ОГО. Чужая любовь

- Ты невероятный. - прошептала она, когда пришла в себя. - Столько лет мы вместе и столько жизней. Но любить тебя мне никогда не надоест.

- Любовь к тебе — это и есть жизнь для меня. - обнял я ее. - Поэтому, думаю, мы и притягиваемся друг к другу. И это нам точно никогда не надоест.

Регинка согласилась и потянула меня чистить зубы — сколько же лет этому ритуалу! Мы сидели в ванной, я на стуле, а жена на мне. И чистили зубы, глядя друг другу в глаза. Потом вместе вышли на кухню, где уже хозяйничали Феникс и Мира. И в очередной раз порадовались тому, что у нас такие замечательные дети — как минимум, с завтраком возиться не нужно. Хотя любим мы их, конечно, не за это.

Когда же уже собирались садиться за стол, в дверь позвонили. Регинка удивленно вздернула брови, я глянул на часы — снова восемь. Мира, как и вчера, поскакала открывать дверь. Один только Феникс продолжил спокойно раскладывать столовые приборы. Но все мы побросали свои занятия, услышав радостный визг дочери и бас Оникса-младшего.

А когда младшенький сынок показался на пороге, все его облепили. Благо лосенок у нас высокий и крупногабаритный, как я в прошлой жизни — всем места хватило. И радостно позавтракали всей толпой, после чего повторили вчерашний маршрут до кофейни, в которой мне весь день помогали сразу два сына.

Я с удовольствием поглядывал на своих орлов. Они у меня интересные получились и очень разные. Феникс все-таки больше эдемчанин: тонкий-звонкий со внешностью эльфа. Он у нас не задохлик: и лопатой частенько машет, и всякое тяжелое таскает, так что парень прокачанный, сильный. Но изящный, как и я в нынешнем теле, да и ростом до двух метров чуть-чуть не дотянул.

А вот Оникс-младший у нас богатырь! Ростиком за два метра, широкоплечий, мускулы бугрятся — и под рубашкой видно, как мышцы перекатываются. Фактурой явно в мое предыдущее тело пошел, а вот мастью — в мамочку, волосы фиолетовые и брови. И вроде бы мало общего со старшим братом. Да и из-за массивности лосенка иногда за старшенького принимают. Но когда ребята находятся рядом и взаимодействуют друг с другом, сразу понятно: братья. Есть что-то такое, что их родство без слов подтверждает.

- Богатый ты парень. - с улыбкой подмечает Лиам, забежавший к нам на обед, и кивает в сторону моих «малышей».

- Скоро тоже разбогатеешь. - улыбаюсь я в ответ и друг радостно кивает.

А вечером мы с Регинкой возвращаемся в дом, который ставят на уши трое детей и с удовольствием участвуем в их делах, проводим весь вечер вместе, а потом уединяемся у себя. И тут уже упорно трудимся над тем, чтобы сил на что-то, кроме крепкого сна не осталось — и преуспеваем в этом.

- Это идеальная жизнь. - шепчет мне утром лиса, едва проснувшись. - У нас идеальная жизнь, Оникс.

- О большем и мечтать невозможно. - соглашаюсь я.

Понежившись в объятиях друг друга, мы выходим из спальни, включаемся в утренние заботы о завтраке и вдруг, в восемь утра, снова кто-то звонит в дверь.

- По логике теперь Лидия должна заявиться. - сообщает удивленная Регинка.

- Сейчас проверим.

Сегодня дверь отправился открывать я — Мира голову моет. И, распахнув ее, едва не закрыл тут же. Ведь на пороге, к сожалению, обнаружилась вовсе не моя старшая дочь. А Джина — синеволосая девчонка, которой нет уже больше двадцати лет!

Примечания