоидного строения, за исключением ног — они у него были выгнуты в обратную сторону, как у кошки. В остальном же все было аналогично человеку — одна голова, две ноги, две руки, в которых уродец сжимал пушку.
Пушка тоже была необычная, что я успел понять еще раньше, по одному только звуку. Она вообще не была похожа на огнестрел, да и работала, судя по лучам, которыми она стреляла, по какому-то другому принципу. Обтекаемой формы, без какого-то видимого ствола... Да что ствола — на ней даже прицельных приспособлений видно не было! Ни приклада, ни, по-моему, даже рукояти, за которую можно держаться... Как будто это и не оружие вовсе, а экспонат выставки современного искусства!
Броня уродца тоже была необычной — она совершенно не похожа была ни на один известный мне образец оружейного искусства Земли, а значит, это была броня Основания. Мощная толстая кираса зеленого цвета, с наплечниками и сплошными рукавами, что-то вроде бронешорт до колена, открывающих суставы, и ниже них — полноценные бронесапоги, со скидкой на обратное сгибание ног. Несмотря на то, что я никогда не видел ничего даже отдаленно похожего, сразу становилось понятно, что это обмундирование не просто взяли и напялили на существо — оно под него подгонялось, если не вообще изготавливалось с нуля прямо под него. Из чего оно было сделано, определить, конечно же, было бы вряд ли возможно даже вблизи, не говоря уже о том расстоянии, на котором я от него находился, но кое-какой демонстрации защитных характеристик я все же удостоился. На моих глазах одна из собак особенно высоко подпрыгнула и попыталась ухватить гоблина за палец на ноге (а их у него было по четыре на каждой, расставленных как у птичьей лапы — три вперед и один назад), тоже прикрытый броней. Ни хрена у псины не получилось — зубы лишь скользнули по броне, не то что не прокусив ее, а вообще будто не причинив гоблину никакого неудобства. Единственное, чем он отреагировал на такую наглость — это направил на псину свою пушку и та с громким «боф-ф» пробила ей череп насквозь своим голубым лучом.
Пока я рассматривал зеленого молодчика, он потихоньку расправился со всеми собаками, банально за счет того, что находился там, где они не могли его достать. Меня мучили смутные сомнения, что мне с ним делать. С одной стороны, вроде как он уничтожает существ Основания, то есть, моих врагов, а враг моего врага, как известно, мой друг. С другой стороны, очень уж он уродлив для того, чтобы держать подобное существо в рядах друзей. Другие друзья не поймут, боюсь.
На самом деле, конечно, дело не в этом. Просто я взрослый человек и прекрасно понимаю, что «враг моего врага» не всегда равно «мой друг». Иногда это равно «враг вообще всех, включая и меня». Так что я не торопился вылезать из своего укрытия и бежать к непонятному существу с распростертыми объятиями и радостными криками. К тому же, я вовсе не уверен, что оно поймет мой язык — как-никак канализационно-эльфийским я не владею.
А гоблин тем временем, разобравшись с собаками, спрыгнул с крыши автомобиля и принялся деловито собирать выпавшие с них коробки. Ну тут уже совершенно не осталось сомнений — это не тварь Основания, у которой переклинило мозги, и она начала бросаться на своих, это разумное существо, которое как минимум занимается всем тем же, чем занимаюсь и я, и мы все, кто остался на матушке-Земле. Но вот с какой целью он это делает?
В конечном итоге, ситуация разрешилась сама собой. Собрав все коробки, гоблин неожиданно крутнулся вокруг своей оси, будто его кто-то его окликнул, и увидел меня. Так и не докрутив свой оборот, он застыл на месте, широко расставив ноги и глядя на меня.
Какие мысли бродили в его вытянутой страшной черепушке — сказать было невозможно, я ведь с такого расстояния даже глаз его крошечных не видел. Все, что можно было констатировать — он изучает меня точно так же, как я изучаю его. Будто бы не уверен, что со мной делать и можно ли со мной как-то контактировать.
Хрен знает вообще, что происходит. С одной стороны вроде страшен как ядерная война, с другой — он тоже убивает тварей Основания. Может, он какой-то охотник на них, который прибыл сюда, как только узнал о том, что тут происходит?
Не придумав ничего лучше, я поднял руку, показывая, что готов идти на контакт.
Но гоблин на контакт не пошел. Даже наоборот — едва только я поднял руку, как он злобно оскалился, вскинул свою пушку и направил ее на меня!
Ну, знаешь!.. Я ведь пытался по-хорошему!
Я ушел обратно за угол, да подальше от него, помня, насколько просто пушка гоблина дырявила собак. И не зря — там, где я только что стоял, угол дома прожарило насквозь, буквально, в угловом кирпиче появилась небольшая сквозная дыра с оплавленными краями! Не знаю, чем оно таким стреляет, но что-то я сомневаюсь, что мои модули защиты от этого спасут — вряд ли это кинетический урон!
А еще я сомневаюсь, что после этого с уродцем получится договориться.
Я активировал клобук, и, пользуясь невидимостью, выглянул из-за угла еще раз. Гоблин медленно и настороженно подходил к моей позиции, не сводя с нее ствола своей странной пушки. Он прошел уже половину пути и с такого расстояния я заприметил, что воздух вокруг его кирасы слегка колеблется, как над горячим асфальтом в жаркую погоду. Не знаю, что это значит, но, боюсь, что ничего хорошего. В лоб атаковать не стоит. Да и незачем. Он ведь так пристально смотрит туда, куда я скрылся — грех этим не воспользоваться!
Я выскочил из-за угла и быстро перебежал за угол дома напротив, стараясь наступать только на асфальт и не допустить того, чтобы под подошвами что-то захрустело или зазвенело. Успел как раз вовремя — едва я оказался на своей новой позиции, как гоблин, обходя угол по широкой дуге, как заправский спецназовец, досматривающий комнату, вышел на мое прежнее место пребывания.
Только меня там уже не было. А вот спина гоблина перед моими глазами — была.
В руках у меня уже лежал дробовик Робина, заряженный пулевыми. Сейчас как раз та ситуация, когда я предпочел скорострельность привычности. Расстояние — десять метров, я попаду в него всеми пулями, даже если буду стрелять с закрытыми глазами.
Так я и сделал. Не закрыл глаза, в смысле, а выстрелил, прижав приклад к плечу и наведя прицел на центр зеленой спины, что уродливыми горбом прикрывала башку от прицельного попадания. Применил на самый первый патрон «усиленный выстрел» и выстрелил подряд их все, один за другим, опустошая магазин.
Первые пять или шесть выстрелов канули в прозрачном мареве, словно в водной пучине — как будто их и не было, только яркие всполохи на месте попаданий появились, словно пули сгорели. Защите гоблина было совершенно плевать на то, что первое попадание было заряжено навыком — она сожрала и его тоже. Следующие три снаряда попали в кирасу, но бесславно сплющились об нее, и только последний, предсказуемо загоревшийся желтым светом прямо в патроннике, пробил ее.
Не успевшего ни среагировать, ни, тем более, развернуться, гоблина пробило насквозь, на стену дома брызнула ярко-желтая кровь. Я выпустил из рук дробовик Робина, позволяя ему упасть на землю, подхватил свой, до того висевший на ремне и заряженный бронебойной пулей и выстрелил ею тоже.
Бронебойная тоже пробила кирасу, но насквозь уже не прошла — осталась где-то внутри. И, видимо, это было последней каплей для зеленого гоблина, поскольку он, так и не успев развернуться, кулем повалился на бок, придавив тушей свое оружие.
Я дернул цевье, досылая новый патрон и контролируя стволом противника. Гоблин не шевелился и не пытался подняться. Тогда я поднял с земли брошенный «Раздел» и сменил магазин, между картечными и зажигательными патронами выбрав картечные. Убрал дробовик обратно в инвентарь, перехватил поудобнее свою помпу и аккуратными шагами подошел к гоблину, не сводя ствола с его головы.
«Ревизия» его ожидаемо игнорировала. Даже сноски не выводила, не говоря уже о более полной информации. Это добавляло лишних очков моей теории о том, что это существо вообще не имеет никакого отношения к Основанию — ни в виде существа, ни в виде субъекта. Правда с той же вероятностью могло оказаться, что он как раз-таки субъект. Может, даже такой же человек, как и я, просто выпивший не тот мутатор? Или подвергшийся какому-то облучению?
Вот сейчас и узнаем.
Я осторожно толкнул гоблина ногой, переворачивая его на спину и не сводя ствола с уродливой башки. Оказавшееся неожиданно легким, несмотря на свои габариты профессионального бодибилдера, тело послушно перекатилось, и я сфокусировал зрение на оружии гоблина.
Твою мать.
Даже не столько удивительно то, что тварь все же принадлежит к Основанию — это как раз не сильно удивительно. Намного удивительнее то, что оружие гоблина не определяется нормально «ревизией». Я уже видел эти странные символы, и даже видел дважды — один раз ими был подписан треножник, второй раз — вибрационные твари, которые чуть не угробили нас с Йокой. И, кстати, последние тоже назывались в похожей манере — смесь инопланетных иероглифов и человеческого русского. И как это понимать?
Найти ответ я не успел. Гоблин оказался еще жив, и выяснилось это, когда он поднял левую корявку, на ладони которой, как и у меня, и у всех вокруг красовался интерфейсный знак, прижал его двумя пальцами и принялся судорожно тыкать пальцами по воздуху. Из его рта стекали струйки желтой крови, коей натекло под уродцем уже приличное количество, в груди, в дыре, пробитой моими пулями, что-то булькало и свистело, а он все пытался что-то вытащить из инвентаря, при этом глядя на меня с лютой ненавистью в глазах.
— !
То ли он меня проклял, то ли выругался — хер знает. Я решил не проверять, что он вытащит из своего инвентаря за этими словами — вдруг гранату или гравипод? — поэтому спустил курок. Пуля пробила во лбу гоблина аккуратную дырку, и тело его обмякло.
Я не испытывал ни малейших угрызений совести ни по поводу того, что я убил это существо, ни по поводу того, как именно я его убил. Сам гоблин тоже поступил по отношению ко мне не очень-то честно, напялив неизвестную мне броню и взяв в руки пушку, которая, на минуточку, стены насквозь прожигает. Если бы он додумался не подходить, а расстрелять мой угол издалека, пусть это и заняло бы кучу времени с его скорострельностью, то ситуация могла бы сложиться по-другому, а пока...
А пока я замер в ожидании получения системного сообщения об убийстве субъекта Основания — заодно узнаю, какой позывной был у этого зеленого.
Но сообщения не было. Сначала я даже решил, что система сочла бой незаконченным, но никто больше на меня не нападал. Зато произошло кое-что другое — тело гоблина, вместе с броней и оружием... просто пропало! Не растворилось в воздухе, не провалилось под землю — просто моментально пропало, как будто его тут никогда и не было! Даже кровь его, разбрызганная по стенам — и та пропала! Даже серые коробки, которые он выбил из собак — не выпали! Единственное, что осталось — это сплющенные о броню пули, которые тихо звякнули по асфальту.
Ну, на этом мои полномочия однозначно все. Теперь я уже решительно ничего не понимаю. Если до этого момента было понятно хотя бы что-то, то сейчас в голове вообще нет никаких идей касательно того, что только что произошло. Получается, я просто так потратил на гоблина кучу боеприпасов, не получив за это взамен даже капельку кармы? Не получив даже уведомления о том, кого я собственно убил? Буквально — ничего не получив!
Это полностью противоречило всему тому, что Основа подкидывала до сего момента. Если ранее практически любое действие приносило вполне конкретные и определенные ништяки, то сейчас я чувствовал себя банально обманутым. Настолько привык за любой чих получать от системы хотя бы крупицу опыта, хотя бы серую коробку, что сейчас столкнулся будто бы с багом системы, глюком каким-то!
А, может, это и правда что-то вроде глюка или бага? Что-то такое, или вернее кто-то такой, кого тут просто не должно было оказаться? Может, он тут оказался слишком рано или наоборот — слишком поздно, и система, спохватившись, убрала его прочь в тот момент, когда он дал о себе знать?
Да, как же. Тогда убрала бы в тот момент, когда он собак расстреливал. Как-то громче заявить о себе, мне кажется, невозможно.
Короче, это полная хрень и я недоволен, слышишь, система?! Если бы можно было сказать, что я так не играю, то я бы так и сказал... Это, конечно же, не значит, что я не разберусь в происходящем, я обязательно разберусь... Но я недоволен.
Ладно, делать нечего — надо идти дальше. Тут уже ничего не выловить, в любом случае, все, что тут могло произойти — уже произошло. Поэтому я продолжил путь к военной базе, поставив себе в памяти зарубку разобраться еще и с этим.
По пути я не забыл завернуть и к куче обгоревших машин с целью проведать, как себя чувствует голубой вьюнок, который на них разросся. А вьюнок чувствовал себя, надо сказать, весьма и весьма неплохо — он не просто прибавил в длине и объеме раза так в полтора, он еще и совершенно отчетливо принялся растворять кузова машин, выделяя какую-то едкую субстанцию, судя по всему. Там, где лежали голубые плети вьюна, в закопченном металле были отчетливо видны борозды, точно повторяющие побеги. Они были пока еще неглубокими, но уже заметными, и такими темпами, если суммировать скорость роста этого растения и то, как он пожирает металл, уже через неделю-другую на месте этой кучи машин будет один сплошной клубок вьюна размером с девятиэтажку. Это, конечно, если вьюн использует металл как пищу, как строительный материал для своих клеток, а не растворяет его для чего-то еще... В любом случае, надо за этим следить. Вдруг эта херня тоже разумная, и, когда вырастет, пойдет на нас войной?
Покатится...
Я решил провести небольшой эксперимент, и, взяв в руки бронерез (он тупо длиннее) отрезал один из побегов, что оплел сгоревшую стойку автомобиля. За счет своей формы отрезанный кусок остался на стойке, а то, что отрезал — я откинул клинком подальше, а то вдруг оно срастется? А завтра посмотрим, как себя чувствует одинокий кусочек.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов